Свет и Ветер

 Тем временем, постреляв в купол, десантники и скитарии перестали жечь боезапас. А Клавдий, держа свой стяг в левой руке и не выпуская (хотя, скорее аквиллу, учитывая двуглавого орла в навершии) его, опустил пушку, закрепив её на поясе. Отстегнул некую булаву, покрывшуюся разрядами статики, и двинул к куполу.

 Шаман паскудно перекосил рожу с ассиметричными клыками и мерзко хихикая, что было слышно, невзирая на глухоту от залпов в замкнутом помещении.

— Парни, кансерва пришли, ща мы их вскроем! — наконец, прокаркал шаман, поддержанный выкриками “парней”.

— Отвага и честь! — взревел Клавдий столь пафосно, что я еле удержался от челодлани.

 После этого содержательного диалога сержант с размаху стукнул искрящей дубинкой в купол, отчего тот, к моему удивлению, пошел волнами. Только я начал вглядываться в “лучи и ветер”, как нахмуренный шаман тыкнул в сторону Клавдия своим кривым дрыном и завопил “сдохни человека!”, засверкав глазами и шипами на шапке гораздо ярче.

 И Клавдия просто вздернуло в воздухе, а от доспеха раздался скрип. Впрочем, сержант не выпустил ни знамя, ни дубинку, вот только ему это ничем не могло помочь. А лучи и ветра из дрына орка сплелись в этакую полуразмытую полосу, которая охватила шею космодесантника и явно его душила. Вот только я, невзирая на драматизм ситуации, чуть не рассмеялся. ЭТО — колдовство? Во время пребывания в варпе я бы даже не заметил столь бледного и неоформленного проявления. Ладно, пойду затем, зачем меня позвали, хмыкнул я.

 После первого шага над плечом показалась ладонь в металлической перчатке, очевидно Марк, очевидно в заботе о моей тушке, но моя поднятая ладонь была интерпретирована им правильно. Шаман тем временем паскудно лыбился, подергивал посохом и помахивал Клавдием, не сильно обращая внимание на суету в наших рядах. А я, подойдя на пару метров, попробовал изменить направление “лучей и ветра”. Что получилось с пугающей простотой — сержант тяжело упал на колено, впрочем, не выпустив знамя, откинул дубину и возился с явно поврежденным в районе горла доспехом. А шамана… шамана распидорасило в кровавый туман в одну секунду, несколько растерянно констатировал я.

 И тут на моё плечо легла рука и дёрнула так, что перед глазами замелькал калейдоскоп. Через пару секунд я пришёл в себя и понял, что это Марк задвинул мою ценную тушку себе за спину, притом умудрился мне ничего не сломать и не повредить. Учитывая его силу, скорость и габариты — ювелирная точность.

 А через несколько секунд, когда я выглянул из-за широкой спины — всё уже было кончено. Орки представляли собой фрагментированные куски мяса, скитарии деловито присыпали округу каким-то порошком. Побеседовав с технодесантным Сэмуэлем, скитарий присыпал и космодесантников, вопросительно уставился на мою персону, получил кивок и меня присыпал.

 Тем временем, Клавдий поднялся с колена, содрал шлем, оставив несколько не кровоточащих царапин и, печатая шаг, подошёл к моей персоне.

— Ультрамар не забудет! — пафосно возвестил он. — Жизнь моя — прах, но за знамя — благодарю!

— Благодарим! — раздался коллективный рев космодесантников, а я с трудом удержался от просьбы монетизировать эту благодарность.

— Сэмуэль! Окажи почтенному Инквизитору Терентию потребную ему помощь! — проревел Клавдий, на что технодесантник стукнул кулаком в грудь, прихватил Марка хлопком по плечу и уставился на меня.

— Ксенотех демонтировать, упаковать и доставить в космопорт, — выдал я, пошатнувшись. — Вот только…

— Да, почтенный Инквизитор? — осведомился Сэмуэль.

— Боюсь, что столкновение с Хаосом вызвало повреждение памяти, — решил я сыграть “карту бразильского сериала”.

— Да, брат Клавдий упоминал, что в вас переместилось некое отродье варпа. Вы даже кричали, — выдал Марк. — Он даже применил священную реликвию с целью выявить следы порчи, — хмыкнул он.

— Всё правильно сделал! — важно поднял я палец.

 Хм, выходит, сержант видел, что происходило с той стороны портала, причем видел меня. Это хорошо, что я не стучал тело пребывания с воплями “так тебе и надо, гад такой!”, мысленно хмыкнул я, пока технодесантник и Марк извлекали мою ценную тушу из подземелий.

— В чем же состоит ваше затруднение, почтенный Инквизитор? — осведомился на поверхности Сэмуэль.

— Я не помню, на каком судне прибыл на Теллорум, — с легкой улыбкой озвучил я. — Довольно забавно.

— Последствия злобы Губительных Сил почтенны и заслуживают искреннего сочувствия, — выдал технодесантник под кивки Марка. — Если вас беспокоит, сможет ли ваше судно доставить ксенотех — ваше беспокойство излишне. “Похотливая терранка” — более чем вместительное судно, — заключил он.

 Оставив меня переваривать название корыта “почтенного Инквизитора Терентия”. Ну что можно сказать, видимо, покойный жёг во всех смыслах, не только поднадзорный контингент, хмыкнул я.

 В комнате с ксенотехом технодесантник вежливо послал меня в стиле “постойте в сторонке, почтенный”, сбегал (натурально, сбегал!) наружу, притаранив немалую стопку металлических листов (интересоваться, что он раскурочил, я благоразумно не стал), за полчаса явно разобрал(!), а не разломал основание с пилонами, утрамбовал всё это добро внутрь сваренного контейнера, зафиксировав детали приваренными же полосами металла. После чего, взвалив на Марка получившийся ящик предложил быть моим гидом до космопорта, где он намеревался воссоединиться с коллегами.

 Возражать я не стал, направившись к космодесантникам, бегло просматривая содержимое планшета и запоминая, что нужно читать срочно, а что подождет. Контекстный и буквенный поиск, а не только голосовой, к счастью, присутствовал. Так что вскоре я убедился, что и вправду прибыл на “Развратной терранке”, но судно это было “попуткой” — неким “торгашом”, прихваченным Терёхой за жабры не без помощи полномочий Инквизитора.

 Зону карантина мы покинули со скрипом, причем моих суставов. Я несколько забодался тыкать крестом с крылатой черепушкой куда надо и не надо, но без этого нас бы, по-моему, пустили на компост. И так скитарии и какие-то дикие киборги отодрали наши тела до раздражения, облучили каким-то запредельным количеством излучения. Впрочем, опять же, оперируя данными планшета, можно сказать совсем не зря — орки были не только сильными и опасными врагами, но и вполне реальной заразой, что вполне свойственно биооружию. Так что к четырехчасовым “микоцидным” мероприятиям я отнесся если не положительно, то с пониманием.

 Но любое начало имеет свой конец, так что наша компания с контейнером (пришлось убить полчаса, размахивая крестом и кулаками, что внутри ТОЧНО нет спор орков, а что там — тайна Инквизиции) направилась к недалеко, по счастью, расположенному космопорту.

 Вообще, с транспортом в этом улье было не то чтобы хреново, а скорее никак. Проявив любопытство, я был просвещен, что город разбит на пентагоны, с двенадцатикилометровой диагональю, жители, соответственно, в таковых обитают и работают. Перемещение между ними возможно неким аналогом железной дороги, а внутри для транспорта места просто нет. Ни для наземного, ни для летучего.

 Впрочем, идея самокатов, гироскутеров и велосипедов меня посетила, благо, профессорство всех типов и видов было первым правилом каждого знатного попаданца (а до возможного выведения меня из бреда я окончательно принял себя таковым), но моё знакомство с окружающим Миром было близко к нулевому. Соответственно, души прекрасные порывы я сдержал и с мордой прожжённого инквизитора дотопал до космопорта.

 Который меня в очередной раз удивил — это было не поле или что-то подобное, а огромное квадратное здание, упирающееся в купол потолка. Да и внутри были этакие колонны в потолок и коридоры, а никак не поле. Что, возможно, вполне разумно.

 Мои спутники довели меня до одной из колонн и откланялись, выразив в умеренной форме благодарность и махнув своими огроменными ручищами на мою. А я, прежде чем идти к основанию колонны и небольшому строению, напоминающему тамбур, бегло просветился в планшете на вопрос, а куда мне лететь-то. Выходило, что желал Терёха посетить некий “Конклав Сегментума”, да и фрахт торговца заключался с учётом доставки на это место.

 Сам же фрахт был заключён с неким Августом Термидором, Вольным Торговцем Империума Человечества — именно так, и никак иначе. Похмыкав насчет имечка сего вольного товарища, я вошел в здание, уведомив пару типов с надменным ликом (лучший способ скрыть растерянность и незнание), что мой багаж - вот он, его потребно загрузить на судно, а меня сопроводить к торговцу Термидору, прям сейчас и без промедления.

 Типы переглянулись, один встал и подошел ко мне, выдав “следуйте за мной, Инквизитор”, второй же начал на “высоком корабельном”, правда вполголоса, требовать грубую физическую силу в свое распоряжение. Я повелся за типом и пройдя внутрь колонны стал любоваться “Развратницей”. Вот чёрт возьми, километровой длины дура! Расположенная на данный момент стоймя, но с какими-то клювом-тараном, сцуко, домиками с крышами, какими-то пилонами, и то ли пушками, то ли финтифлюшками.

— Каков размер экипажа? — ровным тоном спросил я.

— Три тысячи человек, Инквизитор, и полторы тысячи сервиторов, — выдал безымянный сопровождающий.

 Это… как бы… мдя, внутренне фигел я, следуя за гидом. Это, понимаешь, попутка у нас такая, подвернулся торгаш под руку, значит… в итоге, на машинке типа гольфистской, мой проводник доставил меня на мостик. Огромные окна, роскошная обстановка, точнее чрезмерно роскошная — золото, драгоценные камни и прочее. Пара полуодетых девиц, крайне привлекательных, и тип, выглядящий как молодой человек лет двадцати, не более — прилагались.

 Весь этот декаданс был на фоне нескольких странных на вид, но явно предназначенных для управления или корректировки рабочих мест — приподнятых кресел, окруженных экранами и машинерией, ныне пустующих. А вот вьюнош, судя по крайне вычурному наряду, брезгливой складке у рта и надменному взгляду (который он при виде моей скромной персоны несколько усмирил) был как раз тем самым торгашом. Подивившись его молодости, я озвучил хотелку в стиле “трогай”.

— Как пожелаете, Инквизитор, — выдал вьюнош. — задержек, смен маршрута не предвидится?

— В рамках мне известного — нет, — надменно ответствовал я. — А в остальном… — многозначительно промолчал я.

— Вы правы, все в руках Императора, — выдал торговец, сплетя на груди большие пальцы растопыренных ладоней, сделав этакую “птичку”, очевидно — религиозный жест, повторенный за ним непредставленными девицами.

— Примерные сроки в пути? — осведомился я, на что последовало удивленное поднятие бровей.

— Около трёх декад, Инквизитор, — всё же ответил Термидор. — Впрочем, варп непредсказуем. Я займусь подготовкой к отлету?

— Да, только один момент, — решил я выиграть себе побольше времени. — Я займу свои покои, пищу доставлять туда, меня не отвлекать без крайней нужды до окончания полета.

— Как пожелаете, — склонил голову Август.

 На этом я и увёзся (совершенно зря, мои “покои” были в паре сотен метров от “мостика”) своим сопровождающим и начал знакомиться с обиталищем. Вполне роскошно и декадентски, оценил я. Шесть огромных комнат, санузел с небольшим бассейном, траходром на дюжину немаленьких персон, причем не один, столовая, кабинет, курительная… В общем, жить можно, поставил диагноз я, откинул рюкзак и погрузился в чтение.

 Первым делом я решил удовлетворить любопытство, задав в поиске по базам слово “варп”. Сделал я это не зря, потому как в лексиконе Лагинии “варп” и “хаос” были синонимами. В большей части информации вопрос вообще не поднимался, а вот в нескольких папках, помеченных черепушкой (ДСП, как я понял), был довольно толковый, хоть и со словесными “красивостями” и в нескольких оборотах непонятный, разбор, что есть куда.

 Итак, есть так называемый Варп, или Океан душ, или Имматериум, или Эфир(!), да даже Эмпиреи. Некое соседнее с материальным измерение, где мысли и эмоции разумных БОЛЕЕ материальны и имеют большую значимость, нежели законы физики. Собственно, единственным законом, действовавшим в Варпе из физических, был закон сохранения энергии-массы. При этом переход туда-сюда был для этого пространства не взрывом или чем-то подобным, а естественным состоянием, как круговорот воды на кислородной планете.

 Далее, есть так называемое Царство хаоса. На самом деле, это этакое “преддверье” варпа, та часть, где структурированные мыслями и желаниями сущности могут жить. Кстати, четверка, точнее пятерка “богов хаоса” — далеко не единственная, вплоть до того что встречаются “боги порядка”. Вообще, раздолье для атеиста, хмыкнул я, есть ДОКАЗАТЕЛЬСТВА, что боги придуманные.

 Впрочем, ладно, корабли путешествуют в так называемом “глубоком варпе”, где островки, подобные месту моего пребывания — максимум материального, всё остальное — перетекающая в различные типы и виды энергия. Насчет того, что там какого-нибудь бога ебли или бога резни распидарасит — абсолютно не факт, но жить ему там будет хреново, дискомфортно, само прерывание там будет мучительно, потому как та часть упорядоченного, которая составляет его суть — противна варпу, он его не приемлет и старается изменить.

 Далее, в глубоком варпе нет обитателей, но есть “порывы”. То есть, летит через него корабль, снабженный полем Геллерта, и сама природа, базовое свойство этого места стремится этот корабль и “упорядоченное” в рамках поля привести в соответствие со своими эстетическими предпочтениями. Это может быть не только какое-то воздействие, а этакий короткоживущий конструкт (его называют демоном, но это в данном случае неверно), цель которого — уничтожение “непорядка” с точки зрения законов варпа. Даже пропустить или призвать демонов настоящих, не разрушая их структуру, такое также приводилось в пример. Свести все сущее к мыслям, желаниям и энергии, как поэтично было написано в одном из файлов.

 Далее, демоны — это, как ни забавно, разумные. Отпечатки сознания, души — можно назвать как угодно. Это было экспериментально установлено и имеет подтверждения. А именно, Слаанеш, порожденное Эльдарами, принципиально охотится за душами своих творцов. Все демонетки — почти исключительно Эльдары, в той или иной степени искаженные в перерождении. Что, кстати, вполне объясняет Лагинию, её выходку и последующее поведение. От ушастой заносчивой суки, коей она некогда была (как и все эльдары, невзирая на пол, возраст и прочее), у неё осталось довольно много, правда, не личные воспоминания. А вот человеков в свите Той, что жаждет, как еще называли Слаанеш, ждало бытие бессловесной ездовой скотины, извергов и коней. Возможно, исключения и были, но в целом по сорокатысячной больнице выходило так.

 При этом, была и противоположная версия, утверждающая, что все демоны есть порождение воли богов хаоса. А то что они бунтуют, имеют личность и прочее — свойственная варпу и этим самым богам хаотичность. Скажем так, не самая возможная теория, но определенное право на существование имеющая.

 Правда, оставались вопросы природы самих богов — роевые ли объединения душ разумных, еще какая пакость, в виде особо выдающихся по отбитости типов, что, впрочем, выходило неважно. А вот то что варп не мог породить жизнь — утверждали все, правда, с уточнением того же “поэта”: “окромя мимолетного, как пламя свечи на ветру, уродливого подобия, сходного с болезнетворным микроорганизмом, стремящимся слиться с разумным или уничтожить его”.

 Довольно любопытно, скорее всего достоверно, но ни черта не объясняет мою аномальную природу — в том месте, где я пребывал, меня должно было порвать за секунду, а я жил сам, более того, некоей энергией, причем не хаотичной, а “сладкой, как душа разумного”, поддерживал демонетку, да и свое существование.

 Это по варпу, правда черт знает, насколько достоверно, но подозреваю — высоко. Потому как информация предназначалась для Инквизитора, правда с ним самим, в смысле того что он из себя представляет, выходило непонятно.

 Дело в том, что “детских книжек”, из серии “кто есть кто в Империуме”, типа “это — пожарный, он спасает от огня, а это — инквизитор, он жжёт огнём” в планшете не было. То есть, я был детсадовцем, получившим институтские курсы, хотя аналогия не вполне правильна, но близка. И дневники Терёхи, явно составленные “на потребу грядущим Инквизиторам”, крайне мало объясняли: основополагающие моменты он принимал как должное, аппроксимировать их у меня толком не входило, получалась какая-то запредельная дичь.

 В результате получалась у меня такая, довольно неприятная, картина. Либо выбивать информацию из тех, кто под руку попадется, причем непременно с устранением источника информации, во избежание слухов, что “Инквизитор-то — не настоящий!” Либо сдаваться собратьям по ремеслу, что кажется на первый взгляд глупым. Однако, планшет на запросы “память, потеря памяти, амнезия” выдал ряд описаний и предостережений, связанных с варпом вообще и демонами в частности. Без подробностей, но таковое бывало, так что обратиться к Максимумусу, бывшему наставнику Терёхи (к которому он, к слову, и летел, конклав был, судя по дневнику, вторичен). Судя по дневнику, отношения были достаточно добрыми и доверительными, так что, похоже, подобный вариант предпочтителен.

 Кстати, уже после принятия решения разыгрывать “дона Педру с амнезией”, я, просматривая планшет, нашел прелюбопытную информацию. Итак, путешествия на межзвездные состояния на сверхсвете были возможны лишь через варп. С исключениями — на расстоянии в несколько световых лет от небезызвестного мне ещё по земле Окуляра Трепета, Очка или Ока ужаса и Мальстрима, этаких пробоев Имматериумма в мтериум, константы вселенной шалили. Но, если не брать очевидные исключения, сверхсвет достижим лишь через варп.

 Путешествие в этой агрессивной субстанции обеспечивал генератор Геллера, формирующий вокруг перемещаемого судна этакий пузырь одноименного поля, в котором действовали законы нормальной вселенной.

 И вот ентот самый генератор был вещью чертовски большой, энергоемкой и вдобавок требующей многократно сдублированных контуров (по понятной причине). В общем, “Терранская развратница” выходила самым мелким из возможных межзвездных кораблей. Прогулочная, чтоб её, яхта, переделанная из слов нет, разведывательного шлюпа.

 С номинальным экипажем по флотским нормативом в шесть тысяч человек! Впрочем, в подобном разрезе, вызывающие ещё дома смешки корабли многокилометровой длины становятся понятнее. Не во всем, но учитывая, что машинерия генератора занимает параллелепипед триста на сто и на сто метров, а поле его одного охватывает сферу в пару километров и меньше не бывает — картина становится логичнее и понятнее.

 При этом, заинтересованный я обнаружил, что были как “челноки” снующие на субсвете, годами летящие от звезды к звезде, так и совсем небольшие курьеры. Но последние, как ни забавно звучит, действовали на “ручном”, точнее “мозглячьем” приводе сверхсильного псайкера. Единичные случаи, по большой нужде (если сам псайкер не путешествует по своей надобности или желанию), где аналог поля Геллера проецировался именно разумным. Были в описаниях и достоинства, как, например, судно с генератором могло быть на месте финиша за несколько часов ДО старта, или через пару лет после него. А с псайкером таких вывертов не случалось — либо долетел “по графику”, либо не долетел. Вот тут и крылись недостатки — “не долетали” такие курьерские скорлупки чуть ли не на порядок чаще “генераторных” судов.

 А вообще, технической информации было прискорбно мало, что объяснялось “монополией на технологии” этакого… государства в государстве, Адептус Механикус. Вообще, ситуация с ними де-юре была чуть ли не хуже, чем в двуединой империи. Автономные планеты, свои законы, неподчиненность государственным органам и прочие милые вещи.

 Вот только Инквизиции они были подотчетны и подчинены. Я вообще не обнаружил, изучая документы и дневник, НИКОГО в Империуме, вне зависимости от положения, к которому не мог бы подойти Инквизитор и повелеть оголить зад и нагнуться. Вообще никого, Совет Высших Лордов Терры, высший орган власти Империума, мог быть нагнут одним вшивым Инквизитором! Не вполне, конечно де-факто: так, в этом совете присутствовал и инквизиторский представитель, но де-юре выходил именно такой расклад.

 И, в завершение, уже за неделю до объявленного начала полета я решил познакомиться с бывшим теловладельцем как с личностью. А то уж очень уж много непонятного давала информации по структуре Империума, законов и прочего.

 Итак, Терёха о себе писал скудно и мало, в основном — описывал окружение. Но закончил некую “схолу прогениум”, после чего был рекрутирован в качестве помощника, именуемого “дознавателем”, инквизитором Максимусом. Довольно сухо и скупо описанные годы в качестве дознавателя и получение инсигнии (как я предполагал, обильный перекладинами крест с крылатым черепком этой инсигнией и был) дюжину лет назад. Кстати, лет Терёхе было не тридцать, а все шестьдесят. Состоял он в добровольном объединении, как ни забавно, не профессиональном, в чём-то вроде добровольного клуба, Ордо Маллеус, специализирующееся на тварях из варпа, различных типов и видов, точнее их изведении. И последнюю дюжину лет подвизался как этакий охотник на демонов в Сегментуме Темпестус, шестой части местной спиральной галактики.

 Вообще, по здравому размышлению, у меня к Терёхе претензий нет. Безусловно, после того, как он помер. Был бы жив — были бы и претензии, невзирая на то, что дядька делал свою работу. Но он помер, соответственно, у меня встал вопрос — а что делать. И, положа сердце на руку, могу сказать что не против пожить его жизнью. Судя по всему, Инквизитор — лицо “вне иерархии”, самый свободный человек в Империуме, с доступом туда, куда ему возжелается. А это информация, которую мне любопытно получить. Да и поработать Инквизитором мне довольно любопытно. По крайней мере, стал бы я воякой, да хоть мутантным космодесантником — то пробовал бы свалить в кусты. А вот за инсигнию, хмыкнул я, можно и покрепче подержаться.

 А через пять дней “Развратная Терранка” вышла из варпа в безымянной системе с одинокой мертвой планетой. На которой находилась Крепость Инквизиции, где и намечался Конклав — насколько я понял, годичное говорилово Инквизиторов Сегментума, правда, не одновременное для всех, но всё же.