Эксперимент

– Ну почему же? логика в твоих словах есть, остается только вовремя представлять себе эту комнату, давайте будем условно называть ее сейфом, либо контролировать мысли – подхватил его размышления Каримыч.

– Прекрасная мысль, Ринат – обрадовалась Марь Ванна и остальные с ней согласились.

– Пожалуй, у меня уже есть этот сейф – сказал Яков.

– У меня тоже – вспомнил Каримыч свою подсобку.

Женщины переглянулись, а Заур задумался.

–Что-то не так?– глядя на них спросил Яков.

-Да…- протянула Алиса, – у меня красивый морской берег, но это мало похоже на сейф.

– Маша, у тебя тоже нет сейфа, аллеи парка не в счет – посмотрел на Марь Ванну Каримыч.

– У меня тоже нет – вздохнул Заур – тем более, что там уже был Винс…

При упоминании имени Винса легкий, необременительный тон разговора сразу переменился. Озабоченное выражение легло на их лица, ни для кого не было секретом, кто стоит за фигурой Винса. И вполне понятным было желание защитить от него хотя бы свой внутренний мир, если уж физическое тело они защитить были не в состоянии.

– Интересно, он сейчас тут? как вы думаете?- вдруг спросила Марь Ванна.

– Я его сюда не приглашал – заметил Яков

Заур усмехнулся:

– Ну да, а прийти незримо, без приглашения, ему мешает инопланетный кодекс чести.

Алиса вдруг резко взяла на руки Дану и посмотрела ей в глаза:

– Винс слышит нас, Дана?

Все почувствовали, то собака согласилась.

– Через тебя?

И опять пришло согласие.

Все переглянулись. Наступила пауза.

– Я не вижу никакой проблемы, будем делать, так как запланировали, только без Даны, если она для них передатчик – подумал Яков.

Все согласились.

– Пойду создавать сейф - сказал Заур и исчез из гостиной.

– Девочки, вам тоже не мешало бы – Каримыч посмотрел на дам. И они ушли одна за другой.

Дана продолжала сидеть на ковре у камина, внимательно поглядывая на оставшихся мужчин.

– Нам предстоит разговор с Винсом – задумался Каримыч, присаживаясь в удобное освободившееся кресло.

Яков, сидевший в кресле напротив, приложил палец к губам и посмотрел на Дану. Каримыч кивнул и продолжил, как ни в чем не бывало:

– Винс готовит нас для какой-то работы, тебе не кажется?

– Согласен, не думаю, что все ограничится исследованием наших возможностей, даже если допустить, что мы последовательно, пункт за пунктом, будем подтверждать их гипотезы относительно нашего потенциала и выйдем на требуемый уровень, а что дальше? Они свернут программу и убьют нас как котят? Не думаю, не оправдано ни с точки зрения логики, ни с точки зрения средств, вложенных в этот проект.

– Мой отец в таких случаях говорил: поживем – увидим. Яша, я думаю, что это выяснится в ближайшее время.

Они вдвоем еще посидели некоторое время. Потом Каримыч, взял Дану под мышку:

– Схожу, гляну, что там у Маши получилось – и исчез.

А Яков, остался обустраивать свое уютное гнездышко, добавляя все новые детали к интерьеру и искренне сожаления, что рядом нет Макса, хотя бы телепатически. Он был способен только, вспоминая лицо любимого, повесить на стену его портрет. Довольный хотя бы таким результатом, он запер квартиру и вернулся в реальность.

Глава 12

Между тем, Зауру нравился тот пятачок в скалах, который он создал в начале, и он решил, не придумывая что-то новое, добавить сюда пещеру, огороженную с трех сторон скалами. Это было небольшое сводчатое помещение с узким входом, который в любой момент можно было завалить камнями, по сути, неприступное место, где спокойно можно было размышлять о чем угодно. Он добавил туда широкое место для костра в центре, и вокруг него поместил некое подобие широких скамеек, расходящихся от центра кругами. Заур еще раз оглядел свое творение, и удовлетворенный, вернулся в реальность.

Марь Ванна, опять сидела на скамеечке в интернатском парке, под одной из огромных лип. Вокруг распространялся замечательный запах цветения, не хотелось покидать это место, но сейф нужно было делать, хотя бы для собственной безопасности. Она оглянулась на, стоящее позади здание интерната, и заметила, что от него осталось только левое крыло хоз. блока с ее кабинетом. Через минуту она уже закрывала за собой массивную металлическую дверь, оглядывая свой кабинет. Детали интерьера создавались одновременно с ее взглядом, падающим на стены, пол, окно, находящееся напротив двери. Марь Ванна подумала немного и окно исчезло. «Так будет надежнее»– решила она. Она закрыла глаза, сосредоточившись и еще раз вспоминая внутреннее убранство, оставшейся на Земле комнаты. Открыла глаза, еще раз огляделась, и осталась довольна. Столик, холодильник, кушетка, трехрожковая люстра под потолком и компактный светильник на столе, даже большой настенный календарь с изображениями моделей в стиле ню – все удалось вспомнить и воссоздать. Марь Ванна, стояла посреди нового мира, смотрела на все это, ее переполняли противоречивые чувства: с одной стороны, она познавала себя по новому, открывала в себе то, что дремало в ней большую часть ее жизни, но что не утаилось от вездесущего инопланетного разума. С другой стороны, теперь на нее ложилась задача защитить свой мир от непрошенных гостей, она могла только предполагать их могущество и возможности, но в тоже время и в себе самой она чувствовала немалые резервы, и, телепатия, или создание миров, были лишь ничтожной частью этого потенциала. Она вышла из кабинета и собралась уже исследовать хоз. блок, как вдруг увидела Каримыча, идущего по коридору ей навстречу. Впереди бежала Дана.

– Я смотрю, ты урезала большую часть здания, ну и правильно… Ну как, обустроилась? как сейф?

– Все отлично, сама от себя не ожидала….– улыбнулась ему Марь Ванна

– Глянуть можно?

– Давай в следующий раз, без Даны.

– Понял тебя…. Не могу не сказать тебе это, но в своем мире ты становишься все более великолепной…

– Хм, спасибо.

Заур шел вдоль каменистого берега, залитого лучами огромного, занимающего большую часть горизонта, заходящего солнца, отчего, огромные черные валуны отражались необычайным оранжевым светом. Справа от него, беспокойные бирюзовые воды, разбивались о камни большими пенными волнами. Он осмотрелся и увидел Алису, она сидела на одном из валунов и смотрела на море.

-Самый красивый мир – твой! – закричал он, перекрывая шум волн.

Она повернула голову и помахала ему рукой, приглашая присесть рядом. Заур примостился справа на широком плоском камне, откровенно любуясь морем и закатным солнцем. Иногда до них долетали брызги от прибойной волны. Он повернул голову и долго, не отрываясь, смотрел на Алису, она была особенно хороша в свете заходящего солнца. А еще он заметил, что на ней новая одежда, не та, в чем они постоянно ходили на корабле. Какая-то расшитая белая туника и терракотовые брюки.

– Твоя любимая одежда в той жизни?

– Была в этом, когда в последний раз видела Арину на детской игровой площадке…..

– Я тоже, давно уже не носил гражданскую одежду – подумал Заур, поправляя воротник синей рубашки и разглядывая свои ноги, облаченные в джинсы.

– Что нам мешает быть теми, кем бы мы хотели быть? хотя бы тут …. – Алиса посмотрела на Заура и улыбнулась – Гражданское тебе подходит …..

Не удержавшись, Заур наклонился и поцеловал ее в плечо, сквозь ткань, и, когда она повернула голову, он со всей нежностью, на которую был способен, робко поцеловал ее в полу раскрывшиеся губы. Она ответила на его поцелуй, и тогда он позволил своей тайной, удерживаемой в глубине его неистовой натуры страсти, вырваться наружу. Он давно представлял себе этот момент, когда сможет показать ей всю силу своей зарождающейся любви. И сейчас, обладая этой, доверившейся ему хрупкой, молодой женщиной, он вдруг осознал, насколько она дорога ему. Он поклялся себе защищать ее от всех опасностей, которые в немалом количестве могли грозить им на каждом шагу, защищать пусть даже ценой своей жизни. Ну а Алиса, пережившая за последнее время, больше чем кто-либо из их команды, и так и не смирившаяся с потерей дочери, решила не препятствовать тому, что могло произойти между ней и Зауром. Она была молода и довольно красива. И, как женщина, она не могла не заметить той мужской заинтересованности, которую с первого дня вызывала в нем. Но если в начале, она видела в его глазах только вожделение, соскучившегося по женской ласке мужчины, то чем дальше, тем чаще он смотрел на нее взглядом влюбленного юноши. А этот взгляд интуитивно чувствует каждая женщина. Что скрывать? Заур тоже нравился ей, и если не внешне, то своей внутренней силой и несгибаемостью, ее привлекало в нем неистовое бунтарство, он был «плохим мальчиком» и даже не пытался скрыть это.Немного погодя, когда они обессиленные лежали рядом, она посмотрела в его по – детски счастливые карие глаза и прошептала:

– Спасибо…

– За что?– удивился он.

– За твою любовь....

Он снова нежно припал к ее губам:

-Тебе помочь с сейфом?

– Нет, я сама

– Я люблю тебя…

– Я знаю….

*******************************

«Все члены Группы GURE55558914, в том числе и Мария, продемонстрировали умение быстро и слажено переходить на другой энергетический уровень. Они обучаются с поразительной быстротой, устраивают конференции в создаваемых ими уровнях. В данный момент создают глубинные подуровни для приватного общения, или просто хранения личной информации. Практически все подготовлены для получения заданий. Предлагаю начать вводить их в курс дела относительно дальнейших мероприятий» не без гордости докладывал младший сотрудник Жас Хе.

В эфире возникла пауза, Кхан ГвЭ не спешил с ответом, обдумывая кое-какие комбинации, Жас Хе ждал сигнала.

Наконец Кхан ГвЭ ответил:

«Подчиняясь последнему указанию командира Дэиро Шо, мы перешли к формированию элитной команды для выполнения особых заданий, требующих максимальной отдачи от индивида. Сами понимаете, что туда набираются лучшие из лучших. Кого из своих вы можете нам посоветовать?»

Теперь пришла очередь задуматься Жас Хе. И после небольшой паузы, он ответил:

«Вопрос поставил меня в тупик, по причине того, что все члены моей группы демонстрируют высокие показатели, как в обучении, так и в вариативном поведении в той или иной ситуации. Нужно было видеть, как они, синхронизировав свои усилия, буквально вытолкнули Марию на новый энергетический уровень. Что в свою очередь, разбудило в ней небывалый потенциал, причем, она интуитивно уже ощущает его в себе. Простите, но я вижу их будущую работу только в таком составе. Только так они будут выдавать свой максимум. Разрывать сформировавшиеся психоэмоциональные контакты я бы не советовал, это сразу понизит качество их будущей работы».

«Хорошо, я не буду вас расформировывать, мы только потратим время на создание новых эмоциональных контактов. Но в таком случае, вашу команду мы рассматриваем как базовую, и тогда к ней будут подселяться новые члены, те, которые вышли приблизительно на такой же уровень, если не выше. В любом случае на выполнение первого задания, нам нужно восемь лучших. В остальных группах тоже неплохая статистика, но они готовятся для других проектов и в других точках. В ближайшее время я пришлю задание» Кхан ГвЭ вдруг резко отключился, и Жас Хе счел это концом связи.

**************************************

После создания сейфов, жизнь обитателей звездолета резко поменялась. Наконец затих эфир в их уставших от бесконечной какофонии мыслей головах. Наступила тишина, как в старые времена, когда они еще были обыкновенными людьми и не подозревали о том, какой силой и могуществом обладает их мозг. Но теперь это были уже другие люди, люди, обладающие знанием, люди, открывшие в себе потенциал и пока только догадывающиеся о его пределах. Странное дело, но события последнего времени, кардинально изменили их личность, характер, отношения друг с другом. Больше не было, тихого, глухого раздражения, боязни, антипатии, желания доказать что-либо, или просто доминировать, все то, что они испытывали друг к другу в начале своего знакомства.

Ринат Каримыч из ворчливого, ностальгирующего по так и не наступившему, светлому коммунистическому будущему, старичка-пенсионера, превратился в умного, зрелого мужчину, рассматривающего опыт прожитых лет не как право поучать более молодых, а как уникальный багаж знаний, который приходит к человеку с годами, и от этого становится только более ценным качеством. Одним словом, он помудрел, и это отразилось на его отношениях с остальными, и в первую очередь, с Марь Ванной. Она почувствовала эту перемену, и все чаще стала видеть в нем мужчину, с которым, ей как женщине, приятно было поговорить, спросить совета, и просто находиться рядом. Она первая, кто увидел, его зарождающуюся внутреннюю силу и уверенность, то ,чего ему никогда не хватало в той, земной его жизни. А еще Марь Ванне импонировала его мужская опека и заинтересованность, и это больше нельзя было назвать слюнявыми, старческими шашнями, без желания и возможности плотского продолжения. Она нравилась ему со всеми своими недостатками, куда подсознательно причисляла свой возраст и излишнюю полноту, какие-то скрытые заморочки, страх быть смешной, некрасивой, по- женски глупой. Все это априори разрешалось ей, потому, что он принимал и любил ее такой, без намека на желание что-то переделать или поправить. Конечно, чувство, которое Ринат к ней испытывал не имело ничего общего с пылкой юношеской страстью молодых, но это была спокойная, осознанная, но от этого не менее глубокая и сильная сердечная привязанность.

Что касается самой Марь Ванны, то ее изменения коснулись, пожалуй, даже в большей степени, нежели Каримыча. Как только ей открылась та часть ее внутренней вселенной, о существовании которой она даже не подозревала, и она впервые осознала свои возможности, у нее кардинально поменялся взгляд буквально на все, и прежде всего на саму себя. У нее появилась возможность оценить себя со стороны. Понять, что мешало ей, что вызывало, ставшее привычным и незаметным, чувство недовольства собой и неудовлетворенности, как жизнью в целом, так и отдельными, но значимыми для нее ситуациями. В частности: неудачный брак; тяжелые жилищные условия, которые никто, кроме нее, не жаждал как-либо поправить; какие-то прохладные, формальные отношения со взрослым сыном, живущим давно уже своей жизнью и в другом городе. Все это в совокупности заставляло ее как улитку, только глубже замыкаться в своем маленьком мирке, ограничивающимся работой, отношениями с сотрудниками и мед. персоналом и конечно же с пациентами, к которым, на первый взгляд, она не имела никакого отношения. Среди них были люди, подобные Борису Павловичу. Они привлекали ее своей неординарностью, нетривиальными взглядами на жизнь, она видела в них глубокие, интересные личности и интуитивно тянулась к общению с ними. Ох, как хотела бы она сейчас оказаться рядом с Борисом Палычем, пригласить его в свой мир, показать хоть малую часть своих возможностей. Она, наконец, поняла, что она сильная, уверенная в себе, не глупая, не хабалка, а благородная, и достойная быть счастливой и любимой, и не важно, сколько ей лет, и сколько еще осталось впереди.

С Зауром все было проще, он, выросший и воспитанный в среде, где от скорости и правильности принятых решений порой зависело не только благополучие, но и сама жизнь, после пробуждения быстро оценил обстановку. Однако, поначалу она показалась ему забавным приключением, но уже потом, осознав весь трагизм их положения, он пересмотрел свои взгляды и коренным образом изменил свое отношение к тому, что с ними произошло, а также к людям, оказавшимся с ним в одной ситуации. Он больше не пытался демонстрировать пренебрежение к Якову, или агрессию к Каримычу, или потребительское отношение к Марь Ванне, и уж тем более к Алисе. Он искренне и глубоко сочувствовал всем им, и, разумеется, получал такое же отношение в ответ. Немаловажную роль сыграли события последнего времени, когда Алиса согласилась принять его любовь. Это изменило Заура еще больше, за 41 год своей в общем-то недолгой жизни, он ни разу не был по-настоящему увлечен женщиной, и смотрел на них только с потребительской точки зрения. Сейчас сложно сказать, что спровоцировало его проснувшееся вдруг умение любить и отдаваться этой любви целиком, то ли стресс, в котором, в той или иной степени все они находились, то ли замкнутое пространство корабля, которое в свою очередь тоже было частью этого стресса. А может, это было просто желание защитить и уберечь молодую женщину, на долю которой выпали страшные испытания. Так ли иначе, сейчас Заур разительно отличался от того матерого уголовника, которого разбудили в камере гибернации пару месяцев тому назад.

Ну а Алиса, пережившая личную трагедию, поняла, наконец, что жизнь для нее все еще продолжается, более того, она еще способна будить высокие, благородные чувства даже в самых закоренелых циниках. Конечно, это льстило ей, и в совокупности с неожиданно открывшимися возможностями только подхлестнуло желание жить дальше.

Яков, москвич в третьем поколении, умница, окончивший с красным дипломом МГТУ им. Баумана по специальности инженерный бизнес и менеджмент. Продолжил образование в Стэнфорде, где успешно получил диплом МВА. Не лишенный снобизма, и здоровой доли тщеславия, достигший определенных высот в карьере, исключительно благодаря природному уму, дипломатии, а также глубоким познаниям в области профильной науки, он воспринял произошедшее в ним как трагедию, ему было что терять в той, сытой, московской жизни, тем более, что впереди теперь маячила полная неизвестность. Но, неожиданно открывшийся телепатический талант, наложил отпечаток на его личность, так же как на всех остальных. Чувства, которые он теперь испытывал, были сродни ощущениям жильца, много лет проживающего в квартире, и неожиданно обнаружившего за неприметной дверкой в своем чулане тоннель, ведущий в пустующие роскошные апартаменты, ожидавшие своего хозяина. И теперь Яков, находил удовольствие в том, чтобы свить в этом новом доме такое же уютное и одновременно неприступное гнездышко, владельцем которого в реальности он был еще совсем недавно.

Буквально за несколько дней, земляне научились мгновенно переноситься на другие энергетические уровни, ходили и приглашали друг друга в гости в своих мирах. Либо, оставаясь в реальности, освоили возможность общения по приватным каналам связи, оставаясь закрытыми для посторонних. Между тем, они с удивлением осознавали тот факт, что практически перестали общаться в голос, им было гораздо удобнее мгновенно передавать друг другу информацию посредством телепатии. Да, это было быстрее и практичнее, но что-то фундаментально важное уходило из их жизни, и им оставалось только наблюдать за этим. А самым важным оказался факт, удивительным образом не замеченный вездесущими датчиками и сверхчувствительными сонарами бетельгейзианцев: общение в реале по закрытым каналам практически не вызывало сколь-нибудь значимых изменений в импульсах мозга и поэтому не регистрировалось. Таким образом, эти каналы были закрытыми не только от нежелательных слушателей землян, но и от непрерывно наблюдающих за ними инопланетян.

**********************************

Жас Хе, считавший предметом гордости тот факт, что все до единого его воспитанники составили костяк по сути элитного подразделения, воодушевленно докладывал об успехах, достигнутых Группой GURE55558914. Кхан ГвЭ слушал его несколько претенциозно, но в его скупых ответах все же проскальзывала доля благосклонности. А виной всему были их непростые отношения. Жас Хе давно засиделся в кресле младшего научного сотрудника с минимумом привилегий в виде одной газовой планеты в системе, которая в земных астрономических каталогах имела обозначение Эта Волка. Она включала в себя двенадцать планет, из коих восемь были газовыми гигантами, с оптимальными условиями проживания и самовоспроизведения. Жас Хе досталась наиболее отдаленная от бело-голубого супер гиганта газовая планета REW 5688999632, размером с Уран, обладающая весьма скромными характеристиками. Жас Хе вот уже пять сотен земных лет, как не мог позволить себе самовоспроизведение, из-за слишком суровых условий на этой планете. Этот факт больно бил по его самолюбию и не прибавлял уважения со стороны коллег из других подразделений. Каждый, уважающий себя бетельгейзианец, должен был раз в 100 земных лет самовоспроизводиться ,создавая от двух до пяти своих маленьких, наделенных несколько иными генетическими модификациями копий, и обеспечивать им комфортные условия развития и взросления. Возможность подняться хотя бы до уровня научного сотрудника уже весомо меняла перспективы его дальнейшего существования. И поэтому, он вцепился в сложившуюся в его пользу ситуацию всеми 150 своими щупальцами и, блаженно закатив центральный окуляр грезил о повышении, ловя хотя бы намек на похвальбу в ответах Кхан ГвЭ. Тот же, напротив, не усматривал в успехах Группы GURE55558914 какую-либо заслугу Жас Хе, а считал, что ему просто повезло с конкретными индивидами, отобранными из конкретной области Земли . И даже тот факт, что Жас Хе пришлось лично предстать перед Марь Ванной, чтобы красочно описать ожидающие ее перспективы в случае неудачи, не изменил мнения Кхан ГвЭ.

Так ли иначе, все члены команды были подготовлены, и Жас Хе с нетерпением ждал задания от начальства, уверенный в том, что земляне, его земляне, блестяще выполнят любое задание, и тогда уж Кхан ГвЭ не отвертеться от приказа о его, Жас Хе, повышении.

**************************************

Глава 13

Как-то утром, через несколько дней после описываемых событий, в столовой всех ждал сюрприз. Винс, которого они уже давно не видели воочию, а только общались телепатически, привел новых членов команды. Он не стал их представлять, справедливо решив, что земляне и без него разберутся. Он сухо, по- деловому сказал, что у них несколько дней на то, чтобы познакомиться поближе. Потом они будут доставлены в точку локации по месту выполнения задания. Видимо, миссия по перераспределению тех или иных участников команд возлагалась исключительно на него, поэтому он явно спешил, и без лишних слов быстро удалился.

В столовой наступила тишина, старожилы и вновь прибывшие присматривались друг к другу, всем было интересно видеть новые лица. Они пытались наладить телепатический контакт, понимая, что в эту группу их объединили согласно уровню их подготовки. Новичков было трое, все они были очень разными и тем самым вызывали еще больший интерес.

Мальчик, лет 10, тонкий, щуплый, большие синие глаза, полные страха и недоверия, трогательный ежик пепельных волос, все еще по- детски округлое белое личико и бледные губы. Он стоял чуть в стороне, опустив глаза в пол, лишь изредка поднимая их на пришедших на завтрак людей.

Вторым был мужчина средних лет. Темные глаза его выражали интерес к происходящему, он был открыт для общения и, судя по всему, давно принял решение рассматривать факт нахождения на этом корабле, как уникальный шанс, или необычайное приключение, а не как трагедию, собственно, свою позицию он и не скрывал и быстро дал понять это окружающим.

Ну а третий персонаж был не похож ни на кого, внешность его была, безусловно, экзотической, даже если постараться отбросить ситуацию с похищением и место их пребывания на корабле. Это был, сухой, весивший как ребенок, скрюченный старичок, на вид ему смело можно было давать лет 100. Темно-коричневое, покрытое сетью глубоких морщин лицо его украшали многочисленные татуировки и шрамы. Хрящ широкого носа был проколот, и из него в обе стороны торчали острые желтоватые предметы в виде игл. Он не был одет, как все они, а оставался, вероятно, в том же виде, в каком был выкраден с Земли, т.е. абсолютно голым, исключая некое подобие сложно завязанного вокруг бедер грубого тканого полотна. Худую, безволосую, костлявую грудь украшало массивное ожерелье из черной кожи и камней в металлической оправе. Некогда бритая голова его была теперь покрыта пушком седоватых волос, отросших за время нахождения на корабле. Судя по замутненным глазам, больше напоминающим бельма, глядящим куда-то сквозь переборки корабля и почти не мигающим, этот человек был много лет слеп. В довершение ко всему, он сидел в кресле, сложной конструкции, отдаленно напоминающем инвалидную коляску. Странно, но при этом, во всем его облике чувствовалась такая стать и величие, что его инвалидное кресло больше напоминало трон, а он сам – древнего туземного короля. Его тонкие, как плети, почти черные руки, покоились на широких подлокотниках. В них явно не хватало каких-нибудь символов власти, вроде скипетра или державы. В правой руке были четки, которые он непрестанно перебирал, в то время, как его сухие, черные губы двигались, беззвучно шепча что-то. Остается только догадываться, что пришлось пережить бедняге, когда он проснулся на этом корабле и оценил чудовищную разницу между родными джунглями, и обстановкой звездолета. А самое странное, какую ценность для похитителей представлял этот дряхлый, доживающий последние годы слепой человек?

Мужчина быстро вышел на контакт, его звали Горан Вукович, он был из древнего города Самобор, что неподалеку от Загреба. Ему было 38 лет, профессиональный спасатель, занимался альпинизмом и скалолазанием. Среднего роста, поджарый, с веселым огоньком в глазах, казалось, что ситуация его больше забавляет, чем удручает, быстро заразил оптимизмом старожил. В общем, произвел самое приятное впечатление. Про своих спутников ничего не знал, так, как еще сегодня утром вообще не подозревал о их существовании.

Мальчик с испуганными глазами долго не хотел общаться, резко обрывал любые попытки выстроить с ним канал связи, был замкнут и недружелюбен, несмотря на старания женщин хоть как-то наладить с ним контакт. Его быстро оставили в покое, ожидая, что ребенок привыкнет и сам начнет общение. Он взял себе что-то поесть и сидел в отдалении, не участвуя в их конференции.

Ну а «древнее туземное божество» так и сидело в кресле, где его оставил Винс. Если бы не шепчущие губы и узловатая рука с четками, его легко можно было бы принять за мумию. Все поглядывали на него с нескрываемым интересом, но смельчака наладить контакт пока не было, а сам старик не проявлял к ним никакого интереса.

Сегодня был особенный день, впервые у них были гости, и поэтому, Яков сдвинул несколько столов, и вся компания вместе с Гораном дружно уселась завтракать. Он с удовольствием рассказывал о себе, о своей жизни на Земле, потом о сложном периоде привыкания, о своей первой команде. По его словам выходило, что их всех, включая старожил, похитили с Земли приблизительно в один 2018 год, в течение одного месяца.

– Интересно получается, надо бы выяснить у Винса, из каких еще стран они брали людей? Неужели со всей Земли?– задумался Заур.

И все опять посмотрели на старика-туземца.

– У меня три варианта: это джунгли Африки, Индонезии, или Латинской Америки… ну или я ошибаюсь – прикинул Яков.

– Я думаю, что один из трех вариантов… или какие-нибудь острова на краю земли – предложил Каримыч

– Вот бы спросить у него, вряд ли он два месяца молчал в своей первой команде – резонно решила Марь Ванна

А так, как эфир со стороны старика и мальчика продолжал молчать, они опять продолжили рассказывать о себе. Горана интересовали все они как группа, и каждый в отдельности, и он с удовольствием слушал их, периодически задавая уточняющие вопросы. В самый разгар их оживленной телепатической беседы коляска с древним туземцем бесшумно тронулась с места и тихо подкатила к их столу. Все повернули голову и замерли. Эфир по – прежнему молчал, старик смотрел невидящим взором куда – то вверх и вправо. Наступила пауза.

– Кушать хочет – предположила Алиса.

Словно в ответ на ее замечание, все уловили визуальный сигнал в виде панели с едой, на которой три клавиши мерцали разными цветами. Это было что-то новенькое, картинку друг другу они передавали, находясь в телепатических мирах, а в обычных каналах связи обменивались только словами.