На миг мне показалось, будто она действительно не понимает, что я имею в виду. Но какой-то напряженный жест и мгновенная дрожь в теле выдали в ней испуг и нервозность. И я добил ее, продолжая вопрос:

— Вам, наверное, кажется, что людьми можно играть, как куклами?

— Неужели эта рыжая простушка имеет для тебя какое-то значение! Почему, вспоминая ее, ты хочешь испортить такой прекрасный момент!

— Не склонен разделить твой праведный гнев по той простой причине, что с самой первой минуты моего появления здесь меня пытаются выставить идиотом. Все ваши интриги шиты белыми нитками. Вы даже не замечаете, как смешно это выглядит со стороны.

— Ты хам и грубиян! Я, можно сказать, к тебе со всей душой, а ты взял и плюнул в нее. Неужели все это время ты думал только о ней? Не могу понять, что вы оба нашли в этой уродливой дылде?

— Кто это оба? У меня появился конкурент? Кто он?

Светлана закрыла руками рот, и ее взгляд сделался испуганным и раздраженным одновременно. И как ей только удавалось так быстро менять маски…

Я схватил ее за плечи и сильно тряхнул:

— Где вы ее держите?!

— Виктор забрал эту замарашку к себе в комнату.

— Четвертый принц!

— У него всегда был дурной вкус, я смотрю, и у тебя тоже. Отпусти меня и больше не смей прикасаться.

Освободившись от моих крепких пальцев, Света села на скамейку возле большого куста сирени и, уткнувшись лицом в ладони, тихо заплакала.

Мне было наплевать на эти слезы. Такие же фальшивые, как и все здесь. Меня больше интересовало место, где держали Иру, и как мне вытащить ее оттуда. Не говоря ни слова, я развернулся и быстрым шагом направился обратно к замку. Вбежав по центральной лестнице в свой номер, я стал сбрасывать с себя одежду, вновь облачаясь в боевой костюм, уже сильно истрепанный, но еще надежный. Без боя я не сдамся. Перебью всю королевскую гвардию! Всю свиту с прислугой, но не сдамся. Я не потерплю глумления над моими чувствами. Кем бы ни считали себя эти праздные франты, я устрою здесь кровавую бойню!

Во мне кипела ярость. Я чувствовал себя обманутым и униженным. Человеком, с которым даже не считались, преследуя только свои собственные интересы, Подняв забрало шлема, я вышел в коридор и спустился вниз по лестнице, к парадному входу. Мне встретился Карим, герольдмейстер короля. Я набросился на него. Несколько молодых людей, сопровождающих его, даже отпрянули в сторону.

— Где комната Виктора? Четвертого принца?

— На третьем этаже, только вас… тебя туда не пустят.

— Это мы еще посмотрим.

Стремительно вбежав по лестнице к комнатам королевских особ, я выхватил меч из ножен и вошел в просторный зал, отделенный широким проходом от фойе гостиницы. Возле лестницы стояли стражники. Я уже изготовился для удара, но вовремя понял, что это просто манекены в латах. Не задерживаясь на ступеньках, я добрался до второго этажа и еле увернулся от створки двери, внезапно распахнувшейся передо мной. Человек за дверью был в таких же зеркальных доспехах, как и первый принц, вот только перо было не белое, а желтое.

— Уйди, и я не стану тебя убивать.

Ответом можно было считать выдернутый из ножен меч. Может, он и есть четвертый принц? Вздохнув с сожалением, я оттолкнулся руками, схватившись за перила лестницы, и всей своей массой навалился на неожиданного противника. Такого поворота событий тот явно не ожидал. Резонно решив, что в таком тесном пространстве мечом рубить будет неудобно, я предусмотрительно взял в левую руку кинжал, которым не преминул воспользоваться, ткнув им со всей силы в кольца кольчуги под кирасой. Свободной правой рукой я молотил несчастного по шлему, создавая шум на весь этаж. Браслет на руке рыцаря замигал красным и пронзительно засвистел. Этот готов. Третий, четвертый, пятый, какая разница… На полу и на моих кулаках появилась липкая красная жидкость.

Не теряя времени, я побежал дальше. Мое внезапное появление сослужило мне хорошую службу. Двое охранников на третьем этаже совершенно не ожидали подвоха, и их вялое сопротивление было бесполезным. Развернуться в узком проходе с тяжелой алебардой в руках было не так-то просто. Не в пример крепким латам принцев, на них была обычная защита, которая мгновенно разлетелась после пары несильных, как мне показалось, ударов коленом. Хотя мог ли я в полной мере сейчас контролировать силу своих оплеух.

В замке начиналась тихая паника. Хлопали двери, звенели колокольчики, призывая к себе испуганных слуг, возмущенные крики доносились почти из всех комнат.

Если мне навстречу попадался кто-то без защитной амуниции, но готовый вступить в бой, я старался применить к таким героям только собственные руки. Заломив запястье противника, мне легко удавалось нажать кнопку браслета, которая его отключала. Сорвиголов находилось не много, большинство любопытных, встревоженных шумом, плотней закрывали дверь, увидев меня бегущим по коридору.

К сожалению, я понятия не имел, как выглядит этот загадочный четвертый принц. Осознавая всю нелепость ситуации, я уже был готов выламывать все двери подряд и искать Иру в темных комнатах, но вдруг до моих ушей донеся тихий крик:

— Леша! Я здесь!

Ее голос я узнал сразу, хотя он был еле слышен сквозь двери и стены. Мне удалось определить направление. Вторая дверь от тупика. Справа от окна.

Внезапно я почувствовал новый прилив сил. Дыхание выровнялось, сердце на мгновение замерло и вновь стало биться, да так ровно, словно и не колотилось бешеным мотором в груди ровно секунду назад. Разогнавшись прямо с места, я с силой навалился здоровым плечом на створки двери, которые мгновенно распахнулись. Хлипкая коробка косяка треснула и завалилась набок, заставив стоящего за ней парня пригнуться и закрыть руками голову. Не давая ему опомниться, я сильно ударил его в живот рукой в рукавице, окованной железом, и, сдернув с кровати простыню, принялся делать из него кокон, валяя несчастного по полу без всяких дворцовых церемоний. Только когда решил, что путы достаточно крепкие, я взглянул ему в лицо.

Бегающие испуганные глаза смотрели на меня с нескрываемым ужасом и болью. В этот момент он был готов ответить на все мои вопросы. Если бы этого не произошло, я бы продолжил свои настоятельные «просьбы».

— Где она?!

На мгновение мне показалось, что он не совсем понимает, кого я имею в виду. Быть может, никак не мог сообразить своей ухоженной головой, что их грубая интрига не сработала.

— В ванной.

Больше мне этот тип был не интересен. Я чувствовал, что на этаже появились еще несколько стражников, а я собирался выбраться из этой передряги живым. Начинать игру с первого уровня желания совершенно не было.

Ира сидела на краю огромной ванны, пристегнутая к трубе наручниками. На стеклянной полке возле раковины лежала большая часть ее одежды. Покрасневшие глаза были заплаканы, а лицо выражало и радость, и ненависть одновременно. Чувствуя за спиной дыхание преследователей, я быстро вернулся обратно в комнату, схватил все еще лежащего принца за ворот и поволок за собой.

— Где ключ от наручников?

— Он у него в правом кармане брюк, — сказала Ира удивительно спокойно. — Скорей!

Насколько я был груб, не могу оценить, но связанный мной противник казался мне слишком легким, когда я переворачивал его лицом вниз.

Ключ нашелся быстро, он просто вывалился из разодранного кармана. Онемевший от страха, но все еще живой, принц стал хорошей подпоркой для двери, в которую уже довольно настойчиво стучали и пытались ее открыть. Сброшенная на кафельные плиты косметика с высокой стойки возле раковины разлетелась мелкой шрапнелью. Некоторые пузырьки разбились. Передав Ире ключ, я стал подпирать дверь хлипкими опорами стойки. К сожалению, такая баррикада не выдержит слишком долго.

Ира уже избавилась от наручников и, быстро вскочив, сильно пнула лежащего рядом с дверью четвертого принца. Молча, без лишних слов.

— Все так плохо, как я думаю?

— Не настолько, но этот козел заслужил большего.

— Надо уходить.

— Драки не будет? — спросила она как-то слишком спокойно, снимая с принца перевязь с мечом.

— Нам не устоять. Тут слишком много героев, вон какие рьяные.

— Я в окно не полезу. У меня уже был шанс, но я не смогла.

— Тогда мы оба отправляемся на первый уровень, это в лучшем случае, в худшем нас просто выпрут из игры. Я там такой разгром устроил.

Ира смотрела на меня, не отводя взгляда. Всю сложность чувств, которые он выражал, было просто невозможно передать. Единственное, что я смог заметить, так это внутреннюю борьбу. Она словно бы решала, стоит мне доверять или нет. Случись мне быть на ее месте, я бы долго не раздумывал, но, видимо, для сомнения у нее были причины, о которых я не знаю. Или, быть может, не хочу знать.

Честно говоря, мне было даже как-то лестно наблюдать такую бурную гамму эмоций по отношению ко мне в самый ответственный момент. Разрушалась какая-то невидимая грань, которая разделяла нас до сих пор. Барьеры рушились один за одним, трещали и ломались, как хлипкий завал возле двери, единственный рубеж, отделяющий нас от преследователей.

Решение было принято. Ира метнулась в сторону окна и стала расчищать место для нас обоих. Пластиковая рама легко открылась, впуская яркий утренний свет и свежий воздух в тусклое и душное помещение. Я выглянул первый. Место было настолько удачным, что не воспользоваться своим шансом было бы непростительной ошибкой. Сразу за окном, примерно на метр вниз, тянулась довольно пологая крыша. Спрыгнув, мы могли бы пройти по ней какое-то расстояние, не опасаясь, погони. Правда, дальнейшие наши действия были совершенно неясны. Кроме пологой крыши, было больше ничего не видно.

Не давая себе даже секунды на раздумья, я перепрыгнул через низкий подоконник и оказался на скользкой и влажной поверхности. Сейчас и проверим, боюсь ли я высоты. Кожаная подошва сапог предательски заскользила, но я был в таком азарте, что рисковал без сомнений. Тем временем Ира успела надеть на себя брюки и куртку. Оружие принца оказалось как нельзя кстати. Подхватив ее за талию обеими руками, я помог ей спуститься, и мы быстро двинулись в сторону сада, подальше от центральной площади. Сместившись к гребню покатой плоскости, на всякий случай, чтобы было за что зацепиться, мы прошли метров двадцать и оказались у большого купола центральной башни. Выложенный медными пластинами, он ярко сверкал в лучах восходящего солнца. Вокруг купола был прогулочный мостик и решетчатая дверь, ведущая на винтовую лестницу.

— Пока нам везет; если спустимся, то я попробую взять заложника, чтобы устроить торг. Некоторую часть королевской семьи я уже выкосил, не думаю, что из-за нас они станут продолжать этот список.

— Хорошо, если так.

Движения Иры были резкими и нервными. Чувствовалось колоссальное напряжение, которое она испытывала в этот момент, но времени оставалось все меньше и меньше. Видимо, пока погоня застряла, выламывая дверь ванной комнаты принца, а площадка внизу казалась пустой и тихой. Чем ниже мы соскальзывали по круто завернутым ступенькам, тем легче становилось нам обоим. Прежде со страхом высоты мне удавалось справляться, но на скользкой крыше я чувствовал себя неуверенно. Мягкая трава под ногами приветливо зашуршала, тихий заросший сад встретил нас ласковым пением птиц и журчанием родника. Хотелось упасть на траву и больше не подниматься, но так расслабиться я себе позволить еще не мог. Если нам на время удалось уйти от погони, это не значило, что она вовсе прекратилась.

Стараясь держаться ближе к цокольному этажу, ниже уровня окон, мы пробежали вдоль стены к широкой двери. В этой части замка я еще не успел нашуметь. Возможно, это было одно из служебных помещений, а может, и нет. В любом случае незапертые ворота и темный провал за ними нас устраивал гораздо больше, чем обширное, ярко освещенное пространство. Темный проход сужающейся лестницы вел куда-то в подвалы. Это и радовало, и пугало одновременно. Разумеется, там нас тоже будут искать, но, возможно, не сразу. Будет время перевести дыхание и осмотреться.

Я толкнул в сторону тяжелый засов на двери в конце лестницы. Дверь со скрипом открылась, и мы попали в темное помещение, заставленное множеством картонных коробок и ящиков. Закрыв ворота изнутри, я почти без остановки стал двигаться в глубь длинной комнаты в поисках других проходов. Поняв, что я делаю, Ира проверила противоположную стену и пространство за ящиками.

— Что у тебя? — спросила она после нескольких минут рысканья по углам.

— Тупик.

— У меня тоже. Даже вентиляционной шахты нет. Что будем делать?

— В первую очередь передохнем. Мы сами себя загнали в ловушку, словно крысы, но пока живы. Сколько они смогут нас искать? Час, два, весь день. Неизвестно, но, даже если и найдут, будут вынуждены выломать дверь.

— Это тупик, отсюда нам не выбраться в любом случае.

Мне самому чертовски не нравилась эта ситуация, но отчаиваться не хотелось. Всегда есть варианты, возможности, которые просто нужно увидеть. Не сдаваться, столкнувшись с трудностями, а идти до конца, в нашем случае до красного сигнала браслета с пронзительным свистом.

Расслабившись, я уперся спиной и сполз вниз по стене, сел на каменные ступени.

— Мы выберемся, всегда есть шанс, главное не упустить его. Безвыходных ситуаций не бывает.

Ира совсем не обращала внимания на свой растрепанный вид. В ней уже не бушевали эмоции, а чувствовалась только усталость и едва сдерживаемое отчаяние и досада. Она подошла ближе и тоже села рядом со мной на ступени. Уткнулась головой в мое больное плечо и вся обмякла.

— Уже который раз ты вытаскиваешь меня из самых нелепых ситуаций, в который раз я не нахожу слов благодарности, еще никто в жизни для меня столько не делал, сколько ты за это короткое время, пока мы в игре. Скажи мне — почему? Зачем тебе это нужно?

— Честно говоря, я тоже не делал ничего подобного прежде. Я и сам не знаю ответа на этот вопрос.

Сняв с правой руки «окровавленную» перчатку, я стал приглаживать ее всклокоченные волосы, а левую поднял чуть выше, положил на ее плечо, избавляя тем самым себя от вдруг обострившейся боли в ключице. Все три индикатора браслета светились изумрудно-зеленым светом. Наверно этот браслет восстанавливается быстрей.

— Быть может, я делаю это потому, что ты словно чемодан без ручки, и нести тяжело, и бросить жалко.

— Ну и дурак.

— А быть может, потому, что ты запала мне в душу и никак не хочешь оттуда исчезнуть. Что бы я ни делал.

Эти мои слова Ира оставила без комментариев, лишь плотнее прижалась ко мне, поджав босые ноги.

Я почти засыпал. Усталость давала о себе знать, да и выпил я под утро немало. Отдых был просто необходим, но спать нельзя. Мне нужно было слышать ее голос, ее дыхание как подтверждение того, что все это не сон и не больная фантазия. Что она действительно рядом, сидит тихо, иногда еле слышно всхлипывая, прижавшаяся ко мне, словно ласковый котенок.

— Расскажи, что произошло во время дуэли?

— Подошел Карим, — начала она свою историю, словно ожидала от меня этого вопроса. — Он был такой нервный, возбужденный. Ты в тот момент не мог даже обернуться. Только началась драка, он взял меня за руку и повел в сторону, будто обходить толпу и встать в более удобное место, с которого будет лучше видно. Я и пошла как овечка. И тут мне в лицо прыснули каким-то газом из баллончика, я вздохнуть не могла, не то что слово сказать. Так было душно и противно. Воздух легко выходил из легких, сипло и медленно, а вот вздохнуть никак не получалось. Даже если бы я верещала во всю глотку, ты бы меня все равно не услышал. Толпа просто с ума сходила. Меня поволокли вверх по лестнице, сопротивляться было бесполезно. Притащили в комнату к этому козлу, и он тут же упал на колени, рассыпаясь в извинениях. Сказал, что похитил меня только для того, чтобы признаться в любви. Разумеется, я закатила скандал. Но он все равно гнул свое. Мол, люблю, все такое, жить без тебя не могу. Отказавшись от сотого, наверное, предложения выйти за него, я разозлила этого идиота, и он стал грубым. Бросил меня на кровать, стал стягивать одежду. На какой-то момент я дала ему возможность почувствовать, что не сопротивляюсь, а потом что есть силы врезала промеж ног. Видел бы ты его лицо в тот момент. Взбешенный, но обезвреженный, он сказал, что не потерпит отказа и дает мне время подумать.

— Так я не понял, он жениться предлагал?

— Ну, разумеется, что еще.

— Вы раньше были знакомы?

— Я на такого урода даже внимания бы не обратила.

— Ну, может, тайный воздыхатель или…

— Никаких «или», честно, первый раз его видела.

— Ну ладно, не оправдывайся, что потом?

— Потащил в ванную, оставил там одну, просидела около часа, видела, как расходится толпа на улице, хотела открыть окно, закричать, но он быстро вернулся и пристегнул к трубе наручниками.

— Наручники он с собой привез?

— Не знаю, наверное. Этот вопрос меня в тот момент волновал меньше всего. Я не могла понять, как далеко он собирался зайти. Но думаю, после моего удара он пакетик со льдом держал в штанах, пока ему было не до развлечений. Сам виноват, возомнил о себе бог весть что.

— Ну и чем все закончилось?

— Потом шум, гам, и ты явился. Господи, как же я ликовала в этот момент! Я знала, это ты и не бросил меня.

— Нет, я имел в виду отношения с принцем?

— Не знаю, история то еще не закончилась; можно сказать, в самом разгаре.

— Скорее я сам отправлю тебя к черным рыцарям, чем в руки к принцу, если он еще жив, конечно.

— Плюнь на него, Леша, надоело, теперь бы нам со своими проблемами разобраться.

Я прислушался к звукам, доносящимся сверху. Ничего особенного и достойного внимания. Ни суеты, ни беготни. Быть может, они уже и поиски прекратили. Было бы просто замечательно. Отсидимся здесь до ночи, а потом тихонько выскользнем. В том случае, если мост будет поднят, переплывем ров, и поминай, как звали.

Королевство Роз. И кому только в голову пришло придумать такое мерзкое гнездышко. Куколки Барби играли в грязные игры со своими Кенами, плели примитивные интрижки и наслаждались этим, словно маньяки. Реверансы, наряды, пышные праздники, а у каждого в номерах наручники и плетки. Сборище извращенцев. Если тебе нечем похвастаться в простой игре, держа в руках меч или копье, то в этом месте есть возможность блеснуть своим кошельком, причислив себя к разряду небожителей, достойных большего, чем простые смертные, бьющиеся на полях.

Прежде я не считал себя героем. Да и сейчас не считаю, но просто мне нравилось то поведение, которое я демонстрировал до сих пор. Мне не в чем было себя упрекнуть и стыдно не было. Возможно, по отношению к кому-то конкретному я мог показаться и вовсе воплощением зла, но это не так. Все события, происходящие в игре, просто вынуждали поступать подобным образом. Я не задумывался над тем, хорошо это или плохо. Если считал правильным свои решения и действия, то именно так и поступал. Честно говоря, случались моменты, когда из моей головы просто исчезали воспоминания о прошлой жизни. А ведь именно в нее мне и предстояло вернуться рано или поздно. Я забывал, что это игра, уже не обращал внимания на иногда подчеркнутую декорацию интерьера, на тот факт, что всюду есть камеры, которые фиксируют каждое наше движение, каждый шаг, а микрофоны записывают любое сказанное слово. Я вжился в этот странный мир легко и свободно. Причиной такой легкости могла стать удача на первом этапе. Я бы сказал не просто удача, а подарок фортуны. В прежних телевизионных шоу мне редко удавалось увидеть человека или команду, которая была бы настолько удачливой, как мы с Ирой. Банальная формула — нет худа без добра — в нашем с ней случае действовала совершенно безотказно. Пока действовала. Ведь так ни разу и не свалился обратно на первый уровень. Самое большое мое опасение до сих пор не свершилось. Крупная сумма выигрыша, которая лежала в банке, в несколько раз превышала все затраты на игру и уже значительно превышала мой годовой заработок. Сказать кому-то, что мне в игре не везло, — значит покривить душой и напрочь рассориться с этой капризной дамой — фортуной. Мне просто чертовски везло, как не многим из тех, кого я видел на экране прежде. Но сколько это может продолжаться? Видимо, на этот раз я все же исчерпал лимит ее улыбок. А может быть, нет?!

В подвал, который стал нашим убежищем, так никто и не заглянул. Прошел час, может чуть больше, я успел немного поспать и теперь чувствовал, что совершенно необходимо пройтись в дальний угол. Стараясь не тревожить Иру, я тихо встал и бесшумно скользнул между ящиками, нащупывая стену. Единственный тусклый светильник слабо справлялся с мраком подземелья, но меня это не очень беспокоило. К моему удивлению, в подвале нашлась крохотная комната со всеми удобствами. На обратном пути я немного заблудился. Проход был узким, и я шел, ощупывая дорогу, но выступ на каменном полу помешал сделать очередной шаг. Еле удержав равновесие, я оперся о пирамиду ящиков и понял, что некоторые из них, особенно верхние, пусты. Скинув легкую тару в проход, я внимательно осмотрелся. Дверь! Ящики загораживали массивную створку, ведущую в соседнее помещение. Как же я сразу не догадался, что под таким огромным зданием, как королевский замок, и подвал должен быть не меньших размеров. Наверняка создатели игры не могли не использовать это пустующее пространство. Шум и шуршание картонных коробок привлекли внимание Иры. Она проснулась и отправилась вслед за мной.

— Что ты там нашел?

— Здесь за ящиками дверь. Я пытаюсь до нее добраться.

— А куда она ведет? Впрочем, откуда тебе знать. Хочешь проверить, что там?

— Если смогу открыть.

Мы вместе стали расчищать себе дорогу. На все ушло минут пять. Когда я подошел к двери и толкнул окованную железом створку, та противно заскрипела и стронулась с места. С дверного проема посыпался мелкий песок и кусочки ржавчины.