Каждому свое. Испытание на прочность

Шон ведь играл в «За Периметр и обратно», там людей тырили только в путь и реализовывали потом с фантазией: кого-то в рабство, кого-то на органы, кого-то на жратву, кого-то на кожгалантерею. А чаще — вообще совмещали…

— Расслабься, — неожиданно, каким-то образом почувствовав его состояние, сказал сидящий за рулем Итан, — это ещё белый сектор, к тому же прикормленный. Тут, в принципе, можно даже в нашей форме гулять… по центру. В рожу плюнут, но не более. А вот на окраины и здесь лучше не лезть. Не ёрзай. Дыши ровно.

Шон попытался последовать совету, однако получилось не сразу. Да ещё, как назло, вспомнилось построение перед самым КПП. Машины загнали в огромный ангар и выстроили перед ними рядовых, затем они по одному подходили к сержантам, а те дотрагивались непонятным прибором до видеокамер под стволами их винтовок. И только с винтовкой Шона делать ничего не стали.

— Вот так-то лучше, — похвалил Итан. Он не отрывал взгляда от дороги, не смотрел на Шона, но, похоже, всё подмечал. — Кстати, учти, никто из рядовых в тебя выстрелить не сможет, если камера считает нашивку или шеврон. Но будь аккуратней, у неё угол обзора весьма посредственный. Так же с игольниками. Если увидишь, что у кого-то объектив закрыт или камера повреждена, сам не лезь — немедленно сообщай сержантам.

— А моя винтовка? — забеспокоился стажер. — Мне ж её не разблокировали!

— У тебя изначально выставлено разрешение стрелять в любого. Как у меня, как у всех офицеров и сержантов, — отмахнулся собеседник.

— Интересные новости, — хмыкнул Шон, пытаясь показать инструктору, что не такое уж он ссыкло — умеет взять себя в руки. — Только чёт поздновато.

Страх немного отступил, но всё равно мысль об удаляющемся с каждой минутой КПП сильно напрягала.

Итан хмыкнул:

— Ну, тогда вот тебе ещё. Сегодня познакомишься со слабым инфразвуком. Что это за ощущения, рассказывать бессмысленно. Прочувствуешь — поймёшь.

Шон только дёрнул плечами, заставляя себя снова смотреть в окно. Здесь, неподалеку от Периметра, всё было, в общем, относительно привычно: те же улицы, дома, тротуары… Однако некая чуждость бросалась в глаза. Например, фасады построек были разномастными и обшарпанными, голографическая реклама встречалась редко, хотя, может, её пока не включили. Зато очень много пестрело всяких вывесок, плакатов, растяжек, объявлений. Кричащих, безвкусных. Никакой стандартизации. А ещё повсюду мусор… Завалов, конечно, не было, но и порядка особого тоже. После привычной чистоты улиц это резало глаз.

Вскоре Шону наскучил тошнотворно однообразный пейзаж. К тому же впереди маячил, перекрывая обзор, грузовик без тента, в кузове которого на скамьях по центру сидели и глазели по сторонам возбуждённые каратели-рядовые. В зеркале заднего вида отражалась морда другого грузовика, такого же, как тот, на котором ехали Шон с Итаном — приспособленного для перевозки людей: со стальными тросами вдоль кузова и гроздьями наручников в коробках у борта. Всё выглядело довольно буднично. Шон поймал себя на том, что постепенно вроде как успокаивается.

* * *

В половине восьмого утра даже перед Праздником на улицах двести четвёртого обычно тихо и безлюдно. Патрули, отработавшие смену, не ходят туда-сюда по улицам, а кучкуются на перекрёстках — треплются о всяком интересном или забавном, случившемся за дежурство. Ночная смена координаторов-наблюдателей тоже вялая, ребята попивают кофе и мечтают о том, как сдадут пост коллегам. Все сонные, заторможенные, безынициативные, мечтающие только о встрече с подушкой.

Но нынешним утром эти мечты не сбылись.

Первую тревогу поднял высотный беспилотник, который засёк колонну грузовиков и легковушек, идущую через сектор южнее. Без предупреждения! Недопустимая наглость даже на западной окраине с её грузоперевалочной спецификой. К тому же двести шестой, через который шла колонна, был прикормлен «Виндзором». Поэтому у бонзы двести четвёртого отношения с авторитетами этого сектора были не самыми лучшими. И тут вдруг такая активность.

Старший смены координаторов-наблюдателей оценил длину колонны и, забыв про кофе и сонливость, немедленно связался с Ли Янь. К счастью, она поднялась ещё ночью — разбиралась с информацией от Ральфа Секи Момент.

Почти одновременно с докладом координатора бонза получила сообщение от своего человека в двести шестом и от одного из помощников тамошнего бонзы. Оба независимо подтвердили информацию, полученную с беспилотника. Сам бонза двести шестого связаться не рискнул, боясь «Виндзора». Однако, несмотря на этот страх, он отлично понимал, что не сообщить госпоже Цинь о внезапной активности корпов — слишком опасно.

Получив подтверждение, Ли Янь сразу мобилизовала группы немедленной готовности, а также объявила сбор остальных бойцов. Абэ Такеши и его люди были направлены для проверки готовности экстренной эвакуации. Сама же Ли Янь связалась со своим контактом в «Виндзоре». Контактёр оказался заспанным и обескураженным. Выслушав бонзу, он впал в полнейшее замешательство, после чего пообещал разобраться и торопливо отключился.

Ну, а события в двести четвертом тем временем развивались по заранее разработанному плану. В котором на этом этапе не было ни слова о предупреждении остальных. В том числе и наемных отрядов.

Пока же мобилизовались силы сектора, колонна корповских грузовиков приблизилась к южной окраине. Тут неожиданно «Амилайт» проинформировал всех, что «Виндзор» поднял транспортный вертолёт, а вскоре сообщил и его курс на двести четвёртый сектор. Корпорации всегда выдавали в открытый доступ информацию о чужих бортах в воздухе. Эта особенность игры с нулевой суммой немало помогала жителям Зоны отчуждения. Почти сразу пришло подтверждение от высотного беспилотника.

Ситуация становилась всё запутанней, события разворачивались всё шире и шире. Тем не менее двести четвертый сектор, за исключением управляющей верхушки, пока ещё спал в счастливом неведении, тогда как все вовлеченные застыли в непонимании. Выдвинутые «Виндзором» силы оказались слишком малы, чтобы представлять серьёзную угрозу, но не просто же так пробудилась корпорация. Что это? Проверка реакции? Отвлекающий манёвр? И если так, то от чего отвлекают обитателей Зоны отчуждения? Какова цель «Виндзора»?

* * *

Тот самый беженец-карманник, за которым вчера гнались, но так и не настигли Аргентинец с напарниками, сидел, сжавшись под козырьком разрушенного магазина. Недавно мимо него в сторону лагеря проехала машина. Зачем? Вряд ли для чего хорошего.

Вообще на южной окраине обстановка царила довольно нервная: все понимали, что защита центровой бонзы не вечна — рано или поздно попрут и придётся снова блуждать в поисках убежища. Это притом, что и до двести четвертого-то добралось чуть больше половины беженцев. Остальные — кто нашёл новое место обитания, кто был похищен в пути более сильными. Пора уже и отсюда валить: переселяться в центр или на запад, где всегда нужны рабочие руки. Да хоть на северную окраину! Главное — найти место постоянного пристанища. Накрайняк идти дальше. Вот только без денег — хуй тебе, а не светлое будущее.

Попытки заработать провалились — большую часть платы за уборку сектора забрал старший. Он, конечно, обещал всякое… Только вот юный беженец за три недели с тех пор, как пришлось свалить из родного безопасного и надёжного сектора, с наивностью расстался и прекрасно понимал: если у тебя однажды забрали бабло, будь уверен — ты его больше никогда не увидишь.

Поэтому вчера он присмотрел отличное место в центре, где можно сидеть, не привлекая внимания, а когда пойдёт кто-то богатый и поддатый — выскочить, рвануть вещи и удрать. Грубая работа, конечно, но жрать что-то надо. И для обустройства в нормальном районе нужно хоть сколько-то денег. Ничего, праздник начнётся, людей будет много, а это самое жирное время — в толкучке можно неплохо пощипать по карманам. Жаль только, патруль его запомнил. Будет сложно. Но он уже решил, что подгадает момент смены патрулей. Народа с каждым днем всё больше… Это хорошо. В толпе проще затеряться. Главное — не попасться, но для того голова на плечах и есть.

Далекий быстро нарастающий рокот заставил паренька вжаться в неровную стену. Рокот стремительно приближался и уже через несколько секунд стал оглушающим — над перекрёстком зависла туша здоровенного вертолета. Лопасти подняли тучу пыли, а из брюха незваного гостя вдруг выпал и грохнулся на землю десантный контейнер. Вертолет же уплыл дальше.

* * *

Далеко от двести четвёртого в корпоративной зоне «Виндзора» оператор дистанта отставил в сторону чашку с кофе и двинул джойстиком. Компактный гусеничный дистант размером с крупный холодильник выскочил из облака пыли. Защитные прозрачные крышки отщёлкнулись с объективов видеокамер и ушли на очистку, а оператор с любопытством осмотрелся вокруг.

Из-под козырька полуобвалившейся постройки выскочил тощий нескладный подросток и осторожно по дуге начал обходить непонятную штуковину.

— Бу! — усмехнулся оператор и, сдвинув регулятор на минимум, дал короткий импульс.

Подросток вздрогнул всем телом и застыл, скованный ужасом.

«Нет, так дело не пойдет», — подумал оператор, включая режим постоянной генерации.

Мальчишка немедленно заорал и ломанулся прочь, подальше от непонятной техники, оказавшейся внезапно столь пугающей.

* * *

Когда вдали послышался рокот вертолета, Дейл, сидевший за рулем джипа, инстинктивно бросил машину к стене разрушенного здания, и все трое — он, Мэрилин, сидевшая рядом на пассажирском сиденье, и Чип, устроившийся за спиной водителя, — открыли дверцы.

Вертолет — тяжелый транспортный чинук — прошел в паре километров сзади. Ненадолго его огромная туша зависла над дорогой, а потом снова скрылась за безжизненными остовами многоэтажек.

— Связи нет, — ровным голосом сообщила Мэрилин, отводя взгляд от экрана комма, который уже достала из сумочки.

— Что такое? — подал голос с заднего сиденья Чип и сильнее стиснул цевье автомата. — Старшая, может, ну ее, эту поездку? Вернемся?

Внезапно по коже пробежал легкий холодок.

Дейл тоже вцепился в руль, чтобы скрыть внезапную дрожь в пальцах.

— Поздно, — Мэрилин вздохнула и на секунду прикрыла глаза.

Она уже все поняла. Ощущения были знакомы, и от воспоминаний стало по-настоящему страшно. Усилием воли женщина взяла себя в руки и перевела взгляд на непонимающих помощников:

— Ребята, слушайте меня внимательно. Жутковато? Это инфразвук. Путь назад отрезан.

Дейл с Чипом тревожно переглянулись, а Мэрилин увидела, что на экране комма возникла иконка широкополосной передачи и ткнула в нее, переключая коммуникатор в режим радиоприема. Девайс сразу ожил и разразился бесстрастным голосом:

— Внимание! Говорит корпус карателей корпорации «Виндзор». В южной зоне двести четвертого сектора проводится спецоперация! Кто не влезет, тот не огребет. И не говорите, что вас не предупреждали. Благодарим за внимание. Всем хорошего дня. Внимание! Говорит…

Мэрилин отключила комм и бросила его обратно в сумочку.

— Прорвемся! — упрямо сказал Дейл. Несмотря на неприятный холодок, поднимающийся откуда-то из живота, он старался держать себя в руках. — Это ведь не зачистка, а всего лишь спецоперация. Гнаться не станут…

— Шанс есть, — признала Мэрилин. — Но мизерный. Вам терять нечего — вы сортировку не переживете, поэтому можете попытаться повернуть назад прямо сейчас. Но мне точно инфразвук не пройти. Я когда-то уже пыталась. Не получилось.

Она на секунду задумалась. Напряженные мужчины застыли, ожидая решения старшей.

Мэрилин откинулась на спинку сиденья и закусила губу, борясь с паникой.

Когда-то давно она насмотрелась на карателей в деле. Будь схрон Су Мин в том старом — белом — секторе хотя бы чуть менее надежным, то и прочувствовала бы их умения на себе… А так — просто видела на экране. Но и этого хватило, чтобы до сих пор время от времени просыпаться в поту. Да, Чипу с Дейлом терять нечего, а шанс прорваться через инфру, хоть мизерный, но есть. Мужчины сильнее женщин. У Мэрилин же только одна возможность спастись: постараться пережить сортировку. Она про себя усмехнулась. Если с умом подойти и если хоть чуть повезет, то пережить — не проблема, вопрос только в цене, которую придется за это заплатить. И речь, конечно, не о деньгах. Но, глядишь, сестра вытащит. Если же не сумеет — один выход есть всегда…

Становилось всё страшней, только теперь было неясно: это неведомый оператор увеличил мощность излучателя или воздействие дистанта подогревал уже собственный панический ужас Мэрилин? Она перевела быстрый взгляд на Дейла. Вроде держится — значит, сама.

Была бы связь с Су Мин!!!

— Так, ребята, — стараясь говорить как можно жестче и увереннее, сказала женщина. — Главное, не впадайте в панику. Запомните: ничего реального на самом деле там нет. Просто… наведенный страх. Прорывайтесь. Шансы неплохие. А я пойду вперед. Сможете уйти, скажите сестре, что я жду помощи.

С этими словами она вышла из машины.

— На газ до пола не дави, — Мэрилин посмотрела на телохранителя, — иначе и вы убьетесь, и я не спасусь. Понятно? Без дурости. Держите себя в руках. Оба.

Дейл, лихорадочно вспоминал карту. Большая круглая площадь километрах в четырех с радиальными улицами, отходящими от нее в разные стороны. Если корпы решили наловить людей, то встанут там. Дистанты, наверняка, на всех перекрестках сзади — выдавливать массу на заслон. Суки! Дейл стиснул зубы. От них с Чипом на заслоне толку будет немного, поэтому Мэрилин лучше и вправду отпустить.

— Садись за руль, — сказал он старшей, вылезая из машины. — Нам бежать всего ничего, а как пройдем дистанта, так вообще полетим, — телохранитель криво усмехнулся.

Чип тоже выбрался с заднего сиденья и поддержал напарника:

— Тебе четыре километра топать. Это долго. Нагонят еще. А нам лишь бы из-под подавления сигнала выйти. Там уже подхватят.

Мэрилин кивнула, чувствуя, как от давних воспоминаний начинают постукивать зубы. Ужас поднимался в груди горячей волной, все внутренности вибрировали и дрожали, в горле пересохло. Ей едва хватило сил не сорваться на бег, а просто обойти машину быстрым шагом. Она не должна, не должна, не должна показывать, что уже едва держится. Если мужчины увидят, как ее корежит, это подстегнёт их собственный страх, но едва отключится здравый смысл, как надежды на спасение ни у кого из них троих не останется. Мэрилин села за руль и выглянула в окно.

— Парни, — с трудом подчиняя себе голос, сказала она, — удачи. Доберитесь до сестры, скажите, что я на нее надеюсь.

С этими словами женщина нажала на кнопку стеклоподъемника и дернула ручку переключения передач. Спокойно, Мэрилин, спокойно. Не дави на газ. Спокойно. Это все не по-настоящему. Ты ведь знаешь.

Машина тронулась, и водительница, наконец, не боясь быть услышанной, тихо заскулила от ужаса. Впрочем, сразу же взяла себя в руки, до боли стиснула зубы, вцепилась в руль и направила автомобиль вперед, чтобы обогнать подступающую жуть.

В зеркале заднего вида двое мужчин в разгрузках поверх пестрых рубашек и с автоматами в руках побежали навстречу наводимому страху.

* * *

Сигнал срочного вызова выбросил Крупняка из кровати. Следом подскочила мгновенно проснувшаяся Эрна. Она не задала ни единого вопроса, не начала испуганно тараторить и таращить глаза, стремительно влетела в свое платьице, не тратя времени на белье, всунула ноги в сланцы и сказала:

— Я к девчонкам. Прослежу, чтоб не начудили.

— Ага, — Крупняк, тоже уже одевшийся, защелкнул пояс с пистолетом и наклонился за кроссовками. — Я тебе сообщу, как будет ясно.

Эрна чмокнула его в затылок и исчезла. А уже через несколько секунд следом за ней выскочил из комнаты и мужчина.

Когда он бежал через двор, с направляющих рванул в небо беспилотник.

В штабном микроавтобусе уже стояла у входа Су Мин, на которую оглядывался один из связистов.

— Повтори сообщение, — попросила его кореянка, выглядевшая абсолютно спокойной.

Связист щелкнул кнопкой на панели.

— Внимание! Говорит корпус карателей корпорации «Виндзор». В южной зоне двести четвертого сектора проводится спецоперация! Кто не влезет, тот не огребет. И не говорите, что вас не предупреждали. Благодарим за внимание. Всем хорошего дня, — разнесся по салону равнодушный голос.

— Каратели — это хуево. Но реально где они сейчас? — уточнил Крупняк.

— Стычек нигде пока нет. Радиообмен на их частотах и их кодом — только на юге. От центровой бонзы — тоже никаких сообщений. Так что, похоже, не врут.

— А с чего тогда так резко сорвала? — спросил старшую озадаченный Крупняк.

— Туда уехала Мэрилин, — ровно сообщила Су Мин. — И с ней нет связи, — закончила она.

После этого кореянка прошла к тактическому голостолу и уселась. Ошарашенный Крупняк опустился на стул рядом.

— Готово! — на столе появилась картинка с беспилотника.

Электроника подсветила ключевые детали и выдала рядом увеличенные планы. Сразу стали видны дистанты, неспешно двигающиеся к большой круглой площади на самом юге сектора, а также двое мужчин, бегущие навстречу одному из них. Чуть дальше двигался по дороге до боли знакомый джип, уже подъезжающий к площади, где выстроился заслон корпов. Беженцев, выскакивающих из домов и импровизированных укрытий, Су Мин выкинула из слежения одним коротким жестом.

— Мэрилин что, спятила? — на выдохе спросил Крупняк.

— Нет. Я, кажется, понимаю, что она задумала. Сумасшедшая, — все так же безэмоционально отозвалась Су Мин, а потом добавила: — Плохо, что не было связи.

В этот момент в микроавтобус влетел Умник — один из резервных операторов, всклокоченный латинос средних лет.

— Подойди, — сказала ему старшая. И когда спец приблизился, кивнула на транслируемое изображение, выделив двух мужчин, бегущих навстречу дистанту. — Прорвутся?

Умнику хватило одного взгляда, чтобы ответить:

— Нет. Эту модель не пройти.

— А если уничтожим?

— Тогда, — собеседник внимательно всмотрелся в изображение, промерил дистанцию до соседних дистантов, неторопливо ползущих по ближайшим радиусам, — тогда не знаю. В движении… Какие частоты… Какую мощность дадут, неизвестно. Застройка опять-же… Как интерференция ляжет — не угадаешь.

— Но шансы будут?

— Да, — кивнул он.

— Крупняк!

— Не достанем, далеко, — тут же отозвался зам. — Если только с допзарядом, но по точечной цели не попадем.

— Активно-реактивной достанем, и они у нас все наводятся по подсветке, — женщина вперила в зама пронзительный немигающий взгляд, пресекая все возможные возражения. — Я знаю, сколько они стоят, и я знаю, что у нас их всего три. Вводи в дело миномётчиков, координируй с операторами и возвращайся. Ты мне нужен.

Су Мин откинулась на стуле и посмотрела в потолок. Затем спохватилась, повернулась к оператору беспилотника.

— Как разнесем дистант, проследи, чтоб они вышли. Крупняк, отправь дежурное звено их встретить, — и снова уставилась в потолок.

Крупняк, естественно, не стал срываться с места и мчаться. Отдал короткий приказ по коммуникатору, чтобы старший расчета поднимал своих, разворачивал автоматический миномет и координировался с оператором беспилотника. Отдав команду, зам вошел в сеть отряда — старшие групп уже получили сигнал, сделали рассылку, значит, народ собирается еще пять, максимум — десять минут и отряд будет полностью готов действовать. Теперь дать задание одной из дежурных троек. Ну и последнее — отправить одно из заранее подготовленных сообщений Эрне: «Пока все мутно, но здесь и сейчас опасности нет. Не дергайся».