Шоу Девочек

Райли нахмурился, явно озадаченный настойчивостью Бенедека.

- О чем вы думаете, Уолтер? - твердо спросил он. - Если вы что-то знаете, лучше скажите мне сейчас.

Бенедек начал было говорить, но голос так и не вырвался наружу, и он, наконец, запил невысказанные слова еще одной рюмкой скотча. Он ни в чем не был уверен. Просто что-то чувствовал, но это ничего не значило.

Когда Бенедек не ответил, Райли встал и произнес:

- Мы также хотим связаться с его стоматологом. Вы не знаете его имени, не так ли?

Бенедек покачал головой.

- Зачем?

Райли замешкался.

- Они были, хм, укушены. Сильно. Медицинский эксперт считает, что они могли... истечь кровью до смерти, если... если не умерли сразу.

- Крови было не так много, - сказал Бенедек.

- Да, и это то, что поставило эксперта в замешательство. Идите домой, Уолтер. Мне придется поговорить с вами еще немного, но это может подождать до завтра. Давайте уладим все формальности и... Просто идите домой. Отдохните.

Но он пошел на Таймс-Cквер. Некоторое время шагал взад-вперед по тротуару напротив "Шоу Девочек", наблюдая. Ожидая увидеть знакомую коренастую фигуру, спешащую сквозь толпу. Но она так и не появилось.

Вскоре после его прибытия, около десяти тридцати, может быть, одиннадцати, он заметил молодого человека. Он выделялся из толпы, совершенно не походя на большинство клиентов, входящих и выходящих из "Шоу Девочек". Остальные выглядели как обычная клиентура стрип-клубов, возможно, немного нездоровая, изможденная и потасканная. Этот парень, однако, казался молодым и находился в хорошей форме; был ухожен и носил костюм. Когда он вышел, Бенедек заметил, что парень хромает, почти шатается. Затем он, казалось, приложил некоторые усилия, чтобы удержать равновесие, и зашагал вместе с остальными по тротуару.

Почему же, - подумал Бенедек, - респектабельный молодой человек, такой, как этот, посещает заведение, подобное "Шоу Девочек"?

Однако через несколько минут молодой человек был почти полностью забыт. Бенедек просто наблюдал, ожидая Вернона, курил, пил кофе, позволяя своему разуму блуждать.

Он зашел в китайский ресторан, потому что из его окна открывался хороший вид. Уолтер не был голоден, но все равно поел. Теперь он пожалел об этом.

Недовольство его расстроенного желудка было забыто, когда молодой человек вернулся. Он вошел внутрь, а через некоторое время снова вышел, шатаясь, как и прежде.

Ладно, - подумал Бенедек после того, как парень ушел, - один раз это нормально. Может быть, ему было просто любопытно. Но дважды в течение нескольких часов? Э-э-э-э. И почему хромает?

Что-то было не так.

Бенедек встал и вышел из душного ресторанчика. Он направился к углу и сошел с тротуара, чтобы пересечь улицу, зайти внутрь "Шоу Девочек" и посмотреть все самому. Но не сделал этого. Он не был уверен, почему, но это показалось ему не правильным. Пока нет.

Он долго смотрел на "Шоу Девочек". Даже когда стало смеркаться, Бенедек смотрел на черный занавес, пытаясь что-то разглядеть, когда кто-то входил или выходил. Но видел только тьму. И эта тьма вызывала странную тревогу.

Наконец он сдался, поймал такси и поехал домой.

В тот момент, когда он вставил свой ключ в замок, он услышал, как Джеки торопится пройти через квартиру, чтобы добраться до двери. Она стояла в проходе в красно-белом халате с выражением волнения на гладком, нежном лице. Распахнув руки, она обняла его. От нее пахло лавандовым банным мылом, чистым и свежим.

- Я все знаю, - прошептала она, положив голову ему на плечо. - Боже, я так испереживалась, что тебя весь день не было. Звонил Райли, - она отодвинулась и посмотрела ему в глаза, - чтобы проверить, нормально ли ты добрался до дома. Ты в порядке?

Он кивнул, закрывая дверь.

- Звонил Райли?

- Ага.

Бенедек усмехнулся.

- Ему следует быть осторожным. А то кто-то может подумать, что он хороший парень и все такое.

- Садись. Хочешь бренди? - спросила она, стаскивая его пальто.

- Да, пожалуйста.

Он посмотрел, как она выходит из гостиной, при движении халат развевался вокруг ее ног; преждевременно посеребрившиеся волосы мерцали в мягком свете квартиры. Через стереосистему тихо играл Шопен.

Он встретил Джеки Ласло на званном обеде, куда не хотел идти. Она рассказывала анекдоты про репортеров, когда узнала, что он репортер; он рассказывал анекдоты про гинекологов, когда узнал, что она гинеколог. Он попросил ее переехать в его квартиру одиннадцать лет назад, и с тех пор они жили вместе. Несмотря на то, что они относились друг к другу, как муж и жена, найти времени, чтобы официально заключить брак, у них не получалось.

- Вот, - сказала она, принеся бренди. - Что-нибудь еще?

- Нет, - oн отпил. - Просто побудь со мной.

Она взяла его за руку, сев на подлокотник кресла.

- Мне жаль, что это случилось, - произнесла она.

- Мне тоже, дорогая. Райли не сообщил, нашли ли они Вернона?

- Нет, не нашли.

- Ммм, - Уолтер откинулся назад, закрыл глаза и вздохнул, когда она начала нежно поглаживать его волосы.

- Думаешь, что он это сделал, а?

Бенедек кивнул.

- Господи Боже, что могло... - oна не закончила. - Может пойдешь спать, Уолтер?

- Чуть позже.

Он наслаждался вниманием, которое она оказывала ему. Обычно она была чем-то занята. А если нет, то был занят он. Чувствовать ее рядом было приятно.

Бенедек вспомнил молодого человека, ковылявшего из "Шоу Девочек", и подумал, вернется ли он туда завтра. Вероятно. Бенедек решил, что он тоже вернется и подождет его. И последует за ним.

- Ты хмуришься, - сказала Джеки.

- Да. Думаю.

- О чем?

- Ну... ты знаешь, я всегда говорил, что не верю в предчувствия?

- Ага.

- Черт бы меня побрал, но, по-моему, у меня как-раз появилось одно.

* * *

Лежа ночью в постели, уже после того, как дыхание Джеки приняло ритмичный характер, Бенедек никак не мог сомкнуть глаз, глядя в темноту. Он думал о Дорис и Дженис, о том, как Дорис волновалась, когда забеременела, какой любопытной была Дженис маленькой.

Прежде чем заснуть, Бенедек заплакал...

4

Стояла холодная ночь, и воздух, казалось, похрустывал. Сондра зажгла сигарету, загородив рукой пламя зажигалки, чтобы защитить его от ветра. Ладонь почувствовала тепло. Она прислонилась к стене на углу Восьмой и Сорок третьей улиц рядом с "Донат Хэвэн". Высокая и эффектная в черных чулках в сеточку, черной кожаной мини-юбке и серой меховой куртке, Сондра без труда приковывала взоры. Мужчины улыбались ей, и она улыбалась в ответ, вскидывая свои светлые волосы. Она кивнула мужчинам, которые замедлились, проезжая мимо.

Проходящий коротышка с большим носом посмотрел на нее и замедлил шаг. Через мгновение он обернулся и подошел, прислонившись к стене всего в нескольких футах от нее.

- Холодная ночь, не правда ли? - спросил он.

- Да, точно... - Сондра пожала плечами. – Вам надо найти способ согреться, понимаете, о чем я? - oна улыбнулась и затянулась сигаретой.

- Да, - на нем было длинное, горохово-зеленое пальто, руки засунуты глубоко в карманы. Ветер растрепал пряди волос по морщинистому лбу. Он быстро переместил свой вес с одной ноги на другую, стараясь не встречаться с ней взглядом. - Да, так сколько мне будет стоить согреться, а?

Сондра улыбнулась.

- Зависит от того, что вы хотите согреть. И как долго.

- Да? Ну... как насчет минета?

- Двадцать пять.

- Зол... - oн сделал паузу, отошел от стены и занервничал. - Золотой дождик?

Сондра немедленно отвернулась от него.

- Нет. Другой угол.

Мужчина сунул руки глубже в карманы и поспешил прочь, как будто его ударили.

- Взяла, - сказала Хильди, выходя из "Донат Хэвен". - Круллер[1], верно?

Она являлась миниатюрной азиаткой с пурпурной полосой, спускающейся по длинным черным волосам на левой стороне.

- Да.

- У них был только с ванильной глазурью, - oна передала круллер, завернутый в салфетку.

Сондра выбросила сигарету и кусанула пончик. В течение почти часа она жаждала чего-то сладкого, одно из тех желаний, которые ноют, как нарывающий зуб. Жуя пончик, она пожалела, что взяла его; вкус напомнил ей последний раз, когда она видела свою дочь.

- Есть новости от Чейза? - спросила Хильди, снова залезая в пакет.

- Не-а.

Вытащив покрытую шоколадной глазурью палочку с заварным кремом, Хильди скомкала пакет и бросила его на тротуар.

- Что с ним, мать его, случилось? - раздраженно буркнула она. - Он должен был быть здесь сорок пять минут назад.

- Если достанет кокс, - напомнила Сондра. - Может у него не получилось.

- Да, - Хильди откусила кусочек палочки и замурлыкала от удовольствия.

Сондра посмотрела на круллер, вспомнив улыбку на лице Мэгги, когда та ела свой пончик два месяца назад. Сондра навещала ее в Коннектикуте, и они провели день вместе.

- Моя дочь любит их, - тихо сказала Сондра, улыбаясь.

- Не знала, что у тебя есть дочь, - пробормотала Хильди.

- Да. Мэгги. Ей шесть лет.

- Боже, это хорошо. И как она выглядит?

Сондра вновь откусила круллер и вытерла губы салфеткой.

- Кудрявые светлые волосы, большие голубые глаза. А умненькая! Она стала говорить задолго до того возраста, как это начала делать я. Конечно, меня не было рядом, когда все произошло; я работала на того урода Седрика. Пока кто-то не сделал милость всему гребаному миру и не воткнул нож в шею этого мудака, – в ее голосе послышалась горечь. – Его нашли в мусорном баке позади итальянского ресторана на Бродвее.

- Да. Слышала об этом.

- Лучшее, что случилось после изобретения пенициллина, - oна перевернула в руке недоеденный круллер. - Она живет с моей сестрой в Коннектикуте. Я имею в виду Мэгги. Я ненавижу свою сестру, а она ненавидит меня. Но она любит детей, поэтому я решила, что для Мэгги так будет лучше, - oна снова собралась откусить пончик, но передумала. - Я стараюсь навещать ее почаще.

Она завернула в салфетку серповидные остатки круллера и выбросила их.

Мимо прошли два молодых латиноамериканца, один из которых держал в руках портативную стереосистему, пульсирующую от мощного ритма. Оба улыбнулись Сондре и Хильди.

- Ты выбросила свой круллер, - сказала Хильди, обвивая губами край пончика.

Когда она отодвинула его от себя, кусочек заварного крема прилип к нижней губе, и она слизнула его кончиком языка.

- Больше не голодна.

- Эй, - прозвучал голос. - Мне понравилось, как ты ела.

Они повернулись и увидели подошедшего мужчину в дождевике, его глаза с улыбкой смотрели на Хильди. У него были вьющиеся волосы, редеющие кверху, и очень густые брови, спутанные с ресницами.

- Да? – проронила Хильди с ухмылкой.

- Да, - oн встал перед ней. - Думаешь, ты могла бы попробовать мою палочку с кремом?

- Если будешь себя хорошо вести, я съем всю твою чертову выпечку, дружочек.

- Да? - eго голова качалась вверх-вниз. - Да, конечно, я думаю, все будет нормально. Что скажешь, если мы немного пройдемся и поговорим об этом?