Демон во дворце

Наталину я не боялся, а скорее, опасался: красный камень на её шее всё ещё переливался радужными цветами. В тот раз мне всё же изрядно повезло, а сейчас близко подпускать её тем более не стоит.

— Ты забыл это. — Она достала очень знакомый браслет. Красивенький такой, иногда выстреливающий нитку воды. Помнится, он загадочным образом сам исчёз с моей руки.

— Зачем он мне? — Согласен, вещь наверняка дорогая, но ничего общего с ней я иметь не хотел. Я хорошо помнил, как с помощью этого браслета меня как будто поджаривали на огне. — Он не подходит по цвету под мой костюм.

— Можешь не носить, твоё дело. Но во время ритуала надел ты его сам. Отменить или заблокировать действие ритуала у меня не получилось.

Сожаление в её голосе уловил, но всё равно ничего не понял.

— Положи его туда. — Показал рукой на стол. Сам я подходить к ней не собирался. — Что-то ещё? Говори и уходи.

Она степенно прошла до стола, положила на него браслет, повернулась ко мне. Где-то с минуту мы бодались взглядами, после чего она плавно опустилась на колени.

— Муж мой, я смиренно ожидаю Ваших указаний. — Заявила она мне и опустила голову.

«Не смешно, раз не про любовь», как любил говорить один мой друг.

— Тебе не кажется, что это выглядит глупо? — Шутка действительно совсем не смешная.

— Ты предложил мне выйти за тебя замуж, я согласилась. Перед всеми богами мы муж и жена. — Подняла она голову. — Приказывай.

И покосилась на кровать.

Ага, щаз! Бегу и падаю. Наталина и раньше в постельном плане меня не привлекла, а теперь, когда в её теле эта тёмная непонятная жуть, тем более.

— Не помню ничего такого. — Открестился я от такого «щастя». — А чего не помню, того не было. С чего ты вдруг выбрала меня для этой шутки?

— Это не шутка, я же сказала! — В её голосе появились властные и раздражённые нотки. — Ты мой муж, и это ты предложил мне выйти за тебя замуж. Сам!

— Да когда?

— Вот. — Она достала откуда-то из одежды очень знакомую вещь. Усмиритель. — Ты сам надел на меня брачный обруч, когда на тебе был браслет главы семьи, сделав брачное предложение. Этому парному артефакту больше трёх тысяч лет, но силы он не потерял, мы теперь связаны. Конечно, я хотела, чтобы было наоборот, обруч должен был надеть ты, но ты победил, ты сильнее. Как только я надела его сама, согласившись с твоим предложением, ритуал активировался. Мы оба добровольно на него согласились, ты теперь мой муж, а я твоя жена.

Интересная интерпретация. Это что, Сенила тоже моя жена, раз она моя рабыня? Ого, да у меня уже целый гарем набрался. Только, пожалуй, Квадро стоит от роли моей жены избавить. Сам собирался его или продать или отпустить.

Смешно, ага.

— Наталина. — Вздохнул я устало. Она меня утомила. — Или, мне всё же называть тебя Лотос? Я передумал и тебя отпускаю. Ты свободна, иди куда хочешь. — Ошейник она сняла, но до сих пор считает себя моей рабыней? Да я лучше дома тигра без намордника буду держать, безопаснее в разы. — Считай, что мы развелись. — Улыбнулся ей ехидно.

— Лотос умерла, я теперь Наталина. У богов не бывает разводов. — Заявила она категорично, вставая на ноги и вздёрнув подбородок. — Я всё испробовала, но ритуал отметить нельзя. Ты мой муж, пока не умрёшь.

— То ты Наталина, то «у богов не бывает». — Насмешливо парировал я. — Ты определись, давай. — Да чего она именно ко мне прицепилась-то? — Я-то точно не бог. Ты теперь тоже в теле смертной.

— Ты — прямой потомок воплощения, меня тебе не обмануть, я это поняла. Ваше ядро способно принимать и выдавать энергию всех стихий. Это в последующих поколениях, из-за браков с простыми людьми, ядро распадается, и способно вмещать в себя только одну стихию.

— Кто такие воплощения? — Она меня заинтересовала, но не факт, что она не врёт. Эх, амулетик правды бы мне. Я растерял весь свой арсенал, пока пытался заработать авантюристом.

— Я — воплощение. — Её ехидный голос меня не впечатлил. Я в этом мире всего полгода живу, мне что-то не знать совсем не стыдно. — Богиня, полностью переселившаяся в тело смертной. Раньше боги часто проводили этот ритуал, так и появились первые маги. Нынешние маги все потомки тех времён. Как только боги перестали напрямую воевать друг с другом, перестали и переселяться в людей. Научились готовить для себя аватары и вселяться в них на время. Боги не воюют, воюют только люди.

— Давно не проводят, говоришь? А ты с чего вдруг решила провести этот ритуал? Смотри, ты теперь в слабом человеческом теле, тебя можно убить, пленить. Чего тебе не хватало, пока была богиней?

— Убить меня и сейчас не так и просто, это может сделать только тот, кто может впитать мою силу. Только такой, как ты. — Судя по её тону, она меня в этом ещё и обвиняет. — Пока во мне есть энергия всех стихий, я бессмертна, а её мне должно было хватить на десятки тысяч лет. Я думала, что воплотившись, буду в безопасности, никто из моих последователей не слышал о том, что в этом мире ещё остались прямые дети воплощений. Когда я на тебя смотрела там, в храме, я видела, что ты состоишь из двух половинок, но тело содержало только магию жизни. Тебе удалось меня обмануть.

— А теперь ты вдруг всё поняла? Что-то ты тупенькая для богини такого возраста.

— Поняла, но было поздно. — Точно, по её мнению, в том, что она не учла в своих расчетах меня, я и виноват. — Ты меня победил, впитав в себя всю магию управления, как только я потеряла средоточение. Ты разрушил его, рассеяв собранное за тысячелетия. По твоей вине я проживу не больше тысячи лет. — Злость и обида. Да мне её жалко.

Шучу, конечно.

— Со средоточением сама виновата. Зачем пыталась меня убить? — Нет уж, виноватых пусть ищет в другом месте. Я прекрасно помнил, как пытался ей что-то сделать, когда она получала божественную энергию из зеркала. Как с каменной статуей боролся. — Раз такие, как я, могут тебя убить, то зачем тебе надо было становиться такой уязвимой? Оставалась бы богиней.

— Мой культ умирал. — Её тон изменился, в нём появились трагические нотки. — Он, можно считать, умер, когда моих последователей выгнали из страны пятьсот лет назад. Ещё бы двести-триста лет и всё, Лотос и так бы исчезла из бытия. А в теле смертной я не подвластна божественным законам. Хожу, куда хочу, могу не обращать внимания на других богов и жить сколько угодно долго.

— Другие воплощения тоже могли жить сколько хотели? — Тут же уцепился я за несоответствие. — И где они теперь?

— Или умерли от рук других воплощений, или организовали новые культы в честь себя. — Равнодушно пожала она плечами. — Кого не убили, те вновь набрали энергию верующих и вернулись на тот уровень бытия. Я тоже так планировала сделать.

— И сколько надо времени для такого?

— У всех по-разному получилось. У кого-то две тысячи лет, у кого-то пять. Это не важно, времени у меня было бы много. Воплощения бессмертны, пока в них осталась энергия веры, их только другое воплощение может убить. Я готовилась к ритуалу все годы изгнания и знаю, что других воплощений сейчас нет, а энергия в теле человека всегда тратится очень медленно. По твоей вине я не успею набрать верующих!

— Теперь ты проживёшь жалкие тысячу лет, и умрёшь от старости. Печалька! — Ехидно засмеялся я. Для человека и сто лет — подарок, а она плачет, что проживёт всего лишь тысячу. Неуязвимой!

Да-да, мне её жалко. Как же!

— Теперь, когда есть ты, способный собирать ману всех стихий и отдавать её мне, истощение мне не грозит. Пока ты жив, конечно.

— И поэтому ты и согласилась, как только средоточнение взорвалось. Поняла, что если я не буду делиться с тобой маной, ты умрёшь. — Понял я наконец, почему она тогда сдалась и сама надела ошейник. — А с чего ты решила, что я буду это делать? — Это что за энергетический вампир тут нацелился на мои запасы? — Мана мне и самому пригодится.

— Ты мой муж, у богов-супругов всегда один источник, ритуал связал наши каналы. Когда я рядом, мана сама будет поступать ко мне от тебя. Да, я не могу тебе приказывать, раз обруч был на мне, но прогнать ты меня не сможешь, только убить или наказать. Я готова к любым наказаниям, муж мой. — И она снова опустилась на колени, но в этот раз ещё и головой в пол бухнулась.

— Мне надо подумать. — Мне действительно надо было собрать свои мысли в кучу. — Сейчас уходи, мне нечего тебе сказать.

— Я буду рядом, можешь позвать в любое время. — Одним плавным движением она поднялась на ноги и вышла, провожаемая моим настороженным взглядом.

Хорошо двигается, чертовка. Да и формы теперь у неё гораздо приятнее взгляду, не то, что раньше.

Тяжело вздохнул. Вот сейчас мне бы пригодился совет от опытного графа, но где ближайшая лестница, я не знаю. Подозреваю, что раз это столица, то она тут точно есть и не одна, но пока что информации никакой не нашёл. Ладно, разберусь сам.

Всё же, не было печали. Интересно, а то, что она тут мне рассказала, действительно правда? Слишком уж смахивает на шутку. Злую шутку, как раз в стиле тёмной богини. Эх, точно с графом бы посоветоваться, но не судьба.

И чего она ко мне прицепилась? Скучно ей, развлекается? Шла бы к своей сестре, над ней бы шутила. У меня своих проблем выше крыши, только ненормальной богини не хватало для полного счастья.

Ладно, это всё лирика. Нужно собираться за деньгами. Время ещё есть, но нужно учитывать и форс-мажорные обстоятельства. И сюда уже не возвращаться, а то что-то неуютно тут в последнее время, как будто следит за мной кто-то.

Сбежать я не успел. Спустившись в зал, стал искать глазами управляющего, чтобы рассчитаться, и встретился глазами с Белиандом. Нашёл он меня всё-таки. Сам пришёл, а не прислал человека, как обещал. Пахнет не просто подставой, а крупной подставой.

Маг махнул головой на скамейку напротив, приглашая на разговор, и я решил не артачиться. Пока.

— Чего не дождался? — Вместо «здрасти» наехал он на меня. — Всё же то заведение было получше этого. — И он немного презрительно повёл глазами вокруг.

— И тебе привет. — Ответил я, ставя у своих ног мешок с иголками и свой цветастый портфель с вещами. — Чего хотел?

Несмотря на весь его многолетний опыт, всё же я его удивил. Маг немного ошарашено посмотрел на меня, но потом быстро вернул себе спокойное выражение лица… И вокруг нас образовалась круговая стенка на основе земли. Невидимая для других, потому что в неё тут же влетела одна из подавальщиц, опрокинув всё, что несла.

Белианд же на поднятый шум даже глазом не повёл.

— Вот приглашение. — Кинул он на стол свёрнутую бумагу. — Это от императора, взял в канцелярии, мог бы и сам сходить. А это от герцога Аэри, в котором он соглашается назначить тебя сопровождающим своей младшей дочери. — И на стол легла вторая бумага, но в этот раз она была не свёрнута, а открыта. — Напиши внизу, что просишь принять тебя в свиту Литы, а потом иди уже, закажи костюм. Я узнавал, ты по тому адресу ещё даже не появлялся.

Всё же маг не удержался и снова начал говорить со мной в приказном тоне. Я думал, что в прошлый раз показал, что не намерен прогибаться и выполнять всё, что он приказывает, но видимо, за эти дни всё позабылось.

Старческий склероз!

На бумажку от герцога я даже не глянул, а вот от императора взял. Свисающая печать сверкнула красным, потом синим, после чего я смог развернуть свиток.

— Тут говорится, что я сам могу взять кого-то в сопровождение, любого, на своё усмотрение. И ни слова о том, что обязан идти кому-то в свиту. — Поднял я насмешливый взгляд.

Может кому-то и покажется, что я зря артачусь, но я отлично помню лекцию мечника о том, что Лита мне не пара, а тут мне её упорно навязывают. В то, что они хотят нас свести, я не поверил ни на минуту. А вот в то, что это какая-то политическая игра, в которой я буду пешкой — вполне. Например, это сигнал кому-то неизвестному: «Видите, девушка может уплыть, предложите денежек побольше». Этот неизвестный вполне может обидеть бедного баронета, пытающегося увести у него выгодный вариант.

Уверен, сидящему напротив меня магу и отцу Литы будет наплевать, что со мной в результате произойдёт. Я для них никто, так, расходный материал.

Мавр сделал своё дело, мавр может умереть.

— Не любого, а только лицо противоположного пола. И не рабыню. — Насмешливо улыбнувшись, откинулся на стенку маг. — Не будешь же ты брать с собой девушку из салона.

У меня действительно нет сейчас никого, с кем можно прийти, потому ничего не ответил. В задумчивости оглядел зал и встретился взглядами с Наталиной. Она сидела за соседним столом и внимательно слушала наш разговор, хотя я был уверен, что сфера вокруг нас глушит все звуки.

А это будет забавно.

— Ну почему, у меня есть с кем пойти. Эта девушка точно настоящая леди. — Вернул я насмешку.

— Если это не Фриста де Менорани, то она ниже по статусу дочери герцога. — Не знаю, не знаю. Интересно, а бывшая богиня ниже принцессы империи или выше? — Согласись, прийти в первый раз в сопровождении будущей герцогини — это хороший ход. Баронство Летоно стали забывать, кредиторы осаждают канцелярию Императора, требуя денег, но если ты покажешь, что у тебя такие покровители, то все утихнут.

Вообще-то, денежные проблемы «папочки» меня волновали мало, вот когда я его убью, вот тогда и буду их решать. Сейчас я собираюсь учиться, и на три года выпасть из всех этих «больших политик». И он меня задерживает, если опоздаю, денежки проплывут мимо.

— Скажи, а где тут можно продать иголки с берика? — Решил я перевести разговор.

И снова я его удивил. Только на этот раз глаза мага сузились, он явно обиделся на моё пренебрежение поднятым вопросом.

— У тебя их много? — Всё же сделал вид, что заинтересовался.

— Достаточно. Думал продать, но почему-то все отказываются их покупать. А мне казалось, что это дорогая и нужная вещь.

— В Империи Меноран пользоваться стрелами, проникающими сквозь магические щиты, разрешено только наказующим и охране императорской или герцогской семьи. А больше эти иголки ни на что не годятся. Продай их в магическую гильдию, они купят.

И смотрит так, прищурившись. Ясно, и тут подвох. Вот не может он без этого!

— Знаю я, что такое закупочная монополия. — Махнул рукой пренебрежительно. — Предложат парочку монет за всё, и будешь рад, что не отобрали бесплатно. Уж лучше я продам их каравану, что в другую страну уходит. Берики живут только на территории империи, в других странах иголки с них будут стоить дороже в разы!

— Тогда эти иголки, превратившись в стрелы, убьют наших воинов. — Скривился Белианд. — Я могу их сам у тебя купить, у меня есть такое право. Сколько ты за них хочешь?

— У меня пятьсот иголок. — Вообще-то их было больше, но несколько штук решил оставить себе, вдруг действительно пригодятся. — За сколько возьмёшь?

Если хотя бы по золотому за штуку, то будет просто прекрасно.

— Возьму по золотому, это пятьсот золотых.

— Спасибо, посмеялся. — И действительно издал невольный смешок. Надо же, как он угадал. — Да я по три продам, и ещё попросят.

— По три? — Маг задумался, но потом кивнул. — Хорошо, пусть по три.

Продешевил я, но слово сказано. Да и всё равно хорошо. Это ещё плюс полторы тысячи. О чём бы ещё с ним поговорить, чтобы потянуть время.

Кстати!

— Ты не мог бы мне ещё раз помочь купить те книжки, бестиарий и справочник трав? Жалею, что не купил в тот раз. Только, мне по тем ценам, что в прошлый раз были.

— Да, я помню. Хорошо. — Слишком быстро ответил он, а я понял, что и тут продешевил. — Тогда тысяча золотом и две книги за пятьсот иголок.

Да и ладно, книги пригодятся, а деньги ещё есть.

— Забирай. — Я развязал мешок и вынул из него двадцать три иголки, после чего подвинул мешок к магу. — Деньги и книги потом отдашь.

— Ты напишешь просьбу герцогу? — Вернулся он к прошлой теме разговора, кивнув на раскрытый листок. Упрямый. Хотя, чего я хотел, с его-то властностью.

— Нет. — И в этот раз твёрдо отказался я. Участвовать в их играх я не собирался. Уверен, что и Лита не знает, что они вдвоём с герцогом задумали.

— Хорошо. — Бумага исчезла со стола. — Может, так действительно даже лучше. Жду тебя на балу.

Он поднялся, сфера, сверкнув, исчезла.

И только когда он ушел, я понял, что всё же подписался на это мероприятие, хотя хотел его совсем продинамить.

Глава 3

Вышел из таверны, покрутил головой, осматриваясь. Раз Белианд меня уже нашёл, покидать это жилище смысла не было, портфель я оставил в комнате.

Надо сходить за денежками, а потом всё же заказать костюм. Или сначала за костюмом сходить? Вроде по пути.

Значит, мне туда.

Адрес, который описал маг, был почти в центре столицы, но так как мне было нужно почти на другую сторону города, то это всё же почти по пути.

Пришлось немного поплутать, прямые улицы за первой стеной отсутствовали, как данность, но всё же разобрался.

Вроде бы тут. Приметные ворота с рисунком, такой нарисован и на кусочке кожи: Башня и Дерево. Каменное здание, а на входе стоят два воина, но не с алебардами, а с тонкими мечами, пусть и не шпагами, но близко.

Что-то тут не то. Всё же неудобно, что в этом мире нет текстовых табличек, только значки. Так ведь и значка, обозначающего, что тут швейная мастерская, тоже не видно.