Я спас РФ-4

— Ага, значит и ты всякие фантомы начал видеть. А ну-ка давай расскажи, что именно высмотрел пока сюда через шторм пробивался. Бывает там кое-что интересное встречается.

Шилов, не стал ничего скрывать, и поведал о том, что видел в тёмных туннелях подземного комплекса. Капитан ВДВ внимательно выслушал, затем задал несколько уточняющих вопросов, и уверенно заговорил:

— Значится так, призраки рейнджеров — это обычное дело. Их даже мои парни иногда видят. И тот зомби апокалипсис что ты наблюдал, я сам в разных вариациях не раз видел. Правда у тебя просто застывшие сценки, а у меня чаще всего всё двигалось и бегало. Прикинь, иногда наблюдал целые отрывки минут по пять-семь, словно немое кино ужасов. А вот стальное? Экзоскелеты стальных гиен, я пока не встречал, это что-то новенькое, и не факт, что реальное. Я тут за два года всякого насмотрелся, того чего и быть не может. Призраки тварей всяких иногда ползают. Девушки голые толпами и по одной бегают. Строители что-то строят, чего как бы и нет в помине. Ещё спецов видел, вооружённых и экипированных современно, а в руках зачем-то древние плёночные камеры. А то что ты видел, скорее всего местный выверт хроно-потока. Мне академик так объяснял, когда я ему рассказывал про всякую непонятную херь.

— А что насчёт моей семьи, которых ты куда-то вёл? — недоверчиво спросил Шилов.

— Когда ты нашу колонну описывал, сказал, что видел минимум четыре «АК-440» «АГС-25Р» у меня в руках, и «Пиченег-40» за спиной у Васи? — проговорил Сухов, и указал на бойца в сильно потрёпанном бронекостюме, который держал за длинный ствол древний «ПТРС-41».

— И что не так?! — эмоционально выпалил Шилов, на которого до сих пор нехорошо действовал впрыснутый в кровь стимулятор.

— Да всё не так. — спокойно проговорил Сухов. — Вася объясни гостю.

— Опер, ты сказал, что на всех были надеты разгрузки, забитые автоматными магазинами. Видел, пулемётные короба, ВОГи, гранаты. Так вот неоткуда этому добру тут взяться. Мы, весь свой боезапас расстреляли, когда с рейнджерами неделю дрались за каждый уровень. Так что у нас теперь ни одного газобалонного патрона для «АК-440» в загашнике не осталось — уверенно пробасил здоровый десантник, которого Шилов сразу узнал. Ведь это именно он нёс с пацанами носилки с раненым.

— Даже больше скажу, мы здесь даже современного оружия без патронов столько не наберём, всё что оставалось в оружейке, завалило после того взрыва что Альфа устроила. Те уровни что над нами, почти все сложились. Я сам облазил каждую доступную трещину, по основным путям подняться невозможно. Да что говорить, ты сам видишь, чем вооружены, кроме трофейной гаус-винтовки ничего путного не осталось — уверил Сухов, и постучал по прикладу электромагнитной винтовки.

— Ну и что тогда я видел? — спросил Шилов, менее уверенно, так как вспомнил, что не нашёл следов, которые должны были обязательно остаться, после пробежки механических тварей.

— Я у Алфёрова про подобное спрашивал и не раз. Он говорит, что это типа потерявшиеся кусочки альтернативных вариантов, прошлого или будущего, которые не состоятся никогда в нашей реальности.

— Значит это ложные фантомы — проговорил Шилов, и почувствовал, что ему стало немного легче. — А вы чего минных полей понаставили, кого-то опять ждёте? — спросил он, только сейчас сообразив, что так и не расспросил о положении дел внутри хроно-пузыря.

— Да у нас тут словно новогодняя ночь, ходят всякие, нервы трепят. Чудеса творят на каждом шагу, тени материализуются и вообще полные непонятки — загадочно проговорил Сухов, и покачал головой. — Одно херово, никто из приблудных ни то чтобы подарков не дарит, а наоборот норовит последнее отобрать.

Шилов хотел ещё много о чём расспросить, но в этот момент затарахтел механизм открытия тяжеленных гермоворот, и из едва приоткрывшейся щели, неожиданно юркнуло нечто небольшое, но крайне стремительное. Опер успел заметить прыжок, совершённый из полутени в его сторону, и едва успел прикрыться рукой. В следующий миг на плечо приземлилось что-то чрезвычайно ловкое. А ещё через мгновение в его щёку упёрлась наглая шерстяная морда.

— Матрос! — проговорил Шилов, и потрепал армированными пальцами, урчащую как трактор, полосатую голову. — Значит это ты его из БТРа забрал?

— Ага, этого проглота заберёшь. Он сам оседлал моё плечо, как только я вниз начал спускаться, и подгонял всю дорогу своими рыками, будто чувствовал, что надо спешить. Да так яростно, что мне даже пару раз послышалось что он орёт — «Вези меня тварь».

Глава 16. Яма

2021 год. «Серый»

Серый не смог, как-либо помешать проведению начавшейся хирургической операции. Сильные транквилизаторы вырубили модифицированное тело, окунув сознание в череду бредовых кошмаров, иногда перемежающихся, реальными воспоминаниями и отрывками коротких сценок из жизни людей, связанных с ним через проколы, пробитые в хроно-потоке одновременно с переносом сознания.

Пару раз он видел Альфу, ещё несколько раз наблюдал за тщательными приготовлениями неуловимо знакомой девушки к выходу в открытый космос. А ещё он мельком увидел Северского, сидевшего вместе с Глебычем и Толиком, у разожжённого камина.

А затем пришедшая ниоткуда неимоверная боль вырвала его из забытья, и окунула в океан раскалённой лавы, начавшей выжигать тело. При этом волны боли, накатывали всё с новой силой, тем самым делая происходящее не совсем реальным. Это позволило Серому немного отстраниться от фантомной боли, попытаться сосредоточиться и проанализировать происходящее.

Постепенно он понял, что автоматическая блокировка искусственной нервной системы не действует, и волны агонии беспрепятственно растекаются от затылка, распространяясь через позвоночник по агонизирующему телу. Имплант не отвечал на запросы. Так что Серому пришлось сжать зубы, и терпеть.

Сколько времени это продолжалось он не знал, и лишь короткие периоды пребывания вырубленного сознания в спасительном забытьи, с последующей реанимацией сильными химическими стимуляторами, давали понять, что прошло несколько часов.

В какой-то момент, уже вдоволь натерпевшись, Серый отринул осторожность, и попытался открыть шлюзы передачи данных, активировать цифровой щуп, и наконец войти в сопряжение хоть с какой-то электроникой, находящейся вокруг. Но как он не старался, не смог найти даже тени своего личного информационного поля.

Очередной раз оказавшись в яме полного беспамятства, он на краткий миг почувствовал присутствие импланта, и успел сделать стандартный запрос на тест всех систем организма. Впрочем, ответ пришёл не сразу, а только после череды нырков в омут, наполненный болью и агонией.

После сотни подобных нырков, накатил короткий отрезок осознания, видимо пришедший в момент очередных вспрысков в кровь оживляющего стимулятора. Тот принёс новую мучительную волну, а вместе с ней показал разорванное на куски информационное поле, в котором проявлялись фрагменты текстового отчёта, зияющего прочерками вместо неопределённых процессором пунктов.

Контроль сознания, над процессором импланта — 1,42 %

Загруженность процессора — 100 %

Загруженность вспомогательных систем — 100 %

Эффективность исходящих команд — 0,52 %

Активность колонии нанитов — 17,05 %

Сведения о тактическом позиционировании в пространстве — нет данных.

Сопряжение с внешними источниками информации — нет данных.

Статистика повреждений — нет данных.

Уровень интоксикации организма — критический.

………

………

………

Бесконечная череда прочерков не позволила в полной мере оценить происходящее, но из анализа плачевного состояния колонии нанитов, и показаниям наличия в крови большого количества токсинов, Серый вывел, что давно бы умер от передозировки стимуляторами и транквилизаторами, если бы был обычным человеком.

Ещё он выясни что миазмы искусственной агонии распространяются через электроды, вживлённые в затылочную часть головы. Именно там искусственные нейросети подсоединялись к импланту, и теперь это препятствовало нормальному функционированию модифицированного тела.

После восстановления хоть какой-то минимальной связи с имплантом, Серый, едва смог сделать несколько дублирующих запросов, и из с трудом воспринятых данных понял, что бессилен прекратить этот процесс.

Похоже именно так и закончится моя история — нехорошая мысль едва успела заползти в голову, прямо перед очередным нырком в яму беспамятства, и в этот момент Серый почувствовал полное снятие болевого воздействия, сопровождавшееся возвращением контроля над телом.

Имплант тут же ожил, развернув в полной мере информационное поле, запестревшее отдельными виртуальными панелями и графиками, быстро обновляемых данных.

Из них Серый выяснил, что с начала операции прошло 12 часов. А ещё он увидел выстроенную имплантом схему, точного расположения вживлённых электродов. Судя по ней, его истязатели воспользовались уязвимостью искусственных цепочек нейронов, и теперь с помощью электричества могли беспрепятственно окунать его сознание в провалы искусственной боли.

Через пару секунд Серый окончательно пришёл в себя, и почувствовал, что снова лежит в выемке, сделанной в одной из двух частей своего узилища. Вторая многотонная плита висела над потолком бункера, поднятая кран-балкой.

А рядом суетились несколько человек, в прозрачных накидках-комбинезонах со значками биоугрозы.

Судя по видневшемуся сквозь плёнку шеврону, один из них был военный хирург. Второй была та самая медсестра, попадавшаяся ранее на глаза, а третьим был гер-майор. Именно они с медсестрой иногда кидали на Серого испепеляющие взгляды, в которых проскальзывала тень садистского удовлетворения.

Хирург с медсестрой убирали медицинский инструмент, а гер-майор пялился в экран, прикреплённый к новой стойки с оборудованием, и при этом зловещее улыбался.

В какой-то момент он заметил взгляд Серого, и оторвавшись от наблюдений, принялся поправлять шлейфы проводов, идущие к железобетонной плите. При этом он как бы невзначай приблизился и наклонился к уху парня.

— Мою Наташу не спасли — злой шёпот, заставил Серого прислушаться. — Теперь и ты не жилец. Я лично за этим прослежу.

Обещания тут же пробудили недавние воспоминания, и перед глазами Серого появилась операционная, с лежавшей на столе обнажённой девушкой. Значит выпущенные из ручного пулемёта пули, хорошенько достали наёмницу, отвечавшую в уничтоженной группе за разработку операции.

В момент расчётливой стрельбы он не хотел её убивать, задача была только тяжело ранить. Но это уж как получилось, и теперь ситуацию не переиграть. Значит нужно пользоваться ей в своих целях.

— А нехрен хер-майор бабки брать у обоих сторон, иногда это заканчивается именно так — прошептал Серый в ответ, и тут же поймал переполненный гневом взгляд главаря, уничтоженной группы наёмников.

Один опытный инструктор из школы диверсантов, не раз повторял, «если попал в безвыходную ситуацию, и не можешь победить врага, то постарайся его ещё больше разозлить, ведь именно в гневе люди чаще всего совершают необдуманные поступки».

Не обращая внимание на произведённый эффект, Серый снова закрыл глаза, и пользуясь моментом аккуратно подключился к камере наблюдения, находившейся за прозрачной перегородкой.

На этот раз Митчелла там не было, а безымянный агент, сидел напротив монитора, вместе с одним из техников. А через несколько минут он подал сигнал, и тело Серого снова оказалось в коконе, сплетённом из боли и агонии.

Пытка продолжалась несколько часов, пока не пришла пора очередной передышке. Судя по таймеру импланта прошло ещё четыре часа. На этот раз Серый не стал рассматривать, что творится вокруг, а сразу подключился к камере наблюдения.

Практически сразу он заметил некую суету у шлюза, а затем увидел появившегося оттуда Митчелла. Пройдя внутрь огороженного прозрачными стенами центра управления, тот уселся рядом с агентом.

— Ну, что тут у вас? — спросил учёный, и Серый уловил некую нервозность в его голосе.

— Всё как вы обещали. Схема работает — удовлетворённо сказал агент. — Электроды не дают ему контролировать своё тело, и позволяют воздействовать на мозг объекта. Когда мы нащупаем правильные частоты, и определим нужные параметры воздействия электрическим током, то сможем его контролировать.

— Ну вот, а вы мне не верили. Теперь убедились, что он всего-навсего очень сложный автомат, который можно держать под контролем — проговорил Митчелл, снова заставив Серого усомниться в его намерениях. Ведь даже из этого короткого диалога, было понятно, что всё что с ним творится, инспирировано именно учёным.

— Да, это интересно. Если мы добудем технологию этого импланта, то можем создать целую армию подобных ему существ — мечтательно проговорил агент.

— Вот из-за этого, я сюда снова и явился. Я поработал на суперкомпьютере, и создал симуляцию тех экспериментов, которыми вы сейчас занимаетесь, и вот что у меня вышло.

Учёный достал из кармана флешку и передал её агенту.

— Я же говорил, в эту часть комплекса нельзя приносить никакую не проверенную аппаратуру — проговорил агент и неодобрительно покачал головой.

— Так отдайте её вашему человеку, пусть он её проверит, или давайте пройдёмте ко мне, и я покажу всё там.

— Некогда расхаживать, нужно работать — явно раздражённо заявил агент, и протянул флешку ассистенту.

Тот воткнул её в отдельно стоявший ноутбук и начал что-то проверять. Через несколько минут он извлёк её снова, протянул агенту, и проговорил:

— Всё чисто.

После этого агент с Митчеллом долго рассматривали что-то на экране, напрочь игнорируя голос медсестры, несколько раз повторившей что всё подготовлено для начала нового цикла эксперимента.

— Значит мы можем случайно спалить имплант — озабоченно проговорил агент.

— Если эти эксперименты продлятся пару суток, то процессор импланта точно сгорит — уверенно заявил учёный. — Я пытался найти лазейки, но пока не нашёл.

— А если отделить имплант от тела?

— Носитель умрёт, и ни факт, что это нам поможет.

После однозначного ответа агент задумался, на несколько минут.

— Что вы предлагаете? — в конце концов спросил он.

— Если тот блок информации что вы мне обещали, появится здесь то я смогу разработать действенное устройство контроля, не прибегая к подобным методам. Иначе эти бездари спалят то, что нам необходимо изучить и в дальнейшем научиться воспроизводить — сказал Митчелл, и указал на бронированное стекло, за которым замерли экзекуторы Серого.

— В Москве возникли некоторые затруднения, блок данных прибудет чуть позже — признался агент, и Серый понял о каких данных он говорит, догадавшись кто смог помешать их получить.

— Ничего я подожду.

Агент снова задумался, и нервно постучал по столу. Затем он посмотрел на стоявших за прозрачной перегородкой и нажал на клавишу коммуникатора.

— Пока всё сворачиваем. Если ничего не изменится продолжим завтра — сказал он, и отжав клавишу посмотрел на учёного. — Я надеюсь, что мы не теряем время зря. Тот, кто меня контролирует, хочет, как можно быстрее увидеть результаты.

Митчелл кивнул, и как бы невзначай провёл рукой над сенсорной панелью управления. В тот же миг перед глазами Серого появился текст.

«Ни к чему больше не подключайся, тебя могут вычислить. Вскоре постараюсь сделать нормальный канал связи, и будем решать, как выбираться из этой ямы»

Глава 17. Боевые товарищи

2045 год. «Альфа»

— Похоже всё. Связи с Шиловым больше нет. Видно спустился слишком глубоко — сообщил Беркут. — Может мне пару бойцов послать для подстраховки?

— Не надо делать то что не просили. Товарищ капитан, туда твоим точно нельзя — предостерегла Альфа.

А через пару минут она почувствовала, как ей стало не по себе. Как будто только что оборвалась натянутая струна, связывающая её с напарником.

Значит он перешёл — догадалась девушка, и отправила Анне очередное сообщение, тут же переправленное системой луч в космическое пространство.

«Анна ответь. Сестричка, как там наши дела. Я начинаю закипать»

Ответ опять не пришёл, и Альфа, невольно прикусила губу. Неопределенность заставляла нервничать, и периодически подключаться к индийскому телекоммуникационному спутнику, чей единственный блок камер показывал космическую станцию «МКС-2».

Вот и сейчас она переключилась на изобретение с камер и увидела бело-серую снежинку, висящую в космосе над Европой. Из-за несовершенства старых объективов, камера не могла передать все подробности. Цифровой зум тоже не сильно помогал, превращая увеличивавшуюся картинку в большое пятно крупных пикселей, надёжно скрывающих элементы конструкции.

— Анна, да что же ты не отвечаешь? — чересчур эмоционально прорычал Альфа, и ещё раз продублировала сообщение.

Затем она переключилась на тактический режим импланта, подразумевавший его подключение к локальной сети подразделения. Окружающая темнота тут же расступилась, поглощённая образами, проецируемыми устройством дополненной реальности, прямо в индивидуальное информационное поле.

Теперь Альфа видела где находится каждый из двухсот бойцов спецподразделения, рассредоточившихся частично на развалинах военной базы, и в военном городке за речкой. Кроме этого перед пронзающим препятствия взором, предстали сети установленных минных полей, и вкопанные в землю одноразовые ракетные установки, пакетного типа.

Сосредоточив взгляд немного ниже уровня земли, она увидела группу бронетехники, и пару зенитных ракетных установок, спрятанных в шахту, находящуюся в древнем каменном карьере.

Судя по целесообразному распределению сил, и надёжно спрятанной технике, эта версия майора спецназа, носившего звучный позывной Гоблин, знал своё дело не хуже, того полковника Гоблина, под чьим командованием Альфа воевала в тридцатидневную.

Пока она раздумывала, в поле видимости появились два громоздких силуэта, подсвеченных по контуру, устройством дополненной реальностью. В руках Лёлик и Болик тащили по паре явно тяжеленных кубов, держа ручки для переноса словно чемоданы.

Добравшись до входа в закрытый бункер «Луча», броне пехотинцы расставили кубики, и поочерёдно повернули ручки. Внимательно следящая за их действиями ищейка, еле слышно проскулила непереводимым на русский язык бинарным кодом, и максимально высоко подняла кончики акустических сенсоров.

— Тихо Жучка, не бойся, это наши дуболомы авиацию притащили — успокоила её Альфа, и успела улыбнуться парным визором собакоподобного бота, всего на миг повернувшимся в её сторону.