Зачем ты это сделала?

В квартире у Наташи было довольно скромно, Марина знала, что девушка ее тоже снимает и что сама она не из Москвы. Одна комната, полностью заваленная игрушками, с детским диваном и детским столом, все было для дочери, вся жизнь Наташи. В холодильнике тоже оказались сплошные творожки, соки, печенье и молоко.

Марина переодела Марусю в домашнюю одежду и пошла разогревать кашу. Пока она размешивала ложкой чай для малышки, ей пришла в голову мысль предупредить Наташу. Сказать своей коллеге, когда та выйдет из больницы, что нельзя всю свою жизнь посвящать ребенку, потому что, когда ребенок вырастет, она останется одна. Все дети – жуткие эгоисты, и даже самые лучшие из них хотят жить своей жизнью, поэтому одинокая и несчастная мамаша, которая будет душить их своей любовью от безысходности, просто бесит. От такой матери хочется сбежать как можно дальше, как и поступили Костя и Аня.

Маруся оказалась спокойным ребенком, она хорошо поужинала, затем Марина сводила ее в душ и уложила спать, а сама села на диван и включила телевизор.

Утром, как обещала Наташа, приедет ее отец и останется с внучкой дома, а это значит, что Марина будет свободна.

Незаметно она задремала и проснулась от стука в дверь.

В чужой квартире спросонья Марина растерялась: она вскочила с дивана, подбежала к Марусе, но девочка спокойно спала, бросилась в коридор и там услышала стук в дверь.

– Кто там? – шепотом спросила Марина, ей почему-то стало страшно.

– Это Владимир, я отец Наташи.

– Аааа… – Марина посмотрела на часы, пять утра, – сейчас открою.

Владимир оказался симпатичным мужчиной, примерно ее возраста, спортивное телосложение, тонкий интеллигентный нос, очки в современной оправе, хороший парфюм.

Марина как-то неожиданно для себя растерялась, засмущалась, как девчонка, и замешкалась в коридоре.

– Вас же Оля зовут? – Молодой дедушка бесшумно разулся, снял куртку и протянул Марине руку: – Давайте знакомиться, Владимир. Хотел сказать вам большое спасибо, что помогли моей дочери в трудную минуту. Я с ней разговаривал ночью, у Наташи все хорошо, ее скоро выпишут домой.

«У него такие красивые зеленые глаза», – отметила Марина и дотронулась до его руки:

– Не стоит благодарить, мне это было нетрудно. – Чтобы больше не встречаться с Владимиром взглядом, Марина пошла в комнату за своими вещами.

Он зашел следом и сразу же подошел к Марусе.

– Спит как принцесса! – тихо сказал Володя и кивнул на внучку. – Маленькие девочки вообще похожи на принцесс. Наташа была такая же. У вас есть дети? – спросил он Марину, а она снова растерялась, оказалась не готова к такому вопросу.

– Да, – Марина грустно улыбнулась, – правда, они уже совсем большие, и мама им уже не нужна.

– Ну, это вы глупости говорите, Оля, – тихо произнес Владимир, выходя следом за Мариной в коридор, – мама всегда нужна, в любом возрасте, на то она и мама.

– Моим я не нужна! – не удержалась и с горечью выпалила Марина и тут же отругала себя за излишнюю откровенность. Зачем она изливает душу перед незнакомым и чужим мужчиной, которого видит в первый и в последний раз в своей жизни?

– Вы куда-то торопитесь, Оля? Еще только шестой час, мы могли бы вместе выпить кофе, я его неплохо варю, а потом вы умчитесь, куда вам так надо! – Володя улыбнулся, и от этой улыбки у Марины мурашки по коже побежали.

– Вообще-то мне надо на работу, но я еще успеваю. – Марина неожиданно для самой себя решила остаться.

Она села на стул, подтянула ноги к подбородку и обхватила их руками. Пока Владимир хлопотал на кухне, она осторожно за ним наблюдала: он снял джемпер и остался в одной футболке и джинсах, Марина невольно залюбовалась его фигурой: плоский живот, красивые руки.

– Вам кофе с молоком или без? – Владимир перехватил ее взгляд и улыбнулся.

Марина вздрогнула:

– Да, вернее, нет.

– Так с молоком или без молока? – Мужчина так тепло, так искренне рассмеялся, что Марина и сама невольно улыбнулась в ответ:

– Без молока, я ненавижу молоко.

– Я тоже, – признался Владимир, – поэтому и спрашиваю.

Пока он разливал свежесваренный кофе по чашкам, Марина мельком взглянула на часы – пора ехать, еще до дома надо добраться, а потом на работу.

– Возьмите свежие булочки, – Владимир достал из спортивной сумки, с которой приехал, пакет с выпечкой, – в аэропорту купил, у них там приличная кулинария. Вам, Оля, надо покушать, вы такая худенькая и бледная, что у меня сердце сжимается.

Марина подняла на него полные удивление глаза:

– Какая я?

– Маленькая, худенькая, хрупкая девочка, – Владимир выложил выпечку на тарелку, – приятного аппетита.

– Мне пятьдесят лет, – на всякий случай пробормотала Марина и едва не разревелась, впервые за последние лет двадцать, наверное, кто-то назвал ее «маленькой, худенькой, хрупкой девочкой» и поинтересовался, а не голодная ли она?

– А мне пятьдесят четыре. – Владимир рассмеялся и сел за стол. – Быстро летит время, вот вроде вчера мне было двадцать пять, как моей Наташе, и вот я уже дед. А вы, Оля, совсем еще девочка, и выглядите вы молодо, у вас вся жизнь впереди.

– Спасибо, но мне правда пора! – Марина вылетела из-за стола как ошпаренная, она схватила сумочку, обулась, накинула куртку и выскочила в подъезд и уже там дала волю слезам.

Марина прислонилась спиной к стене и заплакала, она уже много лет не позволяла себе эту слабость: слезы. Какой смысл плакать, если все равно тебя некому утешать? Если всем вокруг ты мешаешь своей любовью? Если от твоей заботы всех тошнит? Если на каждом углу, из всех щелей тебе кричат, что ты уже старая рухлядь и твое место на кухне?

Размазывая слезы по щекам, Марина подумала, что как же она, оказывается, одинока и несчастна, если простые, добрые слова хорошего человека так глубоко ее тронули и заставили разреветься?

Она вытерла слезы, вызвала такси и поехала домой переодеваться, уже через пару минут она пришла в себя и снова стала самостоятельной и независимой женщиной, которая не плачет.

Глава 4

За две недели жизнь Марины вошла в привычное русло: работа-дом, тренажерный зал, йога, каждую пятницу она теперь приезжала в приют для животных и привозила им корм и лекарства.

Сегодня была пятница, Марина вышла с работы и, опустив голову, пошла в сторону ближайшего зоомагазина.

– Оля! Оля!

Марина шла, не поднимая головы, она уже почти перешла улицу на другую сторону, когда ее кто-то осторожно взял за руку:

– Оля!

Марина оглянулась, Владимир немного запыхался, видимо, бежал за ней:

– Я вам кричу, вы меня не слышали?

– Я? – Марина не могла скрыть радость, и Владимир это заметил. Все это время она только о нем и думала, хотя гнала от себя подобные мысли. – Я, да, я задумалась.

– Я так и понял. – Володя бережно потянул ее за собой. – Я на машине, хотите я вас подвезу домой?

– А я не домой, – Марина послушно пошла за ним следом, – мне надо еще по делам.

Они подошли к иномарке.

– А откуда у вас машина? – Марина посмотрела на него подозрительно. – Вы же прилетели из другого города?

– Я ее украл, – Владимир был совершенно серьезен, – только что угнал, а вас буду держать в заложницах. Садитесь быстрее.

Марина рассмеялась и села в машину.

– Я летал домой, а обратно приехал на автомобиле, без него как без рук, привык все время за рулем. Наташе будет нужна еще некоторое время моя помощь, поэтому я здесь задержусь. Так, куда мы едем?

– Сначала до ближайшего зоомагазина, а потом надо отвезти то, что там купим, в собачий питомник. – Марина напряглась, она боялась, что он сейчас начнет охать и ахать, как это прекрасно помогать бездомным животным, и Марину от него начнет тошнить.

Но, к великому ее счастью, Володя промолчал, он просто подвез ее к магазину и спокойно ждал в машине, пока она не вышла с тележкой, груженной кормом.

– В багажник? – спросил он спокойно, перекладывая пакеты.

Марина в ответ лишь кивнула, с ним было легко.

До питомника они ехали молча, играла музыка, слава богу, не шансон и не русская попса, они молчали, но молчание это было уютным.

Приехав на место, Володя сам отнес корм в питомник и вернулся назад.

– Поехали в кино? – спросил он Марину. – Там вроде неплохой триллер по Кингу. А до сеанса можно пиццу поесть, вы как к пицце относитесь?

– Хорошо отношусь. – Она поймала себя на мысли, что весь вечер улыбается.

В торговом центре на пятом этаже они ели пиццу и все время смеялись, Володя так весело рассказывал о своих приключениях – он оказался заядлым путешественником, – что Марина хихикала без остановки. Она почувствовала себя девчонкой: легкой, веселой, беззаботной, у которой вся жизнь впереди и нет тяжелого опыта за печами, разбитого сердца и души, изодранной в хлам.

В кинотеатре Володя ее приобнял, и Марина замерла, она боялась пошевелиться, словно мужчина от ее движения может исчезнуть. От него восхитительно пахло, такой особый, такой… такой…

Марина с ужасом поняла, что, похоже, влюбилась в Володю, как девчонка.

А потом он довез ее до подъезда.

– Дай мне свой номер, пожалуйста, – они как-то незаметно перешли на «ты», – я завтра тебя наберу и, если ты не против, давай вместе поужинаем. Я неплохо готовлю, можешь приехать к Наташе вечером?

– Конечно, – Марина кивнула, – я приеду.

– Вот и отлично, – Володя улыбнулся, – иди домой и хорошенько выспись, а завтра увидимся снова.

На следующий день Марина едва дотерпела до вечера: она по десять раз в час доставала телефон и смотрела на экран, но пропущенных звонков не было.

Володя позвонил ровно в шесть:

– Я внизу, спускайся.

Марина вылетела пулей из кабинета, а потом специально остановилась и пошла спокойным шагом – еще не хватало, чтобы он подумал, что она бежала до машины вприпрыжку.

– Привет! – Володя вышел из машины и открыл перед ней дверцу. – Отлично выглядишь. – Он поцеловал ее в щеку и шутливо запихал внутрь. – Это похищение!

В салоне Марина обнаружила свой любимый кофе и плитку шоколада.

– Это тебе, – небрежно бросил Владимир, – я подумал, что ты вечно голодная ходишь, опять, наверное, в обед ничего не ела, худенькая, вон просвечиваешься вся. А пока я нам всем ужин буду готовить, червячка лучше заморить. Так что пей кофе и лопай шоколадку, влажные салфетки можешь взять в бардачке.

Она послушно вытерла руки салфетками, откусила шоколад и пригубила кофе – более вкусного перекуса она и вспомнить не могла.

– Ольга Николаевна! – Наташа открыла им двери, она до сих пор была на больничном, но выглядела уже гораздо лучше. – А мне папа сказал, что мы сегодня ужинаем все вместе! Я очень рада.

– Я тоже! – Марина опять смутилась и растерялась, она уже много лет не ходила ни к кому в гости, у нее давным-давно не было семейных вечеров, и она просто не знала, что теперь делать.

– Руки! – шутливо приказал ей Володя и помог снять с Марины куртку. – Девочки в комнату, мальчики на кухню, – скомандовал он. – А где Маруся?

– Там какой-то жутко модный мультик показывают, она оторваться не может, – хихикнула Наташа, – я сейчас ее позову.

– Не надо, я сам зайду. – Володя зашел в комнату, и Маруся, увидев деда, счастливо рассмеялась.

Он подхватил ее на руки и закружил по комнате, Марина стояла, прислонившись к двери, и наблюдала за происходящим.

Ей казалось, что она попала в какую-то другую реальность, в ту, где в семье все любят друг друга и заботятся, где никто ни на кого не орет: «Не звони мне!» и «Ты меня достала!».

Наигравшись с внучкой вдоволь, Володя пошел на кухню готовить ужин. Посидев немного для приличия с Наташей и Марусей, Марина отправилась к Володе на помощь.

– Давай я чем-нибудь тебе помогу, – предложила она, нерешительно остановившись в дверях.

– Давай! – дружелюбно согласился мужчина. – Иди и режь тогда салат, раз тебе спокойно возле телевизора не сидится.

– Там мультики показывают, – улыбнулась Марина.

– Как раз для вас, для девчонок, – отшутился Владимир, – ну, если тебе больше нравится торчать на кухне, я не против.

Марина хихикнула и взяла нож:

– Что прикажете порезать?

Они готовили вместе еще около часа, легко, в унисон, словно всю жизнь они это делали вместе. Марина то и дело замирала на месте, чтобы спросить себя, а не сон ли все это? Она давным-давно не чувствовала себя такой счастливой.

После ужина Владимир вызвался довезти Марину до дома, хотя она и предлагала вызвать ей такси и никого не напрягать.

– Мне в радость о тебе заботиться, – как-то так по-особенному просто сказал Володя, что она ему сразу поверила.

Он довез ее до дома, они сидели в машине, и тогда он ее впервые поцеловал. От Володи пахло горьким орехом, кофе и еще каким-то совершенно сумасшедшим ароматом, его губы были самыми желанными, а поцелуй мог бы длиться вечность.

– Можно я сегодня останусь у тебя? – спросил Володя, и Марина запаниковала.

Как? Когда? Прямо сейчас? Она так давно не занималась любовью, прошло уже лет пять, если не больше от ее воздержания, сейчас она до ужаса перепугалась.

И Володя это понял.

– Я просто останусь, понимаешь? Мы просто вместе посмотрим телевизор, вместе уснем, я обниму тебя и расскажу сказку, как маленькой девочке, потому что у тебя сейчас безумно испуганный вид.