Ворон - Битва за небеса. (Часть - 8)

Владыка Лас Ночес теперь был более свободным и отдохнувшим, чем раньше. После создания Вандервайса, на которого уходили почти все силы, у него появилось даже время на сон, хоть он все так же всегда был загружен какой-то своей работой.

- Это связано с Заэлем? - спросил я, когда вошел в кабинет.

- Нет, - он улыбнулся. - Но если у тебя есть вопросы, то задавай.

- Насколько я понял, изначально вы были коллегами. Равными друг другу и даже обучались вместе. Почему такой расклад поменялся? Только из-за ослабления?

- Нет, - Айзен покачал головой. - Если бы он просто стал слабее, то я бы и дальше продолжил уважать его ум и талант. Все гораздо хуже.

- М?

- После той операции он не просто вырезал из себя кусок чужой, не переваренной души. Нет... - Владыка Лас Ночес искренне печально вздохнул. - Он нанес себе ужасную травму, которая сломала его личность, разум и душу. Тот Заэльаппоро Гранц погиб, а от него остался лишь его бледный огрызок. Даже с помощью своего Хоугиоку я не сумел его спасти, и он стал таким. Как ты сам заметил, в нем присутствуют как невероятные достоинства ученого, так и нелепейшие недостатки. Гениальный ум, новаторские идеи и прогрессивное мышление связано с детской наивностью, больным эгоизмом и неадекватным самомнением. Он может быть как умнейшим и лучшим, так и глупейшим дураком. Он уже не творит нечто новое, теперь все его проекты создаются изначально с дефектом, который он сам же и вводит им. Все, чтобы они ни в коем случае не превзошли его самого. Он не стремится к совершенству, а считает, что уже достиг его, для ученого это - смерть. Он больше никогда не создаст ничего нового и невероятного. Никогда. Это тупик его развития.

Да, я замечал такое.

Я даже поражался порой, как легко играть на эгоизме этого типа. Стоит сказать пару комплиментов его работе и труду, как он был готов простить меня за все. Даже тупейшие аристократы Сейретея не были такими лохами. И при этом же, Гранц - ученый, гений, что никак не вяжется.

- Раньше он был другим? Разве травмы Роки Паламии не были нанесены до разъединения?

- Они всего лишь последствия экспериментов, что проводились на ней. Да, Заэль мог бы их исцелить, если бы задался целью. Да, он не делал этого, опасаясь ее потенциала. Но это простая осторожность. Сама возможность ее восстановления присутствовала, да ты и сам это знаешь. Тем же творениям, что он создает сейчас, ограничения служат основой. Неотъемлемой частью. Возможно, тебе трудно понять разницу, но для меня она очевидна, как день и ночь.

Мы немного помолчали.

- А ты думал запихнуть Иллфорда обратно внутрь Заэля?

- Думал, но это ничего не даст. Даже если он попытается, то лишь сделает хуже, а он попробует... - Айзен покачал головой. - Когда он был един, то пусть его 'ярость' и доставляла некоторые проблемы, но все его личные психологические расстройства были там, отдельно от него самого, а вырвав 'злость', его эмоции больше нечему было сдерживать, поврежденный разум Заэля не смог справиться и превратился в... это.

- Печально.

- Но его убийство все еще запрещено, - обломал меня Айзен. - У него есть место в общей картине. Пока еще есть.

- Ладно. Раз не ради этого, то для чего меня вызвали?

- Помнишь, пару месяцев назад мы обсуждали один план?

- Похоже, - понял я, - время пришло.

- Время пришло...

М-да. Вот время и закончилось.

Ичиго... я надеюсь, ты успел стать сильнее...

Глава 27. Время истекло.

Хрум, хрум, хрум, хрум...

Только звуки жевания раздавались над их столиком - вместо веселого разговора вокруг витала аура нервозности и общего раздражения. Что неудивительно, учитывая, как они 'ладят'.

Ичиго находился в кафешке, ел свой гамбургер, а напротив него со своей обычно невозмутимой рожей сидел Исида и ел картошку фри.

- 'И как до такого дошло?' - спросил сам себя Куросаки.

А началось все с того, что он решил устроить себе выходной, да и отец настаивал, чтобы в тренировках был хоть какой-то перерыв. Вот только провести этот день было тупо не с кем, ну и случайно он встретился тут с Исидой.

Вот сидят вдвоем, пугают окружающих своей общей негативной аурой.

- Ну и где все? - спросил очкарик. - Неужели в городе только мы вдвоем остались?

- Могу позвать Кейго и Мизуширо, - фыркнул Ичиго.

- Нет, спасибо, - поправил квинси очки. - Я бы не хотел такого шума вокруг.

После этих слов опять образовалась тишина. Оба молча ели, и тут им реально не хватало третьего, кто бы разряжал обстановку, а то так все здание скоро плесенью покроется от их негатива.

- Ну, так где остальные?

- Такеру-сенсей и Чад ушли 'тренироваться в горы', - сказал Ичиго. - Их уже три месяца нет, так что мне порой кажется, что они в кругосветное путешествие отправились. Иноуэ и Рукия ушли тренироваться в Общество Душ.

- Иноуэ-сан? - приподнял бровь Исида. - Она тоже будет сражаться?

- Ты сейчас тоже будешь говорить о запрете ей тренироваться?

- А что, было?

- Да, когда она передала мне сведения о планах этого Айзена, она была сильно расстроена тем, что ей запретили принимать участие в будущей битве.

Он помнит, как девушка огорчилась. Она ведь тоже хотела вновь сражаться, вместе со всеми. Иноуэ считала, что не сделала ничего полезного, хотя это далеко не так. Все же им стоило выражать ей больше признательности за то, что она ночами не спала и спасала их жизни. Сейчас Ичиго понимает, что, может, был с ней несколько груб, но тогда он был так зациклен на Рукии, что не замечал, как его другу плохо.

Но все равно ему было непонятно, зачем так жестко задвигать ее подальше. Да, как боец, она не очень, зато может исцелять, а если Такеру-сенсей не ошибался - а он редко ошибается - то, развив свои способности, она вообще могла стать дико опасной. Да хотя бы барьерами может помогать!

Можно кучу всего придумать, но Урахара-сан жестко запретил.

Странно это.

Очень странно.

Ну, сейчас Иноуэ и Рукия в Обществе Душ, так что, может, и изменится все.

Такеру-сенсей точно бы оценил такое.

- А ты сам тренировки закончил? - спросил Исида.

- Ну, Вайзарды помогли мне научиться контролировать пустоту, основы. И все, - ответил Куросаки.

- М? - удивился очкарик.

- У меня получается призвать Пустоту лишь на несколько секунд, - вздохнул рыжий. - Неделя тренировок - и никакого прогресса. Ни у кого из Вайзардов таких проблем не было. И раз после нескольких секунд 'пустого режима' приходится отдыхать, об освоении каких-либо техник на основе Пустоты и речи не идет. Потому я решил завершить обучение. Все равно ведь не смогу за короткий срок освоить все, а потому лучше сосредоточиться на том, что лучше всего получается. С отцом оттачиваю силу синигами, а к Вайзардам заглядываю только мечами помахать, чтобы не терять сноровку.

- Но разве пустота не дает тебе преимущества?

- Дает, - согласился Ичиго. - Надевая маску, я получаю просто огромный прирост силы и скорости. В таком состоянии даже тот тип, - он вспомнил голубоволосого арранкара, - был бы мне не противник. Но беда в том, что удерживать маску я могу всего несколько секунд, а после того как она ломается, я резко слабею и некоторое время почти не могу сражаться. Эта сила огромна, но очень непредсказуема. Те ребята могут удерживать маску часами, причем могли так едва ли не с самого начала... Возможно, все дело в том, что Пустые - наше отражение. Я владею своими силами меньше года, в то время, как Вайзарды - десятилетия, минимум. Если так, мне ловить вообще нечего.

- И что, теперь не будешь больше использовать пустоту?

- Буду. Куда я денусь, - пожал он плечами. - Я даже уже придумал, как использовать эти несколько секунд усиления, но это очень рисковано. Козырь - на крайний случай.

- Понятно, - кивнул квинси и вернулся к своей картошке.

- А ты, я смотрю, и сам свои силы вернул, - усмехнулся Куросаки.

- Похоже, ты стал чуть лучше чувствовать реацу, - фыркнул очкарик, блинкнув очками. - Да, я недавно вернул свои силы, но мне еще нужно несколько дней на привыкание, потому пока сражаться я не могу. Через неделю все пройдет, но пока, - он поморщился, - придется подождать.

- Тоже готовишься к предстоящей битве?

- Битва синигами, - презрительно фыркнул он в своей обычной манере нелюбви к Проводникам душ.

- Не говори ерунды. Эта битва не синигами, а для всех. Если тебе все рассказали, то ты и сам должен понимать, что этот Айзен нацелился уничтожить город, потому стоять в стороне будет глупо и безответственно. Даже мой отец готовится и будет отстаивать город.

- Повезло тебе. Мой же лишь посмеется и уедет. Его презрение к окружающим людям так сильно, что вряд ли он даже почешется, чтобы спасти хоть кого-то.

Ичиго ничего на это не сказал.

Похоже, у него в семье не все в порядке.

Но Исиду он знает. Тот все равно будет сражаться, несмотря ни на что.

- Ладно, по...

Он резко замолчал, когда на плечи упало мощное духовное давление!

Ичиго и Исида резко подскочили.

- Они... вернулись...

***

- Так, хватит болтать! - раздраженно повысил голос Хицугая.

Он пытался медитировать, сидя в парке, а вместо этого ему приходится слушать спор между Мацумото и Аясегавой Юмичикой. - 'Как вообще я дожил до такого?'

А ситуация вышла так.

Поскольку уже несколько месяцев в Каракуре тишина и спокойствие, сидеть тут безвылазно было тяжко. Да, он, как капитан, периодически возвращался в Сейретей, чтобы проконтролировать работу его отряда, но приказа блюсти здесь пост никто не отменял, вот он и ждал. Только не очень понимал, зачем тут столько народа, если в городе всегда Урахара и Йоруичи, а к ним часто бегает и Сой Фон. Но - нет, сюда кучу людей отправили вместо того, чтобы разгребать проблемы в Готее. Вместе с ним прибежала Мацумото, лишь бы не работать. От 11-го тут Мадараме и Юмичика, а от 6-го - лейтенант Абарай.

- Эй, Юмичика, а куда Иккаку делся? - спросила Мацумото, проигнорировав раздражение своего капитана.

- После того как тот старик вытер его рожей асфальт, он реально задумался над собой и вернулся в Готей. Сам не признается, но точно попросил нашего капитана потренировать его в использовании банкая.

- Слышала, ты его отчитал, - хмыкнула она. - Редкий проблеск благоразумия для одиннадцатого-то отряда!

- Пф, - фыркнул он. - А Ренджи где?

- Отрабатывает жилье у Урахары, - усмехнулась она. - Ему жить негде, вот и работает в магазине. Хотя мог бы тупо напроситься к кому-нибудь, как мы.

- Хи-хи-хи-хи!

Они вообще забыли о том, что старший по званию рядом, и вновь стали болтать в полный голос.

- 'Черт меня дернул решиться на эти тренировки'.

Ну скучно было, драться с низшими пустыми не интересно, а еще эта чертова младшая сестра Куросаки пристала! Потому он и отправился помедитировать в парк и взял этих двоих с собой.

Резкое духовное давление обрушилось на их плечи!

В небе образовалась расщелина, из которой повалил замогильный холод Хуэко Мундо. Вскоре из тьмы вышло четверо арранкар. Все, как и в прошлый раз, в белом, все очень необычные, но Хицугая тут же напрягся, ибо по уровню силы они на голову превосходили тех, с кем ему уже приходилось драться. Тот Шаолонг и рядом с этими четырьмя не стоял, а потому бой точно будет не из простых.

Мацумото уже получила разрешение на снятие ограничений, а потому они готовы к бою, но тут численный перевес на стороне врага.

- 'Ничего, их появление незаметным не назовешь, а потому подмога скоро придет'.

Пусть Тоширо и был уверен в победе, но одно пришествие Куроки в прошлый раз показало, что недооценивать таких врагов нельзя. Так что лучше перестраховаться.

Тут же была весьма пестрая компания.

Двое - явно те, о ком говорилось в докладе.

Очень крупный и сильный тип с маской на подбородке. Он был первым арранкаром, пришедшим в Мир Живых, и его крепость отметила сама Йоруичи. Вторым был голубоволосый тип с маской-челюстью на правой стороне лица. Это его люди тогда напали на них, Шаолонг был его подчиненным.

Предыдущая глава

28

Следующая глава