Непопулярный игрок 3: Тайна Звездного Храма

— Говори, — позволил герцог, нахмурившись.

Мужчина рассказал неполную, но предельно правдивую версию, словно наблюдал за событиями из довольно близкого укрытия. В его истории были пробелы насчет того, почему его товарищи вдруг обратились в нежить, и что стало причиной неожиданно возникшей среди воинов резни. Он изложил голые факты. Да, была нежить, да, началась странная стычка, но полностью отвергнул выдумки жреца о существовании скрывавшегося в тени некроманта и его таинственной магии. Не было с его слов никаких черных туч проклятия, а когда воины почти поголовно перебили друг друга, освободившиеся авантюристы расправились с выжившими. Жрецов также изловили, но вскоре мирно отпустили после короткого разговора с высокой женщиной-кошкой.

Стрелок увидел, как повозка с противником ушла по главной дороге на север, покинул своё укрытие, и вернулся к месту схватки, чтобы поискать среди убитых раненных, но не обнаружил ни одного тела, после чего скрытно последовал за противником, но в какой-то момент сильно отстал и потерял повозку из вида. После чего принял решение возвращаться в гильдию.

Начался спор со взаимными обвинениями. Жрец обвинил мужчину во лжи, тот ответил тем же. Гостиная долго гудела и в разгар спора, дождавшись максимального обострения обстановки в него вступил барон Каркал. Он объявил, что его верный союзник, глава западного отделения гильдии магии прояснит ситуацию. Слово предоставили магистру Винзору, и тот извлёк перед всеми из сумки «Большой обруч антимагии».

— Уважаемые господа, знаете, что это такое? — спросил он у собравшихся.

Многие замотали головами, давая отрицательный ответ. Споры на время стихли, позволив мужчине свободно говорить.

— Это особый артефакт Инспекторов Звездного Храма, которым они усмиряют сильных тёмных магов. А знаете, откуда он у меня?

Нагнав интригу, магистр Винзор, демонстративно потряс тяжелым артефактом перед собой и заявил:

— В мир явился новый Тёмный Владыка, повелевающий несчетной армией нежити, орков и гоблинов, мастер-некромант Факъю. Этим артефактом он лишил меня сил, после того, как в считанные секунды истребил наш приграничный форт. Я своими глазами видел, как он силен, создает отряды нежити одним щелчком пальцев. Один такой отряд он оставил, чтобы охранять меня, но мне повезло. Благодаря помощи нескольких отрядов авантюристов, уничтоживших оставленную Владыкой нежить, я смог сбежать и оказаться здесь, рядом с вами. Вас, наверное, интересует ответ на вопрос: «Что артефакт магов Звездного Храма делает в руках Тёмного Владыки?» Это очень важный вопрос. Ту самую уважаемую магессу, что Его Светлость просил о помощи, Тёмный Владыка сделал своей личной, ручной игрушкой. Пользуясь её красотой и авторитетом Звездного Храма, он открывает себе двери в любые уважаемые дома и поместья. Это коснулось даже нашего, всеми уважаемого Герцога Вуда. Тёмный Владыка Факъю в теле невзрачного, слабого гоблина, в сопровождении могущественной магессы проник в замок, где устроил настоящую бойню. Я прав, Ваша Светлость?

Поерзав на троне, мужчина вынужден был согласиться.

— Уже решив, что я лишён сил и никуда не сбегу, Тёмный Владыка посвятил меня в свои планы. Он планирует подчинить себе весь континент, все страны и совершенно не боится магов Звездного Храма, считая их жалкими. Я должен вам сообщить, что он уже многого добился. Принцесса Виола из Северной Шилдарии, которая после убийства её отца стала королевой Виолой, уже находится под его контролем. Нашу страну осаждают огромные орды гоблинов. Я давно ничего не слышал о дворфах. Наверняка их города и шахты уже взяты в осаду подконтрольными Тёмному Владыке орками.

— Что вы хотите всем этим сказать, магистр Винзор? — поинтересовался Герцог Вуд.

— Простите, Ваша Светлость, но я не очень верю в помощь Звездного Храма и стоит задуматься о присоединении к тёмному Владыке.

— Что?! Что он лепечет?! — возмутились первый и второй советник.

— Простите, уважаемые господа. Мне самому претит мысль, что нужно подчиниться гоблину, но если вы и дальше продолжите строить планы против Тёмного Владыки, Повелителя Факъю, то неспешной помощи Звездного Храма мы можем и не дождаться. Я не говорю, что мы должны служить ему всерьез, позволить ему делать всё, что ему вздумается, но нужно быть хитрее и хотя бы притвориться, что мы не выступаем против него, иначе он сметёт Герцогство Вудслив с лица земли, как смёл армии Южной Шилдарии и Великой Свордарии.

— Гнать его в шею! На кол! В темницу предателя! — заголосили уважаемые мужи.

— Господа, прошу внимания! — вмешался барон Каркал, — магистр Винзор верно служит мне уже десять лет и ни разу не дал повода сомневаться в его честности и порядочности. Он не выжил из ума и совершенно точно не предатель. Позвольте, я сообщу вам самые свежие и поистине шокирующие сведения от надежного источника из столицы Южной Шилдарии. Источник утверждает, что власть в стране неожиданно оказалась в руках второго советника короля, а сам он и двое его сыновей, томятся в плену в королевском замке Северной Шилдарии. Их огромную армию сразила принцесса Виола, но у неё нет, и никогда ни было сколь бы то значимой армии, кроме королевской гвардии, которая была недавно поголовно подкуплена и перешла на сторону младшего брата короля Южной Шилдарии, графа Сардука. А судя по моим данным, недавно она прибыла в южные провинции, чтобы заставить местных лордов принести вассальную клятву в сопровождении сразу сотни хорошо вооруженных рыцарей. Разоривший сначала наш приграничный форт, а затем и замок правителя гоблин был её сопровождающим.

— Говорите по делу, — потребовал герцог.

— Я хочу сказать, Ваша Светлость, что мы не видим всего масштаба надвигающейся с севера угрозы. Пока что мы видели лишь беспорядочно атакующие приграничные селения, орды плохо организованных зеленокожих. Их нещадно уничтожает ваша доблестная гвардия, но если взглянуть шире, то это лишь малая часть принадлежащих Тёмному Владыке армий, а сам он ничего не опасаясь, приехал в ваш замок, перебил десятки ваших верных воинов, затем авантюристов и магов, затем тюремщиков и просто слуг и никто ему ничего не может сделать. Он — настоящий монстр! Чудовище, силу и могущество которого мы ещё просто не осознали. Чего стоит сегодняшнее донесение о расправе над несколькими сильными командами авантюристов. Сколько их было? Двадцать? Тридцать?

— Сорок четыре, это если не считать жрецов, — уточнил второй советник.

— Сорок четыре! — подхватил барон Каркал, — и это были не бестолковые городские стражи, двадцать шесть из которых он убил просто выезжая из города потому, что ему так захотелось. Эти авантюристы были настоящей армией, сравнимой по силе с половиной герцогской гвардии. Где они сейчас? Уже мертвы. Если даже Высшие эльфы Звездного Храма служат этому Тёмному Владыке, как ручные зверьки, то мы должны одуматься, хорошенько взвесить наши реальные силы и решения и думать о том, как не стать следующей жертвой этого чудовища. Поэтому я тоже предлагаю всерьез рассмотреть вариант о присоединении к его будущей Империи. Да, я ещё не всё рассказал. Буквально сегодня мне пришло сообщение из Свордарии. Оказывается, второй принц Флайсворд недавно вернулся из тайно организованного им похода в Северную Шилдарию во главе армии, по меньшей мере, из тысячи двухсот рыцарей. По слухам с ним ушла вся западная армия Свордарии, а в ней около полторы тысячи хорошо обученных и экипированных воинов.

— Получается, Свордария уже захватила Северную Шилдарию! Это не самые хорошие новости. Она значительно усилилась, а если и король Мардук с наследниками попали в его руки, то вскоре он может шантажом и угрозами вторжения захватить и Южную.

— Не спешите с выводами, Ваша Светлость. Свордария не захватила Северную Шилдарию.

— Почему? Они передумали и вернулись, так и не вступив в бой? — поинтересовался герцог Вуд.

— Нет, Ваша Светлость! Армия Свордарии была полностью разбита, принц Флайсворд взят в плен, но ему удалось сбежать. Из всей армии выжили и вернулись лишь пятеро. Сам принц и несколько его ближайших помощников.

— Поразительно! — выдохнул правитель, а в гостиной воцарилась гробовая тишина, воспользовавшись которой, барон Каркал продолжил:

— Армию Великой Свордарии также уничтожил гоблин и его слуги. Другой источник сообщает, что во время сражения слышались взрывы огненных жезлов дворфов, из чего мы можем сделать выводы, что Королевство Дворфов он подчинил самым первым, после чего выставил против короля Мардука покоренных дворфов и нежить, а затем он с легкостью уничтожил и многочисленных воинов Великой Свордарии, считавшихся непобедимыми в течении трёх последних столетий. Теперь вы понимаете, о чём я говорю? Он подчинил дворфов, орков, гоблинов, одно небольшое северное королевство, соизмеримое с нами по силам, заодно разбив могучие армии значительно превосходящих нас по силе Южной Шилдарии и Великой Свордарии. Все, кто выступил против Тёмного Владыки, были покорены или уничтожены.

Если проследить маршрут, по которому он двигается сейчас, то отправившись на север, через несколько дней он вернётся к нашей столице с огромной армией и что-то мне подсказывает, что в ней кроме гоблинов, орков, несметных полчищ нежити также будут дворфы с их огненными жезлами, и немалая часть рыцарей из Северной Шилдарии. Я уже молчу о том, что ему может подчиниться распавшийся на части конклав тёмных магов. И тогда встает резонный вопрос: «Что нам делать?» Мы будем противостоять этому монстру и его огромным ордам пока не погибнем до последнего или примем кажущееся сейчас совершенно немыслимым, но единственно правильное решение и примем его власть, если нам предоставят выбор.

Барона Каркала уже никто не стал стыдить и обзывать предателем. В гостиной стояла тяжелая, гробовая тишина. Сопротивляться тому, кто низвергнул неоспоримую мощь Великой Свордарии было самоубийством. А огненных жезлов дворфов боялись не только простые горожане, но и видавшие кровь и ужас настоящей битвы воины. Никто не хотел быть разорванным на части, летящим на неуловимой глазом скорости металлическим шаром.

— Вы слишком сгущаете краски, барон Каркал, — прервал молчание первый советник, — огненные жезлы дворфов очень тяжелы и неповоротливы. Пока они до нас доберутся, пройдет не один месяц, а за это время мы сможем получить помощь от Звездного Храма. Раз магесса Вилайлай стала его безвольной рабыней, то рассчитывать на помощь через неё не приходится. Мы должны срочно послать на юг наше самое быстроходное судно, а пока обратиться за помощью к Свордарии. Нам нужен их герой. Только Алому Пенетратору и другим легендарным героям под силу остановить Тёмного Владыку. Нельзя сдаваться и отчаиваться, мы должны использовать все возможности, чтобы отразить эту страшную угрозу. Надо сейчас же написать послания в Южную Шилдарию, Свордарию, правителям Герцогства Вармарт и Королевства Шор, Верховному архимагу в Башню Иллюзий, куда угодно, хоть союзу племен Номадов и правителям южных стран континента. Раз нам противостоит сам Тёмный Владыка, то мы вправе призвать на борьбу с ним всех, кого возможно, а не трусливо склонять голову без боя. Где ваше достоинство, барон Каркал? Если он заявится сюда, я лично возглавлю оборону города и продержу его под нашей властью до прибытия Инспекции Звездного Храма. Я готов сам выйти на поле боя и сражаться с ним с оружием в руках! — заявил мужчина, явно рассчитывая таким образом, своей бравадой оттеснить от власти других советников герцога.

Мне надоело слушать эту наглую ложь, и я решил показаться и завершить экстренную встречу парой убийственных аргументов.

— Хочу на это посмотреть. Сколько секунд ты простоишь на ногах, — извлекая свои грозные кинжалы, сказал я и выскочил из укрытия.

От неожиданности первый советник аж подпрыгнул на месте. Ближайшие ко мне люди резко отпрянули в сторону, создавая широкий полукруг.

— Ты… эм, давно вы здесь, уважаемый герой Лайт? — натянув глупую улыбку, спросил герцог Вуд.

— Давно. А теперь послушайте меня, кучка жалких трусов из убогого захолустья, которым является ваше мелкое и недоразвитое Герцогство Вудслив. Я послушал ваши трусливые разговоры и решил, что не буду вести к вам свою армию.

— Правда?! Вы признаете нас вассалами без ненужной резни?

— Нет. Для вашего поголовного истребления нет необходимости в целой армии. Я легко могу перебить вас всех в одиночку. Я уже сделал это с армией Свордарии, все мои рабы слишком медлительны, слабы и ничтожны, чтобы выполнить мои приказы быстро и качественно. Им я поручаю лишь самую простую и грязную работу по сбору и закапыванию оставшихся после моей резни трупов.

Для подтверждения своих слов, я вывалил на пол заранее подготовленную для демонстрации дворфскую пушку и пару голых дворфов, которых тут же поднял в виде зомби, мысленно приказав им направить дуло орудия в сторону герцога Вуда.

— Хотя, если мне захочется поиграть с вами в осаду замка или убийство непокорного правителя из дворфской пушки, я могу создать батарею пушек и дворфов канониров прямо из воздуха. Мне не нужны месяцы, чтобы уже завтра здесь появилась армия из десятков и даже сотен тысяч воинов.

— Господин Лайт… — плавно сползая с трона, на который была нацелена пушка, и отступая к толпе замерших на месте слуг, промычал правитель.

— Ты уже знаешь, кто я на самом деле, так что говори правильно, — занимая любезно освобожденный для меня трон, потребовал я.

— Тёмный Владыка Факъю, — дрожащим голосом сказал герцог, — живьем мы будем для вас намного полезнее, чем в виде безумной нежити.

— Но будете ли вы так же верны? Сомневаюсь, — философски изрек я, как бы размышляя вслух.

— Мы готовы служить вам до последнего вздоха, Владыка, — слащавым голосом запел герцог, с ужасом наблюдая, как зомби по моему новому приказу опять разворачивают пушку в его сторону.

— Мы будем преданно служить вам до самой смерти! Вы всегда сможете сделать из нас нежить, — взвизгнул из задних рядов магистр Винзор, очень своевременно напомнив о себе.

— И кто это там заговорил? Не ты ли, со слезами клявшийся мне в верности червяк Винзор? Ты не только сбежал из места, где я приказал тебе ждать моего возвращения, но посмел ещё и украсть мой «Большой обруч антимагии».

— Не гневайтесь, Повелитель! Я отлучился лишь ненадолго, чтобы попить воды. Вас не было целый день, и я сильно оголодал и, буквально, умирал от жажды. Позже я вернулся и ждал вас ещё полдня, после чего набрался смелости отправиться в замок, куда ранее отправились вы. Ваш бесценный артефакт я храню, как своё самое ценное сокровище, — выпорхнув вперед и сходу рухнув передо мной на колени и выставив сумку с обручем перед собой, заявил мерзкий подлиза.

— Ближе, — сказал я и демонстрирующий рабскую покорность маг поспешил ко мне, перебирая коленями, чтобы передать артефакт.

Едва получив предмет в руки, я без раздумий зарядил в него серией из двух «огненных стрел». Магистр Винзор вспыхнул факелом и, хотя без усилителей урон от «стрелы» был не смертельным, душераздирающие вопли катающегося по полу человека, произвели неизгладимое впечатление на всех присутствующих. Неприятный запах горелой кожи ударил в нос.

— Я не прощаю предателей. Каждый, кто собирается поклясться мне в верности, должен чётко уяснить, что его ждет, если он предаст или осмелится выступить против меня, — уточнил я причину жестокого «убийства» магистра Винзора.

На самом деле, он не умер, как и другой внешне почерневший до состояния угля «факел» в замке принцессы Виолы. Достаточно было его подлечить, и магистр Винзор оживет, словно и не бегал только что охваченный огнем. Я использовал этот обман, чтобы впечатлить замершую в ужасе толпу.

— Зато те, кто будут мне верны, должны знать, что даже умереть ради меня им не страшно.

Применив к Винзору заклинание «лечения», как и ожидал, я легко вернул его к жизни. Волосы на его голове и бровях заклинание «лечения» не вернуло, но зато под слоем покрывающей кожу копоти была вполне здоровая, не имеющая ни малейших ожогов кожа.

— И не думайте, что служить мне, это мучение. Я строг, но справедлив. Если вы стараетесь, делаете всё, что в ваших силах, я это обязательно замечу и вознагражу. Магистр Винзор — неисправимый лжец, предатель и трус, но даже ему я готов дать второй шанс, если он исправится и постарается устранить эти недостатки.

Желая спасти своё незавидное положение, первым в принесении клятвы верности проявил рвение недавно кричавший о том, как будет со мной сражаться первый советник. Тучный мужчина последовал примеру «чудесно ожившего» и испуганно отползшего в дальний угол магистра Винзора и также с разбегу рухнул на колени. Хитрец пошел даже дальше трусливого мага. Стоя на коленях, он театрально склонился головой в пол и, рыдая крокодильими слезами, стал рвать волосы из носа и просить прощения за его глупость и хвастовство.

— Я вам не добрая мама-наседка. Бесполезные, глупые и не уважающие себя слуги мне не нужны, — брезгливо поморщившись от нарочитого самобичевания хитреца, сказал я, и выхватив посох «Мудреца», без малейших сожалений уложил жирдяя двумя «водными стрелами».

Тюфяк рухнул замертво, заставив, уже желавших последовать его примеру, замереть на месте. Не решающиеся кинуться врассыпную гости собрания, не знали, что им делать, как не разозлить ворвавшегося прямо в сердце цитадели монстра, против которого они только готовились выступить общим фронтом.

Понимая, что сейчас решится его судьба, но дальше медлить нельзя, вперед вышел герцог Вуд. Он с достоинством опустился на одно колено, приложил правую руку к сердцу, как поступали воины, которых он принимал в ряды своей гвардии и, склонив голову, дал клятву:

— Клянусь верно служить своему могущественному Владыке всем, что от меня потребуется и по мере моих возможностей. Приказывайте.

— Отвечай, это ты приказал отравить пищу, что для меня и Вилайлай готовили на замковой кухне?

— Я, — болезненно поморщившись и мысленно готовясь к жестокой расправе, быстро признался правитель.

— Ты послал за мной и моей командой убийц?

— Я, Владыка. Готов понести за это заслуженное наказание.

— И какое наказание ты бы посчитал справедливым?

— Подобные деяния непростительны. Я заслуживаю смерти.

— Хорошо, что ты это понимаешь. Однако, я справедливый господин, и я понимаю, что ты очень испугался, когда я убил твоих воинов и слуг. Ты не знал, кому решил отомстить и с кем осмелился разделаться.

— Не знал, Владыка, клянусь, не знал.

— На первый раз я прощу тебя, так как я поступил бы на твоем месте точно так же. Теперь я хочу узнать, что ещё ты успел предпринять, чтобы совладать со мной. Подробно.

— Конечно, Владыка. Я отправил гонца с письмом в Башню Иллюзий с просьбой прислать их сильнейшего боевого мага. Если моё вознаграждение устроит Верховного архимага, его палач должен прибыть через шесть-семь дней.

— Что ещё?

— Я отправил послание к королю Свордарии с просьбой на две недели уступить мне Алого Пенетратора. Формально, для устранения главаря гоблинов, но главной целью должен был стать герой-гоблин Лайт. Послание отправлено вчера, поэтому ответа придется ждать ещё примерно пять дней. Скорее всего, король Свордарии откажет, поэтому я даже не указал конкретной суммы за эту услугу, но не попытаться его привлечь я не мог.

— Это всё?

— Нет. Я отправил особого гонца, моего личного шпиона в Союзе Номадов с письмом в Звездный Храм. Чтобы послание было доставлено как можно быстрее, его будут доставлять через пустыню, где только это племя зверолюдов способно выдержать невыносимую жару и нехватку воды. Пустынные странники лучшие, если дело касается преодоления Великой пустыни. На этом всё.

— Ясно. Как я и думал, бесполезные потуги. Вы тут размышляли, кого я подчинил первым. Так вот, до порабощения дворфов, первыми я заставил склонить головы Высших эльфов Звездного Храма. Я не так глуп, чтобы начинать открыто действовать, не разобравшись заблаговременно с сильнейшим противником. Отправлять им послания бессмысленно. Они такие же слуги для меня, как вскоре станете все вы.

Казалось бы, я сказал ничем не подтвержденную, хвалебную фразу в свой адрес, но сразу заметил, как в глазах герцога и его окружения погасла последняя надежда. Один за другим мужчины выстроились перед троном в коленопреклоненных позах. Старательно изображая, что знаю и могу гораздо больше, чем было на самом деле, я приказал новым слугам свезти в столицу со всего Герцогства Вудслив магические кристаллы, которые можно использовать для ритуала призыва героя, после чего деактивировал нежить и спрятал в хранилище дворфскую пушку и тучное тело первого советника.

— Повелитель, вы не вернете графа к жизни? — растерянно спросил Верховный жрец Храма Бога воды.

— Он — как раз тот случай, когда безмозглая нежить будет куда полезней, чем живой слуга, — ответил я и уверенным шагом покинул гостиную цитадели.

Часть 20 Дом, которого нет

Очнувшись, Вилайлай ощутила, что дрожит всем телом. Холод. Тело пронизал мучительный холод. "Почему мне так холодно?" — с трудом сжав задубевшие пальцы в кулачки, и силясь подняться с твердой, холодной поверхности, подумала она. Всё её тело — руки, ноги и даже прикрытая копной густых, мягких волос шея, совершенно окоченели от холода, и словно налились металлом. Как ни пыталась, женщина не могла занять сидячее положение, и вообще сдвинуться с места. Грудь сковывало что-то твердое, обжигающе холодное и не позволяющее глубоко вдохнуть. Отчаянно пытаясь согреться, тело билось в судорожной тряске.

Женщина попыталась направить в правую руку поток маны, чтобы совершить усилие и столкнуть с груди мешающий дышать груз, но куда там. Грудь отозвалась болью. Источник магической энергии оказался опустошён. Всё тщетно. Груз оказался неподъемным, зато по его знакомой форме, коснувшись рукой, Вилайлай быстро догадалась, что опять стала пленницей, лишающего магических сил, "Большого обруча антимагии".

Эльфийка запаниковала. Что происходит? Её воспоминания обрывались на моменте, когда она прилегла на кровать в замке Герцога Вуда, прикрыла глаза и водрузила на голову «Диадему ясности», чтобы настроиться на общение с Оракулом Хрустальной башни. Некоторое время она настраивалась, мысленно призывала собеседника, и вдруг, совершенно неожиданно для себя, резко провалилась в полное беспамятство.

Эльфы видят в темноте, но далеко не так хорошо, как жители пещер или ночные, пустынные зверолюды-хищники. Место, в котором она сейчас находилась было очень тёмным. Совсем. Ни малейшего проблеска света. В кромешной тьме не угадывалось даже силуэтов её тела, рук, ближайших предметов или стен. Понять, где она находится можно было только на ощупь, но встать на ноги не позволяло тотальное магическое истощение.

Тот, кто её пленил, знал, что она и шагу ступить не сможет, когда под воздействием "обруча" запас маны достигнет минимума. Ей даже руки не связали. Не было необходимости. Враг был опытен, коварен и хитёр. Единственный, кто сразу приходил на ум — тёмный маг-отступник. Только он мог затаиться в замке Герцога и напасть, стоило ей оказаться в комнате одной.

"Любимый мой, несокрушимый герой Лайт, где же ты? Я вновь попала в беду, спаси меня скорее!" — мысленно обращаясь к образу своего могущественного спутника, взмолилась эльфийка. "Нет! Нельзя всё взваливать на Лайта. Нельзя отказываться от попыток самой освободиться", — одернув себя, подумала магесса. Её текущее положение намного лучше, чем в замковой темнице Северной Шилдарии. Нет стражи, руки не закованы в кандалы. Она может снять обруч, если приложит все усилия. Но даже решившись бороться за свободу, женщина не успела предпринять никаких действий.

Кромешную тьму вдруг заполнил слепяще-яркий свет. Он ударил прямо из-под удивительно ровного и одноцветного свода просторной комнаты. Вилайлай ощутила острую боль в глазах и болезненно зажмурилась. Чтобы совсем унять скачущие перед глазами белые круги, сделала над собой усилие и прикрылась от неприятного, слепящего света правой рукой. Вскоре в меняющейся обстановке возникли далекие, гулкие, приближающиеся откуда-то справа шаги. В её направлении по длинному коридору двигалось сразу несколько незнакомцев. Прислушавшись, эльфийка смогла установить их точное число. Трое. Звуки шагов, то звучали в унисон, то разбегались, нарушая гармонию. Незнакомцы явно отличались по росту, что сказалось на длине шага. Один был высоким, длинноногим. Двое других — явно пониже, тяжелее, приземистей и неряшливей при ходьбе.

Один чрезмерно топал пятками, а второй шаркал, словно волочил одну ногу. Свежая рана, вывих или тесная, натирающая обувь, заставляли его припадать на вторую ногу. Постепенно звуки шагов приблизились вплотную к залу. Возник странный, высокий звук. Дверь с лязгом отворилась и топоча по железному полу ногами, гости небрежно ввалились внутрь комнаты. Их шумное явление эхом разлетелось по окружающему пространству.

Оно оказалось намного больше, чем Вилайлай показалось сразу, в миг неожиданной вспышки света. Скосив взгляд из-под руки в сторону, она увидела геометрически правильное, состоящее из уже хорошо знакомого чёрного металла помещение, примерно сорок на пятьдесят шагов. Половину зала занимали упирающиеся в высокий потолок стеллажи с магическими свитками. "Башня Всезнания! Неужели я в Звездном Храме?!" — успела догадаться женщина до того, как услышала хорошо знакомый всем эльфам голос Великого бессмертного Оракула.

— Отлично. Она уже пришла в себя. Марц, Олаф, снимите обруч.

— Но, господин… — засомневался один из сопровождавших Высшего эльфа мужчина средних лет.

— Она ничего вам не сделает. Мой особый артефакт уже лишил её магических сил. Выполняйте приказ.

— Как прикажете, — ответил мужчина и принялся небрежно расстегивать кожаные ремни, удерживающие рабочую поверхность артефакта в центре грудной клетки женщины.

Когда тяжелый груз перестал сдавливать грудь, Вилайлай впервые вздохнула с облегчением. "Великий Оракул здесь! Я в безопасности", — облегченно подумала эльфийка, но тут же опять насторожилась. Смысл сказанных негласным главой Высших эльфов слов медленно, но верно доходил до неё. Он только что сказал "мой особый артефакт". Ей не послышалось! Выходило, она оказалась в этом месте, в плену с артефактом, который используют на магов-отступников, по воле Оракула!

Вилайлай хотела знать, по какой причине с ней обращаются, как с преступницей. Нет, она конечно, уже преступила несколько установленных Звездным Храмом законов, о чём искренне сожалеет, но об этих проступках никому не было известно, а сама она не собиралась признаваться. Во всяком случае, до тех пор, пока не выполнит обещание, данное своему, ставшему за последние дни таким близким, спутнику.

— Усадите её вон в то кресло, — продолжил приказывать высокий, седовласый старик, совершенно не заботясь о том, что его пленница трясётся от холода и предстала перед незнакомыми мужчинами в оскорбительном, полуобнаженном виде.

— Руки привязать к подлокотникам? — спросил приземистый слуга, и по его акценту Вилайлай быстро догадалась, что это не человек, а непривычно безбородый, коренастый дворф.

Было странно видеть Оракула в обществе человека и дворфа. Откровенно говоря, всё происходящее выглядело странно. Почему её держали за преступницу, но не в яме позора, а в Башне Всезнания? И почему здесь так холодно? Она бывала здесь не раз, но никогда такого не ощущала. Даже в самые холодные, снежные дни.

На юге Бескрайнего континента, в землях где стоит зеленой стеной Великий эльфийский лес, Бездонное озеро и Звездный Храм, сейчас должна быть середина осени. Вилайлай всегда удивлялась, что сезоны на севере и юге разнятся в полгода, но если в Герцогстве Вуд наступила середина весны, то здесь, в Звездном Храме должна была стоять ещё сохранившая остатки летнего тепла осень. Холодные, затяжные дожди накрывали Храм лишь в самом конце осени. И даже в эти дни ей не было нужды кутаться в тёплый плащ, отправляясь из своей усадьбы в Академию или одно из хранилищ ценных магических знаний.

Закончив отдавать приказы, старик жестом приказал слугам удалиться, а сам сел в кресло напротив, и уставился на стучащую зубами женщину с нескрываемым отвращением.

— Хотя я уже знаю о всех тех ужасных преступлениях, что ты цинично совершила, поправ сами основы основ закона Звездного Храма, я всё же дам тебе возможность оправдаться, — заявил старик и раздражённо стиснул зубы.

Его возмутило, что виновница стольких бед, судя по её первой, естественной реакции, недовольна, даже удивлена, что её в чём-то обвиняют.