Джим Уэйд

– Так это и есть Минотавр, – задумчиво произнес Рыжий. – С ней достаточно грубо обращались. Выглядит не очень-то ценной.

– Но это так, – заверил Уэйд. – Думаю, я знаю почему.

Здоровяк ждал пояснений, но Гром Джим, повидимому, сказал все, что собирался. Наконец Рыжий спросил:

– Есть какие-нибудь возражения против того, чтобы рассказать нам, что все это значит?

Гром Джим зажег сигарету одной рукой. Маленький белый цилиндр, казалось, выпрыгнул из пустого воздуха, как и горящая спичка. Немногие профессиональные маги могли бы сравниться с трюками Уэйда, которым он научился давным-давно.

Наконец он кивнул.

– Ладно. Я расскажу вам, все, что знаю. Гэлбрейта похитили. И вы это знаете… Думаю, мне лучше рассказать вам, где я познакомился с профессором… Это имеет отношение к тому, что происходит сейчас. – С минуту он молчал, тщательно подбирая слова. – Вы не знаете, где я родился, откуда пришел. Когда мне было пять лет, мы с отцом потерпели крушение на острове у берегов Африки. Отец был ученым – чертовски хорошим. Он сохранял нам жизнь, пока нас не спасли, – когда Уэйд мысленно вернулся назад, его волевое лицо расслабилось. – Нас подобрал маленький летун-кокни. Заметил наши сигналы. Это было во время мировой войны. Этот кокни воевал и летал в Африке. Он подобрал нас… Был шторм, и мы сбились с курса. Спасения не вышло. Самолет разбился в долине, которая была отрезана от внешнего мира. Отца убили. Пилот – Тим Миггс, был ранен, но я отделался царапинами. Детская удача. В долине были люди, и они заботились о нас.

– Туземцы? – вставил Рыжий.

Улыбка Уэйда стала несколько странной.

– Наверное. Да, можно сказать и так. Они прибыли в Африку тысячи лет назад и никогда не покидали этой долины. Они были с Крита.

– С Крита! – у Реда отвисла челюсть. – Но…

– Я знаю. Но Крит существовал еще до Греции. Тысячи лет назад. Тогда он был вполне цивилизован и посылал исследователей в дальние уголки Земли. Некоторые из них достигли той долины в Африке и поселились там. Затем Крит пал, и африканские первопроходцы остались, где были, скрытые от своих врагов. – В голосе Уэйда прозвучало странное благоговение. – Представь себе – культивировать науку, в этой глуши, науку и секреты своей прародительской расы! Ибо у них была своя наука… Что ж, я был слишком молод, чтобы удивляться. Я был воспитан ими. Миггс вроде как усыновил меня. Из долины не было выхода – когда-то существовал проход, но его засыпало много столетий назад. Так что я вырос в затерянной цивилизации и многому научился у туземцев. Жрецы многое мне показали. Например, как использовать гипноз. И Миггс внес свою лепту, научив меня ловкости рук. Я подозреваю, что в Лаймхаусе он был карманником, хотя он никогда не учил меня ничему воровскому. Хороший парень этот Миггс. Катастрофа искалечила его, и он умер через четыре года. Я вырос в этой долине, и однажды туда прибыл профессор Гэлбрейт. Лавина открыла проход в горах, и просто прошел в долину. Чистая удача! Уезжая, он взял меня с собой – вернул в лоно цивилизации и позаботился о том, чтобы я получил современное образование. Узы родства связали нас как отца и сына, хотя теперь наши пути разошлись, как и наши интересы. Но когда мы покинули долину, туземцы закрыли проход. Они достаточно узнали от Гэлбрейта о внешнем мире, чтобы пожелать остаться в изоляции. И мы с профессором всегда держали в секрете расположение этой долины.

На мгновение воцарилось молчание. А потом Заточка задал вопрос.

– Какое отношение ко всему этому имеет Минотавр?

– Выходцы с Крита поклоняются Минотавру – человеку-быку. Гэлбрейт использовал это слово в сообщении, чтобы сказать мне, где его искать.

– Во как… – протянул Дирк и поджал губы. – Ну, если Гэлбрейт не говорил, как кто-то узнал об этом месте?

Уэйд пожал плечами.

– Есть еще один вопрос… Нет, профессор не заговорил бы, если только они не дали дозу скополамина. А они, вероятно, так и сделали. И была только одна вещь, которую он вынес из долины.

– Что за вещь?

– Эта маленькая статуэтка, которую жрецы сделали для него – быка с головой Гэлбрейта. Это был в значительной степени комплимент, и я знаю, что его заслужил.

Уэйд взглянул на приборную панель и изменил курс.

– Как бы то ни было, – продолжал он, – босс Вардена похитил Гэлбрейта, выяснил то, что они хотели узнать, и доставил его на самолете в скрытую долину. Они могут подумать, что там спрятаны сокровища. Об этом я ничего не знаю. Но я знаю, что мы должны спасти профессора. Его похитители безжалостны, судя по тому образцу, который я получил! – его угольно-черные глаза злобно блеснули. – Я прожил среди этих людей много лет. По большей части это доброе, кроткое племя. Они не умеют воевать. Несколько гранат или пулемет – и в этой долине начнется настоящий ад. Я этого не допущу. Обитатели этой долины заслуживают того, чтобы их оставили в покое.

– Ну, – протянул Заточка. – И что дальше?

– Мы дозаправимся в Каире, а потом отправимся вглубь страны, за пределы Эфиопии, – потом Уэйд резко заметил: – Мне не нравится звук мотора. «Громовой жук» нуждался в дополнительной проверке. Но мы не могли ждать.

– По-моему, все в порядке, – возразил Рыжий. – В Каир, да? Славный городок. Для короткой остановки.

Уэйд не ответил. Он послал «Громового жука» вперед, а тот напоминал черную пулю в полете. Но Заточка резко взглянул на Рыжего.

– Думаешь, у нас будут неприятности?

– Может быть, – уклончиво ответил Рыжий. – Может быть, кто-то получил приказ остановить нас. Не знаю.

Гром задумчиво посмотрел на собственную узловатую гигантскую руку и медленно сжал кулак.

– Я бы и сам хотел разобраться с этими ребятами.

– Сладкое на третье, – заметил Заточка. – Однако, надеюсь, с нами поделятся.

– Это будет справедливо, – присоединился к нему Рыжий и достал еще один пистолет, чтобы почистить…

Но в Каире ничего не случилось. Действительно, ничего не происходило, пока «Громовой жук» не оказался далеко в глубине материка, над тропическими джунглями. Они были уже недалеко от места назначения, когда мотор начал давать сбои.

Уэйд ничего не сказал, но его глаза беспокойно обшаривали нетронутый лес внизу. Приземлиться было невозможно. Он как можно тише завел мотор, и через полчаса внизу показалось небольшое озеро. К счастью, «Громовой жук» был оснащен выдвижными понтонами как раз для такой чрезвычайной ситуации, как эта. Уэйд медленно повел машину вниз, щурясь от яркого заходящего солнца. Он не осмеливался лететь дальше с наступлением темноты. Ремонт можно было производить, пока амфибия отдыхала на поверхности озера. Задержка не должна быть долгой.

Брызги взлетели белыми фонтанами. Испуганные цапли с гневными криками взвились в небо. Несколько крокодилов лениво соскользнули с берега. Громовой жук замер, медленно покачиваясь на волнах. Тишина снова опустилась на джунгли, когда Уэйд заглушил мотор.

Густой кустарник окаймлял озеро. Вдалеке послышался шум – гигантский носорог фыркал и хрюкал, пока пил из озера. Но он не представлял никакой опасности, как и крокодилы, при условии, что Уэйд и остальные будут держаться подальше от воды.

– Мы останемся здесь на ночь, – решил Гром Джим. – Но лучше сделать ремонт сейчас, пока света достаточно. Не свалитесь с понтонов.

Ворча, Ред достал инструменты. Он остановился, вздрогнув, когда новый звук донесся из притихших джунглей.

Мотор самолета гудел все громче.

Уэйд, наполовину высунувшись из каюты, замер, глядя вверх. Крестообразная форма самолета-амфибии появилась с севера и закружилась над головой, неуклонно теряя высоту.

Сомнений в намерениях незваных гостей не было даже до того, как раздался первый пулеметный залп.

Уэйд нырнул обратно в каюту, сверкая глазами.

– Может быть, это Варден, – крикнул он. – Должно быть, выследил нас. Однако он выстрелил слишком рано. У нас будет время подготовиться.

Гром уселся за пульт управления, в то время как остальные деловито работали над герметизацией «Громового жука».

– Будем нырять? – спросил Рыжий.

– Да. Единственное, что можно сделать. Мы не можем улететь с озера, не починив мотор, но для погружения сойдет. Поспешите!

Глава V. Ужасы джунглей

Со стороны могло показаться, что с «Громовым жуком» происходит волшебная метаморфоза. Крылья становились короче, когда их заворачивали. Гладкие, гладкие черные пластины скользили туда-сюда, пока корабль не превратился в сигарообразную торпеду. Гром Джим Уэйд потратил годы на проектирование и строительство «Громового жука», и, как было признано, это было чудо научной инженерии. Способный изменяться так же быстро, как и передвигаться по суше, морю или воздуху – сейчас он стал подводной лодкой.

Последними были спущены понтоны, и «Громовой жук» устремился ко дну озера. Пулеметные очереди барабанили по корпусу, когда он погружался. Уэйд, занятый управлением, нахмурился. Отдых на дне даст ему передышку. Неуместное сравнение! Воздух в миниатюрной субмарине не продержится вечно, но оставаться на поверхности было бы чистым самоубийством.

Теперь, однако, враг взял верх. Когда «Громовой жук» все-таки появится, орудия вражеской амфибии будут ждать его. Без сомнения, остальные корабли приземлятся на озере и будут ждать дальнейших событий.

«Громовой жук» опустился на дно, покачнулся, погружаясь в липкую грязь.

– Думаешь, здесь есть бегемоты? – спросил Рыжий. Его лицо блестело от пота в электрическом свете.

– Сомневаюсь, – проворчал Уэйд и заглушил мотор. – Озеро слишком маленькое.

Какое-то время он сидел неподвижно, размышляя. Что дальше? Оставаться здесь, пока не кончится воздух? В маленьком озере не было места для маневра, а вода была слишком мутной, чтобы прицельно выпустить торпеду. Но они не могли оставаться здесь вечно!

Рыжий и Заточка молчали, ожидая приказаний своего командира. Уэйд подбросил в воздух сигарету и внимательно осмотрел ее. Потом он заставил ее исчезнуть.

– Здесь нельзя курить. Ну что ж, посмотрим. Мы должны избавиться от наших друзей. Их не может быть много. Скоро стемнеет. Когда это произойдет, – Уэйд взглянул на часы, – я выберусь наружу через торпедный аппарат.

– Крокодилы, – тихо пробормотал Заточка.

Уэйд усмехнулся.

– Чокнутые! Ты просто сам хочешь пойти.

– Почему нет?

– «Громовой жук» нуждается в вас обоих, чтобы поднять его назад на поверхность. Двигатель работает с перебоями. Я постараюсь избавиться от наших друзей, а если и попытаюсь, то преуспею.

– Как мы об этом узнаем? – спросил Рыжий.

– Проще простого. Всплывайте через час… нет, лучше через два. Если в вас будут стрелять, бросайте машину и плывите к берегу. Я посмотрю, что смогу сделать за час.

На некоторое время воцарилось молчание. Никто не произнес ни слова, пока Уэйд снимал куртку и забирался в торпедный отсек. Он залез головой вперед.

– Я досчитаю до десяти, – крикнул он. – Тогда я задержу дыхание, а ты откроешь кингстон. Готовы?

– Удачи, амиго, – вздохнул Рыжий и захлопнул люк. Заточка молчал, но взгляд у него был мрачным.

В торпедный аппарат хлынула вода. Сначала был ошеломляющий шок от ледяной воды. Уэйд подождал, приходя в себя, а затем выбрался из «Громового жука» и поплыл по мутной воде, двигаясь в буквальном смысле на ощупь.

Он знал, что будет полная луна, а это было опасно. Серебряный африканский свет выдаст его любому наблюдателю. Кроме того, в озере водились крокодилы. За поясом у Уэйда был заткнут нож, а в водонепроницаемой сумке – автоматический пистолет, но он не мог отделаться от мысли, что они не помогут ему.

Он вынырнул из воды, глотнул воздуха и тут же снова нырнул – высунулся, но только на секунду. В тропическом лунном свете он мельком увидел джунгли и плавучий самолет, пришвартованный к берегу, где одиноко росли деревья, недалеко от того места, где напился носорог.

На берегу горел огонь. Там должны быть люди, вооруженные.

Уэйд направился к противоположному берегу, как можно реже выныривая из воды.

На полпути через озеро он увидел v-образную рябь, направляющуюся к нему. Крокодил!

Уэйд похолодел. Если он станет сражаться с ящером, суматоха привлекла бы внимание врага. Единственной надеждой было переправить чудовище на другой берег.

Ничтожный шанс!

До этого момента Уэйд практически не напрягался. Тишина была важнее скорости. Но теперь в дело вступило его великолепное жилистое тело. Каждый мускул казался идеально скоординированным; ни одно движение не было потрачено впустую. Его ноги почти не шевелились, но сильные руки несли Уэйда по поверхности воды. Каждый гребок был на счету. Годы, проведенные в пустыне, подготовили его к подобным опасностям.

Сквозь сверкающие капельки пены он увидел, как крокодил бесшумно скользит к нему, большая часть огромного, словно у исполинской ящерицы тела скрывалось под поверхностью. Потом появился еще один. И еще… Все трое приближались к своей добыче. Уэйд подумал, не направляется ли он прямо в пасть четвертого. Заросший тростником темный берег впереди был идеальным укрытием для крокодила.

Он не ощущал ничего, кроме плавного ритма движения своих мускулов, почти пьянящих, несущих его через озеро. Берег приближался. Уэйд не хотел пользоваться ножом без крайней необходимости. Но… Ну, он должен подождать и посмотреть.

Преследующие его ящеры были уже совсем близко. Но скоро он доберется до мелководья.

Рука Уэйда коснулась дна. Он метнулся к берегу и поднялся на ноги. Краем глаза он увидел, что крокодилы несутся к нему, и теперь не более чем в десяти футах. Одновременно темная громада соскользнула с берега в воду, преградив ему путь. Челюсти твари плотно сомкнулись – крокодилы всегда спят с открытыми ртами. Но они откроются сразу же, если это необходимо…

Оставалось сделать только одно, и Уэйд так и поступил. Он высоко подпрыгнул и тяжело опустился на спину ближайшего ящера. Еще один крокодил скользнул мимо того места, где он только что стоял. Уэйд почувствовал под подошвами твердую, как резина, рифленую шкуру, но не стал дожидаться, пока его собьют в воду.

Его второй прыжок перенес его в камыши, которые зашуршали и затрещали, когда он нырнул в них, и тут же бросился вперед, чтобы избежать смертельного удара хвоста крокодила. Он услышал, как ломаются камыши у него за спиной. Брызги понеслись во все стороны, когда он побежал вверх по склону, надеясь, что не наткнется на других чудовищ.

Удача не покидала его. Он нашел дерево, поспешно взобрался на него и осмотрелся. Крепко прижавшись к стволу, чтобы его не заметили, – хотя опасность была невелика, – он взглянул на другой берег озеро. Его залитая лунным светом поверхность была ровной и ровной. Вокруг вражеского костра не было суетливый теней.

Но ночь не была спокойной. В джунглях только полдень безмолвен. С заходом солнца огромные хищники потягиваются и шевелятся в своих логовищах, готовясь отправиться на охоту. Уэйд знал, что в лесистых долинах обитают антилопы гну, зебры и мелкие млекопитающие. Тут могли жить буйволы и даже слоны. Но в основном по ночам в джунглях бродили львы, леопарды и гепарды – большие кошки, которые были весьма опасны.

Выбравшись на берег, Уэйд начал осторожно обходить озеро, держа оружие наготове. Из тени пронзительно кричали цикады. На болотистых берегах жужжали и квакали лягушки.

В кустах зашевелилась тень. Уэйд поднялся, увидев два зеленых глаза. Смутно он различил силуэт, но не мог сказать, что это за животное. Может быть, большой леопард или маленькая львица. Гром затаился и стал ждать.

В действиях хищников была большая разница. Леопард бросается, как молния, и его трудно остановить, даже если нашпигуешь свинцом. Но люди оставались живы после рукопашных схваток с леопардами. Лев, с другой стороны, не прижимается к земле, когда нападает, и не обладает скоростью и гибкостью леопарда. Но когда лев добирается до человека и сбивает его с ног, это его конец.

Уэйд так и не узнал, что за зверь наблюдал за ним. Хищник скользнул обратно во мрак и исчез. Ветер донес до ноздрей Джима Уэйда едкий запах крови, и он понял, что огромная кошка уже убила свою жертву и теперь отправилась обедать. В итоге Гром обошел кусты подальше. Больше вокруг не было слышно ни звука, ни движения.

Уэйд взглянул на часы. Времени осталось совсем немного. Если «Громовой жук» всплывет на поверхность раньше, чем он достигнет своей цели, это может оказаться смертельным для Аргайла и Марата.

Наконец Гром осторожно приблизился к вражескому лагерю. Громил было пятеро, а может, и больше. Квестера, который, как он уже выяснил, был одним из главных похитителей Гэлбрейта, очевидно, тут не было, хотя Уэйд не был уверен. Мужчины работали над чем-то – все, кроме одного, стоявшего на страже.

Они готовили – глаза Уэйда подтвердили его догадку – глубинную бомбу. Бомбу, которая разрушила бы «Громового жука», если бы ее сбросили в озеро.

У него оказалось много меньше времени, чем он думал! Его противники были хорошо вооружены, у них даже был автомат. Орудия самолета тоже могли быть обращены против нападения. Хотя, возможно, партизанская тактика могла бы помочь…

Если бы он мог избавиться от врагов, убивая их одного за другим… Невозможно! Они держались слишком близко друг к другу, хотя и на безопасном расстоянии от огня, потому что работали с динамитом.

Уэйд замер неподвижной статуей. Нет, не статуей, потому что каждый дюйм его тела был живым. Он был похож на хищника ночных джунглей, настороженного и смертельно опасного. Его черные глаза светились во тьме.

Конечно, у него был пистолет. Но враги были настороже. При первом же выстреле они расстреляли бы кусты из автомата. Кроме того, Уэйд еще ни разу не стрелял в человека из засады, даже в самого кровожадного негодяя. Но чтобы спасти своих людей…

Загорелое лицо Уэйда превратилось в каменную маску. Мокрые волосы прилипли к лицу, и он с молчаливым нетерпением откинул их назад. Возможно, был и другой путь. Теперь он был уверен, что Квестера нет среди головорезов. Пятеро убийц – но их главаря не было. Уэйд пожалел об этом, когда его пальцы скользнули по холодному металлу пистолета.

Промокнув до нитки, он не боялся лихорадки даже в джунглях. Долгие годы приключений сделали его стойким, как гвоздь. Но, конечно, его тело не обросло броней против пуль. Броня… Мысль витала в воздухе. Это что-то ему напомнило. Что?

Внезапно он вспомнил. Носорог, которого он недавно видел пьющим в озере. Его жесткая шкура была достаточно прочной, чтобы остановить пули. Уродливая тварь с мощными, изогнутыми, как сабли, рогами. У носорога плохое зрение, но отличное обоняние. И, зная привычки этого существа, Уэйд догадывался, что эта тварь может быть не так уж далеко.

Если бы он мог найти его, то, возможно…

Гром еще раз внимательно осмотрел лагерь бандитов. Их самолет был пришвартован к дереву у кромки воды. Это был большой аэроплан, который неспешно покачивался на воде. Бинго! Носорог не мог не заметить столь очевидную и громоздкую вещь. И запах человека привел бы его в бешенство до смертельного исступления.

«Все, что нужно сделать, так это привести носорога сюда, – подумал Уэйд. – Именно так!»