Уральский самоцвет

Вариант каталонской системы в девятнадцатой партии не дал никому заметного перевеса, но ряд неточных ходов претендента позволили чемпиону мира буквально в несколько энергичных ходов добиться решающего перевеса. Партия была отложена в совершенно выигрышной позиции для Карпова, и, казалось бы, претенденту вместе со всеми колдовскими криминальными группами пора было «смываться» и из Багио и с Филиппин; но Карпов записал плохой ход (хотя и обдумывал его тридцать минут). Мало того, при доигрывании, несмотря на наличие хороших шансов на победу, Анатолий вновь играл неточно и позволил черным свести партию вничью.

Предстояла двадцатая партия.

На основании решения жюри матча служители Ананды Марга не были допущены в турнирный зал, и казалось, что матч вступит, наконец, в спокойную фазу. Но любители сенсаций не будут долго расстраиваться — загадочные террористы скоро вернутся оживлять страницы нашего повествования.

В двадцатой партии на 12-м ходу Карпов черными предпринял рискованную жертву коня в центре доски. Это была явно неудачная новинка — белые отклонили жертву и получили заметный перевес. Хотя в дальнейшем и белые и черные сделали немало неточных ходов, партия была отложена в трудном положении для Карпова. По утверждению Кина, анализ нашими тренерами отложенной позиции был будто бы неточным, и черные упустили шансы на ничью. Однако последующие анализы позиции показали, что ничьей все-таки не было.

Параллельно с рассказом о шахматных событиях в Багио мы ведем детективный сюжет, который будет продолжаться до самой последней партии, неизменно переплетаясь с описанием шахматных сражений. А вот сейчас автор вынужден просить прощения у шахматистов, так как должен переключиться на истории уже чисто криминалистические.

«Доклад, подписанный провинциальным регистратором Б. Хосе Кастильо, устанавливает, что граждане Филиппин Стефан Михаил Дуайер и Виктория Шеппард (седьмой юридический отдел окружного уголовного суда) обвиняются в попытке убийства дипломата индийского посольства Джотт Сурап Вайда в феврале 1978 года в Маниле… Тот факт, что Ананда Марга не останавливается ни перед чем для достижения своих дьявольских целей, без сомнения делает ее последователей опасными не только для жизни отдельных людей, но и для национальной безопасности».

Из письма Лим-Кок-Анна к Кампоманесу.

«Я надеюсь, что не буду выглядеть паникером, но я не могу сдержать опасения от вмешательства людей группы Ананда Марга в наши дела. Хотя было сказано, что члены секты не уполномочены их лидерами предпринимать акты насилия, но известно, что таковые акты имели место, например, самоубийство самосожжением во имя любви к ближнему. Вряд ли я должен напоминать, что все акты жестокости за все века человеческой истории производились под знаком той же любви. Извините, что беспокою вас этим опасением, не имеющим, может быть, оснований, но я уверен, что вы правильно оцените эту проблему».

Из ответного письма Кампоманеса Лим-Кок-Анну.

«Продолжающееся общение с Ананда Марга со всеми вытекающими отсюда последствиями вынудит нас в конце концов потребовать технического перерыва матча до окончательного решения суда… У нас не останется иного выбора, как прекратить матч из-за личной и общественной безопасности».

О странной жизни лагеря претендента в те дни пишет гроссмейстер Кин:

«Корчной готовился к 24-й партии необычным способом. Вечером перед партией семнадцать парапсихологов, йогов, гроссмейстеров и представительных девушек и женщин собрались в вилле Корчного на ритуальный сеанс. Усевшись в позе лотоса и образовав загадочный круг, мы в течение двадцати минут пели универсальные псалмы… Корчной последовал совету Ананда Марга и для успокоения своих нервов окропил глаза холодной водой».

В двадцать второй партии во французской защите Карпов получил заметное преимущество, однако претендент оборонялся упорно, пожертвовал пешку и создал контршансы. И все же дело должно было кончиться печально для черных, если бы не упущения Карпова, последнее уже на 42-м ходу, когда контроль времени прошел. В итоге — ничья.

Этот период матча, начиная с восемнадцатой партии, характерен изобилием неточных ходов, поспешных решений и просто просчетов в игре чемпиона мира. Чем объяснить такие погрешности? Разве не видели мы в течение трех лет царствования Анатолия Карпова, с каким изумительным мастерством реализовал он малейшие позиционные преимущества в самых ответственных партиях, какие верные планы выбирал, как был спокоен и выдержан в самых трудных ситуациях. А тут…

«В 1974 году в матче претендентов, — пишет А. Карпов, — я тоже выиграл у Корчного 17-ю партию, как и в Багио. И как четыре года назад, 17-я как-то повлияла на меня. С 18-й первую половину партий я проводил с преимуществом, но как только дело доходило до последних ходов, хотелось совершить их как можно быстрее. Конечно, я понимал, что если выиграю пятую партию, то это фактически победа. И, видимо, ощущение, что победа близка, что она рядом, стало мне мешать. Я не выиграл 18-ю, 20-ю партии, сделал шесть выпускающих победу ходов в 22-й. Свою игру с 40-го по 46-й ход в этой партии я и сейчас объяснить не могу. Чувствовал, что могу выиграть на 41-м ходу. Что, если я отложу партию, противник сдаст ее без доигрывания. Но будто кто-то толкал: сделай еще ход, проведи комбинацию до конца. Лишь на 47-м ходу я догадался партию отложить, но преимущество, увы, уже растерял».

А в чем же действительно причина такого неожиданного и резкого изменения спортивной формы, настроения, боевого духа? Попробуем разобраться в этом. Понятно, что полного решения вопроса ожидать трудно, даже с помощью самого Карпова. Если бы можно было просто решать подобные вопросы, шахматы потеряли бы свою сложность и прелесть. И все же некоторые соображения автор не может не высказать.

Причин много, и прежде всего — усталость.

— После двадцатой партии Карпову будет очень трудно играть, — говорил Михаил Ботвинник во время матча в Багио. (А уж первый-то советский чемпион мира знает спортивный облик своего ученика. На собственном опыте многих матчей изучил он тонкости битв за шахматный трон). — Лично я, — продолжал Ботвинник, — всегда с огромным трудом заканчивал матчи из двадцати четырех партий.

Усталость в тот период была заметна и в ходах Карпова, и во всем его виде. Это подметил и Кин.

«Карпов явно плохо выспался, он горестно разгуливал от отеля «Терраса Плаза» до Городского клуба и обратно. Он выглядел явно усталым в 26-й партии, и этим объясняется выбор им английского начала».

Удручающей была обстановка вокруг матча. Даже на такого спокойного человека, как Анатолий Карпов, не могло не подействовать дикое сонмище загадочных колдунов и убийц, собравшихся вокруг претендента. Хотя, конечно, друзья и помощники, сопровождавшие чемпиона мира, всеми мерами охраняли его покой и безопасность, все равно наличие где-то рядом преступников, готовых даже на то, чтобы облить бензином себя и окружающих и сгореть вместе с ними, не может не нарушить душевного равновесия самого смелого, самого выдержанного человека. Семнадцать лет тюрьмы они уже получили, терять им нечего, а «ради любви к ближнему» эти люди на все пойдут. Вообразите, что вы окажетесь соседом (не говоря о том, что врагом) подобных сектантов, и… мороз по коже проберет! Парапсихологи, колдуны, убийцы!..

Шахматные гроссмейстеры делятся на две противоположные категории. Одни любят смаковать свои победы, продлевают период беспомощного сопротивления уже разгромленного противника. Им приятно глядеть, как тот корчится в муках, страдает от незалечимых, смертельных ран. Такие обычно не спешат наносить заключительный удар — наслаждение победой для них сладостный миг.

Но есть иные гроссмейстеры. Для тех главное — преодолеть сопротивление врага, победить его в равном бою. Когда же враг становится беспомощным, когда он уже не в состоянии сопротивляться, для таких шахматных бойцов и сама партия и даже целый матч становятся «неинтересным». Нет, это не значит, что они прекращают сражение, уже не хотят добиться победы. Просто где-то внутри у них происходит спад «спортивного зла», появляется подспудное желание скорее закончить мучительный период. Этим можно, по-моему, объяснить замедление темпов наступления Карпова в двух матчах 1974 и 1978 годов после семнадцатых партий; та же причина лежит в основе того, что во многих турнирах, набрав нужное для первого места количество очков, он уже не играет на установление рекордов, порой соглашаясь на быстрые ничьи.

Я разговаривал с Анатолием на эту тему, и он в основном со мной согласился. Такова уже природа. Будем сожалеть об этом? Ни в коем случае! Разве не замечательно это с точки зрения общечеловеческой? И разве не может гордиться славный потомок уральских бойцов и этим воспринятым от них качеством характера?

С восемнадцатой по двадцать шестую партии Карпов не одержал ни одной победы, проиграв двадцать первую и несколько раз упустив легкий выигрыш. Шабаш в клане претендента становился с каждым днем все разухабистей, их действия все больше носили криминальный характер.

«Вилла Корчного теперь превратилась в место для мистических действий и манипуляций с йогами, входящими и выходящими по своему желанию. Некоторые даже забрались в мою комнату, что означало мой периодический переезд в Пайнс-отель, — пишет Кин. — Одна группа Ананда Марга, которая проделывала, что хотела… Другая — отряд парапсихологов отца Булатао. Этими командовал бельгиец Лин.

Однажды я пил кофе с мадам Лееверик, когда зазвонил телефон и официант объявил, что с ней хочет говорить мистер Распутин. Я еле сдержал улыбку на устах… Лееверик объяснила, что это «подпольная кличка» упомянутого Лина».

Псалмы псалмами, но сколько ни усаживайся в магический круг, а счет матча все же равен 4:2 в пользу Карпова, к тому же претендент получал проигрышные позиции и выкручивался лишь с помощью ошибок противника. А тут еще чемпион в цейтноте переигрывает претендента в двадцать седьмой партии и получает важнейшее очко 5:2. Верный тренер Кин, может быть, просто по привычке, уже автоматически ищет способ и на этот раз оправдать своего хозяина.

«У главы делегации на мировом шахматном чемпионате много обязанностей, — пишет Кин. — И они разнообразны. Утром, в день 27-й партии, меня вызвали к майору Бугасто — шефу городской безопасности в полицейском управлении Багио. Три жителя города были арестованы за попытку требовать от Корчного пятнадцать тысяч долларов в обмен на обещание привлечь черную магию для помощи в его победе. Они еще угрожали, что сделают так, что он проиграет, если не уплатит требуемую сумму. Для властей Багио вымогательство казалось более страшным, чем черная магия, и они отдали вопрос на слушание во вторую инстанцию».

А вечером чемпион мира добился пятой победы.

Маги «нагадали» проигрыш претендента? Ничего подобного — решило отличное маневрирование Карпова в тяжелофигурном окончании. Теперь в любой момент выигрыш первой же партии приведет к полному торжеству чемпиона мира. Положение стало критическим.

«Заканчивался третий месяц матча, еще пять месяцев мы работали до матча, практически не отдыхая, — пишет Анатолий Карпов. — Словом, восемь с половиной месяцев смотрели на доску, на эти клетки, фигуры, и, конечно, я основательно устал. И тут неожиданно психологическое преимущество перешло на сторону претендента. Я попал в какой-то стресс… Мне было что терять. А соперник при счете 2:5, видимо уже смирившись с поражением, стал играть раскованно (противник, надо сказать, с большим опытом матчевых встреч). Ввязавшись в обмен «ударами», я упустил три ничьих, сделав лишь одну. Бывает у шахматистов, да и, думаю, не только у шахматистов, когда буквально все валится из рук. Такое состояние наступило у меня после 27-й партии. Я слишком поздно решил, что матч уже выигран, что остается только принять акт о капитуляции».

В четырех последующих партиях Карпов только в одной добился ничьей — три остальные проиграл. Невероятный результат! Сам он не может объяснить, что с ним происходило. Конечно, усталость — все три поражения случились при доигрывании отложенных партий, причем во всех трех позициях он без особого труда мог добиться ничьей. И это при прославленной «капабланковской» технике. Неожиданно счет сравнялся — 5:5! Теперь первый же выигрыш приносил одному из противников звание чемпиона мира!

Положение не имело прецедента в истории шахмат. Обычно при всех прежних условиях матча (когда количество партий ограничено) при равном счете чемпиону мира достаточно было свести последнюю партию вничью для сохранения шахматной короны, претендент же обязан был выиграть. Как известно, ФИДЕ отменила эту привилегию чемпиона, и Карпов теперь был обязан добиваться столь необходимого шестого выигрыша.

Можно только вообразить состояние и самого шахматного короля, и сопровождавших его членов советской делегации перед решающей тридцать второй партией.

«Участники нашей делегации изо всех сил старались отвлечь меня от шахмат, помочь успокоиться, развеяться. Президент Советской шахматной федерации космонавт Виталий Иванович Севастьянов уговорил меня поехать с ним в Манилу, посмотреть, как сражаются наши баскетболисты на чемпионате мира. Он, Севастьянов, знает, что такое стресс и психологические перегрузки, знает, как из них выходить. Благодаря этой поездке мне удалось неплохо отдохнуть».

А тем временем претендент буквально захлебывался в лучах еще не завоеванной славы. В день перед партией он пригласил репортеров и фотокорреспондентов в свою виллу. На следующий день в газетах многих стран появилась необычная фотография: Корчной стоит на голове, рядом мужчина и женщина бесстрастно взирают на его приготовления к решающему моменту сражения. Лондонская газета «Дейли мейл» поместила такие слова рядом с этой фотографией:

«Корчной присоединился к секте Ананда Марга, девять членов которой покончили жизнь самоубийством, сжигая себя до смерти. Последняя жертва — 24-летняя австралийская наследница Линетта Филипс, умершая ужасной смертью перед зданием ООН в Женеве».

В общем, совершенно различные состояния были накануне решающей тридцать второй партии матча в двух враждующих лагерях: спокойствие, мудрость и скромность — в одном; бахвальство, оголтелая самореклама, крикливая нервозность и надежда на сколько раз подводившую людей черную магию — в другом.

Предоставим слово чемпиону мира.

«В день 32-й партии с утра у всех членов нашей делегации было единое чувство, что эта партия должна стать последней. С приподнятым настроением мы пошли в Дом конгрессов. А противник не понял, не разобрался в возникшей ситуации, считал, что мне надо навязать борьбу, к которой я якобы не готов.

А я жаждал борьбы! При этом помнил, что в течение всего матча претендент, играя черными, старался уйти от единоборства, перевести игру в спокойное русло: в 32-й ему как раз предстояло играть черными.

Позиция на доске сложилась напряженнейшая. С небольшим преимуществом белых. Если помните, разыгрывалась защита Уфимцева, но постепенно мне удалось привести к построению испанской партии, а в ней претендент разбирается хуже. У меня сложился большой выбор продолжений, и шаг за шагом удалось создать неотразимую угрозу королю черных. Хотя сцена довольно далеко от зрительного зала, многие после говорили, что ясно видели, как покраснел Корчной и как побледнел я. В тот миг я мысленно говорил себе: не торопись, не комбинируй, позиция выигрышная, главное сейчас — не упустить победу!.. Я спокойно сделал 41-й ход — сильный, выигрывающий ход. После чего партия была отложена.

Мы отправились в гостиницу, в номере внимательно посмотрели позицию: никаких шансов у противника нет. Но я помнил, сколько было в этом матче «чудес».

Экс-чемпион мира Михаил Таль пишет:

«Отличительной чертой Карпова-бойца является умение предельно мобилизоваться в самый решающий, самый ответственный момент. Это свое качество он демонстрировал неоднократно, как правило, успешно проводя наиболее важные поединки. Тридцать вторая партия матча на первенство мира подтверждает это».

На следующий день было сообщено главному арбитру матча, что претендент сдает партию и матч.

Марафонское единоборство закончилось. Одержана блестящая победа!

«Эндшпиль» матча претендент провел в том же стиле. Сразу после капитуляции в тридцать второй партии он заявил: «Это не значит, что матч окончен» — и отказался подписать бланк (призовые деньги получить не забыл). Подал протест в ФИДЕ. Конгресс Международной шахматной федерации подавляющим большинством голосов (девяносто против одного!) утвердил итог поединка на Филиппинах.

А что наш «информатор с другой стороны» — Раймонд Кин? Что он говорит и пишет о решающей партии матча? Выполнив свои последние обязанности и поворчав немного (полиция Багио, видите ли, слишком строго поступила с корчновскими друзьями-убийцами, выселив их из Багио), английский гроссмейстер вернулся в Лондон, сказал друзьям, что последнюю партию Анатолий Карпов играл великолепно, и сам бросился играть в турнирах. Видимо, служба тренера ему изрядно осточертела!

Самый сильный

Победа Анатолия Карпова в 32-й партии матча и во всем изнурительном состязании мастерства, сил и нервов была восторженно встречена не только любителями древней шахматной игры, но буквально всей страной, всем советским народом. В этот очень важный момент истории шахмат они получили небывалое всеобщее признание. Шахматы еще больше объединили советских людей, заставили их единой семьей переживать ход жаркого единоборства в далеком филиппинском городке.

Первыми, понятно, узнали о победе в решающей партии и матче выразившие бурный восторг советские люди, сопровождавшие Анатолия в поездке на Филиппины. Теперь уже двукратный чемпион мира горячо поблагодарил своих тренеров Юрия Балашова и Игоря Зайцева, а также принимавшего непосредственное участие в решении шахматных вопросов экс-чемпиона мира Михаила Таля:

— Я хочу сказать добрые слова в адрес моих секундантов-гроссмейстеров Юрия Балашова и Игоря Зайцева и постоянно помогавшего мне своими тонкими и умными советами экс-чемпиона мира Михаила Таля.

Выразил также благодарность Анатолий Карпов всем товарищам, членам советской делегации, помогавшим ему в физической и моральной подготовке в течение утомительной трехмесячной борьбы. Самые теплые слова Карпова были обращены в адрес работников шахматной федерации Филиппин, много потрудившихся сначала для того, чтобы матч состоялся, а затем создавших наилучшие условия для игры и подготовки противников к партиям.

Окруживших его многочисленных корреспондентов чемпион мира попросил передать его благодарность всем, кто болел за него в этом утомительно-длительном матче. Практически благодарность всей Советской стране. Откуда только ни шли в те дни телеграммы и письма сначала поддержки, затем поздравлений. «Верим, верим, уверены!» — телеграфировали в сложный момент матча в Багио трудящиеся Брянщины, советские рабочие угольных копей на Шпицбергене, московские писатели. В победу Карпова верили миллионы советских и зарубежных поклонников шахмат.

— Ни я, ни мои товарищи ни единого дня не чувствовали себя оторванными от Родины, — говорит Карпов. — Нам приходило много писем и телеграмм, часто звонили: с родными, с Ленинградом я разговаривал по телефону несколько раз. Регулярно с ними переписывался. Правда, одно из наших посланий шло 40 дней: написано было в августе, получили в конце сентября. А советские туристы привозили нам живые голоса родных и друзей, записанные на пленку, в том числе голоса наших космонавтов Александра Иванченкова и Владимира Коваленка (они передали мне привет, пролетая над Филиппинами). Из Грузии мне привезли нарды — очень их люблю, как выпадало свободное время, играл в нарды.

Не забыли, понятно, поздравить своего земляка и уральцы.

«Челябинский областной совет ДСО «Труд» горячо поздравляет Вас, нашего земляка, воспитанника шахматной школы Южного Урала, с выдающейся победой. Мы верили в эту победу, Анатолий, и очень рады, что надежды сбылись. Шахматная корона наша, в Стране Советов».

Свои чувства благодарности за любовь и внимание всего советского народа Анатолий Карпов выразил в телеграмме Генеральному секретарю Центрального Комитета КПСС, Председателю Президиума Верховного Совета СССР товарищу Леониду Ильичу Брежневу.

Подлинным праздником и для Карпова и для всей советской шахматной школы была ответная телеграмма товарища Брежнева.

«Товарищу КАРПОВУ Анатолию Евгеньевичу.

Дорогой Анатолий Евгеньевич!

Был очень рад получить Вашу телеграмму. Горячо и сердечно поздравляю Вас с победой в ответственном и нелегком матче.

Вся наша страна гордится тем, что в тяжелой, упорной борьбе Вы проявили высокое мастерство, несгибаемую волю и мужество, словом, наш советский характер.

Уверен, что Вы в дальнейшем умножите свои творческие усилия и внесете крупный вклад в сокровищницу шахматного искусства.

Желаю Вам крепкого здоровья, счастья, ярких побед во славу нашей великой Родины.

Л. Брежнев».

— 20 октября стало особо знаменательным днем для меня, — сказал Анатолий Карпов. — На мое имя в Багио поступила поздравительная телеграмма Генерального секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного Совета СССР Леонида Ильича Брежнева. Все члены нашей делегации собрались в отеле, была оглашена телеграмма Леонида Ильича, прозвучали бурные аплодисменты. Мне трудно передать, какое я испытываю чувство благодарности за эту высокую честь. И я, и все советские шахматисты обязаны ответить на заботу народа, партии, правительства, личную заботу дорогого Леонида Ильича новыми успехами.

Высоко отзывались об игре своего прославленного коллеги друзья-соратники Анатолия по сборной шахматной команде СССР.

«Счастлива, что он остался чемпионом, — пишет 17-летняя шахматная королева Майя Чибурданидзе. — Меня восхищает, что Карпов в труднейшем поединке сумел продемонстрировать высокие моральные качества, мужество и спортивную отвагу, те черты, которые по его примеру я стремлюсь воспитать в себе».

«Мне хочется еще раз поздравить Карпова и всю шахматную делегацию на Филиппинах с выигрышем ответственного соревнования, — пишет гроссмейстер Лев Полугаевский. — Чемпион еще раз доказал, как доказывал это в многочисленных турнирах, что является сильнейшим шахматистом мира».

Вместе со специалистами и любителями шахмат из Советского Союза рукоплескал Анатолию Карпову и весь мир. Поздравления прислал президент ФИДЕ, шахматные федерации Австрии, Аргентины, Бразилии, Исландии, Филиппин, ФРГ, Югославии и многие другие.

С новой силой вспыхнули поздравления и слова восторга, когда средства информации оповестили мир: за высокие достижения в шахматном искусстве Президиум Верховного Совета СССР наградил Анатолия Карпова орденом Трудового Красного Знамени.

Перед вручением Карпову высокой правительственной награды Генеральный секретарь Центрального Комитета КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР товарищ Л. И. Брежнев сказал:

— Среди награжденных сегодня — Анатолий Карпов. Его представлять не надо. Он сам очень достойно представил себя и нашу страну в напряженном соревновании за шахматную корону. Его спортивный подвиг отмечается орденом Трудового Красного Знамени.

И, вручая орден Карпову, Леонид Ильич отечески произнес:

— Береги корону… Знаешь, как дерутся за корону…

Подошел конец 1978 году. И новые поздравления: Анатолий Карпов признан лучшим спортсменом года, лучшим шахматистом года. Фотографии в газетах и журналах, статьи, восторженные похвалы…

Потом наступили будни, обычные будни играющего шахматного короля. Планы ближайших месяцев, определение, какие турниры выбрать, какие из многочисленных приглашений принять. И уже далекий прицел: с кем придется вновь через три года сражаться за шахматную корону.

— Сегодня создалось удивительное положение, — пишет по этому вопросу Карпов, — когда опытные шахматисты старшего поколения по-прежнему играют сильно и хорошо и когда молодые, представители моего поколения, быстро прогрессируют. Поэтому следующий год, в котором состоятся межзональные турниры, мне кажется, будет насыщен очень острой борьбой, и все будет зависеть от того, насколько наши опытные шахматисты сумеют сохранить силы, подготовиться, насколько молодые сумеют продвинуться вперед. Так что, я думаю, борьба будет очень острой.

Труден будет путь любого претендента к подножию шахматного трона; но еще большие успехи потребуются от него, чтобы завоевать этот трон. Ибо сейчас в шахматном мире царствует гроссмейстер небывалого шахматного дарования, развитого повседневной работой по искоренению недостатков в своей игре, совершенствованию своего стиля.

«Потенциал Анатолия Карпова только раскрывается», — заметил как-то Михаил Таль.

— Люблю жизнь и люблю людей, — говорит Анатолий Карпов. — Уверен в своих силах.

Перечисляя качества, которые, по его мнению, должен иметь чемпион мира, Анатолий Карпов назвал такие: умение трудиться и не пренебрегать черновой работой, вера в свои силы, дисциплинированность, физическая готовность и устойчивость нервной системы.

И еще одно ценное качество, как раз отличающее шахматного короля наших дней:

— Целеустремленность и умная смелость.

Матч за шахматную корону в Багио потребовал от Анатолия Карпова значительной затраты нервных и физических сил, поэтому, естественно, ему был необходим отдых. Однако полностью отключиться даже в этот период не удавалось: общественные обязанности, необходимость выступать с лекциями по итогам филиппинского матча — жизнь шла своим чередом, и даже друзья и знакомые не всегда могли оградить молодого чемпиона от ее требований.

Конечно же, любителей шахмат всего мира интересовал вопрос: как будет играть шахматный король после матча в Багио? В какой степени отразились на его спортивной форме тяжелые испытания труднейшего поединка? В какой мере закрепилось стремление к сложным позициям и острым комбинационным схваткам, не раз замеченное в филиппинском матче?

Приехав в Москву из Манилы, Карпов сказал, что сыграет свой первый международный турнир весной, однако не выдержал и включился в активную шахматную жизнь уже к концу зимы 1979 года. Открыв 21 февраля интересной лекцией в Москве университет шахматной культуры, он вместе со своим другом-тренером Юрием Балашовым поехал на крупный международный турнир в Мюнхен.

Выиграв в первом туре у Балашова, затем после двух ничьих победив немецкого мастера Данкерта, Анатолий вместе со Спасским шел во главе турнира, как вдруг на него обрушилось страшное несчастье: скончался его отец. Пришлось покинуть соревнование. Невольно вспоминали мы те дни, каким страшным испытаниям подвергает молодого чемпиона злая судьба: в 1978 году, когда он успешно закончил турнир в Бугойно, пришла печальная весть о смерти Семена Фурмана, теперь новый удар — и опять во время зарубежного состязания.

Похороны Евгения Степановича в Москве были трогательной демонстрацией любви шахматистов к чемпиону мира, дружеского сочувствия его коллег, а также выражением почтения к памяти Карпова-старшего — это замечательного человека, оставившего заметный след в промышленности городов Златоуста, Тулы и Ленинграда, где он плодотворно трудился как квалифицированный и много знающий инженер. Многие заводы прислали в тот день своих представителей, передавших от коллективов своих предприятий соболезнования семье чемпиона мира.

Можно лишь догадываться, каким страшным ударом для Анатолия Карпова была смерть отца.

Весь шахматный мир, коллеги-гроссмейстеры других стран выражали в те дни соболезнования Анатолию Карпову.

Мы не раз уже видели проявление сильных черт характера Анатолия Карпова, умеющего, «крепко сжав зубы», преодолевать самые обидные неудачи в шахматных соревнованиях. Теперь мы убедились в его жизненной стойкости, умении мужественно выносить удары судьбы. Болезненно пережив смерть любимого отца, Анатолий вскоре вновь нашел в себе силы сразиться с самыми известными гроссмейстерами мира. В канадском городе Монреале собрались в апреле 1979 года десять сильнейших корифеев, в том числе от нашей страны — Анатолий Карпов, Михаил Таль и Борис Спасский. «Турнир шахматных звезд» — так назвали это двухкруговое состязание. И поистине это было созвездие светил высшей яркости.

«Все приглашенные на «турнир звезды» располагают высочайшим творческим потенциалом, — говорил перед началом состязаний А. Карпов. — Предстоит исключительно интересная борьба».

Со старта на турнире в Монреале вперед вырвался молодой талантливый югославский гроссмейстер Любомир Любоевич, набравший пять очков из семи сыгранных партий, однако лидерство его никак нельзя было назвать прочным — рядом находился гроссмейстер из Будапешта Лайош Портиш, на пол-очка сзади шел наш «тандем» — Анатолий Карпов и Михаил Таль.

Проиграв в восьмом туре важную партию Карпову, Любоевич до конца турнира так и не смог восстановить прежний темп продвижения вперед, и битва за первые призы разгорелась между Карповым, Портишем и Талем. Меняясь местами, они долгое время возглавляли лидирующую группу участников, но перед самым финишем Портиш проиграл Талю и отошел на третье место.

Совсем близок был финиш труднейшего турнира, и в этот момент любители шахмат, гроссмейстеры и мастера, находившиеся в Монреале, стали свидетелями удивительного события, подобного которому им никогда не приходилось наблюдать, да и вся многовековая история шахмат не знает такого.

После семнадцатого тура, перед последним днем состязания, Михаил Таль набрал высокий процент очков — 11,5 из 17. Не потерпев ни одного поражения, он возглавлял турнирную таблицу. Конкурентом в борьбе, за первый приз ему мог быть только один участник — Анатолий Карпов: у него было на очко меньше, но имелась одна отложенная партия против Любоевича. Выигрывая эту партию, чемпион мира догонял Таля, и к последнему дню они подходили с равным количеством очков. А там уж все зависело от мастерства, энергии и, в известной степени, удачи.

Итак, Анатолию нужно было обязательно выиграть партию у Любоевича. Но как? Позиция была острой, хотя шансы Карпова и были предпочтительней. Все решал анализ отложенной позиции, углубленный, многочасовой домашний анализ, во время которого предстояло не только выяснить шансы, сторон и оценить позиционные факторы, но и конкретно рассчитать все сложнейшие варианты в этой непростой позиции. Титанический анализ предстояло сделать Анатолию Карпову, вложить немало труда, чтобы решить эту сложнейшую научно-аналитическую шахматную задачу.

«Домашний анализ, проведенный Карповым совместно с Талем, — пишет корреспондент газеты «Советский спорт» А. Рошаль, — отнюдь не ухудшил нашего настроения, а заодно показал, какими искренними отношениями могут быть взаимоотношения друзей».

«Совместно с Талем» — вот эти-то слова и удивили шахматистов. Экс-чемпион мира Михаил Таль — лидер соревнования — казалось бы, меньше всего в тот момент был заинтересован в победе своего конкурента. Ведь выигрывая эту партию, Карпов получал возможность в последний день обойти Таля и оставить его вторым призером. Возможно, некоторые высказывали в этом случае немало упреков в адрес Таля. «Не сумел успешно довести до конца такое важное состязание, потерял возможность украсить «послужной список» своих турнирных побед первым призом в «турнире шахматных звезд». Выигрыш Карпова у Любоевича стал бы не только ударом по авторитету Таля — второе место в какой-то мере снизило бы его уверенность в своих силах перед новыми важными соревнованиями. Наконец, ведь существует и материальная разница между первым и вторым призом, обычно довольно значительная. Личные мотивы отошли в сторону — решающее слово осталось за впитанным с детства чувством коллективизма, а также искренней любовью к другу, соратнику по многим славным турнирным победам.

Отложенная позиция против Любоевича была отлично проанализирована и принесла Карпову важную победу. Встречи в последнем туре Карпова с американским гроссмейстером Любомиром Кавалеком и Таля с голландским гроссмейстером Яном Тимманом закончились мирным исходом. Переполненный турнирный зал бурно приветствовал пришедших к финишу первыми, «голова в голову», двух друзей — Анатолия Карпова и Михаила Таля.

Шахматное соперничество счастливо переплелось с шахматной дружбой, и недаром сейчас многие любители шахмат мечтают о том, чтобы когда-нибудь состоялась увлекательная и весьма желанная для дальнейшего развития шахматного искусства встреча в борьбе за шахматную корону Анатолий Карпов — Михаил Таль.

Посол советской культуры

«Шахматы — игра келейная, камерная, — утверждают некоторые специалисты. — Для того, чтобы добиться в ней успеха, гроссмейстер должен дома, в тиши кабинета, отрабатывать свой стиль, искоренять недостатки и ошибки, открывать новые пути, досель неизвестные, в бесконечных теоретических дебютных вариантах».

Образ жизни Анатолия Карпова явно противоречит этому распространенному мнению.

Он удивительно много путешествует. «Летучий уралец» — вот одно из его звонких прозвищ.

«Сначала международный турнир в югославском городе Скопле, потом розыгрыш Кубка СССР в Тбилиси.

Дальше — больше: Ленинград — Москва — Барселона — Париж — Гавр — Ла-Рошель — снова Москва — Ленинград (3 дня дома) — Москва — Красноярск — Якутск — Мирный — Петропавловск Камчатский — Хабаровск — Москва — Ленинград (3 дня дома) — Москва — Токио — Манила — Москва…

И это все в течение двух с половиной месяцев 1976 года — с 10 мая по 28 июля! А что такое сибирские и дальневосточные расстояния? Самый короткий перелет — от Якутска до Мирного равен полутора тысячам километров. На привычном железнодорожном перегоне между Москвой и Ленинградом — фирменный поезд «Красная стрела», остальное по воздуху — ТУ и «боинг», «Дуглас» и ИЛ-18, ЯК-40, АН-24, ИЛ-62, да еще вертолет…»[2]

Поистине «вокруг света за 80 дней», да еще повторенное несколько раз!