Тора-кай. Книга 3. Пробой сфер

Оба патруля с разных концов периметра рванули туда, откуда примерно раздавался кошачий вопль.

— Пора, — я переглянулся с Хитоми, и мы одновременно хлопнули в ладоши создавая перекрывающийся радиус поражения. С одной стороны раздался грохот железа по железу и звук падения тела, но мата не последовало — один из клиентов падал с лестницы уже без сознания.

— Говорила мне мама, не лазь по крышам, — с усмешкой прокомментировала Кошка.

— Пошли за тем, за чем пришли.

— А если кто-то не отключился?

— Валим на глушняк, сама знаешь, — прокомментировал я, очень хорошо зная ее кровожадную натуру.

— Принято, — толкнула она служебную дверь ангара, оставив меня прикрывать.

Внутри в сознании никого не было — Оглушение чем и было хорошо, что не создавало интерференцию, без всяких там узлов и пучностей, только усиливаясь в зависимости от числа источников. Судя по картине валяющихся тел охранников в дежурке на входе прилетело им хорошо.

— Эх, жаль оставлять пленных в живых, да нельзя палиться… — Кошка подошла к компьютеру, свалив на пол охранника в кресле, упавшего мордой в стол.

— Вот именно, — я достал пару использованных пеналов из-под газовых гранат. — Пусть потом думают, что это обычное нападение якудза.

— Ну тогда оставим привет! — радостно сказала Кошка, загоняя фирменный сюрикен уничтоженной Кикото-кай в бронежилет одного из охранников.

— Не отвлекайся. Реми, что ищем?

— Попробуйте, — она запнулась, а потом выдала перемешку букв и цифр. — Вот это.

— Есть, — Хитоми, пальцы которой барабанили по клавиатуре складского компьютера, торжествующе нажала на кнопку. — Оно!

— Ну тогда поехали на шоппинг, — я вывел разъездной электрокар с платформой. Пехом перемещаться по этому огромному ангару и тащить неизвестно что на себе у меня никакого желания не было.

— Поехали! — она запрыгнула на платформу.

Пользуясь ее указаниями в стиле «не умничай, а рукой махни», я попетлял по складу и остановился у одного из стеллажей.

— Ну вот, похоже это оно, — торжествующе объявила Хитоми, глядя на огромный транспортировочный ящик, стоящий на втором ярусе.

— Надо было погрузчик взять… — было начал я.

— А магия для чего тебе дана, лентяй? — спросила она. — Ну-ка, в четыре руки, осторожно…

Мы сплели заклинание, и вытащили ящик точно на платформу погрузчика.

— Вскрываем, — скомандовала она.

Да, это было именно то, о чем говорила Реми. Три больших пластиковых бокса и пара пластиковых канистр с какой-то ядовито-зеленой жидкостью, при взгляде на которую точно приходили в голову ассоциации с какой-то некромантией.

— Выгружаем, — сказал я, и стал перекладывать содержимое ящика на платформу.

— Давай, — сказала Кошка, извлекая оттуда огромную канистру, больше обычных.

Перекидав все на платформу, мы загнали ящик обратно, и погнали к выходу.

— Нехорошо как-то выходит, — сказала Хитоми. — Якудза не нападают на объект просто так, не прихватив ничего стоящего. Реми?

— Я бы вам подсказала, но у охраны доклад через двадцать две минуты, так что ноги в руки, и бегом.

— Есть, мамочка, — прокомментировала Хитоми, глядя на складской компьютер.

— Хочешь прихватить?

— А как же. А ты пока собери оружие и ценное с охранников. Чтобы борёкудан оставили стволы? Да не бывало такого. А потом пару ящиков у входа прихватим, словно мы напали, но нас спугнули и взяли, что попало.

— Тоже верно, — сказал я. — Мизуки, заводи фургон и подгоняй к воротам, через пару минут уезжаем.

— Принято!

Глава 2

После обеда Ронин беззаботно включил голографическое панно на стене и принялся смотреть новости.

— Ёкай тебя забери! — донесся из комнаты голос Такэды. — Выключи эту мерзость!

— Разве панда, родившая детенышей в Токийском зоопарке, это мерзость? — с удивлением спросил Ронин.

— А-а-а! Выключи!

Ронин поморщился, но новости выключил. Из комнаты вышел Такэда в неизменном домашнем кимоно, уселся на татами и негромко произнес.

— Извини. Дело не в панде, а в информации. Смотри, детеныш панды весит в среднем сто десять граммов, что составляет примерно одну восьмисотую от веса его матери, а три детеныша весят триста тридцать граммов, что при удвоении составит шестьсот шестьдесят граммов, и две шестерки из этого числа является двумя третями от…

— Стоп! — Ронин остановил его жестом.

Такэда заткнулся, но это явно стоило ему немалых усилий.

— Все еще глючит? — участливо спросил Ронин.

— Это не глюки, — выдавил из себя Такэда. — Но после того, что со мной проделал наш покровитель, у меня голова просто не может не работать. Все, что до этого мирно дремало в глубинах подсознания, теперь потоком врывается в осознанную часть мозга, самостоятельно выстраивается в причинно-следственные связи и логические цепи. Если я пытаюсь ни о чем не думать, мои мозги начинают впитывать любые крохи информации для анализа, хоть из телевизора, хоть откуда. Я сегодня, к примеру, слушая синиц, выявил у них пятьдесят различных звуковых сигналов и понял значение половины из них.

— Мощно, — прикинул Ронин. — Научите, будем с вами пересвистываться, если нарвемся на прослушку.

— Да иди ты…

— Что, вообще легче не становится? — осторожно спросил Ронин.

— Становится. Голова уже не болит, я начал понимать, как этим вообще управлять. Но все равно пока непривычно. Любое воспоминание превращается в анализ данных с набором выводов.

— Каких воспоминаний?

— Любых. Вот, сейчас промелькнуло перед глазами воспоминание, как мы с тобой из противотанкового комплекса долбанули по складу с наркотиками. Тогда я что увидел? Как разворотило стену ангара, сорвало крышу, все заволокло пылью и дымом. Взрыв, как взрыв. Но сейчас я это совершенно иначе воспринимаю. Наше подсознание способно фиксировать мелкие детали, которые совершенно недоступны для осознанного восприятия. Раньше они тонули в недрах мозга, и все. Сейчас иначе. Они поначалу тоже тонут, но весь объем мозга, не только осознанная часть, начинает эти детали анализировать, а затем выдавать в осознанную часть полученные выводы. Я вспоминаю, как двигался, к примеру, фронт ударной волны, и могу с точностью указать массу каждого предмета, который сбило и отбросило взрывом. Я вспоминаю, как по земле распространялась сейсмическая волна, и у меня в голове прямо прорисовывается карта плотности грунта, распространения слоев и…

Такэда осекся.

— Что такое? — Ронин сощурился.

— Под этим складом есть укрепленное бетонированное помещение, — уверенно заявил Такэда.

— Это вы по характеру распространения сейсмических волн поняли?

— Именно так. Да хватит тебе прикалываться! Я точно говорю, там что-то вроде бункера. Взрыв повредил его перекрытие, но сам бункер уцелел, и то, что в нем, наверняка, тоже. Возможно, мы уничтожили не все наркотики. Там, наверху, ширпотреб был для уличной шпаны, а самое ценное могло храниться отдельно.

— Нда… Мило. — Ронин почесал затылок. — Подождите, я свяжусь с нашим покровителем. Может от этого вашего необычного состояния таблетки какие-то есть, пусть посоветует.

Он пересел за компьютер и набрал несколько строчек в служебном чате, полностью защищенном от возможностей чужого вторжения, как заявил покровитель. Через какое-то время пришел ответ. Ронин удивленно вздернул брови.

— Ну, что, есть таблетки? — не скрывая иронии спросил Такэда.

— Васаби мне в ноздри… — пробурчал Ронин. — Лучше бы я не писал ничего. Короче, нам велено поехать и проверить вашу гипотезу насчет бункера под складом. Типа, если вам что-то привиделось, это надо обязательно проверять. Про синиц, простите, писать не стал, а то, боюсь, целый день придется по деревьям лазать. Как-то очень серьезно покровитель относится к вашим глюкам.

— Потому что это не глюки, — со вздохом ответил Такэда.

— Еще он посоветовал вам сосредотачиваться не на мыслях, а на окружающей реальности. Ну, это, типа, вместо таблеток. И наденьте уже нормальный костюм. Ваша любовь к традициям похвальна, но не практична. Хотите, пуленепробиваемый плащ подарю, как у меня? Есть в запасе.

— Хочу, — с хитрой улыбкой ответил Такэда. — Ладно, ты прав, пойду переоденусь.

Часа через два черный фургон «Тойота» подкатил к промышленной зоне, где находились развалины склада.

— Ближе пока не стоит. — Ронин отключил автопилот и перевел робокар на ручное управление. — Надо осмотреться.

Уже зная, что на окраинах муниципальные власти не особенно тщательно следят за незаконными дронами, чтобы их перехватывать, Ронин запустил небольшой разведывательный беспилотник. Такэда разглядел на мониторе склад, в который попала противотанковая ракета, но разрушения оказались сильнее, чем он ожидал увидеть.

— После нашего отъезда склад еще развалился, — сказал он. — Стеновые панели после попадания вынесло только с западной и северной стороны, а теперь остался, фактически, один фундамент.

— Не обязательно это последствия взрыва, — прикинул Ронин. — Стены могли специально свалить спасатели, когда тушили пожар.

— Да, по характеру деталей ты прав. Следы техники. И вывал внутрь, словно ковшом валили. От взрыва все разлетелось в стороны, а потом строительный мусор сгребли в кучу бульдозерами. Это хорошо.

— Чем это хорошо, если нам под этими грудами искать какой-то подземный бункер?

— Тем, что его до нас не нашли. Так, не мешай, дай мне сосредоточиться. Надо рассмотреть детали и сделать выводы.

Такэда попросил сделать несколько снимков с дрона и перекинуть их на компьютер в салоне, перебрался туда и принялся перелистывать изображения на экране.

— Да, точно. Еще огонь не погас, как сюда подогнали три бульдозера и один грейдер, сгребли обломки стен и свалили их в кучу, чтобы сначала засыпать очаг возгорания пылью и щебнем, а затем пролить противопожарным составом.

— Вас превратили в Шерлока Холмса. — Ронин рассмеялся. — Тот тоже по мелким деталям, незаметным для других, восстанавливал картину преступления.

— Поверь, тут работает не дедукция, — пробурчал Такэда. — Сейчас мой мозг обрабатывает информацию по алгоритмам и принципам, которых природа для него не предусмотрела. Тут нечто несоизмеримо более сложное, чем банальная дедукция, выдуманная мистером Конаном Дойлом. Зря ты отказался активировать свои способности.

— Ну… Я уже задумался над тем, чтобы согласиться. На вас насмотрелся и люто завидую.

— В общем, бравые шобочо старались побыстрее справиться с огнем, чтобы он не перекинулся на другие строения, поэтому вообще не церемонились. В ход пошла тяжелая техника, затем все залили и отчитались перед муниципалитетом о проделанной работе.

— А якудза?

Чем больше Такэда проявлял свои форсированные способности к анализу, тем с меньшей иронией к ним относился Ронин.

— Смотря кого ты конкретно имеешь ввиду. Если брать клан Кикути, то сам Комори и почти все его охранники погибли при взрыве. Выжили только те, кто находился снаружи, это и без моих способностей очевидно.

— Да. Поэтому давайте сразу из области неочевидного, — попросил Ронин.

— Оставшиеся снаружи продолжали бой. Шпана, решившая разграбить уцелевшие наркотики, бросилась на штурм. Это уже после того, как мы покинули место событий.

— Нормальные люди говорят «свинтили» или «слиняли». Вам всего сорок лет, господин инспектор, а лексикон у вас, как у протухшего старпера.

— Это уж, как ты изволил выразиться, васаби тебе в ноздри, а не сленгу меня учить. Короче, шпана бросилась на штурм, часть их положили из пулеметов, часть бросилась за нами с самыми печальными для них последствиями. Остальным удалось полностью зачистить охрану склада. Шпана спешила прорваться на склад, чтобы прихватить хоть немного наркотиков до приезда полиции и пожарников. Но, судя по заметным следам, у них ничего не вышло. Пожар разгорелся, пламя никому не позволило сунуться внутрь и нападавшие вынуждены были спасаться бегством. Они, как ты говоришь, свинтили, потом подъехали кейсацу, шобочо и медицинские службы. Вон, смотри, даже следы от посадки вертолета остались.

— Где? — Ронин вытаращился на монитор.

— Ну, смотри, пыль и гарь раскидало концентрическими и радиальными волнами, это от работы винтов.

— Как вы это замечаете?

— Глазами. В общем, трупы вывезли, оружие собрали, начали тушить пожар. Пока тушили, доломали остальное, превратив все в груду мусора.

— И под этой грудой, хотите сказать, бункер?

— Теперь я это знаю наверняка. Тут следов намного больше, чем я вспомнил, находясь дома.

— Обалдеть. И как нам это разгрести?

— Сажай дрон и въезжай на склад. Там безопасно, сюрпризов никаких нет.

Ронин хмыкнул, на ручном управлении объехал строения, окружающие склад и загнал фургон на территорию. Такэда покинул салон, спрыгнув в смешанную с гарью пыль. Затем он обошел груду строительного мусора, состоящего из обломков стеновых панелей и балок, взобрался на глыбу, брезгливо подтянув полы подаренного Ронином плаща, присел и заглянул в щель между плитами.

— Трос есть? — спросил он.

— Ну, есть бухта полимерного каната. Часть альпинистского снаряжения.

— Тащи сюда, а другой конец прицепи к фургону.

— Господин инспектор! — Ронин поморщился. — Это вам не микроавтобус каких-нибудь хиппи из двадцатого века. Тут нет фаркопа. За что мне цеплять веревку?

— Поищи сам, пожалуйста, а мне надо рассчитать место приложения силы и вектор тяги, — ответил Такэда.

Он спрыгнул на землю и внимательно оглядел крупные куски с торчащими из них обломками арматуры. При этом его мозг словно создавал дополненную реальность, как бы окрашивая в воображении глыбы всеми оттенками от красного до фиолетового, в зависимости от соотношения веса к размеру. Наконец он нашел оптимальное место и привязал там полимерный тросик к арматуре. Ронину пришлось частично протиснуться под днище робокара, чтобы другой конец закрепить на мосту подвески.