Палач мимоходом

– Извини, Вероника, я должен тебя спросить: в подвал к тебе спускались оба брата?

Она застыла под простыней и понуро кивнула.

Каюсь, я почувствовал, что на моей душе стало несколько легче: всё-таки брат Самуила тоже заслуживал кары. Если бы это было не так, то я бы счёл его смерть своим упущением и ещё одним грехом, вдобавок ко многим прочим. Вздохнул, увы, все мы – эгоисты в той или степени. И я – не исключение. В первую очередь думал о себе, а не о девочке: два насильника всегда хуже одного. Бедная девочка, что она пережила тут!

Но не время раскисать, дело ещё не завершено.

Спросил Веронику, знает ли она телефон матери. Та закивала: да-да, знаю.

– Это хорошо. Но ты, Вероника, знаешь, что существует полиция и она должна провести расследование, найти виновных и наказать их. Потому первый звонок мы должны по закону сделать именно в полицию, а потом ты поговоришь с мамой и сама скажешь, где ты. Она приедет за тобой. Договорились?.. Ты – хорошая девочка и всё понимаешь.

Я набрал номер полиции, говорил коротко:

– Слушайте внимательно: пропавшая Вероника Кастро находится на улице Билейн около дома номер 25. Поспешите и осмотрите дом. Она живая и… здоровая, – это я добавил, зная, что они ожидали обнаружение трупа. Так было всегда до этого случая. – Она ждёт вас у дороги перед домом.

– Кто вы? Назовите себя!

– Вероника Кастро ждёт вас на Билейн, 25, – повторил я и прервал разговор.

Вручил мобильник Веронике и спросил, снимая перчатки и засовывая их в карман:

– Сумеешь сама набрать номер своей мамы? Возьми и набери. Скажи про одежду. И запомни: ты сейчас находишься на улице Билейн, дом 25. Вот этот, – показал рукой назад. – Запомни: Билейн, 25.

– А кто вы? – спросила она, впервые несмело заглянув мне в глаза.

– Тебя тоже спросят об этом. Расскажи всё, что видела и знаешь. Этого достаточно. Я тут случайно, как бы мимоходом, и ни к чему не причастен. Большего тебе знать не нужно. Но об этом скажешь позже, и не тут. Договорились? Вот и хорошо. Звони маме, она тебя заждалась.

Вероника набрала номер не с первого раза, а потом ей удалось это и, услышав родной голос, она закричала срывающимся голосом:

– Мама! Мамочка! Я тут! Забери меня!..

С каждым её новым словом я отходил всё дальше, отряхивая свой костюм. Выглядеть пьянчугой больше не хотелось.

Когда вдали улицы показалась полицейская машина, я уже почти зашёл в перелесок. Меня они увидеть не могли. И не должны. Дождался, когда возле Вероники оказались полицейские и прибавил шагу. Прошёл на соседнюю улицу, и тут мне повезло – проезжало свободное такси. На нём добрался до центра города. Там на другом такси добрался до гостиницы.

Собирая вещи, услышал экстренный выпуск в теленовостях: найдена здоровой, но со следами сексуального насилия пропавшая школьница. Показали счастливую мать, обнимавшую свою дочь…

Порадовался за них и за себя. Не часто в моей работе выдаются такие моменты. Но они вознаграждают за прочие муки, опасности, а то и страдания.

Вспомнил взгляд уже недетских глаз и вопрос:

– Кто вы?

Я никогда ни ей, никому другому не скажу, что я – Палач. Это моя кодовая кличка и профессия. Можно относиться к ней по-разному, но…

Никто не ужасается работе хирурга, которому приходится порой удалять какие-то органы или конечности, чтобы спасти человека. Наоборот, восхищаются им, хвалят, награждают. Как и солдат, защищающих страну и народ. Не ужасаются количеству убитых врагов, а даже восторгаются этим: и чем внушительнее счёт, тем больше. Например, у снайпера…

К палачам и к таким, как я, отношение иное. Но что поделаешь, такова жизнь. Не всё в ней легко и просто, не всё чисто и красиво, не всем можно хвалиться.

Кондор с пособниками убил Кена Блазерта, который был моим лучшим другом, теперь он отомщён и может спать спокойно. Впрочем, очень может быть, что в ином мире иные представления о справедливости. Кто это знает. Но у нас в этой жизни на грешной земле, в частности, у меня, ещё сохранились прежние понятия – око за око, зуб за зуб.

Вспомнил ещё о двух трупах, братьях Шеински.

Ими меня никто не обязывал заняться, это я сделал по своей инициативе, как бы мимоходом, на свой страх и риск. Узнай о нём моё начальство, то не избежать мне головомойки. Потому самое лучшее, чтобы никто не узнал о моей роли во всей этой истории. Вспомнил о перчатках, которые не успел выбросить. Ими я воспользовался, дабы никто даже совершенно случайно не узнал о том, что там засветился я. Боялся своего непосредственного начальника, у палачей тоже имеются начальники, они не должны знать о моей "самодеятельности". И не узнают.

Но следовало избавиться от посторонних мыслей в голове, всё это уже в прошлом, а мне скоро предстояла куда более ответственная и опасная работа.

Посмотрел на часы: пора! Заказал такси и, пока его дожидался, бросил в урну перчатки.

Подъехала машина и повезла меня в аэропорт. Утром я должен быть в условленном месте почти в тысяче километров от того города, где я находился сейчас. Значит, буду. Палача там никто не ждёт, но он явится. И с ним придёт смерть…

РИСУНОК НА ОБЛОЖКЕ: Шпион Секретный Агент Безопасности • Бесплатное изображение на Pixabay – spy-1274959_960_720