Целомудрие миролюбия. Книга вторая. Перводевственник

Мужская девственность сокровенна и таинственна. Не убитый и не оскверненный женщиной сей дар Божий, наделяет мужчину неизреченной радостью и животворит в нем беспорочную любовь.

Мужская девственность подобна прекрасному белоснежному цветку, в нетронутости и цветении коего отображается целомудрие миролюбия.

Миролюбов без преувеличения может называть себя книжником, ибо он черпает свои знания из книг божественных, выстраивая тем самым свою жизнь, основываясь на мудром писании. И слово Божье для него непреложно. Он не изменяет писание, не подстраивает его под своё малодушие, как делали книжники во времена Богоявления, или как то делали после и делают поныне, Миролюбов поступает иначе, он твердо верит в незыблемость заповедей Божьих. Читая заповедь – не убий, понимает ее так, что человеку запрещено убивать людей, и запрещено убивать животных. Затем Господь заповедал – не гневайся на брата своего. Отсюда выстраивается целая цепочка насилия, которая грешна и скверна пред Богом, гнев – убийство, между ними побои, удары, ругань, всё сие также грешно. Миролюбов так не поступает, ибо он отверг всякое насилие, он никогда не возьмет в руки оружие, предназначенное для убийства человека, или же нанесения тому телесного вреда. Однако окружающий его мир, изуродован грехопадением, мир, который соблазнен дьяволом, мыслит иначе, в нем многие готовы нарушить заповедь Божью ради защиты земного проходящего отечества, ради защиты временных соплеменников и временных построек, они готовы убивать, полагая, будто выступают супротив зла, сами являясь злом, и то зло показывают поступки их. Истинно война есть зло, праздник дьявола, в котором христианину запрещено участвовать. Мировоззрение Миролюбова о непротивлении злу насилием, не есть пространное учение, но, то есть исполнение заповеди христианской, в том его крепость духовная, в том его духовное возрастание. Во Вселенной существует только одно зло – грех, дьявол и приспешники его бесы, против коих есть оружие духа в исполнении заповедей Божьих, жизнь праведная. Миролюбов подвязался жить именно оным путем, видя и разумея, сколь мир не приемлет сего движения ввысь. Многие смеют толковать об общественных интересах, говоря о том, что церковь это не один человек, а собрание людей, подобно сему и государство устроено, посему следует заботиться о нуждах многих, жертвуя собою ради народа. Оные ораторы забывают о том, что смыл жизни всякого человека – спасение души, своей собственной души за которую каждый в ответе, что весьма непросто исполнить и достичь того нравственного совершенства. Однако ораторы хотят, чтобы христианин позабыл о душе своей, начав осуждающе размышлять о сокрытых для него душах людских. Христианин это не соборность церкви, но это человек, душа коего стала храмом и церковью божьей, человек, затворивший дверь души своей, впустивший туда только Бога. Душа христианина это малый храм, в котором есть лишь один прихожанин – личность души, которая будучи уникальной и неповторимой предстоит пред Господом. Оный малый храм жизненно необходимо защищать от грехов и страстей, в том числе и от греха насилия. Так церковники и военолюбцы, которые будучи одеты в шутовские зеленые наряды, только изображают христиан, называют непротивление моралью, которая будучи сентиментальной, видится им мертвенной и якобы бездуховной, а в убийстве и в преступлении заповеди Божьей им видится героизм, честь, слава и поклонение. Можно даже предположить, что мужчины поделены на мужланов и романтиков, первых гораздо больше, что объясняет наличие войн в мире. Также и женщин, возлюбивших тех, первых, гораздо больше, оные женщины наделены не менее свирепой жестокостью, что объясняет их поддержку воинствующим мужланам и их всегдашнее крикливое, всегдашнее насильственно-воспитательное отношение к детям. Ибо дьявол руководит ими словно марионетками. Мужланы – это ветхие люди, не желающие жить по-новому, не желающие жить христианской миролюбивой жизнью, ибо насилие для мужланов – неотъемлемая часть жизни, даже когда они называют себя христианами, они не изменяют свои ветхие взгляды на жизнь, но читают Евангелие, отыскивая в сей книге оправдание своей ветхости. Они живут бесконечной борьбой, и, побеждая, обогащаются суетой мира сего, отчего тленно богаты и временно знатны. Романтики или же сентиментальные моралисты не борются, потому что отвергают всякое насилие, они всечасно уступают, они готовы к уничижению, к самоуничижению, всегда готовы к поражению в мире оном, в душе своей всегда оставаясь победителями греха. Подобно им девственники, покидая мир каждый в свой час, чувствуют себя победителями страсти, которая поразила многих, но они выстояли, не осквернились женами, прибегли к милости Божьей. Моралисты ненавидимы мирским богатством, отчего ненавидимы женщинами, ненавидимы всем оным миром, ибо моралисты ради достижения благ земных никогда не совершат насилия.

Миролюбов принял такую отшельническую жизнь, заботясь о благополучии собственной души.

Корневищем его мировоззрения служит простая, но великая истина о нравственном совершенстве Бога Иисуса Христа, который безгрешен, девственен, свят и праведен. Значит, будучи Творцом, совершить насилие над Своим творением Он властен, но никогда не поступит так, ибо насилие есть зло. Господь же кроток, миролюбив, не гневлив, любвеобилен. И помня о том, истинный христианин немедля отвергает всякое насилие, ведая о совершенстве Божьем. Гнев же не может быть праведным, но всегда злым и греховным. Гнев, как и смерть, есть итог грехопадения человека, из поколения в поколение, по причине неизменности людской, в потомках проявляются те гневливые греховные чувства, направленные главенствующей целью на – уничтожение, разрушение, покорение, овладение. Гнев есть грех, порождающий насилие. Гнев не всегда яростен, он может быть и холодным, однако не менее жестоким. Гнев это противление, в котором отсутствует смирение.

Самое ценное, что есть в мироздании – это душа человеческая, которая гибнет когда творит нечто греховное. Посему душа дороже всех стран и царств, дороже храмов и крестов, и всех сокровищ, дороже свободы телесной. Защищать необходимо души от греха, от греха насилия и гнева, ибо в душе должна быть любовь, в том числе и миролюбивая любовь к врагам, которые разрушают, убивают, насилуют, лишают телесной свободы. К сему совершенству души необходимо стремиться каждому человеку. Покуда люди отвечают на грех грехом, на удар ударом, на насилие насилием, миролюбие не воцарится в мире. Нужно помнить каждому, что в Царствии Небесном нет вражды, посему души враждующие не обретут покой, не соединятся с кротким миролюбивым Богом. В совершенстве мирного Господа открывается образ мирной жизни христианской.

Живя, Миролюбов видел и слышал то, что большинство людей не мыслят так, как он мыслит, живут так, как он не желает жить. Церковь и светская власть в определенных обстоятельствах не видят в насилии ничего дурного, но даже защищают и оправдывают насилие. Телевидением всюду ведется пропаганда силы, причем силы греховной. Миролюбов противник всего сего зла, он никогда не будет поступать преступно. Насилие внушается и одобряется властными инквизиторами мира сего, невзирая на все громкие речи духовенства и политиков, большинство из них уповает на воинство и полицию, которые и сохраняют насилием их власть. В любой ситуации необходимо оставаться христианином, что значит – нужно всегда любить врагов своих, подставляя им не только вторую щеку, но всего себя под удар, отдавая себя на заклание. Сие не есть выбор униженного человека, но выбор победителя греха. Пускай весь мир беснуется обманутый дьяволом, пускай мир грешит и убивает себя. Преобразить сей мир возможно лишь одним способом – торжеством добродетели, одним образом – праведностью и безгрешностью. Неужели сильные мира сего оную простую мудрость не понимают, что оправдывая насилие, они тем самым лишь славят и увеличивают полноту греха, получая за то всенародное возмездие в виде войн. Если кто защищает свою страну насилием, кто мстит, отвечая злом на зло, тот не уберегает свою страну, ибо победа в одной войне, не исключает войн последующих, и исторических примеров того предостаточно. Всякий нападающий также рано или поздно потерпит поражение, ни одно сильное царство не устояло, тысячи проливали кровь за сохранность того или иного куска земли, и тем лишь ускоряли уничтожение царств, ибо грех подобно огню выжигает поколения и земли. Нужно, прежде всего, искать Царствия Небесного, видеть Царя Небесного и одному Ему служить и никому более.

Сему спасительному уединению, сему общенью с Богом, препятствует суета мирская, чрезмерный труд или же наоборот леность. Современному человеку трудно быть одному. Ибо, как было раньше? Выглянешь в окно и вот ты уже не один. Нынче окон куда как больше, все предметы, имеющие отображающий экран заменили людям окна, вглядевшись в них, мы видим множество чужих жизней, вымышленные или реальные жизни. Так люди начинают следить за чужими жизнями и судьбами, напрочь забывая о себе, не утруждаясь спасением собственной души. Происходит оттеснение, или даже помутнение разума. Так происходит когда забота и чувства расходуются на вымысел, отчего исчерпываются и лишаются сил, которые должны употребляться на самое важное в жизни – на добротолюбие. Включите любое изобретение технического прогресса, и вы станете не одиноки, вам там и споют и спляшут, можете даже подслушать чужие разговоры. Однако одиночество есть благо данное для осознания своей жизни, для анализа её, ради дальнейшего исправления, и оно становится сугубо редким времяпровождением. Создается и модернизируется особый вид техники, цель которого – лишить человека одиночества, уединения, потому и развивается робототехника, оно же создание механических тел с отсутствием в них душ.

Помимо сохранности нравственности своей и веры христианской от греха насилия, Миролюбов сберег девство своё ради души спасенья. Каждый человек, достигший двадцатилетнего возраста, задумывается над важным вопросом – какова дальнейшая судьба его девства. Жизнь девства может быть краткой, если человек вступит в законный брак, либо он не женится и тем самым сохранит жизнь девства своего навсегда. Это весьма непростое решение. Можно подумать, что ответ зависит от того – даровал ли Господь невесту юноше, или же не даровал её, но всё куда сложнее. Ибо юноша может не отказаться от невесты, он будет с нею, но и девство своё предпочтет оставить неоскверненным и неубитым. Изберет для себя и для нее супружество не только целомудренное, но и девственное. Оный пример показывает, насколько над выбором жизненного пути каждому необходимо хорошенько поразмыслить, чем и занимался в последнее время Миролюбов. Впрочем, в его судьбе всё оказалось куда как проще, ведь ему не была дарована невеста, поэтому его тяготение и любовь к девству вполне своевременна и закономерна.

Он помнил слова Спасителя об усекновении того, что соблазняет человека, что приводит его к погибели или же к излишеству. Так Миролюбов отсек зачатие и блуд, его тело способно оное совершить, но он лишил себя сего, запретил для себя поступать так. Ведь три страсти дурманят душу и губят её. Так вожделение очей к женщине опьяняет, лишает всякого разумения трезвого, сколь и вино раскрепощает разум, здесь они сходятся по силе одурманивания. А мясоедение это причастность к убийству живого существа, которое не желает быть убитым, животное противится убийству, оно страшится сего злодейства против жизни. Отказ от тех трех страстей человеческих моментально изгоняет из общества, если не на постоянной основе, то в определенные моменты общественной жизни является причиной непонимания окружающих. Впрочем, познание вина не обязательно для понимания его вредоносности, достаточно взглянуть на поведение людское в опьянении прибывающих, чтобы решиться навсегда отвергнуть сей дурман. Очень важно для всякого человека начиная с ранней юности отказаться от познания всего этого, ибо познание лишает невинности, познание со временем преобразуется в страсть, затем в соглашение со страстью и оправдание её. Однако мудрости в юности весьма мало, есть лишь намеки на разумность, неясные образы о добре и зле, о нравственном и безнравственном, к тому же очень мало примеров добродетельной жизни, ибо юность предпочитает вращаться в среде себе подобной. Есть те, которые дерзают рассуждать о зле малом и зле большом, будто выбор человека основан на сих двух колонах, но это обманчивое заключение. Зло, как его не раскрашивай и не добавляй в его описание всевозможные хвалебные эпитеты и прилагательные, оно неизменно всегда губительно и вредно. Если приходится выбирать между злом таким и злом таковым, следует всегда выбирать добро. Малым злом они почитают убийство убийц, а большим злом, к примеру, убийство ребенка. Выбирать же по правде стоит миролюбие, иначе говоря, не быть создателем насилия, не покровительствовать насилию, на насилие нужно отвечать милосердием и любовью, и только так и никак иначе. Подобно сему и паре влюбленных нужно прибывать в целомудренном девстве, однако многие пытаются оправдать грех блуда любовью, называя сие подготовкой к супружеству, но здесь скрывается ложь, ведь истинная любовь внушает лишь целомудрие и заботу о девстве друг друга. Даже если день заключения супружества известен, всё подробно запланировано, здесь нужно помнить, что с человеком может произойти что угодно, и болезнь и смерть телесная, каково же будет блудникам, не дождавшимся свадьбы принимать исход души, будучи в грехе, сие страшно. Добро же оно безвременно, не зависит от ситуации или эпохи, добро, как и Бог всегда тоже.

Часто упоминается слово в наше время, которое обозначает единение народностей всей земли чем-то общим, сие слово – глобализация, может быть сие единение связано с преуспеянием одной какой-либо власти, либо под сим словом скрывается модель всемирного благополучия. На самом же деле догадки бессмысленны, ибо единение людей во Христе уже свершилось, оно распространяется по всей Вселенной. Оказывается мы уже один избранный народ – христиане, у нас один властитель и учитель – Иисус Христос. Спрашивается для чего ещё придумывать иные причины для человеческого единства? Здесь то и вступает вражья сила, придумывает некое гуманное общество, в котором уже не будет разобщенности на почве религиозности или расовой принадлежности, потому ученые вознамерились объединить мир наукой и техническим прорывом. Что видно из всего перечисленного, есть только одно истинное единение – христианство, и есть ложное единение, в котором уничтожается всё истинное, заменяется суррогатным. Христианство есть единственная божественная модель мироустройства, в котором торжествует любовь и добро. Для христиан существует лишь одно реальное царство – Царство Небесное, всё иное прах земной и пыль веков. И вот, рождается человек в государстве земном, становится христианином, впоследствии умудряясь в вере, приходит к отвержению всякого насилия, что является отрицанием воинской повинности и призывного рабства, отказывается защищать что-либо и кого-либо насилием. Вдобавок избирая между честным супружеством, монашеской жизнью, и девственным безбрачием в миру, избирает третий путь. Сохраняет тем самым девство своё, посему, будучи бездетным, не умножает население страны, что не нравится обществу. Будучи свободным художником и не мене свободным мыслителем, он не трудоустроен, посему имея малый доход, не платит налоги, которые государство всё равно употребит во зло, направит на создание, преумножение и совершенствование орудий убийств и войска. Именно таковым христианином и является Миролюбов. Своею жизнью он словно спрашивает у государства – нужен ли я тебе такой, нужен ли тебе христианин? А государство отвечает ему – такие как ты, мне не нужны, вредны, бесполезны. Такова правда жизни, стране нужны выгоды, государству нужны государственные псевдо христиане, а обществу нужна сохранность языческих традиций, общество которое славит насильников и убийц, блудников и прелюбодеев, за то, что те защищают страну насилием, за то, что утрачивают девство свое, и вне брака зачинают в блудном сожительстве детей. Оное общественное сознание явно не христианское, оно как было языческим, таковым и осталось, потому-то принять в себя таких моралистов индивидуалистов как Миролюбов, не способно. Всё будет оставаться прежним, покуда оное языческое общество не преобразится в истинное христианское братство.

Однако Миролюбов об обществе помышляет крайне редко, ведь одиночество призывает его скитаться, странником бродить в собственной душе, в собственном умственном творчестве. Он изведал то, сколько в мире есть капканов и ловушек, в кои попадает думающий человек, дабы тот позабыл о спасении души своей. Такой общественный мыслитель помышляет обо всем мире, обо всех людях, а о себе думает нерадиво. Тщетны все богатства мира сего, их наличие лишь отягощает душу человека заботами и страхами, богатство затмевает свет истины. Стоит только приступить к рассуждению о политических строях, об экономике и социологии, так всё внимание мыслителя переключается на нечто пустое, ведь всё сие многообразие мыслительных уловок направлены на угасание мысли о Боге. Рассуждения о жизни души делают человека лучше, в то время как рассуждения о суете ничего не меняют. Может быть, поэтому Миролюбов в свободное от работы время уединяется в душе своей, спокойно бродит по своему родному и любимому городу, который стал его панцирем, как у черепахи. Впрочем, мало кто разделяет его покой и его предпочтение. Многие презирают, относятся с пренебрежением к малым городам, ибо видеть красоту в малом – умение, питаемое изящной культурностью и замкнутостью созерцания. Так смотря на лес можно увидеть простой зеленый массив, а можно рассмотреть каждую ветвь, дабы разглядеть на ней целый живой мир листвы, насекомых, коры, мха, трав, ягод и плодов. Люди нашего времени уезжают в заграничные страны, дабы мельком, общим взглядом всё увидеть и ничего не разглядеть. Красоты природы и архитектуры предостаточно и здесь, где прогуливается уже далеко не молодой человек, созерцая и временами фотографируя наиболее примечательные для его глаз объекты. Жизнь в те часы наполняется свежими красками, ибо сколь чудесно изобразил мир божественный Творец.

Существует вера высшего порядка и вера низшая, столь приземленная. Подобно сему человек может верить не в Спасителя или же Творца, а в добродетель, которая достигнув расцвета в совершенстве, обустроит человеческую жизнь благом. К примеру, человек может верить в мир во всём мире, или же в любовь между мужчиной и женщиной, или же в величие разума, или в возвышение своей державы на том или ином клочке земного шара. Это всё низшие веры, которые могут стать вовсе недобродетельными, ибо мир могут установить насильственным способом, любовь между людьми может быть осквернена блудом, а разум может статься наполненным безбожными богохульными заблуждениями, в то же время любой участок континента может быть вовсе уничтожен с лица земли стихийным бедствием. Совершенство добродетели трудно найти в человеке, ещё трудней в самом себе, но легко обнаружить оное совершенство в Боге, это высшая вера в высшее и нетленное добро, неизменяемое и совершенное. Господь и есть искомый всеми идеал, которого способна возлюбить каждая душа, которая любовно Им сотворена для любви.

Стоит разъяснить принадлежность или свойство веры Миролюбова, ибо он живет в этом многообразном мире, однако только в христианской вере он усматривает совершенство миролюбия и целомудрия. Впрочем, другие мыслят и видят иначе, нежели он, они не готовы идеал претворить в этом мире, ошибочно считая, будто сей совершенство доступно только в монастыре, в мире же якобы правят иные законы. Как бы то ни было, заповеди Божьи одинаковы для всех, однако Миролюбов иногда ощущает себя одиноким в вопросах веры. Может быть, потому что у него своя личная вера. Поэтому по вере своей он отвергает всякое насилие, общество же антихристианское в общей массе своей, не противится воинству. Также Миролюбов читает у аскета апостола Павла о том, что безбрачие предпочтительней супружества, лучше бракосочетания, девство превыше семейной жизни. Но что он видит и слышит вокруг? О девстве христианами не говорится практически ничего, о том умалчивается. В своих проповедях упоминают только о хранении девства до брака и не более того, в то время как супружество всячески возвышается. Стоит взглянуть на книги на заданную тему, и среди них можно найти уйму книг о браке, но среди них очень мало книг о девстве, коих нужно еще хорошенько поискать. Безусловно, супружество прилично, когда законно и любовно, когда двое скрепляются любовью на всю жизнь, но во всём этом видится тесное гиблое содружество церкви и государства. Таким образом, ради благополучия своей власти люди идут на уступки. Ведь государству нужны не девственницы, а матери, которые будут рожать сыновей, тех будущих воинов и защитников родной страны. Церковь словно не замечает цинизм государства, ведь властям земным безразлична духовность и нравственность юноши или девушки. Государству безразлично то, как девушка забеременеет в браке или вне брака, государству безразлично её девство, вернее оно хочет, чтобы она его лишилась, достигнув определенного возраста, потому среди молодежи властями пропагандируется деторождение, ведь государству нужны новые убийцы, участвующие в войнах и в обуздании народа. Государству нужны государственные христиане, которые извращают заповеди Божьи ради мирского устроения. Государству не нужны добрые непорочные люди, отвергающие всякое насилие и всякое блудодейство. Но государству нужны грешники, которых уверяют в том, что они, если даже и согрешат, то всегда могут покаяться, да и впрочем, с точки зрения общества, им и каяться-то не стоит, ибо те исполнили общественный долг, покрывающий любое злодеяние ореолом мнимого героизма. Столь кощунственно поступает всякая власть, будь то президентская или, же церковная. Миролюбов в свою очередь, с тем извращением христианства нисколько не примирился, не согласился “покаянно грешить”, потому живя в обществе, живет в одиночестве, душа его одинока мировоззрением, и лишь в книгах и в Боге он находит поддержку своей личной вере.

Каждый мужчина, повзрослев, задумывается о том, как ему прожить земную жизнь свою: в супружестве или в девстве. Женится ему или же хранить всю жизнь девственность свою целомудренно и благочестиво? – вот в чём состоит вопрос. И ответ, определяющий, что избрать из двух, кроется в Божьей воле, которая выражается в поведении женском. Так, если женщина холодна к мужчине, не проявляет к нему никакого интереса, если и не смотрит в его сторону, считая его ненормальным или попросту сумасшедшим, по причине его невинности и кротости, то такому мужчине понятно без слов, что Господь тем самым оберегает его девство. Оказывается, что женская холодность и пренебрежение, это милость Божья созидающая и охраняющая мужскую девственность. Именно таков и Миролюбов, он ощущает женское безразличие, все его потуги сопротивления бесполезны, ибо, как бы он по-доброму не относился к девушке, как бы ни ухаживал за нею, как бы ни дружил с нею, она всё равно равнодушна к нему. В то время как не убиенное девство его всегда радостно, девственность всегда добра к нему, бесконечно любит его и будет любить его всю жизнь. Другие мужчины, обласканные женским вниманием, забывают о девстве своем, стремятся к супружеству. Само ласковое обхождение к ним женщин, указывает на их дальнейшую судьбу. И прежде чем выбирать тот или иной путь, мужчине необходимо понаблюдать, рассуждая о жизни своей, а есть в ней хотя бы малейшие намеки на супружество, если таковых нет, как в жизни Миролюбова, то нужно выбирать девственный путь. Быть девственником, значит быть ближе к девственному Богу.

Девственность – живая, оным Божьим даром наделяется каждый человек с момента соединения телесной родительской клеточки с душой. Девственность смертна, её способен убить грех блуда и зачатие в законном браке, однако это разные потери, в первой греховной казне девство умирает бессмысленно и бесцельно, в супружестве девство утрачивается ради деторождения, оно умирает жертвенно, однако не менее трагично и скорбно. Однако девственность также и ощущает боль, те травмы, которые наносит ей блуд, сожительство с женщиной, прикосновение к женщине, это болезненные удары по девственности, после коих оно начинает хворать и слабеть. Только длительное многолетнее воздержание, отвержение всякого блудного помысла излечивает девственность. Целомудрие приводит девство в должное здравие.

Миролюбова душа так устроена, что она не нуждается в общении с другими душами, ему достаточно диалога с Богом посредством молитвы. Оное богообщение куда важнее человеческих суетных разговоров.

Народная молва твердит о том, якобы без общества человеку не выжить, без общения с людьми жизнь человеческая становится скудней. С одной стороны это так, ведь в общении с умными людьми происходит умственное напряжение. Однако разговоры о чем-то порочном разрушают всякий ум. Человеку почти невозможно быть одному, даже если он огородится от всех людей, его одиночество потревожат книги, фильмы, музыка, всё то, в чём запечатлено человеческое слово, речь, мысль, в картине, на бумаге. И даже если человек откажется от всего этого многообразия орудий борьбы со временем, от Бога ему никак не спрятаться, можно отдалиться от Него душой, но Он вездесущ и никогда не покидает заблудшее творение Свое. Бог есть любовь, и отказ от Божьей любви есть самое настоящее безумие.

Своим безбрачием Миролюбов никого не обижает, ибо женщины им не интересуются. Он родился с безбрачным характером души. Он кроток и скромен во всём, ему безразлично, временами противно материальное богатство, он слаб телесным здоровьем и слаб душой не в борьбе со страстями, в том он с Божьей милостью силен, он ослаб в житейских мирских вопросах. Такой мужчина заведомо не нужен женщинам, он для них словно не существует, он бесполезен для их корыстолюбия. В ранней юности он оценивал себя иначе, однако, достигши двадцати восьми летнего возраста, он трезво оценивает свои силы, вверяясь в неотмирность своего христианского мировоззрения. Мирская неуживчивость и ненасильственное сопротивление греху сопровождают каждый выбор христианина, ибо его мир есть Царствие Небесное. Много примеров таких прагматичных людей, которые решились ослабить в себе христианство, приглушив на время совесть свою, ради наживи и богатства, должности или семьи, затем вернулись, раскаялись и в глазах людских отныне видятся эталоном, их нарекают примером мирской и духовной жизни. Так возникло ошибочное мнение, будто степень раскаяния зависит от количества и тяжести грехов. Словно тот святой подвижник лучше, который нагрешив вдоволь, после покаялся, исправился. Но такой человек духовно низок в сравнении с тем, кто не согрешив много, с юности подвязался в любви к Богу, кто с ранней юности отверг всякую страсть. Ведь грешник своим примером губит многих, а человек благочестивый не губит никого. Грешник-то раскаялся, но развращенные им жертвы его страстей ещё живут, все те оскверненные девицы, избитые им мужчины, на нём судьбы многих. Так какой же он святой, когда на нём столь тяжкий груз погубленных душ? Лишь своим раскаявшимся примером он способен спасти многих грешников, и тем облегчит муки совести своей о прошедшем, кое невозможно возвратить вспять. В то время как на благочестивом юноше нет греха, ибо он девственник, он миролюбив и не никого и никогда даже не помыслил ударить, или же обидеть, никто не пострадал от действий его, ибо он добродетелен. Так кто из них величавей? Безусловно, тот, кто чист совестью, кто не имеет шрамов на своей непорочной душе.

О том и о многом другом любит поразмышлять Миролюбов, гуляя в осеннюю пору по паркам города. Однако стоит ему войти в парк расположенный на улице Мира, то там он не застаёт людей, словно практически никто не гуляет там, только одинокие старички, да матери с колясками. Видимо осень – время для творческих свершений. И главное творение Миролюбова это его собственная жизнь, которую он изображает красками своего вольного выбора. По крайней мере, он столь романтично себе воображает.

“Спасение души всегда сопряжено с уединением, с индивидуализмом, ведь если начинаешь жить общественной жизнью, то и не заметишь, как начнешь жить чужими жизнями, о себе вовсе позабыв. Но ведь отвечать пред Богом будем за себя, о своих помыслах и словах, а не о деяниях ближних. Каждая душа уникальна, однако наивысшую ценность имеет только собственная душа, всю ценность которой могут оценить лишь сама она и Творец её создавший. Только сама душа подлинно знает себя, и сей знание исключительно индивидуально, оно единично в своем роде. Каждая душа это шедевр Божий, который сотворен единожды и неповторимо, посему и наделена каждая душа бессмертием. В каждом из нас заложена именно своя исключительность, неповторимость, тем мы разобщены, потому и распространено непонимание среди людей, мы с рождения одиноки, и одновременно не одиноки, ибо нас объединяет сотворивший нас Бог. Он любовью соединяет нас в избранный народ христианский”. – размышлял Миролюбов. И его долгие размышления показывали ему, насколько он одинок.

Глава пятая. Золото и зола

Парк, в котором любит гулять Миролюбов, не похож на все другие парки в городе, ибо здесь царит запустение. Здесь садовник не подрезает деревья для симметричной гармонии крон, здесь всё растет естественным образом, подобно сему растут длинные власы девы или юноши, естественный рост которых не нарушается подстриганием или же окрашиванием. Всё здесь правдиво, нет у парка циничного расчетливого желания понравится, сей парк по-своему красив, в нем есть живописный пруд с дикими уточками, огромные деревья, пылающие всеми красками осени, в нем нет асфальтных дорог, только многочисленные тропинки одиноких странников. Здесь можно встретить развалины ушедшего двадцатого века, остов фонтана, каменные врата, отдельно лежащие булыжники, всё сие заброшено и позабыто. Только здесь можно уединенно прогуляться, размышляя о своей жизни, в которой многие годы он стремился избавиться от одиночества, отчего у него сложились такие лирические строфы:

“Сердце юноши”

Сердце юноши подносят к алтарю,

И оно подобно музыканту звонарю,

Биением гремит – люблю,

О сколь люблю!

Ему бы песнь спеть о любви,

Да так, чтоб горы задрожали,

Деве кротко пожелать – люби

Душа моя люби!

Ужель напрасно юноши стенали,

Посвящая гимн проказнице весне,

Прославляя чарующие дали –

О сколь они мечтали!

Стремились к недосягаемой мечте

Любимым быть хотя бы раз на этом свете,

Ибо в ином уже не быть в той ласковой поре.

Ужель не грезят тайно девы о поэте

И строфы эти не взбудоражат чью-то кровь.

Но песнь не умолкает подобно сияющей комете.

О вдохновенье юности – беспечный зов,

Последний вдох пред жизнью вечной,

Такова юная сердечная любовь.

Но все усилия оказались напрасны, столько сил сердечных юных потрачено им зря, ради прихода к тому, с чего начинал, с одиночества. Впрочем, может быть он жил долгое время в иллюзии, будто нужен деве, в которую влюблен, и потому ошибался. Тогда, помнится, он писал:

Я мог бы царей земных одним лишь словом покорить,

Нежели от глада умирать под вашими высокими стенами!

Ах, мне бы красками поэзии лик свой преобразить,

И всецело стать любимым вами!

Для неё он навсегда остался пустым местом, которое не отбрасывает тень. А ведь она могла бы развеять его поэтические грезы, по-человечески объяснить отсутствие чувств в девичьем сердце. Но что для женщин мужские чувства? Ничто! Им нужны мужчины, обладающие развлекательными качествами, такие как болтливость, блудливость, коммуникабельность, стремительность, материальное благополучие тоже им не помешает. Всего этого нет в Миролюбове, и никогда не будет, во-первых, сие не в его характере, во-вторых, сие ему противно, и, в-третьих, сие не христианское поведение, оно всецело языческое. Годы жизни потребовались Миролюбову, для того, чтобы понять себя и своё место в мирской жизни. Теперь же в нём лишь покой и умиротворение, безмятежность чувств. Открывши блокнот, он дописал:

Я, может быть, ошибся, вас однажды полюбив,

И не было б тогда той душевной брани.

Ах, мне бы в ту пору трезвенья щит,

Но мы не властны над нашими сердцами.

Хорошо, что он любит не только размышлять о былом, но и гулять по сему парку. Любит также фотографировать устаревшим фотоаппаратом, понравившиеся ему пейзажи, запечатлевая красоты Божьего творения, кои подобно его воспоминаниям уходят безвозвратно, кои можно сохранить лишь в памяти своей.

Возле пруда Миролюбову повстречался одинокий старик, который заметив его, словно найдя собеседника, начал говорить про местную живность, про уток и рыбу. Миролюбов в ответ лишь кивал главою, не зная, что ответить старику, ведь незнакомые люди приводят его в смущение и безмолвие. Ему пришлось кивнуть на прощание и пойти дальше. Только потом он сообразил, что сей одинокий старец, это он сам в будущем, по крайней мере, на то очень даже похоже. Одинокая молодость, одинокая взрослость, затем одинокая старость, закономерность жизни ясна, насколько ясен нынешний день. Впрочем, сейчас в помыслах Миролюбова прибывают воспоминания о юности. Но тот старик олицетворяет его будущую старость. Удивительным образом переплелось время в данное мгновение жизни.

В этой глуши и тиши, Миролюбов наконец-то смог продолжить свою былую мысль об уникальности каждой души. Находятся те, которые не от слишком большого ума начинают рассуждать о происхождении добра и зла, о том, что дозволено и что запретно. Якобы у каждого человека свои понятия о добре и зле, будто люди различны, и потому жить нужно, не измеряя чью-либо нравственность. Тут-то и кроется зловещая вседозволенность, которая губительна для каждого человека. Мыслители такого толка, забывают упомянуть о том, что есть ещё одна шкала, божественная, оный совершенный божественный образ дан каждому человеку ради спасения каждой души. В Богочеловеке Христе находится и истина и правда и справедливость. Христос образ совершенного человека, и совершенного Бога, и к сему Божьему подобию нужно стремиться каждому человеку. Тогда разные мировоззрения станут единым праведным мировоззрением, совершенным, неоспоримым, неизгладимым. Нам дан образец того, какова должна быть мысль души, каковы слова, каковы деяния, вся совокупность добродетелей. Дух Божий установил в Миролюбове завет истинного жития, так его мировоззрение, его идеалы идеально сошлись с заветом Господним, безусловно, его мировоззрение теоретически выстроено, но не реализовано полностью, ибо в нем нет ещё того совершенства целомудрия, совершенства миролюбия, и совершенства смирения. Достичь коих он мечтает, стремясь к оным духовным высотам. Тут либо происходит единение собственного мировоззрения души с заветом Творца, либо в нас уже заложено божественное вероисповедание, только в ком-то сие открывается раньше, у кого-то позже, сие зависит от стремлений души человека. Так одни живут по-христиански невинно с младенчества, другие же только в старшем возрасте вступают на путь просвещения.

Безмятежность живой природы успокаивала сего путника, убаюкивала его мысли. Ведь определение своего жизненного пути весьма непростое мыслительное предприятие. Подобно сему и выбор между супружеством и безбрачием встает перед людьми, когда сохранность девственности указывает на безбрачие человека, либо на готовность его к законному браку. Однако Миролюбов, познав, что девственность есть наивысшая добродетель, никогда бы не смог с нею расстаться. Некогда в его душе образовывались неясные картины иного выбора. И вопрос – а что если бы он женился на девушки, которую любит? Предположим, что они зарегистрировали свой брак, затем обвенчались в храме Божьем, вот они благословлены людьми, затем Господом. Наступает вечер, происходит их первая брачная ночь, они девственно чисты, он нецелованный девственник, и она нецелованная девственница (ибо стыдливость не позволила им целоваться при людях), и по закону человеческому им должно приступить к зачатию, что означает неминуемую гибель девства. Любимая супруга кажется не против сего бесповоротного поступка, оно и понятно, ведь многие женщины только того и желают, как бы забеременеть, лишив тем самым мужчину девственности, отчего она силится обнять своего супруга. А тот тем временем понимает то обстоятельство, что если сейчас поддастся сему соблазну, то тем самым утратит добродетель свою, убьет девственность свою навсегда, затопчет то, что столь бережно он хранил многие десятилетия, берег как зеницу ока. В страхе он отходит от неё, плача от ужаса и страха, дрожа и трепеща всем телом своим, забивается в угол комнаты, не подпуская соблазнительницу к себе. Пускай такую плотскую близость нарекли законной, но для него в данный момент это видится преступлением, он не совершит оное убийство, ибо он любит свою девственность. И супругу свою также любит, которая является орудием убийства его девства. Здесь то и кроется, трагедия сей воображаемой картины возможного будущего. Только он один любит свою девственность, только он один вправе решать, как ему поступить с нею. И он сохранит жизнь девства.

Такое драматичное видение не раз представало его внутренним очам, с неизменным вопросом – разве мужчина с таким мировоззрением сможет ли когда-либо жениться? Определенно нет, ему следует жить безбрачно, дабы не выбирать между супругой и девством. Либо он повстречает такую деву, которая полюбит и его и девство его самого, и не соблазнит никогда, будет беречь девственность его на протяжении всей жизни земной. Но где отыскать такую? Только Господь может даровать потаенное сокровище. А пока, он понимает, что каждый мужчина, искренно любящий свою девственность, станет при любых обстоятельствах избегать общения с женщинами, ибо любая из них способна лишить его того драгоценного богатства, коим он желает располагать всю свою жизнь.

Супружество, с точки зрения Миролюбова, это в некотором роде поражение, ибо слабый человек понимает, что по слабости своей не может справиться с желаниями тела своего, и чтобы предать чувствам своим вид законности, он вступает в брак, дабы облегчить плоть, даровав свободу жестокой плотской страсти. Брак это признание своего поражения, брак это свидетельство того горестного факта, что блудная страсть победила двух разнополых людей, когда в первую брачную ночь умерла девственность молодоженов. Куда трудней бороться со страстью каждодневно, ежечасно, и не помышляя о прекращении борьбы с грехом. Бес блуда самый коварный из всех падших духов, ведь он способен подтолкнуть человека к греху незначительной с первого взгляда мелочью, одной мыслью, одним мгновением взора, бес шепчет – взгляни, какая малость, ты посмотришь и отвернешься, но в том-то и дело, что сие служит началом обольщения. Другие страсти возбуждаются грубо быстро, прямолинейно, но блуд хитроумен и спесив. Иногда словно отходит, дабы человек расслабился, вздумал, будто он победил страсть, обрел, наконец желаемое целомудрие, будто отныне вправе называться совершенным девственником, однако стоит ему столь горделиво помыслить, как бес блуда немедля возвращается, когда его вовсе не ожидаешь, и совращает картинками скверными, образами бесстыдными. Человеку девственному и безбрачному нужно постоянно быть на страже своей чистоты. Хранение чистоты это подвиг, ибо блудный враг силен и жесток. Изречение о том, что мир лежит во зле, находит доказательство во взгляде на этот самый мир, в котором всюду виден соблазн и искушение.

Нужно беречь честь смолоду, о чём писал русский классик словесности. Однако, что такое честь в понимании Миролюбова? Это чистота, это невинность, это честность пред Богом. В то время как грех есть ложь, и отец лжи дьявол противится всякой правде. Почему же честь беречь нужно с молодости? Потому что юность, это то время, когда мировоззрение молодого человека ещё не сформировано, оно сомневается и мечется подобно бездомному стучась в разные двери, не находя себе кров, либо находит только временное пристанище. Также сие юное время ставит молодого человека у черты, он либо шагнёт ввысь, либо низвергнется вниз. Так сохранивший девственность и далее будет девственником, а утративший девство своё, скорей всего продолжит блудодействовать. Именно в юности дьявол особенно алчен до неокрепших душ. Поэтому и призываются в злодейскую богомерзкую армию именно люди молодые, которые окончательно не утвердились в своем мировоззрении, они не могут противиться сему злу воинства, сему греху насилия, которому их хотят приготовить и научить. Мало таких юношей сыщется, которые скажут оным мужланам в пагонах – я христианин, я не буду служить армии, и не буду брать оружие в руки свои, ибо Господь заповедал мне быть миролюбивым и кротким, на всякое зло я буду отвечать добром, и я буду не противиться злому, но любить всех. Таковых истинных праведных христиан не столь много найдется, особенно в столь юном возрасте. Потому-то благочестивый юноша желает жить в обществе, желает нравиться девушкам, но они не мыслят, как он мыслит, не живут, как живет он. Осознав сие, тогда он горестно начинает разделять общество на миролюбивых христиан, и людей остального воинственного язычества только на словах называющегося христианством. Ему такому юному не хочется быть изгоем в оном мире, быть непонятным и отверженным, но его христианское мировоззрение велит ему отвергнуть всё греховное, в том числе и государство и его учреждения, когда оно настроено антихристианским образом. Повзрослев, он поймет, что воинство это остаток язычества, который со временем вовсе упразднится. Ведь Христос даровал людям свой божественный миролюбивый образ, с которого нужно брать пример, в котором нет и толики воинственности, ибо Он кроток и смирен сердцем. Но мировоззрение мужланов кротких не любит. И вопреки сему воинственному миру с его борьбой за женщин, благоразумный юноша подражает Богу и здраво понимает, что все эти отношения с девушками есть дело пустое и ненужное, ведь Господь живет безбрачно, Он есть Перводевственник.

Но многие улавливаются дьяволом, потому призываются государством на грех, на службу в армии, и это неспроста, ведь молодые бесстрашны, они не ощущают приближение смерти, она видится им чем-то далеким, фантастическим, у них словно вся жизнь впереди, они не боятся опасностей и погибели, они физически сильны. Потому в них столь легко сломить зачатки миролюбия государственной пропагандой. Юноши для армии идеальные солдаты, которые умрут в грехе, ещё толком не пожив и, не поняв, как устроена жизнь. Воинство выдумано дьяволом, ведь именно он ополчился на Господа, увлекши за собою множество сил небесных, кои стали впоследствии падшими демонами, это и было первым насилием во всем мироздании. Но люди, словно настолько обмануты, что не уразумеют сего, ибо не хранят смолоду свою честность.

В молодости Миролюбов мечтал изменить мир, но с летами он осознал, что сие невозможно. В одиночку ему не справиться с пороками мира сего. К тому же в нем самом продолжается борьба со страстями, а победы всё нет. Так стоит ли ему помышлять об изменении всего мира, покуда в нём самом ещё столько всего предстоит побороть и исправить?

Мудрые мысли наполняли душу мыслителя. Одна мысль сменяла другую. Вот явилась иная картина, он задумался о своей необщительности и нелюдимости. Он слышал много рассказов о сомкнутых устах праведников, читал много о безмолвниках, о святых людях, которые добровольно ушли из мира, и мир относится к ним вполне снисходительно. Но стоит Миролюбову сомкнуть уста в обществе людском, так сразу чувствуется пренебрежение людей к нему, антипатия, отторжение. Он лично спокойно может принять то, что женщина может быть не столь красива как другие, но такая женщина не может принять его таким, каков он есть. Его необщительность её раздражает, почему-то для женщин важно, чтобы мужчина был разговорчив, умел рассказывать, умел смешить, и в общей характеристике, был остроумным в речах своих. Мужчину лишенного всего этого, они просто не хотят воспринимать всерьез. Сие показывает, что женщины мыслят примитивно, они относятся к окружающему миру и к людям малодушно. С малых лет Миролюбов считал, что женитьба дело простое, вот повстречались мужчина и женщина, полюбили друг друга, и отныне они навеки вместе. Однако оказалось, что женитьба это математика, плюсы и минусы, оценки, цифры. Таким образом, если в мужчине нет того, что нравится всем женщинам, то сие означает, что скорей всего он останется одиноким на всю жизнь. Оказывается, никакой нищелюбивой романтики в женщинах нет и в помине, один лишь холодный расчет. Оно и понятно, ведь они ищут отца для своего ребенка, который должен обеспечивать семью, а если мужчина неразговорчив, то скорей всего, тот ничего не добьется на профессиональном поприще, не обзаведется нужными связями, останется никем, невидимкой. Такого изъяна женщины простить не могут, впрочем, и сами они любят пустую болтовню о суете мирской. А Миролюбов, будучи романтиком-идеалистом, раньше надеялся на то, что мир устроен иначе, мир не столь циничен и расчетлив, но ошибся, и мир женщин оказался именно таковым. Миролюбов проверил мир на нравственность, на возвышенность чувств, на романтичность натуры, и мир провалил все испытания. Миролюбов остается собой, зная, что миру не нравятся такие романтики как он, но он раньше надеялся на чудо, вдруг окажется, что он не прав. Но девушки также не прошли проверку, они повели себя так, как не нужно себя вести, но иначе, словно не могут помышлять, не хотят пересиливать себя. Результат предсказуем. Мужчина, будучи малообщительным нелюдимым, кротким, миролюбивым, девственным, не нужен ни женщинам, ни миру. Если человек станет противоположным сему облику, то мир заключит его с любовью в свои губительные объятья, женщины увлекут его в погибель блуда, где адский огонь не угасает. Поэтому Миролюбов избрал путь быть собой, что означает быть правдивым пред небом, и отверженным пред миром.

Примером для людей может стать только тот человек, который не грешил ни в молодости, ни во взрослой жизни, ни в старости. Он должен быть пожизненным девственником, либо женившимся девственником на девственнице, именно такой человек послужит многим примером нравственного целомудренного человека, либо примером настоящего правильного супружества. Такой человек должен соблюдать божественные заповеди – не убий, не гневайся, значит, он должен с юности не драться, никого не ударять и не обижать, ни человека, ни животное, ни малое насекомое, он будет обижен всеми, но никогда и никого не обидит. С юности в руках его не должно быть никакого оружия, ибо ему противно всякое упоминание о войне и обо всём связанном с оным злом. С юности благочестивый человек должен быть миролюбив, что означает полное отвержение им всякого насилия. Христианин всегда должен отвечать добром на зло. Например, когда собака вцепится в ногу христианина, ему следует не ударять собаку в ответ, но погладить с ласкою оного зверя увещевая её проявить милость к нему многогрешному. Человек чистый, только он может быть примером нравственного человека. А все те вольнодумцы, которые в молодости “нагулялись”, пьянствовали, блудили, дрались, слушали непотребную музыку и взирали на безнравственные картины, не смогут служить примером, покаяться могут, стать примером раскаяния также могут, но быть примером полной нравственной жизни не сподоблены. Ведь люди могут сказать, что ж и мы поблудим, раз плоть наша того греха требует, поступим как тот прозванный церковью святым, славно погрешим, а потом раскаемся. И этот самый двойственный образ погубит многих своей прошлой греховностью, которая шрамами исполосовала всю его жизнь. Так художник, реставрируя картину, подбирает нужный ему для работы цвет. Проще говоря, былая краска свелась на картине, облупилась, потускнела, выгорела, отчего он начинает замазывать всё это, слоем за слоем, и вот везде цвет подошел, но если посмотреть внимательно, то станет видно, что свежие пятна оказываются темнее, нежели остальной старый цвет. Снова кроет, кроет гуще, вот кажется всё исполнено, наносит лак, после чего пятна проступают, если прищурится или же посмотреть издалека, то пятна незаметны, но вблизи отчетливо видны, особенно контуры, где стыкуется новая краска со старой краской. Подобно и человек, сколько бы он себя не выбеливал, его греховность, его оскверненная юность изувечила всю его жизнь. Только Господь вочеловечившись, во все лета Свои прибывает в безгрешности, и Он служит примером для людей, как и все те святые, кои сберегли свою нравственность с малых лет и до ветхой старости.

Необходимо взращивать в мужчинах страх, дабы они боялись женщин. Ведь женщина способна лишить мужчину девственности и нецелованности, она несёт в себе великую опасность, только в ней орудие убийства девства. Но нынешние мужчины, словно не страшатся всего этого, будучи в романтических чувствах, думают о том, что якобы девы также романтичны как и они. И тем женщины улавливают мужчин в свои порочные сети. Нужно всем мужчинам прививать стыдливость, стеснение, робость пред противоположным полом, тогда будучи боязливы, они не совершат грех блуда, потому что будут оберегать свою девственность, будут ценить девственность других людей. Только в страхе молодые люди станут трепетно и стеснительно относиться к девушкам, даже не помышляя о чём-либо порочном. С малых лет должно показывать образ венчания, как единственное верное стремление любящих друг друга жениха и невесты, любовь коих должна быть благословлена честным браком, и не должна быть испорчена блудодейством. А те, кто избрал безбрачный жизненный путь, должны обходить женщин стороной, ведь женщины не ведают об оном мужском выборе, потому могут покуситься на мужскую девственность. Впрочем, если и женщины начнут бояться мужчин, то оная стыдливость не позволит им обнажать части своего тела, разговаривать на привольные темы. Страх порождает робость, стеснительность, трепет и дрожь, и это только начало целомудрия, после оно крепнет и тогда женские уловки просто перестают действовать.

Затем следует борьба с грехом вожделения, надо знать тот важный факт, говорящий о том, что девы виденные собственными глазами вызывают стеснение и стыдливость, а вот запечатленные на картинах блудницы не вызывают робость в мужчине. Те блудницы кажутся нереальными, поэтому якобы не стоит их и опасаться – чувственно думает грешник. Здесь то и должна происходить борьба с плотью. Достигается бесстрастие только тогда, когда увидев, что постыдное, не горя страстью, мужчина отворачивается от постыдного зрелища, что сделать весьма непросто. Поэтому мужчине слабому необходимо как можно быстрее вовсе отказаться от всякого вожделения, нужно запретить себе смотреть на бесстыдное обнажение женщин. Только полный окончательный и бесповоротный запрет, полный отказ способствует изменению человека к лучшему. Подобно сему невозможно выпивать спиртное понемногу, ибо вскоре выпьешь много, лучше вовсе отказаться от вкушения сей отравы. Так как алкоголь, как всякий яд вызывает привыкание, даже если употреблять его в малых дозах, вскоре у пьющего возникает побуждение увеличения объема жидкости ради достижения опьяняющего эффекта.

Есть два этапа на пути к достижению состояния целомудрия: страх и отказ. Третьим будет осознание своей греховности, своей немощности, затем раскаяние и принятие жизни целомудренной, невинно девственной, оно же есть добровольная нечувствительность к блудным позывам, окончательное отсечение греховных чувств. Труднодостижимое предприятие, но реальное для человека подходящего к сему жизненному подвигу уверенно и грамотно. И главное, сей путь сопровождается Богом, по Его милости человек избавляется от страстей.

Ещё замечено Миролюбовым, что целомудрие мужчин в некоторой степени зависит от нравственного состояния женщин. Если женщина блудница, тогда она влияет на мужчину отрицательно, в лице своем она являет отторжение ко всем женщинам, ибо она вовсе не раскаивается в своих блудодействах, но даже почитает оное зло естественным и даже должным. От таковых блудниц лучше держаться подальше, ведь они вносят смуту в целомудрие мужчин. В то время как девы девственные и невинные влияют обратным положительным действием, они своим кротким видом и стыдливым поведением только укрепляют целомудрие юношей, призывая тех устремиться к совершенству девства. Однако блудниц гораздо больше, потому и нелегко живется современному непорочному мужчине, он бы хотел подружиться с девой, но достойных для дружбы с ним не находит. Неужели всякий девственный мужчина обречен на одиночество?

За размышлениями Миролюбов не заметил, как минуло несколько часов. Впрочем, он часто погружается в уединение своих мыслей, изучая нравственность сего мира, размышляя о заповедях Божьих, он тем самым выстраивает, создает своё мировоззрение, которое можно называть христианским, в своем лично духовном толковании. Строя оное мировоззрение, подобное мироощущение, он осознаёт тот факт, что оно отличается от мировоззрений большинства людей. В частности для женщин его мировоззрение является чем-то чуждым и непригодным для семейной жизни, отчего те гнушаются им, избегают дружеских связей с ним. Девушка, будучи расчетливой, зная, что Миролюбов почитает всякое насилие злом, спрашивает себя – а будет ли он меня защищать, охранять свою родину, свой дом, свою семью? И ответ ей будет такой – нет, не будет, он станет любить врагов своих, будет давать всякому просящему, станет отвечать добром на всякое зло, что приведет его семью к общественному позору и гонению, их приговорят к государственной измене. Столь цинично помышляя, девушка откажется принимать его доброе мировоззрение, чувствуя, что сей мужчина по её мнению и мнению общества (которое для неё очень важно), слаб, непригоден для общественной жизни, потому что он отказывается грешить ради достижения земных благ. Помимо прочего, отвращение Миролюбова к деньгам, к плотским отношениям, его любовь к девственности, всё сие немедленно настраивает девушку против него, не давая тому никакого шанса быть любимым. Значит, девушка не может любить истинно, ведь она любит определенные качества в мужчине, способные дать ей всевозможные суетные мирские привилегии, дивиденды, ей нужны удобства и выгода, другим словом ей нужен спонсор. Женщинам свойственно обманывать и плутовать, в том числе и самих себя. Они видят и чувствуют, что Миролюбов добр, миролюбив, честен, девственен, лишен вредных привычек, но при всём этом, что-то не позволяет им сие должным образом воспринять. Им словно трудно полюбить чистое добро, им более нравится “добро”, которое временами грешит, причём сие зло всячески оправдывается ими, впрочем, скорей всего о том они и не задумываются, а живут лишь одними чувствами и эмоциями, кои тяготеют ко всему грубому и порочному.

Он бы хотел однажды повстречать целомудренную девушку, дабы подружиться с нею, но таковую он пока что не повстречал, ведь нужно, чтобы их мировоззрения сошлись во взглядах и мнениях. Единомыслие – вот что их может объединить. Однако сегодня Миролюбов гуляет по парку один, впадая в глубокие размышления, всё более убеждается в одиночестве своей души, которая непонятна людям, чужда им, они называют её безумной, только за то, что она мыслит о добре и совершенстве.

Он стал уставать, да и пейзажи перестали волновать его взор и сердце, отчего ему пришлось в очередной раз остановиться, дабы немного отдохнуть, вдыхая пряность осени. Скоро вся эта красота, оные многоцветные краски погаснут, золото превратиться в золу.

С возраста совершеннолетия прожив более десятилетия, Миролюбов так и не отыскал себе подругу. В ранней юности он видел девушек целомудренных, девственных и кротких, но чем старше становился он, тем взрослее становились они, потом одни из них выходили замуж, другие впадали в порок, все они убивали девство своё, теряли целомудрие. Порядочную девушку сыскать ли нынче? Да и ищет ли она его, именно одного его? Может быть, оная скромница даже и не думала искать подобного ей. Чем старше Миролюбов становится, тем более разочаровывается, изучая женские поступки, и их воззрения. Он постигает науку печали, смотря на государственные учреждения, на светскую власть, и на духовенство, ибо в нем живут утопические высокие идеалы. Смотря на себя, он некогда думал, что и другие подобны ему, что все стремятся к нравственному совершенству, к чистоте совести, но общество словно смирилось с теми пороками, которые она думает невозможно искоренить или излечить. Но если отдельная личность Миролюбов смог отказаться от всего дурного, почему тогда общество не в состоянии поступить также? Миролюбов поначалу горевал, прибывая в том всеохватывающем разочаровании, однако затем смирился, решивши заботиться лишь о своей грешной душе, а не о судьбе мира. Так он полностью погрузился в свою душу, ради спасения оной.

Но душа его, прибывая в одиночестве и индивидуализме, тянулась при этом к другой душе, которую он как будто пока что не встретил. Скорей всего он никогда не повстречается с нею, однако будучи художником мысли, Миролюбов способен выдумать её, вообразить свою бесконечно верную подругу. Она, как и он, должна вызывать отторжение у противоположного пола, она нецелованная девственница, ровесница ему по возрасту, она несчастна и одинока, и когда-нибудь, они, два одиночества найдут друг друга, станут преданными собеседниками. Её можно выдумать, насладиться тем видением и вновь вернуться в свою реальную жизнь, в которой он одинок. Столь наивно он мечтал, воображал, и вновь возвращался в действительность.

Ведь осень пора мечтаний, можно вот так просто тихо посидеть в золотом парке и создать в душе своей целую другую жизнь, можно прожить её за один день, после чего всегда остается на душе радостное и в то же время меланхоличное послевкусие. Никогда не существовавшие события оставят в нем отпечаток невозможного несбыточного счастья, которое со временем сменится иным чувством, как сменяют друг друга времена года.

Глава шестая. Прозрение

Располагая странным малопонятным для государства и общества мировоззрением, Миролюбов, с годами взрослея, всё явственней осознавал и чувствовал себя изгнанником. Ведь государство даже не скрывает свои предпочтения, оно недолюбливает девственников, как мужчин, так и женщин решившихся хранить свою девственность на протяжении всей жизни. Оное безбрачие, оная бездетность противна государству. Выражается сие неприятие в проекте закона о налоге на бездетность, и это явное нападение на девственность. По проекту закона получается, что девственники обречены на пожизненные налоги, из-за своего добровольного добродетельного выбора. Государству словно не нужны высоконравственные люди, ему нужны поколения блудников, население, состоящее только из матерей и солдат (пушечное мясо), вот сколь оказывается цинично государство. Если оно не уважает девственников, должны ли они с почтением относиться к власти? Нет, ибо власть безнравственна. Также и общество негативно относится к девству, ведь всюду яростно пропагандируется деторождение, причем общество требует от семей больше детей, ещё больше чем есть, толком не объясняя для чего, хотя ясно видно, что государству нужны солдаты, и матери рождающие солдат, оное массовое скопление людей приготавливается к войне. В обществе девственность считается предметом, относящимся сугубо к юности, о девственности длинною в жизнь даже не упоминают. Происходит настоящий моральный геноцид девственников, ибо всюду можно прочесть порицание и осуждение их чистоты. Невинность в зрелом возрасте словно сердит общество. Отчего оно проявляет агрессию по отношению к девству. Всё сие Миролюбов видит своими глазами и ему становится грустно и одиноко, ибо обществу он не нужен. В то же время ему радостно прибывать в непорочности, он счастлив, быть девственником, однако общество уверенно в том, что его жизненный путь неверен, якобы он сделал неправильный, даже вредный выбор, отчего оно стремится унизить, лишить его счастья девства. Поэтому ему приходится уходить от общества, лишь бы жить в покое, а не в риторическом конфликте. Да и стоит ли человеку задумываться о деторождении, когда общество настроено столь немиролюбиво воинственно и нецеломудренно порочно, оно идеологически принуждает к насилию армии, и к блудодейству. В таком языческом обществе не нужно рожать детей, ибо рожденные дети будут только страдать в безнравственном государстве, впрочем, как и в любой другой стране. Быть христианином, значит быть не от мира сего. А если мир принимает человека, то такого человека трудно назвать христианином.

Миролюбов пока что победил в себе блудную страсть, то тяготение к женщине. Он осознал, что всё сие вожделение связано с зачатием, как и такие действия как объятия, обнажение, поцелуи, всё сие касается только супругов, которые обвенчались девственниками, которые возымели разрешение, и готовность на возлежание в постели, лишь для того, чтобы зачать ребенка, ради деторождения. А мужчина, который избрал девственный жизненный путь, всего сего не касается, ему не нужно и думать о зачатии. Осознание сего привело его в охлаждение и бесчувствие, его жизнь обрела покой, появилось некое опустошение в душе, ведь бес блуда покинул его на время, столь долго соблазнявший и мучивший его. Миролюбов наконец-то, духовно оскопил себя ради Царствия небесного, понявши, что он не вовлечен в брачные отношения, в отношения с женщиной. Когда он был молод, тогда он надеялся на супружество, помышлял о том, относил себя ко всему сему, потому-то много страдал. Ныне же в свои двадцать восемь лет он поборол то греховное преступное влечение к женщине, отверг то, что разрешено лишь в законном браке. В девстве же должно царствовать бесстрастие.

Общество часто называют потребительским, впрочем, так оно и есть, ведь люди смотрят друг на друга как на товар, выбирают либо тот который лучше остальных, либо тот который остался. Пропадает в людях та наивная юношеская любовь, когда все равны, когда любят красоту и невинность. Но общество является падшим, от него стоит держаться подальше, запираясь в своем доме и погружаясь в душу свою, в те бескрайние просторы размышлений и мечтаний. Так молитвенное общение с Господом изгладит всякое одиночество, победит всякое возникшее уныние.

Таким образом, Миролюбов навсегда ограничил свою жизнь, выделив, что является для него важным и должным, а что попросту его не затрагивает. Однако мечтать о понимающей доброй подруге он со временем не перестал. Видимо всё это отголоски Эдема, подобно тому людям нравится любоваться животными и растительностью. Он сам выращивает цветы, ведь “цветы лучше пуль”, видимо и поиск подруги вполне естественен, беспорочен. Само желание подружиться невинно, в то время как плотское вожделение греховно, как и всякое желание прикосновения. Нельзя прикасаться к деве, покуда не получено на то благословение Божье, без супружества касание нравственно невозможно. Жаль, что многие современные девы будто испорчены, если не телесно, то душевно, ибо они не чураются прикосновений, что, безусловно, указывает на их слабую стыдливость и тяготение ко всему материальному и телесному. В Миролюбове стыдливость напротив, весьма сильна, потому он всегда старается обойти деву, лишь бы ненароком не задеть её. Такое целомудренное отношение малозаметно среди современных девушек.

Суммируя всё вышеописанное, Миролюбов решает углубиться внутрь своей души, дабы всечасно предаться одиноким размышлениям. Он решает создать себе подругу, вернее она уже есть в его жизни, с того самого мгновения как душа его вселилась в родительскую клеточку, он возлюбил девственность свою, которую ныне величает подругой. Белокурой девой она предстает пред ним, взирая на него, то укоризненно, то ласково. Таким образом, мужчина, желающий отыскать себе подругу для духовного общения, но который не нравится девам, находит впоследствии ту самую подругу не в человеке, но в религии, в искусстве, в науке, в философии, в церкви или в каком-либо другом веровании, либо в одной из добродетелей, например в добродетели девственности. К тому же материальная подруга может предать, покинуть, отвергнуть, оставить, в то время как девственность соединена с телом и душой мужчины, она всегда с ним, она не покинет его, она может жить вечно, либо умереть при зачатии или в блудодействе, погибнув навсегда. Сохраненная девственность может жить вечно, ибо бессмертна душа человеческая. Оный добродетельный закон воодушевил Миролюбова на новые измышления.

Помимо прочего, он усмотрел кровную взаимосвязь между грехом насилия и грехом блуда, словно они вместе портят человечество и имеют одинаковую цель погубить каждого человека. Так первое блудодейство сопровождается болью, а боль есть следствие насилия. Дабы совершить блудодейство, мужчины идут на преступление, они воюют между собою, и ради обладания женщиной проливают кровь, как и при первом блудодействе. В то время как мужчины, отказавшиеся от супружества, пренебрегшие женщиной в пользу спасения собственной души и тела, прибывают в покое и в миролюбии, им не нужно ни с кем соперничать, ведь отстаивание своего предпочтения тоже в своем роде насилие, так как любое возвышение себя посредством подавления другого есть насилие. Нотки сего зла можно усмотреть и в спорте, и в любой жизненной деятельности, в которой присутствует намек на борьбу и соперничество.

Часто люди с недоумением смотрят на Миролюбова, полагая, будто человек который отказался от греховных удовольствий мира сего, глубоко несчастен, беспокоен и одинок. Но в том-то и заключается их ложное убеждение, ибо сохраняя девственность, он испытывает радость, то светлое чувство чистоты. Люди словно не хотят замечать примеры погубленных судеб, в коих присутствовало пьянство, наркомания, блудодейство, сколько горестей и страданий в таких жизнях. Миролюбов лишает себя не удовольствий, он освобождает себя от лишних мучений мира сего.

Свобода от греха – вот к чему должен стремиться каждый человек, ведь каждому суждено в неизвестный час принять исход души. И важным является то, какой она отправится в мир горний, грешной страстью обуреваемой или же невинной. Очень важно заботиться о чистоте своей души.

Мир стал предельно открытым за счет информационных технологий, поэтому человеку легко взглянуть на этот мир, на многих людей, узнав их мысли, слова, поступки. Великое множество мировоззрений, верований, заблуждений, истин и лжи, всё смешалось. И человеку взрослому приходится углубляться во всё это ради познания мира, в котором он живет или же ради познания самого себя. Безусловно, мировоззрение Миролюбова выстроено и основано на божественной истине Христовой, которая объясняет отношение к людям двумя словами – любовь и милость. Всё Евангелие написано оными двумя чувствами, которые никогда не иссякают.