Сила не с той стороны

— Челнок — это ты как пилот, плюс я, как инструктор, — поучительно заявила она, — это значит мы оба покинем корабль в пустоте, а я бы этого не хотела. А у господина Заргелооса яхта класса тяжелый крейсер.

— Хм, это нормально? — уточнил параноистый я.

— Да, вполне, Макса мы принимали на борт, а не челноком, — успокоила мои параноистые мысли Висса, — правда садились не тягловым лучом, но тут уж как есть.

Ну а пока я параноил, нас слегка, судя по сместившемуся вектору гравитации, потянуло. А увидев «яхту» я присвистнул, мысленно, но еле удержался от вслуха.

Шарообразная фигулина с разомкнутым кольцом вокруг неё. Навскидку, раза в два побольше покинутой нами базы, километра два в диаметре. Ну, судя по яхте, сей «господин» и вправду «серьезный заказчик».

Ну а я поперся отпирать максово узилище. Противный еще дрых, был легонько пнут и извещен, что заказ выполнен, с минуту на минуту мы будем на яхте его родителя, так что не помешало бы что–нибудь нацепить, собрать барахло, ну и с вещами на выход.

— Ой, да сами выкинете, — помахало лапкой это, цепляя на себя какие–то шмотки. — Сладенький, — обратилось оно ко мне, — ты меня очень нежно обнимал, ну прости, притомился я. Так что, возможно, позже, — ответило оно, отвесило воздушный поцелуй с подмигом, и виляя жопой, выперлось из каюты.

Собственно, в процессе надевания этим шмоток, корыто слегка качнулось, очевидно стыкуясь. Забив на этого, мухой мотнулся на мостик. Висса доползла до капитанского кресла, сесть в него явно не смогла, так что тыкала по кнопкам, сидя на полу. Открывая люк и выпуская сходни, краем глаза отметил я, закатывая фуррятину в кресло.

— А теперь что? — уточнил я, отметив, что виляжопое это вышло и свалило вдаль.

— Ждем, когда заказчик оценит «целостность» Макса, ну и штраф может за просрочку какой повесит, — сказала Висса, но потом помотала головой, — нет, вряд ли, тут даже суток не прошло, максимум — техническая задержка.

— То есть, с заказчиком встречаться не надо? — поинтересовался я.

— Ну, тут как он сам захочет, в прошлый раз Сатуро ходил, встречался, — ответила фуррятина. — Но в целом — совершенно необязательно, контракт закрыт, деньги на счёт отряда и разлетаемся, — уточнила она.

Тем временем «каюткомпашный» ведроид прикатил на мостик и запиликал. Нахмурившаяся Висса через несколько секунд ему на его пиликанья кивнула.

— Пришел запрос в юстицию о текущем составе отряда и зафиксированных происшествиях, — ответила она, но я продолжал вопросительно смотреть и она продолжила, — мы должны разрешить доступ стороннего лица к подобной информации, — пояснила фуррятина, — а скрывать нам не имеет смысла, более того, заказчик может испортить репутацию, даже заплатив, так что, — развела она лапами.

— А это точно заказчик? — параноисто уточнил я, впрочем, сам же себе ответил, — ну в принципе да, шансы что кто–то еще в этом временном окне пренебрежительны, — на что Висса кивнула, — хотя, имеет смысл уточнять, — занудно закончил я.

— Сотня кредов, — ехидно ответила фурря, — за запрос о нашем статусе, кстати, не меньше тысячи. И да, — прикусила она губу, — похоже с заказчиком надо будет встречаться, причем, — осмотрела она себя, — тебе. Впрочем, — просветлела Висса мордой, — ты не болтун и не дурак, думаю, справишься.

— Вот спасибо, — ехидно ответил я, — за лестную оценку.

— Ну а что? — несколько даже возмутилась фуррятина. — Ты же сам говоришь, не помнишь ни хатта, а я, — показала она язычину, — похвалила, что не заметно, если сам не скажешь, — на что я махнул лапой.

Оживший переговорник оповестил, что господин Заргелоос желает видеть представителя команды ”Тяжелые Молоты». Ну, как фуррятина и ожидала. Ладно, пойду общаться с гермафродитами, мужественно решил я. В сексуальное рабство не отдамся. Наверное.

Ну и поперся я из корабля, осматривая окрестности. Ну стыковой шлюз был стандартен, хоть и здоров — металл как металл, стены в пустоту нет, очевидно поле. Меня ждал некий, вроде парень, достаточно молодой и на чем–то типа машинки гольфиста.

И вез он меня машинкой и лифтами больше десяти минут, корыто было реально громадное. Ну и доставил он всё–таки мою ценную персону пред очи заказчика.

Обстановка кабинета, куда меня доставили, была если и не спартанской, то предельно функциональной, из украшений только картина на стене, с фэнтезийным (хотя не уверен, возможно и реальным) пейзажем.

А вот сам «господин»… Ну начнем с того, что внешне это была госпожа, в костюме серебряного цвета, напоминающего тройку. Лет тридцати с хвостом на вид, холеная, ухоженная и чертовски привлекательная, собственно тело, даже с учетом всего с ним учиненного, начало выделять гормоны в смысле трахать–трахать. Но, впрочем, фиг ему, решил я. Оно крайне привлекательно, но, во–первых, хрен даст, во–вторых, связываться с владельцем этой «яхты», до получения достоверных данных о мире и его взаимоотношениях, вариант и вправду сексуального рабства. Съест и не подавится, пока я пастью буду щелкать.

Так что взял я распоясавшуюся и хамски начинающую вырабатывать свои реакции тушку под плотный контроль и сухо кивнул.

— Господин Райзеггер Верворменд, как я понимаю? — спросило оно глубоким контральто, на что я так же сухо кивнул. — Сразу хочу предупредить, — продолжило оно, — по итогам заказа ни к «Тяжелому Молоту», ни к вам, я не имею претензий, заказ выполнен и будет полностью оплачен. Однако, у меня возникло несколько вопросов. И я рассчитываю на ответы, это будет выгодно либо вам, либо отряду.

— В рамках допустимого, готов ответить на ваши вопросы, — равнодушно ответил я, от чего оно сощурило глаза, — обращение «господин» вам комфортно? — уточнил я.

— Вполне. Но, видимо, некомфортно вам, — ответило оно, — можете называть меня «фра», это обращение к не принявшему свою текущую роль, — пояснило оно.

— Благодарю, фра Заргелоос, — кивнул я.

— Макс описал мне подробности своего последнего приключения, — напевным голосом начало оно, — на судне же сканеры показывают лишь двух живых разумных. Час назад состав «Тяжёлых молотов» сократился до двух человек. Мне, признаться, — интимно понизило оно голос, — плевать на вас. Однако, я заинтересовался, что же всё–таки произошло, как минимум мне интересно для того, — продолжило оно, — чтобы знать как относиться к порекомендовавшим этот отряд. Макс был реально похищен? — резко сменив тон задало оно, на что я помедлил, полюбовался картиной, зевнул, деликатно прикрыв пасть ладонью, полюбовался на прищурившего глаза заказчика и ответил.

— Да, Макс был похищен членом отряда и передан или продан синдикату, — ответил я.

— Господин Верворменд, — через полминуты ожидания начало оно, — я оценил ваши достоинства, возможно, даже лучше, чем вы сами. А теперь я ПРОШУ вас, рассказать мне историю происшествия с вашей точки зрения, — на что я кивнул менее сухо и начал рассказ.

— Сегодня ко мне, по рекомендации знакомых, обратился господин Вен, — начал я, внимательно слушавшее меня тем временем параллельно что–то наклацывало по кнопочкам, — предложил найм, с условием временного вхождения в отряд полноправным членом. Найм и оплата меня устроили, состояли в освобождении Макса из места заключения в синдикате. Доступная мне информация такова: некая Алекса, анзати как выяснилось по её убиению, — на что собеседище удивленно приподняло бровь, — полгода назад влилась в коллектив, что, насколько мне известно о них, не составило для неё труда, — на этом я взял паузу, в смысле не будет ли дополнительных вопросов.

— Да, труда ей явно не составило, — протянуло заказчик, — хотя миралука, но юный, — рассуждало оно вслух, — не справился бы. Это точно анзати? — уточнило оно, на что я молча обозначил щупала из щек, — понятно. Как я понимаю, влилась она в коллектив не с целью питания.

— Обогащения, — ответил я, — похищение Макса и последующее покушение на команду было предпринято с целью обогащения. Впрочем, — дополнил я, — умом она не отличалась, учитывая метод покушения. «Сладкий сон», — уточнил я, на вопросительно поднятую бровь, — вместо использования скрытно, объявилась и завела беседу, собственно это и дало возможность её прикончить и спастись.

— Ну это, господин Верворменд, — откомментировало заказчик, — как раз совершенно нормально, у анзати чуть ли не органическая потребность в психическом доминировании, помимо прочих черт. То есть, Макса из места содержания заложников вы освободили, причем, — тут лицо заказчика приняло ехидное выражение, — смягчили вы его юношеские порывы так, что он до сих пор с восторгом вас вспоминает, — на что я развел лапами, — справились с анзати, при этом даже спасли одну из ваших временных коллег. Впечатляет, господин Верворменд, — что я встретил молча и равнодушно. — Что ж, я вижу что ситуация была форс–мажором, «Тяжелому Молоту» просто не повезло. Благодарю вас, господин Верворменд за содержательный и подробный рассказ, — ехидствовало оно, — премию лично вы заслужили. Ваш счет? — поинтересовалось оно.

— Неважен, фра Заргелоос, — ровно ответил я, — премия, если заслужена, должна поступить на счет «Тяжелого молота», наша же беседа этого не заслуживает.

— Позволю себе судить об этом самому, — надменно и несколько раздраженно ответило оно, за что я нарисовал себе плюсик, — впрочем, дело и право ваше. Возьмите, — протянуло оно карту, на что я поднял бровь, не двинувшись с места, — свяжитесь со мной через декаду, — со вздохом пояснило оно, — вне зависимости от вашей отрядной принадлежности, возможно, к вам будет предложение, — на что я кивнул и прибрал карту к рукам, — до связи, господин Верворменд.

— До связи, фра Заргелоос, — с этими словами я срулил.

Ну а пока меня везли до нашего корыта, прикидывал, собственно не налажал ли я. Вообще нет, показал то, что стоило, ответил так, как должно. Если, по результатам недельной подготовки, решу с оно связаться — могу без дыр отыграть и умелого профессионала и подготовленного мальчишку.

На мостике меня ждала фуррятина, озадачившая меня тем, что погрести трупов вполне можно и в местном светиле, яркость марса и прочие факторы этому не препятствуют. Ну и порадовала тем, что начала самостоятельно ковылять. Реально ковылять, но уже сама, что радовало.

Раздел я мертвые трупы, завернул в простыни (на этом мародёрском деянии настояла Висса, заявив о его ритуальной нужности), ну и выкинул сквозь поле усопших. Ну в общем жаль, но скучать не буду, решил я, подходя к печальной, аж пустившей слезинку фуррятине.

— Висса, мне нужен расчет и высадка на станции, согласно договору, — оповестил я её, — вроде бы ты самостоятельно справишься, отлежаться же сможешь без моей помощи, — тонко пошутил я.

— Райзеггер… — вылупила на меня глаза она, — корабль, счета, сама компания наполовину твои!

— На хер, — в довольно грубой лексической конструкции ответил я, — ко мне это не имеет никакого отношения. Можешь премию накинуть, — всё же уточнил, — а я вас суток–то не знал. Какой из меня член отряда и наследник? — риторически вопросил я. — Удачливый мародёр, разве что, — констатировал я. — Если бы никого не осталось — то да, не стоило бы добру пропадать, — честно признал я, — но сейчас это, — обвел лапами окрестности, — твоё.

— Сумма за заказ на десять килокред больше, чем в договоре, — потерянно сказала Висса.

— Это моё, — алчно потер я лапки, — премия от заказчика, в десять килокред. На них я претендую, — покивало моё жлобство.

— Хорошо, как скажешь, — все еще в афиге сказала Висса.

— И да, будь любезна кредитными чипами, — уточнил я, — ну, на станции думаю решим. Добраться сама сможешь? — уточнил я на всякий. — А то мне поспать не помешает, почти сутки на ногах. Не самые спокойные, — уточнил я, реально зевая.

— Смогу, — ответила фуррятина, — спи, разбужу как доберемся.

Ну и отправился я на диванчик в кают–компанию. Реально, нахер этот корабль, эту Виссу. И вообще все это нахер. Не нравится мне всё это, похоже на какую–то гадкую интригу силы.

Ну а даже если и нет, и я паранойю, то, по совести, я правильно Виссе сказал, её друзья и соратники, и тут красивый я берет половину, типа спас её. Нахер, самому противно от таких раскладов, решил я, засыпая. Заработаю и не пропаду, если что, подумал уже спящий я.

Примечание к части

Вот такой глупый, неправильный и злобный гг–ой. Взял и послал все нахер, прям дурачок наверное.

ехидный старина Киберъ Рассвет

7. Поездка на картошку

Проснулся я сам, фуррятина же сидела на соседнем диванчике и гоняла в тетрис какой (судя по азартным попискиваниям) на датападе. Ну, выспался и хорошо, так что встал я, быстренько прогнал вчерашний день в голове, быстренько фалломорфировал, да и пожелал таки разобраться со своей оплатой. Ну и делами заняться своими же, не без этого.

Единственное что, перед выходом на станцию попробовал я на морду лица своего натянуть воротничный край простыни, что, к слову, вполне получилось и рожу мне прикрыло. Вообще, как я понял из объяснений Виссы, какого бы то ни было централизованного сбора не то, что видео, просто картинок системами контроля толпы не ведётся — слишком большие объемы. Ну а поиск кого бы то ни было, делается специально обученными дроидами, которые делают запросы записей и прочего не вообще, а хотя бы примерно, откуда надо. В общем, маска на роже не запрещена, ну а для алгоритмов поиска станет как минимум затруднением.

Станция, о которой мне рассказала (ну и куда привезла) Висса, бултыхалась рядом с гипермаршрутом и была лично мне любопытна тем, что именно бултыхалась между двумя центрами масс: двойные гиганты с одной стороны, белый карлик с другой, а сама она, бултыхаемая, оказалась вне звездных систем, что, как по мне, было достаточно любопытно. Ну и сам фактор столь экзотического размещения был связан с тем, что гипермаршрут «примерно, где станция» разделялся на несколько «рукавов».

Черт знает, случайно или специально Висса подогнала корыто сюда, но мне это удобно, факт. В общем, добралась она до какой–то нужной банки, пока я сидел в кабинке ресторанчика, вернулась с сумкой и начала осыпать меня богатствами.

— Это, — шмякнула она на стол семь тысячных чипов, — твой расчет. Это, — шмякнула один чип на десять килокредов, — твоя премия от заказчика, — а это, — шмякнула еще два чипа по десятке, — премия от отряда.

— Спасибки, — алчно прибрал я богатство к лапам. — Висса, копию закрытого контракта, что мол нет претензий и прочее, — параноисто попросил я.

— Возьми, — протянула фуррятина бумажку, причем, по–моему, не копию, а оригинал, — Райзеггер, слушай, — решительно обратилась она ко мне, — приглашаю тебя вступить в наёмный отряд «Тяжелые Молоты», — выдала охренительную идею она.

— Не могу, — доброжелательно ответил я, — реабилитация после контузии, а это обучение и лечение, — сгустил краски я, — плюс, я предупреждал, сам заказ был мутным, так что мне желательно залечь на дно, годика на два, — развел я лапами, — ну и уж прости Висса, — ехидно откомментировал я, — хотел бы остаться — зачем говорить о закрытии контракта? Сказал бы о пересмотре, перезаключении.

— Ну да, — расстроенно протянула фуррятина, — а через пару лет? — требовательно уставилась она на меня.

— А вот через пару лет будет видно, — мудро ответил я, за что был тыкнут сетевой визиткой и наказом непременно связаться.

Ну, посмотрим, может и свяжусь, хвост у неё реально классный, решил я и свалил нафиг, не заплатив за перекус. Какие–то у меня нехорошие привычки прототипа просыпаются, ехидно отметил я.

Так и пошел я, по торговой площадке станции, потому как, для начала, надо было закупиться новой и относительно чистой техникой и сменить гардероб. Ну, или разобраться со своим, были у меня подозрения, что тога функционал имеет поширше мной используемого. Собственно, этим я и занялся, через общественный терминал. Который, стоит заметить, еще и свой процент за коммутацию снимал.

Но выяснил я таки, что за кошерный у меня лапсердак. Который тога. И выяснилось (за очередные немалые деньжищи), что есть некая забавная планета, населенная технофашистами. Смотрят эти граждане (которые, стоит заметить, вполне себе люди, только с несколько измененной пигментацией), на всех нерожденных на их планете, как на то, кем они и являются. Ну, в общем, помимо милого моему сердцу технофашизма, шовинисты до кучи. Что жаль, концепция «мы лучше всех, потому что мы умные, трудолюбивые и прочее» — очень мне нравится, в отличие от «все остальные — дурачьё». Это не считать надо, а доказывать своим прекрасным примером, как я, например.

Впрочем, и того, что у них «избранностью» не перекосорёжило, хватает. Уровень технологий у них есть. Вот просто, на фоне остальных мной найденых и выисканных производителей, у них есть технологии и разработки. Остальные заняты переконфигурированием того, что разработано тысячи лет назад, ну из виденного мной — точно.

Так вот, тога моя — это их разработка, одна из немногих, продаваемых этими типами «низшим». Судя по сетке их планеты, вещь если не бросовая, то не особо ценная (за коммутацию с планетарной сетью, кстати, содрали с меня пять кредов, упырюги). В общем, скачал я бесплатно(!) в их планетарной сетке програмулину для датапада, предназначенную для сопряжения с тогой, созданием и изменением шаблонов внешнего вида и поведения.

Вот, несмотря на противный шовинизм этих арканианцев (а он реально был, что сторонние ресурсы описывали их зазнавшимися снобами, что их домашняя сетка пестрела всяческими «недоразвитыми» в адрес всех остальных), прям даже приятно стало. И из–за самой шмотки, и из–за реально доступной информации.

Хотя, вообще, не нравится мне всё это. Ну, в смысле социологии. Есть планета, ведущая научные разработки, реально полезные, нужные, прорывные. В их сетке много всякого, реально вкусного, описывалось. И вот берут и ни хрена это не продают. Не только технологии, но даже сам продукт, который будет востребован.

Нет, если бы там жили трансгуманисты какие, я бы понял — продаётся ровно столько, сколько нужно, больше им не надо, так что нафиг. Живем мы на планете, нам комфортно и все хорошо. Но нет, им явно мало, они нанимаются в университеты, они инвестируют в производство, они, в конце концов, продают сырье, которое пусть и добывается явно дроидами, но не обрабатывается и продаётся «как есть».

Как–то вот есть у меня такое подозрение, что их держат как этакий «черный ящик», исследовательскую контору под колпаком. Хотя, если подумать, могут, конечно, они сами ограничивать экспорт, есть пара вариантов. Но всё же, неприятно и подозрительно сие.

В общем, забил я на свои подозрения и непонятия до поры, да и заскочил в магазинчик электроники, купив средней ценовой категории датапад и дорогущий комлинк. Последний был дорог потому, что имел экран, вот просто офигеть. Остальные были чуть ли не дисковыми телефонами и тоже дешевизной не отличались, но тут вот почти полторы тысячи кредов. Правда обзывалась сия приблудна «даталинк», чем собственно и была, приближаясь по функционалу к телефонам развитого мира.

Ну, а после закупок, сел в открытой кафешке, стал разбираться со свежеприобретенными приблудами и думать.

В принципе, денег у меня не огромное количество, но вполне немало. Нормальное подержанное корыто купить вполне смогу, например. Однако, мне это нафиг, именно сейчас, не надо, как минимум потому, что хрен я этим корытом без сертификации рулить смогу, нужен мне для руления некий «пилотский ключ».

Подозреваю, не везде, во внешнем кольце, в зажопинске каком, на это возможно и плюют. На уровне производства корыт «произведено в зажопинске», но везде, кроме мифического зажопинска, так.

Соответственно, план действий не изменился. Надо перебираться на периферию, получать там документы, ну и с ними уже заниматься обучением и познанием мира. Учитывая гипермаршрут, до внешнего кольца я за пару суток доберусь. Однако, вопрос, как и кому там, в этом захолустье из сотен тысяч планет давать деньги за документы.

В итоге, потратил я почти полтинник кредов на знакомство с юридической составляющей. Вообще, по интересующему меня вопросу вышло так — документ, точнее уникальный код гражданина Республики, в зависимости от планеты, выдаёт администрация. Под этим словом, в центральных мирах и в среднем кольце, понимается специальный дроид. А вот в зажопинске, зачастую, дроида ни фига нет. А есть какой–нибудь мэр или еще какой губернатор, властвующий над парой сотен жителей планеты, до кучи присылающий отчёты в общую сеть исключительно трезвым, пару раз в жизни, то есть.

Кстати, как выяснилось, в пределах среднего кольца нахрен бы мне это гражданство не сдалось, если бы не одно но. Я не могу зарегистрировать свое дело. Могу наняться к кому, будя кем угодно, а вот завести дело, получить республиканские, а не «общие» (последние позволяли что–то делать, но не позволяли сделанное продавать) сертификаты.

В общем, практика гастарбайтерства на вполне себе юридическом уровне, не гражданин — значит только наёмный рабочий.

Следовательно, нужно мне в таком зажопинске очутиться, сунуть нужному типу денег, да и получить искомый документ гражданина Республики.

А вот дальше вилка. Вообще, в идеале, надо бы мне заняться какой деятельностью, приносящей прибыль. Не космическую (точнее космическую, но не запредельную), но достойную, тем же космическим коробейником. И учиться по удалёнке, что, как выяснилось, вполне возможно. Личного присутствия требовали, в основном, учебные заведения для силовиков, ну и совсем элитные вузы. А, например, инженер корабельных коммуникаций (который техник по обслуживанию, если быть честным), да даже пилот корабля, мог в место обучения явиться всего один раз — забрать документы.

Хм, ну в принципе, вполне себе план. С гермафродитом свяжусь, по старому датападу естественно, ну и узнаю, чего он хотел. Скорее всего откажусь, но узнать, на всякий, не помешает. А сейчас мой путь в кантину, поближе к ангарам.

Ну и пошел я к ним, по дороге сменив свой колер и фасон. В смысле тоги, но все равно свой.

Завалился в кантину, где какая–то ну вот просто невообразимая пакость, этакий бородавчатый колобок на ножках, со сцуко, накрашенными губками на полуметровом хоботке, густоресничными буркалами на стебельках… Пела крайне приятный блюз, ну или что–то вроде того. В общем, прям вот даже и не знаю, пакость гадкая, но поет хорошо. Будет пакостью не отвратной, а просто пакостью, великодушно решил я, подруливая к барной стойке.

Обрадовал я бармена, тоже какого–то гадкого ксеноса (то ли неймодианца, то ли дуроса, в общем, безносая резиновая ряха серого цвета) пожеланием воды и консультаций. На первое пожелание он наморщил отсутствие носа, на второе, скукожил подглазные мешки, но постукивание по стойке пятикредовым чипом его исцелило. Даже воду нашел, причем не из унитаза, а аж из–под крана, у меня на глазах. Качество и сервис на высоте!

В общем, выслушав мои хотелки, тип глазки закатил, полминуты поизображал, что он думает и стал тыкать пальцем в населяющую бар пакость. Я за тычками следил и огорчался — в человеков он не тыкал, а тыкал во всякое гадкое и непотребное, насекомии какие–то и слизняки гадкие. Нафиг таких, думал я, рассчитывая уже сменить бар, как резиновая морда тыкнул во что–то удобоваримое. Задержал я тыкательные потуги резиновой морды и проконсультировался, насчет удобоваримой пакости.

Была она тоже пакостью, щупологоловой, но хоть с мордой лица, а не жвалами или вообще слизью гадкой, думал я, руля с прикупленной бутылкой из разряда: «что вот это пьёт».

Бухнул я бутылку перед щупологоловой рожей. Рожа была помята, потаскана, что, очевидно, компенсировалось толщиной щупал, обернутых вокруг шеи, как кашне какое. В общем, сидел передо мной твилек, как он есть.

Прототип слышал в основном о твилечках, которые якобы массово использовались как постельные грелки, при том продавались толпами в рабство, исключительно по своему горячему желанию. Ну фиг знает, может быть. Мне пока с ними общаться не приходилось, кроме хамской медсестры у доброго доктора, которая мне не сделала чая и всего остального.

Но вот то, что у них в щупалах мозги, точнее часть их, я помнил точно. Что делало сидящего передо мной типа эволюционно–невозможным, потому что такого типа, с подобным надругательством, дедушка Дарвин собственноручно бы изничтожил. Чтобы вид не мучался, да.

С другой стороны, в технократическом обществе эти типы имели некоторые преимущества. Как я помнил, запредельную гибкость, хорошую реакцию и спектр зрения, включающий тепло и тяжелые частицы. В общем, если мозглячные щупала беречь, вполне неплохой набор умелок для техника, например.

А вот как боевая пехотная единица твилек стопроцентный смертник. Толстые щупала увеличивают силуэт, даже обернутые вокруг шеи — прекрасная мишень. Собственно, то же самое будет, если увеличить человеку мозг раза в три и лишить его черепа.

То есть, если им и воевать куда, то он либо водила, либо его упихать нужно в доспех какой лютый. А никак не многочисленно описанные жидаи, которые, пардон, маша светошашкой, голым мозгом развеваются.

Впрочем, мне от откупорившего подношение надо было не войну воевать, а меня доставить, так что озвучил я булькающему свои хотелки:

— Нужна станция на внешнем кольце, — начал выкладывать я, — в секторальной доступности молодые колонии, не старше пятидесяти лет освоения и не корпоранты. Доставка меня на подобную станцию, срочно. Возьмёшься ли и сколько хочешь?

— Бежишь что ль от кого? — добулькав пойлом, дыхнул на меня перегаром твилек.

— Этнографическая экспедиция, — ровно ответил я, посмотрев на твилека как на того, кем он был, — собираю сказки, легенды, тосты автономных анклавов на ранней стадии развития замкнутого социума. Население предпочтительно человеческое, на маршруте от станции буду взаимодействовать с местными. Антураж и колорит, — воздев палец изрек я.