Колонисты 3

Девушка потянулась. Причем сделала это очень грациозно, я бы сказал завораживающе. И лишь после этого откинула забрало, а затем и вовсе сняла шлем, жадно и с удовольствием вдохнув воздух полной грудью.

— Слегка, — наконец снизошла она до ответа.

— Тогда иди в «Проходец», — предложил я, — там тепло, хоть отогреешься. Может, дальше мне на гравицикле ехать?

— Нет, — Анна покачала головой, — без нормального костюма для полетов ты замерзнешь еще быстрее.

— Да я вроде не мерзляк.

— Поверь, я знаю, о чем говорю.

— Ну, окей, — кивнул я, так как особо спорить мне не хотелось.

Мы с Кийко справились относительно быстро. И часа не прошло, как запылал костер — в округе было более чем достаточно сухих веток и палок, так что распалить его не составило труда. Плюс мы натаскали толстых сучьев, которые начали подкидывать в костер.

Огонь жадно облизывал новую пищу и разгорался все сильнее.

— Мы себя костром не выдадим? — поинтересовался я у Строгова.

— Нет, — покачал тот головой, — уже темнеть начинает, дым не будет видно, а костер не заметят — мы в низине.

— Ну, окей, — я уже намылился было отправиться в «Проходец», дабы еще немного подремать, но Строгов меня остановил.

— Не спеши. Поможете сейчас…

— Чем?

— Мы с Кузьмой хотим выгрузить ПМС.

— Зачем? — не понял я.

— Для работы, дубина! — хохтнул Строгов. — Мы ведь его не можем запустить внутри «Проходца». Его нужно выгрузить, разложить, и только тогда начинать работать…

— А… — протянул я. — А что работать-то собрались?

— Начнем с броников, — ответил Строгов. — Может, удастся починить. У нас сейчас оружия завались, а вот брони ‒ кот наплакал. Надо что-то с этим срочно решать.

— Думаешь, получится?

— Пробовать надо, — пожал плечами Строгов, — Кузьма уверен, что получится. Да, Кузьма?

Кузьма, стоявший неподалеку и куривший очередную сигарету с задумчивым видом, лишь кивнул.

Ну, что же…

Минут тридцать мы пыхтели и кряхтели, пытаясь выгрузить ПМС из «Проходца». С горем пополам нам это все же удалось. Затем еще столько же времени потратили на «Орбиту». С ее помощью Строгов хотел усилить «Проходец», точнее, несколько модифицировать его. Ну а что, я не против. Усилить, улучшить — это хорошо. Я вообще за любой кипиш, кроме голодовки.

Мы закончили выгрузку и сейчас просто отдыхали. Строгов же с Кузьмой будто даже не устали — уже вовсю колдовали с ПМС, который запустили.

Небольшая коробка раскрылась, раскинула крылья (солнечные панели), выдвинула экраны. Сейчас ПМС больше напоминал какую-то научную станцию.

— Так…пошли подрыхнем? — предложил я Кийко.

Но не тут-то было…

— Вы бы подменили охранение, — окликнул нас, вновь собравшихся нырнуть в теплое нутро «Проходца», Строгов.

— Дай хоть полчаса покимарить! — возмутился Кийко.

— Нет уж! Смените ребят, они там уже притомились, — не согласился Строгов. — Пусть они подрыхнут пару часов, а потом с ними поменяетесь. И вы отдохнете, посидите на свежем воздухе, и они подремают. На посту спать нельзя.

— Пристрелить его, что ли… — проворчал Кийко. — Вот я прямо чувствую, что хрен нам дадут поспать. Или проблемы попрут, или еще чего…

— Не каркай, — предостерег я его, — а то ведь дождемся…

Теперь на охрану лагеря заступили мы с Кийко, а Шендр и Мундалабай отправились спать в «Проходец».

Строгов и Кузьма колдовали над добытыми девайсами, Литвин кашеварил. Анна же нагло дрыхла в «Проходце».

Мы отдежурили пару часов, прежде чем меня сменил Литвин. Я отправился будить Мундалабая, который, как оказалось, был весьма неплохим поваром и должен был закончить с готовкой ужина. А еще пора было будить Шендра, которому предстояло подменить Кийко.

Я вернулся к «Проходцу» и расшевелил первого храпуна.

Мундалабай не желал просыпаться. Однако я не собирался отступать и все-таки растормошил его.

— М? А? — Мундалабай хлопал осоловелыми глазами, все еще находясь в полудреме.

— Давай, подъем, — сказал я ему, — твоя очередь на кухню заступать.

Увидев в его глазах непонимание, я пояснил:

— Еду иди делай!

Мундалабай кивнул, зевнул и направился на выход. Я же, разбудив и Шендра (который зевал во весь рот и тер глаза), вспомнил, что хотел посмотреть, как там идут дела у Строгова с Кузьмой. Стоило узнать об этом перед тем, как заваливаться спать — интересно же. Я направился на выход из «Проходца» и буквально врезался в застывшего в дверях Мундалабая.

— Ты чего? — спросил я.

— Белые мухи, — прошептал Мундалабай.

Я выглянул наружу — ну да, начал идти снег. Неожиданно и обильно, прямо-таки хлопьями.

Не успел я ничего сказать, как Мундалабай заорал дурнем:

— А-а-а! Белые мухи! Кумбуля!

Прежде чем я успел что-либо сделать Мундабай выхватил одну из «слеп» (у каждого из нас была парочка) и метнул ее прямо к замершим в удивлении Кузьме и Строгову.

— «Слепа»! — заорал Строгов.

Но было уже поздно. Я шарахнулся назад, внутрь «Проходца», сбив с ног так толком и не проснувшегося Шендра. Строгов, как я успел заметить, тоже развернулся к упавшей на землю «слепе», а вот остальные отреагировать не успели.

Пара секунд, и раздались несколько криков — «слепа» хорошо бьет по глазам, это мы еще на сектантах убедились. Вот только мы совершенно не были готовы к тому, что «слепы» будут применяться против нас же самих.

— Твою мать! Дебил чернозадый! — орал Строгов. — Ты чего натворил?

— Белые мухи! — вопил Мундалабай.

— Да это снег, баран ты тропический! — орал в ответ Строгов. — Ты что, снега никогда не видел?

Возле ПМС стоял на коленках Кузьма, закрывающий глаза руками, где-то неподалеку выкрикивал проклятия Литвин — похоже, ему тоже досталось. Наверняка он услышал крик Мундалабая и либо повернулся в нашу сторону, либо даже побежал к месту привала. И в этот момент «слепа» его и достала.

Я перехватил оружие Мундалабая, которое тот уже сдернул с плеча и куда-то целился.

— Успокойся, это просто снег, — сказал я ему, — как дождь, только очень холодный. Понимаешь?

— Дождь? — с удивлением и даже неверием переспросил Мундалабай.

— Да… — в доказательство своих слов я вышел из «Проходца». Снег тут же начал сыпаться мне на голову, на плечи.

— Видишь? — спросил я. — Ничего не случилось, все нормально.

— Дождь замерз? — несколько успокоившись, спросил Мундалабай.

— Да, холодный дождь, ничего плохого он тебе не сделает, успокойся.

— Мик!

Я обернулся на крик, меня звал Строгов.

— Что?

— Бери этого муфлона, и за мной… — Строгов бросил приказ на бегу.

— Куда?

— Туда, — Строгов указал направление, — там кто-то есть. Заметил движение.

Быстрее! Их наверняка тоже слепануло. Возьмем тепленькими, пока не проморгались.

И Строгов развил такой спринт, будто бы за ним гналась как минимум стая волков.

Мы с Мундалабаем бросились следом, однако куда нам было до Строгова…

— Э! Вы куда? — из вездехода высунулся Шендр. Рядом с ним торчала еще одна голова — Анна.

— Проверьте Литвина и Кийко! — крикнул Строгов, притормозивший лишь на мгновение и вновь ускорившийся.

Глава 4 Выгодное сотрудничество

—Нет! Я без защиты не буду!

— Я тебе сейчас нос разобью! Быстро давай!

— Нет! Я же сказа…

— Слушай, Петрович, мне похер, что у тебя защиты нет! Тебе ведь говорили, что пропивать броник — плохая идея? Говорили! Так что поднял задницу и побежал! Ну!

Крупный жилистый мужик сунул свой здоровенный кулак под нос другого, мелкого, худого и лысого, с аккуратной некогда бородкой.

— Петрович! Последний раз говорю, по-хорошему!

Бородатый пробормотал что-то неразборчивое, но все же пополз назад.

Метров через десять он поднялся, и уже быстро перебирая всеми четырьмя конечностями, исчез за кустами.

— Думаешь, дойдет до Анвара? — спросил третий, худой и длинный мужик, до сего момента в разговоре участия не принимающий.

— Дойдет! — ответил жилистый. — Петрович, конечно, дурень редкий. Но если что-то взялся делать — сделает.

— На кой черт Анвар его вообще держит? — проворчал длинный.

— Да как шута или талисман. Мы ведь на него маров ловили, — хмыкнул жилистый.

— М? Это как?

— Ах, да, ты ведь тогда еще не с нами был… Да как, помнишь, мары лучника искали?

— Ну…

— Вот мы им Петровича как лучника и подсовывали.

— И они велись? — поразился длинный.

— А ты, Длинный, иногда редкий тормоз, — усмехнулся жилистый. — Велись, конечно. Во всяком случае, пару минут верили, что мы им действительно лучника притащили.

— А потом?

— А потом не знаю, мне как-то не до расспросов было, — фыркнул жилистый.

— Так это вы, что ли, маров расстреливали? — поразился длинный.

— Ты, Длинный, точно не из четвертой волны? — осведомился жилистый. — Каждая собака в Речном знает, что мы с марами сцепились. Только ты не в курсе! А впрочем…

Жилистый махнул рукой.

— Что? — не понял длинный.

— Да чего с тебя взять, тормоз и на Хрусте тормоз…