Третий олень для эльфа. Наши в академии магии

- Зовут меня так. А теперь беги, Бронис. Пора тебе возвращаться домой!

Ну, точно, странный! Бронис… Так меня только приемная мама называла. Говорила, что так я сама себя в детском доме называла.

Дверь захлопнулась, отрезая меня от вахтера. Я шагнула на ступеньку и вдруг полетела куда-то в пустоту, а вокруг меня сияли мириады звезд, точь-в-точь такие же, как в глазах дедушки.

Вот так приключение! Не хватало еще мне, как Жабко, в новый год ногу сломать!

Глава 2

Друлаван второй наследник дома Амон почему-то любил проводить последние минуты уходящего года в одиночестве, слушать, как скрипит снег под ногами, и смотреть за стрелкой на часах главной башни академии. Легкий зимний ветерок ласковым котенком жался к его плащу, ожидая любого приказа своего господина и повелителя. Не зря эльфа, как одного из сильнейших магов воздуха, прозвали Салмелдир – брат ветра. Своей стихией он владел отменно, сроднился с ней, стал частью, и все же…

Все же сейчас Друлаван ждал не проявление магии, нет. Мужчина и сам бы не смог сформулировать, что именно он ждет в скованном морозом парке вот уже несколько лет подряд. Возможно, настоящего чуда, не основанного на магии и формулах. Чего-то древнего, не поддающегося контролю и даже воле самого Малха. Да, наивное желание, но почему-то Салмелдира, словно магнитом тянуло на это место. Сам эльф объяснял это стремлением побыть в одиночестве, отрешиться от суеты. Но, если задуматься, здесь он мечтал о том, о чем в обычной жизни и мысли не допускал.

Может права несносная девчонка Лери? И ему давно пора остепениться? Трогательный образ Эйрил уже давно померк в памяти, его заволокло туманом, и вспоминал Друлаван о бывшей своей невесте все реже и реже. Он давно научился жить без нее, а значит, его душа осталась целой, нетронутой и принадлежала лишь ему. Жаль эльфы, как демоны, не могут чувствовать свою половину. Или не жаль. Или могут, но только не Салмелдир. Ведь, к примеру, его брат Танхорн обожал жену Ориан. Но ведь их, как и бедолагу Сеттара, связала печать бога. Как просто жить, когда судьба все решает за тебя и не оставляет выбора!

Нет, пожалуй, мысли о жене преждевременны или, вообще, напрасны. Ветру не нужны оковы для крыльев, он свободен по сути. Надо же, какой бред может прийти в голову, когда не занимаешь ее более полезными мыслями. Стоило вернуться в лабораторию и продолжить отсроченный эксперимент.

Неподалеку в снегу что-то завозилось. Свет от магических фонарей падал лишь на тропинку, и Друлаван, даже с эльфийским зрением никак не мог разобрать, кто копошится под пышными заснеженными кустами. Наверное, забредший из леса зверек.

Но как же он ошибся…

Ерзающий и барахтающийся комок вдруг выругался на чистом всеобщем. Да так витиевато, используя массу незнакомых Салмелдиру эпитетов и названий, что эльф весьма заинтересовался. По правде говоря, его еще привлек сам голос: нежный, звонкий. Казалось, он проникал внутрь мужчины, затрагивая что-то важное. Нет, не в паху, как временами случалось, а выше… Гораздо выше и глубже. Это и смущало, и интриговало одновременно. Что ж, стоило посмотреть на загадочного зимнего зверя. И, недолго думая, Друлаван шагнул в сугроб.

⁂

Приземление вышло мягким, но каким-то холодным. Так и знала, что вахтерам со странными глазами доверять не стоит. Вместо того, чтобы направить меня к сцене, он что-то перепутал, и я, поскользнувшись на ступенях, оказалась прямо на улице, да еще и в снегу по самое не балуйся. Не-е-ет! Надо вставать. Причем, немедленно! А не то я себе все казенные гламурные стринги с содержимым отморожу.

Но не успела подняться на ноги, как ботфорты разъехались, и я снова оказалась в сугробе. Это там, на паркете металлические пластинки, набитые на натуральную тонкую кожу, задорно цокали, здесь же они только мешали принять достойное вертикальное положение, так и норовя окунуть несчастного третьего оленя загримированной мордочкой в снег.

Какие уж я использовала выражения, пока поднималась заново, история умалчивает. Но, когда откинув поникшие локоны с глаз, осмотрелась, пейзаж не узнала. Замок, башня с часами и ни единого здания в шаговой доступности. Одни замерзшие, покрытые снежными шапками, деревья вокруг. Красиво, конечно, если ты одет в валенки, штаны с начесом и шубку, а не в бархатную шкурку почти богемного оленя. Рога, знаете ли, не сильно греют.

Рядом кто-то стоял, закутанный в бутафорский, стилизованный под старину плащ. Судя по росту, мужчина.

- Ты кто? – выпалила я. Как-то неуютно в парке, в темноте и холоде, один на один с незнакомцем. И страшновато тоже. У меня из оружия одни рога из папье-маше. Санта даже на копыта приличные строгие поскупился.

- Я Друлаван Салмелдир, сын Агнаса из дома Амон, - пафосно и как-то слишком величественно произнес мужчина.

Или он сильно в роль вжился, или маньяк, что вероятнее. Тем временем, мороз проник под юбку, а дорогие Сваровски только сильнее холодили и так замерзшую кожу.

- К черту подобности! – выкрикнула я, потому что тихо говорить уже не могла – зуб на зуб не попадал. – Раса какая?

Раса… Ну и ненормальная ты, Бронька! Додумалась тоже. Раса… Роль!

- Эльф… - удивительно, но незнакомец меня понял правильно, хоть и ответил несколько удивленно и заторможено. Что в целом понятно, не каждый день с тобой девицы, вылезшие из сугроба, говорят.

- Тебя-то мне и надо! А где олени? – продолжила допрос с пристрастием. И пусть скажет спасибо, что я про сцену с правой кулисой не спрашиваю.

- Олени? – ну, точно, не догоняет! Вон, повторяет мои же слова. – Олени там, на поляне за ручьем бегают.

И что же мы стоим? Кого ждем? Они там уже бегают, а мы с эльфом тут лясы точим!

- Бежим! – выпучив глаза, заорала я за секунду до того, как в очередной раз искупала злосчастные стринги со всем содержимым в снегу.

Ноги с металлическими пластинками на сапогах безбожно разъезжались, и удержать равновесие было не реально. Наверное, я снова что-то сказала в сердцах, очень уж меня достала вся эта ситуация.

А потом… Потом вдруг сделалось так стыдно и неприятно, кстати, тоже. Хотя, про неприятно я бы поспорила. В общем, одного отдельно взятого оленя выдернули из снега, словно морковку из грядки. Быстро. Бесцеремонно. И абсолютно хладнокровно. Ног и рук я почти не чувствовала.

- Понаберут бестолковых человечек… - проворчал мой, будем пока считать, спаситель и обратился ко мне: - Стоишь?

Я кивнула, потому что действительно стояла. Пока мужчина меня держал. Но стоило ему ослабить хватку, как предательские ноги дрогнули, а абсолютно никуда негодные ботфорты снова начали разъезжаться.

Где-то надо мной хмыкнули, снова меня собрали в кучку и больше не отпускали. Более того, мой неожиданный герой снова решил заговорить. Лучше бы молчал, честное слово!

- Для начала учатся стоять, затем ходить, и уж потом бегать, - равнодушным лекторским тоном сообщили мне. Сноб! Даже захотелось в глаза взглянуть этому черствому бездушному человеку! – Последовательность запомнила или следует повторить?

Зараза какая неприятная, а? Ну ты подумай!

Вот только злилась я совсем не долго, потому что удерживающие меня руки на миг исчезли, и тут же на плечи опустился тяжелый, подбитый каким-то мехом, уютный плащ незнакомца. И сразу так тепло стало. Сверху. А снизу снова сапоги подвели, и спаситель вновь поспешил на помощь. Да-да, он даже приобнял меня.

И странное дело, впервые почувствовала это нечто, что чувствовали мои приятельницы, начиная с пубертатного периода, и никогда не ощущала я. Желание. Влечение. Томление. Пошлые бабочки в животе, наконец. Обычно все прикосновения мужчин и юношей были мне неприятны, а порой даже омерзительны. Если, разумеется, носили сексуальный характер. А тут вот прям совпало… А я ведь уже статьи почитывала о фригидности и позднем либидо, которое у меня отсутствовало в принципе, практически уверовав в свою ненормальность.

И надо же такому случиться, попав в экстремальную ситуацию, оставшись наедине со странным дядькой с замашками преподавателя, я вдруг ощутила это… ну то самое. А может еще аромат плаща способствовал. Нет, пахло не парфюмом, не эфирным маслами, а чем-то свежим, чистым, мужским и настоящим.

- Ты по обмену? – спросили меня, отвлекая от приятных мыслей.

- На замену, - кивнула я.

- Идти сможешь? – и ведь голос у него такой эльфиневый, как у тех ушастых из фэнтезийного фильма. Сладкий, завораживающий, манящий.

Только там мужички пожиже будут, а этот вроде крепкий. Хотя я до сих пор так и не взглянула в лицо хозяина упряжки, в которой должна была бежать. И что-то мне подсказывало, что уже безбожно опоздала.

- Сможешь? – за плащ потянули, вынуждая меня поднять голову.

И тут я увидела его. Ну этого… оленьего поводыря Санты. Ох и классный грим ему наложили! Профессиональный. Дорогой. Наверное, черты лица незнакомца и в жизни были довольно привлекательными, но сейчас в нем завораживало все: и умный высокий лоб, и прямой аристократический нос, и волевой подбородок, и высокие скулы. Но главное, до чего волшебные ему подобрали линзы! Вроде и простые серые глаза, а радужка искрится, словно на ней горят бенгальские огни. Мерцает и переливается в лунном свете. Завораживает!

И вишенка на торте – это накладные уши. Острые кончики так ловко приклеили и замаскировали место соединения с натуральными ушами, что они выглядели как настоящие. Нет, даже лучше настоящих. Вдруг непреодолимо захотелось запустить пальцы в его белоснежный парик и дотронуться до эльфийских ушек. Когда еще доведется?

Поскольку за все сегодняшние неприятности я, несомненно, заслужила одну маленькую вольность, то поднявшись на цыпочки и протянув руку, погладила острые вершинки. И это того стоило!

Не знаю уж, из какого термопроводника изготавливали эти уши, но на ощупь они казались настоящими, хрупкими и теплыми. Мужчина вздрогнул и побледнел, а в невозможных глазах… О, бенгальские огни – детский сад по сравнению с тем фейерверком, что я там увидела.

Жаль салют закончился быстро. Недоэльф зашипел, резко меня оттолкнул и я… Я не удержалась на ногах и в третий раз за вечер выкупала в снегу несчастные стринги, а заодно и все их содержимое. Вот же гадство! А на улице, между прочим, не май месяц! И я еще, может быть, любовь всей жизни встречу! Мне отмораживаться никак нельзя. Хотя бы потому, что я только сегодня вкус к жизни почувствовала.

Мужчина развернулся ко мне спиной и, по всей видимости, собрался уходить. Он , значит, на сцену, а меня можно тут бросить?

Ну и хам! И главное за что? Подумаешь, коснулась его пластиковых заготовок! Не велика ценность. Холодно еще жутко, и настроение почему-то резко портиться стало. Возможно от того, что бесило такое отношение! Все же я не только олень, но еще и женщина! Но больше от того, что чувствовала и знала точно, сама я из этого сугроба нипочем не вылезу. А потом случилось неожиданное.

- Эй, эльф! – да! Это сказала я.

И произнесено было не слишком уж вежливо, но у меня есть как минимум два оправдания. Во-первых, это походило на крик отчаянья. И, во-вторых, я действительно испугалась, что останусь одна посреди парка и замерзну насмерть. Вот уж повеселилась бы Жабко, увидев мой хладный труп в оленьем прикиде. Не дождется, змеища!

Мужчина остановился и застыл скорбным изваянием. Мощная спина напряглась, широкие плечи расправились. И да, он держал длинную театральную паузу. Все по Станиславскому. Уважаю. Тем более, у меня не было ни единого шанса его переиграть. Выбор невелик: либо я – победитель, либо – хладный, в прямом смысле этого слова, труп.

- Мужчина, пожалуйста! – сдалась! На время. – Вы же не оставите замерзшую женщину в трудной ситуации?!

Главное побольше мольбы, покорности и безнадеги в голос. Зря я что ли столько лет училась? И ведь сработало. Не так, как хотелось бы, но все-таки.

Недоэльф резко развернулся, зло зыркнул на меня своими необыкновенными линзами и направился спасать оленя, безбожно коверкая мои же слова:

-Женщину… Где ты ее только здесь увидела? Я вот лишь глупую человечку в сугробе наблюдаю!

Человечку! Что б ты понимал, твое ушастое высокомерие! Можно подумать, сам из гоблинов или орков будет! Явно перечитал, пересмотрел фэнтези. Как же называют любителей вот таких переодеваний? Ролевики? Мой знакомый незнакомец был не просто актером, а явно из их числа.

Меня снова, как морковку из грядки, выдернули из снега, а потом ушастый огородник-недотрога просто сгрузил несчастного оленя на плечо. И знаете, понес, даже не запыхавшись, словно я ничего не весила. И по сугробам он не ходил – летал. И, вообще, было в нем что-то очень странное.

Самое удивительное, я ожидала, что порывы ледяного ветра проберутся под плащ, но ничего подобного не произошло. Вокруг нас словно сгустился воздух, и он нагрелся, стал мягким и уютным, ласкал кожу и даже сушил мокрый бархат платья.

Несмотря на неудобную позу, а висела я лицом вниз и вынужденно рассматривала упругую пятую точку спасителя, с каждым его шагом мне становилось теплее. Чудеса, да и только!

Странная ситуация, странное положение тела и вообще…

Путешествовали мы несколько минут, я успела отогреться и осмелеть. Разумеется, вместе со всеми оттаявшими инстинктами вернулась и осторожность, если, конечно, о ней вообще может идти речь в моей ситуации.

Спаситель остановился и поправил на широком плече свой груз, отчего ноше стало неудобно. В живот даже сквозь слои ткани впилась какая-то металлическая деталь его наряда. И еще рука эта его… Да, он меня придерживал, чтобы снова не свалилась в сугроб. За ноги, но ладонь то спускалась до коленей, то вновь поднималась к бедрам, а то и вообще недопустимо поглаживала ягодицы, начиная свой очередной путь вниз. И ведь не возмутишься, снег еще не кончился, значит, и я пока не обрела способности к прямохождению. А от холода при прямолежании и прямосидении все части оленя катастрофически коченели, несмотря на уютный плащ незнакомца.

Тогда я решилась зайти с другой стороны, провести, так сказать, разведку боем.

- А куда мы идем? – поинтересовалась так, между прочим, насколько было возможно в моем висячем положении.

- Это я иду, а ты пока едешь, - в общем-то, логично пояснили мне.

Слыхала я, что эльфы на оленях разъезжают, но чтобы наоборот... И хоть ездовых эльфов до сегодняшнего дня мне видеть не приходилось, но факт оставался фактом, я использовала мужчину в качестве доступного транспорта. Вернее, он сам по доброй воле использовался. Но, несмотря на всю очевидность его слов, они не давали ответа на мой вопрос. И тогда последовала еще одна попытка.

- К оленям?

Спаситель крякнул и затрясся, отчего металлическая штуковина вновь неприятно врезалась в живот. Ржет он там вверху что ли?

- Мужчина, вы мне прямо ответьте, к оленям? – не унималась я.

- Можно и так сказать, - хохотнул эльф. – Оленей среди них хватает, но пока все разъехались на праздники.

Как разъехались? Как разъехались-то? И главное, куда? А мой дебют? Моя первая настоящая роль? Упряжка по сцене бежать должна, а у них ни Скакуна, ни эльфа! Что-то он недоговаривает, юлит и, вообще, подозрительный. Сердце тревожно застучало, а в висках запульсировало. Даже едва отогревшиеся ладони вспотели от напряжения и беспокойства.

Ну и денек! Вот вернусь домой и прямо с утра поеду к Жабко, чтобы лично плюнуть в ее бесстыжие нахальные зенки! Злость вытесняла страх и помогала хоть как-то думать.

Парк кончился, и под ногами появилась расчищенная от снега дорожка, почему-то выложенная аккуратным, подобранным по размеру, булыжником. Не припомню, чтобы перед театром сохранилась столь раритетная мостовая.

Что происходило впереди, я не видела и ерзать не рискнула. Зачем злить лихо, пока оно тихо? Буду действовать по обстоятельствам. Возможно, ничего ужасного не происходит. В конце концов, меня не бросили, не оставили замерзать, а это уже само по себе о многом говорило. Кроме того, если выбирать между Колей Саратовским и эльфом, я бы остановилась на втором варианте. Несший оленя мужчина, хоть и казался опасным и странным, вел себя пока вполне терпимо.

Скрипнула дверь, и меня бесцеремонно сгрузили, продолжая придерживать.

- Стоишь? – снова поинтересовался спаситель.

- Стою, - не стала отрицать.

В помещении было очень тепло. И, после пережитых приключений, я едва держалась на ногах, но падать не планировала. И так уже опозорилась дальше некуда.

- Эй, кто там! – крикнул эльф. – Позвать сюда немедленно магистра дарк Бозуорта!

Глава 3

А мне вот тоже стало любопытно кто эти «эй» и где это там, поэтому я аккуратно выглянула из-за монументальной скульптуры моего спасителя. И… Лучше бы этого не делала, честное слово!

- Там… эти… там… - вцепившись в мужчину, залепетала я.

Потому что там и вправду были они! Ну, приведения настоящие! Как сгустки тумана, не касающиеся пола. Могу поклясться, что все три странные особи почтительно поклонились моему незнакомцу и всосались в стены. Между прочим, в толстенные, каменные.

Не иначе, разум мой помутился. Но, как оказалось, нет. Все обстояло намного хуже.

- Не нужно представлений, - поморщился тот, кого я принимала за актера, играющего роль эльфа. – Не стоит делать вид, что впервые видишь замковых элементалей.

Замковых кого? Господи, если я отсюда выберусь, то убью Жабко! Одним плевком она не отделается.

- Магистр Салмелдир, вы за мной посылали?

- Да, Шейдер! Забирай свою подопечную и проследи, чтобы человечки не бегали в неглиже по парку.

К нам приближался высокий брюнет, с проседью в густой шевелюре. Не красавец, но эффектный. Костюм тоже бутафорский. Ну, кто в здравом уме вырядится в кожаные штаны? Нет, ну я могла бы предположить, что мужчина рокер или байкер там какой-то, если бы не камзол с изящной серебряной вышивкой и пышное кружевное жабо. И брюки были заправлены в такие сапоги, какие сейчас если и делают, то только под заказ для кино с большим бюджетом. Да, эти парни на спецэффекты не скупятся!

Стоп! Как его обозвал эльф? Магистр? Боже мой! Магистр! Здравствуйте сумасшедшие, запрещенные ритуалы, пентаграммы, жертвы… Жабко, можешь уже начинать исповедоваться, потому что когда я выберусь отсюда, ты не успеешь этого сделать! И придушить тебя мне ни один чокнутый сатанист не помешает!

А потом в карих глазах очередного незнакомца вдруг вспыхнуло пламя. Нет, не отблеск люстр и светильников, а именно огонь, с язычками и древним танцем оранжево-красных лепестков. От шока руки сами разжались, и я стала отступать мелкими шагами, повторяя, как заведенная: