"Ага!" - вмешался Бастон. - "Почему вы так хорошо осведомлены об этом, юная леди? Звучит подозрительно! Присматривайте за ней, сэр Гай, она может оказаться не такой уж юной! У этих поэтесс темное прошлое".

Все расслабились, напряжение спало, и вся затея начала вырождаться в обычную застольную шутку. Пианист, исполнявший только что "Марш", бросал жадные взгляды в сторону пианино, что предвещало новую пытку Прокофьевым. Лидия бросала взгляды в сторону кухни, ожидая удобного момента, чтобы отправиться за выпивкой.

Затем Бастон снова приковал к себе внимание.

"Эй, смотрите-ка, у Моржа револьвер!"

Его рука соскользнула с плеча Холлиса и натолкнулась на оружие. Сэр Гай не успел ничего сделать: Бастон быстро выхватил револьвер из его кармана.

Я пристально посмотрел на Холлиса. Не слишком ли далеко все зашло? Но он подмигнул мне, и я вспомнил, как он предупреждал меня и просил не нервничать.

Поэтому я ничего не предпринял, чтобы остановить Бастона в его порыве пьяного вдохновения.

"Давайте все сделаем честно", - крикнул он. - "Наш друг Морж приехал сюда из Англии, преследуя свою заветную цель. Раз никто признаваться не желает, предлагаю дать ему возможность найти Потрошителя самому рискованным способом".

"Что ты ещё придумал?" - спросил Джонни Оддкат.

"Я выключу свет ровно на одну минуту. Сэр Гай будет стоять здесь со своим револьвером. Если один из нас - Потрошитель, пусть попытается завладеть оружием, или воспользуется случаем, чтобы...как бы это сказать... ликвидировать преследователя".

Глупее не придумаешь, но затея всем понравилась. Протестующие возгласы Холлиса потонули в море возбужденных голосов. Прежде чем я успел как-то вмешаться, Бастон протянул руку к выключателю.

"Всем оставаться на своих местах", - с деланной строгостью обьявил он. - "Целую минуту мы пробудем в полной темноте, и, - кто знает? - возможно, во власти убийцы. Когда время истечет, я включу свет и начну считать трупы. Выбирайте себе пару, леди и джентльмены."

Свет погас. Кто-то хихикнул. Я услышал шаги. Приглушенный голос. Чья-то рука коснулась лица. Казалось, часы на запястье тикают невыносимо громко. Но эти звуки перекрывали глухие частые удары, как будто рядом звонит колокол. Я слышал биение собственного сердца.

Бред, стоять так в темноте, в компании пьяных идиотов. Но все-таки, между нами где-то здесь незримо крадется страх, шелестя бархатным покрывалом темноты.

Вот так бродил в темноте Джек Потрошитель. Потрошитель сжимал в руке нож. Человек с мыслями безумца и безумной целью.

Но Джек давно умер, умер и рассыпался в прах. Так должно быть по всем законам логики.

Только ведь когда погружаешься в темноту, когда темнота и укрывает, и защищает, и с лица спадает ненужная маска, и то, что таилось в душе, поднимается, наполняет все существо, безымянное, безликое ощущение, такое же естественное и черное, как сама темнота, что тебя окружает, - тогда законы человеческой логики бессильны.

Сэр Гай пронзительно вскрикнул.

Негромкий глухой стук, словно что-то свалилось на пол.

Бастон зажег свет.

Крики ужаса.

Холлис распластался на полу в центре комнаты. В руке по-прежнему зажат револьвер.

Я огляделся: изумительно, какое разнообразие выражений можно увидеть на лицах людей, столкнувшихся с чем-то ужасным...

Все остались здесь, никто не покинул комнату. Но на полу лежало бездыханное тело...

Ла Верн Гоннистер выла тонким голосом, пряча лицо.

"Ну ладно".

Сэр Гай перевернулся и вскочил на ноги.

"Просто небольшая проверка, а? Если среди вас оказался Потрошитель и подумал, что я убит, он бы чем-нибудь выдал себя, когда зажегся свет. Теперь я убедился, что вы невиновны, все в целом и каждый в отдельности, как говорится. Небольшой розыгрыш, друзья, только и всего.

Холлис взглянул на Бастона, застывшего с выпученными глазами, на остальных, сгрудившихся за ним.

"Пойдем, Джон?" - окликнул он меня. - "Кажется, мы здесь засиделись".

Повернувшись, он направился в прихожую. Я последовал за ним. Никто не произнес ни слова.

После нашего ухода вечеринка проходила на редкость вяло.

3

На следующий вечер, как мы и договаривались, я встретил сэра Гая на углу 29 улицы и Южного Халстеда.

После событий прошлой ночи я был готов ко всему. Но сэр Гай, ожидавший меня, устало прислонившись к облупившейся двери, выглядел как-то особенно буднично.

"Уууу!" - произнес я громко, неожиданно возникнув из темноты. Он улыбнулся. Но я заметил, как в тот момент дернулась рука, - он инстинктивно потянулся за оружием.

"Готовы начать охоту?"

"Да. Я рад, что ты согласился прийти, не задавая вопросов. Значит, веришь: я знаю, что делаю".

Он взял меня под руку, и мы неторопливо двинулись вперед.

"Какой сегодня туман, Джон.... Как в Лондоне".

Я кивнул.

"И холодно для ноября".

Я поежился, выражая свое полное согласие, снова кивнул.

"Удивительно", - продолжал он задумчиво. - "Ноябрьская ночь и лондонский туман. И место, и время - как тогда".

Я ухмыльнулся.

"Хочу вам напомнить, сэр Гай: мы не в Лондоне, а в Чикаго. И сейчас не 1888 год. Прошло пятьдесят с лишним лет".

Холлис в ответ растянул губы, но улыбка получилась какой-то вымученной. - "Вот в этом я не вполне уверен", - прошептал он. Посмотри-ка вокруг. Запутанные проходы, кривые улочки. Точь в точь лондонский Ист Энд. Митр Сквер. И все построено никак не меньше пятидесяти лет назад, если не раньше".

"Негритянский квартал", - ответил я коротко. - "За Саут Кларк Стрит. И зачем вы затащили меня сюда - не понимаю".

"Интуиция. Просто интуиция, Джон. Я хочу побродить по этим местам. Дома расположены так же, как в лондонских трущобах, где выслеживал и убивал свои жертвы Потрошитель. Вот здесь мы найдем его, Джон. Не на ярко освещенных, нарядных и богатых улицах, но здесь, где все скрыто во мраке. Здесь, где укрытый темнотой, он притаился и ждет..."

"И поэтому вы взяли с собой оружие?" - Вопрос был задан слегка насмешливым тоном, но, как я ни старался скрыть это, голос звучал напряженно. Все эти речи, постоянная одержимость мыслью найти Потрошителя подействовали на нервы сильнее, чем я рассчитывал.

"Нам может пригодится оружие", - с мрачной серьезностью, почти торжественно произнес сэр Гай. - "Ведь сегодня - та самая ночь".

Я вздохнул. Мы брели по закутанным в туман, пустынным улицам. Время от времени, словно маяки, тускло светили огни, указывая вход в бар. Если не считать этого, всюду царили темнота и густые тени. Кажущиеся бесконечными в туманной мгле, зияющие дыры проулков проплывали мимо; мы спускались по петляющей боковой улочке.

Мы ползли сквозь туман, молчаливые и затерянные, как два крохотных червячка в складках савана...

Тут я поморщился. Мрачная атмосфера сегодняшнего путешествия начала влиять и на меня. Надо следить за собой, иначе я рискую стать таким же полоумным, как сэр Гай.

"Разве вы не видите - на улице ни души!" - прошипел я, раздраженно дернув его за пальто.

"Он непременно должен прийти", - произнес Холлис. - "Его привлечет дух этих мест. Именно то, что я искал. Genius Loci. Зловещее место, неудержимо притягивающее зло. Он всегда убивает только в районах трущоб".

"Должно быть, одна из его слабостей, понимаешь? Его манит атмосфера гетто. Кроме того, женщин, которых он приносит в жертву богам зла, легче выследить в грязных дырах, пивнушках огромного города".

Я улыбнулся.

"Что ж, тогда давайте отправимся в одну из таких пивнушек. Я весь продрог. Мне просто необходимо выпить. Проклятый туман пробирает до костей. Вы, островитяне, спокойно переносите сырость, а мне по душе, когда тепло и сухо".

Боковая улочка кончилась; мы стояли в начале длинной узкой дороги.

Сквозь белые клубы тумана я различил тусклый голубой огонек: одинокая лампочка под вывеской здешней забегаловки.

"Ну что, рискнем? Я дрожу от холода",

"Показывай дорогу, Джек", - ответил сэр Гай. Я провел его вниз по улице. Остановились у открытой двери пивнушки.

"Чего ты ждешь?" - нетерпеливо спросил он.

"Осматриваю место, только и всего", - объяснил я. - "Это опасный квартал, сэр Гай. Очень не хотелось бы сейчас попасть в дурную компанию. Тут есть заведения, где чрезвычайно не любят белых посетителей".

"Хорошо, что ты подумал об этом".

Я ещё раз обвел глазами небольшое помещение. "Кажется, никого нет", шепнул я. - "Попробуем войти".

Мы переступили порог грязного бара. Слабый свет мерцал над кассой и стойкой, но кабинки для посетителей в глубине были погружено во мрак.

На стойке, положив голову на руки, развалился гигантский негр - черный великан с выдающейся челюстью и туловищем гориллы. Он даже не шевельнулся, когда мы вошли, но глаза сразу широко раскрылись, и я понял, что нас заметили и молча оценивают.

"Привет", - произнес я.

Он не торопился с ответом. Все ещё оценивал нас. Потом широко улыбнулся.

"Привет, джентльмены. Что будем пить?"

"Джин", - ответил я. - "Два раза. Холодная ночь выдалась сегодня".

"Это точно, джентльмены".

Он разлил напиток по стаканам; я заплатил и отнес выпивку в одну из кабинок. Мы не тратили времени даром. Огненная жидкость согрела нас.

Я отправился к стойке и купил целую бутылку. Мы налили себе ещё по одной. Здоровенный негр снова расслабился. Но один глаз его оставался открытым и бдительно следил за происходящим, на случай неожиданного развития событий.

Часы над стойкой назойливо тикали. На улице поднимался ветер, разрывая плотное покрывало тумана в клочья. Сэр Гай и я сидели в теплой кабине и пили джин.

Он начал говорить, и, казалось, тени собрались вокруг нас, прислушиваясь к его речам.

Холлис утопил меня в своей бессвязной болтовне. Он снова повторил все, что я услышал во время нашей первой встречи, как будто мы только что познакомились! Эти бедняги, одержимые навязчивой идеей, все такие.

Я слушал очень терпеливо. Налил сэру Гаю ещё стакан. И еще...

Но алкоголь только больше развязал ему язык. Господи, чего он только не болтал! Ритуальные убийства, продление жизни с помощью магии, - снова всплыла вся эта фантастическая история. И конечно, он твердо верил в то, что где-то рядом сейчас бродит Потрошитель.

"Ну хорошо, допустим", - сказал я, не скрывая нетерпения. - "Скажем, твоя теория справедлива, несмотря на то, что придется отбросить все законы природы и принять за истину кучу суеверий, чтобы согласиться с ней".

"Но давай предположим, что ты прав. Джек Потрошитель - человек, открывший способ продления жизни с помощью человеческих жертв. Как ты считаешь, он объездил весь свет. Сейчас он в Чикаго и замышляет убийство. Короче говоря, предположим что все, что ты говоришь, - чистая правда. Ну и что дальше?"

"Как это: "что дальше?"

"Да вот так! Если ты прав, это не значит, что сидя в грязной забегаловке на Южной стороне, мы заставим Потрошителя прийти сюда и спокойно дать себя убить или сдать полиции. Кстати, я ведь даже не знаю, что ты собираешься с ним делать, если умудришься поймать когда-нибудь".

Сэр Гай опрокинул в рот остатки джина. - "Я схвачу проклятую свинью.... А потом передам правительству вместе со всеми документами, изобличающими его, - всем, что собрал за многие годы. Я потратил целое состояние, расследуя это дело, слышишь, - целое состояние! Его поимка повлечет за собой разгадку сотен и сотен нераскрытых преступлений, в этом я твердо уверен".

"Говорю тебе, по земле безнаказанно ходит обезумевший зверь! Вечно живущий, неподвластный времени зверь, приносящий жертвы Гекате и силам мрака!"

Истина в вине. Или вся эта бессвязная болтовня - следствие чрезмерного количества джина? Неважно. Сэр Гай снова потянулся к бутылке. Я сидел рядом и размышлял, что с ним делать. Еще немного, и человек доведет себя до острого припадка пьяной истерики.

"И вот ещё что", - сказал я, просто чтобы поддержать разговор и не особенно надеясь узнать что-нибудь новое. - "Ты так и не объяснил, почему так уверен в том, что прямо-таки наткнешься на Потрошителя.

"Он придет. У меня предчувствие. Знаю, и все!"

Это было не предчувствие. Просто приступ пьяной слезливости.

Мое раздражение постепенно переходило в ярость. Я сидел с ним уже час, и все время приходилось играть роль сиделки и слушать болтовню этого идиота. В конце концов, он даже не пациент.

"Ну, хватит", - произнес я решительно, останавливая Холлиса, снова потянувшегося к полупустой бутылке. - "Ты выпил достаточно. У меня есть предложение. Давай вызовем такси и уберемся отсюда. Становится поздно; твой неуловимый друг, судя по всему, сегодня уже не появится. А завтра, на твоем месте, я бы передал все бумаги в ФБР. Раз уж ты так уверен в справедливости своей дикой теории, пусть ей занимаются специалисты, способные провести самое тщательное расследование и поймать злодея".

"Нет!" - воскликнул Холлис в порыве пьяного упрямства. - "Не хочу такси..."

"Ладно, все равно, пойдем отсюда", - я бросил взгляд на часы. - "Уже больше двенадцати".

Он вздохнул, пожал плечами и с трудом встал на ноги. На полпути к выходу вытащил из кармана револьвер.

"Эй, дай-ка сюда эту штуку", - прошептал я. - "Нельзя ходить по улицам, размахивая такой игрушкой".

Я отобрал у него револьвер и сунул себе под пальто. Потом схватил Холлиса за руку и вывел из бара. Негр даже не поднял головы.

Поеживаясь, мы стояли на узкой улице. Туман усилился. С того места, где мы находились, нельзя было различить ни начала, ни конца дороги. Холодно. Сыро. Темно. Несмотря на сгустившийся туман, легкий ветерок нашептывал тайны теням, что толпились у нас за спиной.

Как я и ожидал, свежий воздух ударил в голову сэру Гаю. Пары спиртного и туман - опасная смесь. Он шатался, пока я медленно вел его сквозь туман.