Враг, который знает будущее

Открывал торжественный приём Министр иностранных дел России. Он обратился к присутствующим гостям с праздничной речью на английском, немецком и русском языках. Речь была краткой. В конце выступления он пожелал всем приятного отдыха. Праздник начали с чтения стихов русских поэтов девятнадцатого века. Их со сцены по очереди выходили читать учащиеся Московского педагогического университета. И первые стихи, которые прозвучали, были стихи А.С. Пушкина: «Я помню чудное мгновение», «Зимнее утро», «Пророк», «Узник», « Признание». Затем эстафета перешла к стихам Грибоедова А. С.: «Прости Отечество», «По духу времени и вкусу», читали стихи о войне и о любви Глинки Ф. Н. Прозвучали рассказы о жизни и творчестве Лермонтова М.Ю. и Тургенева И.С. Кто и как из них начинал свой литературный путь. Прозвучали отрывки из их произведений «Герой нашего времени, Кавказец» и «Отцы и дети». Затем выступали народные ансамбли России с песнями и танцами. Заканчивали концерт, перейдя к творчеству русских поэтов двадцатого века. А мы в это время выполняли свою работу. С помощью специальной видеоаппаратуры изучали присутствующих гостей. Вместе со мной в ложе находились Елизар, Алик и работник МИДа. Алик и Елизар, вооружившись биноклями, очень внимательно изучали делегацию посольства США. Нам очень повезло, что центр зрительного зала был более освещён, чем весь зал. Остальная часть зала была освещена приглушенным светом. Как раз в центре зала расположилась американская делегация. А мы в нашей ложе находились в темноте – ложа не была освещена. Мы были почти «невидимками». Я спросил ребят: – Есть среди них наши гости?

– Да, – ответил Елизар, – вижу Томаса Брауна, это который с округлой бородкой и с ним рядом сидит Стивен Лафф, у которого бородка в виде «якоря». Я открыл список делегации посольства Америки, нашёл их имена и их статусы и произнес: – Очень интересно.

И продолжил: – Томас Браун – военный атташе, Стивен Лафф – его помощник». Я обратился к Алику.

– Алик, – произнёс я, – наведи на них камеру, увеличь картинку и покажи нам лицо его помощника.

Затем спросил: – Похож на того, кого вы вели?

Елизар пригляделся, наблюдал несколько секунд за мимикой помощника, а после сказал: – Подбородок, да, вытянут, а улыбка, как улыбка.

И в конце добавил: – Нет, не он.

Эту информацию подтвердил и Алик.

– Значит, не похож, – задумавшись, сказал я вслух и, затем, произнёс, – продолжайте наблюдение. На несколько минут я задумался: «Почему пригласили именно эти три страны? То, что американцы здесь – это понятно. Но почему Британия и Германия?!» Я повернулся к человеку из МИДа и спросил: – Скажите, пожалуйста, почему именно такое сочетание дипломатических представительств?

Перед тем как ответить, он мило улыбнулся и задал вопрос мне: – Вы знаете, кого в современном мире называют англосаксами?

– Англичан – ответил я.

– Верно, и американцев – добавил он.

– И Вы, наверное, знаете, кто такие саксы? – снова задал вопрос он.

– Да, конечно. Это древнегерманские племена – уверенно ответил я.

– Всё, верно, – сказал он и продолжил, – и они же заселили Британию. И Ваш вопрос прямо в точку. Они здесь не просто так. Мы для них кое-что приготовили. Они нас недолюбливают – строят нам разные козни, «вставляют палки в колеса», обвиняют нас в непонятных преступлениях, на что наши дипломаты просят показать им аргументы и факты. А они в ответ отвечают им непонятной долей протеста. Они не желают, чтобы Россия участвовала в решении проблем современного мира. Хотят видеть Россию слабой. А мы хотим показать им в маленькой культурной форме, что Россия – Великая страна.

– Подождите немного, вы увидите, конец программы будет интересный, – в заключении добавил он.

Представление уже подходило к концу. Видно было, как гости немного устали и уже слегка начинали ёрзать в креслах. И перед тем, как должен был выйти симфонический оркестр, который завершал праздник исполнением музыки из оперы Чайковского «Опричник», на сцену вышел маленький мальчик лет семи – восьми, учащийся одной из Московских гимназий. Одет он был в чёрный костюм, белую рубашку и в галстуке. Он подошёл в центр сцены к микрофону и звонким голосом стал рассказывать стихотворение:

Моя Россия.

Тебя ругают, грязью поливают, и повод ищут каждый раз, чтобы нож вонзить в твою большую спину и обвинить во всех грехах. А ты спокойна, как слово « мама» ты – олицетворение добра. В тебе есть сильный дух и чистый разум, стараешься простить ты всех и вся. А вы, враги, не обольщайтесь – на мировом Олимпе скоро верх возьмёт она. И все ваши коварные планы рухнут, как прогнившая стена. Я человек! Я обращаюсь к Вам, землянам, Поймите искренне меня! Если вдруг Россия исчезнет как страна, Тогда мира не станет, как Земного шара!

« Очень актуально для настоящего времени» – подумал я. Он сделал два шага назад, поклонился. И зал взорвался аплодисментами, выкрикивая: « Браво, браво!». Овации длились минут десять. Затем на сцену вышел симфонический оркестр. После погас свет, и зазвучала музыка из оперы «Опричник».

– Действие в опере происходит во времена Ивана Грозного. Речь идёт о царевых слугах, которые отвергают любой закон, кроме преданности царю. Их ненавидят и боятся. Вот, именно, такой может стать Россия, – прокомментировал представитель МИДа, когда зазвучала музыка. И добавил: – Опера состоит из четырех частей, но сыграно будет только первая часть, концерт и так уже длится долго, гости подустали, а ведь ещё их ждёт фуршет. Темнота в зале, слабый свет на сцене и тихая музыка, как гипноз, заставляли меня закрыть глаза и расслабиться. Сидя в ложе и слушая музыку, я чувствую, что по-настоящему отдыхаю. «Давно я не был на таких мероприятиях – думал я – музыка сильный источник, который дает толчок для глубоких размышлений. У кого-то от музыки текут слезы, бегают мурашки по коже. У кого-то рождается чувство напряжение или наоборот расслабления. Музыка – это сильнейший источник эмоций. Это, конечно, всё хорошо, но нам не до культурных досугов. Такие приятные моменты мы можем совмещать только с нашей работой, как сейчас. Да, и если честно, я мало что понимаю в музыке, наверное, я просто любитель, которому нравиться просто слушать её». Но я не поддался слабостям, сейчас не время. В зале зажегся свет, и я из своих мыслей вернулся в реальность. По окончании концерта учащиеся МПГУ вручили памятные сувениры нашим гостям. И затем гостей пригласили в Панорамный зал, где для них был организован фуршет. – Да вот же он, – громко произнес Елизар, глядя в бинокль. Я не сразу понял, о чём идет речь и переспросил: – Кто?

– Да тот, которого мы « вели», – ответил Елизар.

– Где? – спросил я и взял у Алика бинокль.

– Вон там, около главного входа в зал, – сказал Елизар и продолжил, – за дежурной по залу. Она в бордовом пиджаке.

– Вижу, – сказал я. Алик направил в их сторону видеокамеру. – А как ты понял, что это он? – спросил я Елизара. – Он случайно задел дежурную по залу, когда выходил из зала, – начал свой рассказ Елизар и продолжил, – она обратила на это внимание, а он, в ответ не извинился, а улыбнулся. И в прошлый раз он тоже задел женщину с ребенком на руках. И тоже не извинился, а улыбнулся. Я рассмотрел его в бинокль. У него вытянутый подбородок и слегка заостренный нос. При общении с людьми он улыбается, и его улыбка похожа на рисованную улыбку клоуна, но какая-то зловещая.

« А самое главное то, что он одет в одежду службы безопасности посольства Америки» – подумал я.

– Увеличьте его лицо и сделайте фотоснимок, – сказал я ребятам. Затем я вынул карту памяти из видеокамеры и, выходя из ложи, сказал: – От сюда не шагу. Если он тот, кто нам нужен, то Вас он может узнать.

А сам направился на улицу. Выйдя из Концертного зала, я быстро перебежал на другую сторону дороги, на улице шёл дождь, и быстро запрыгнул в один из микроавтобусов. Передал карту памяти ребятам и сказал: – Включайте. Мы знаем всех сотрудников службы безопасности американского посольства. А этот персонаж, фото которого вы видите, нам не известен. Надо в срочном порядке, отправить фото неизвестного нашим коллегам в международные аэропорты.

Через полчаса у меня была полная информация об этом человеке. Им оказался человек по имени Адам Росс. Он пересёк границу первого числа этого месяца в 10-30 утра. Прошел пограничный контроль, как простой гражданин. Прибыл рейсом Москва – Лондон. Я стал вспоминать события, которые произошли первого числа: «Первого числа приехали двое – Томас Браун и Стивен Лафф и всё. Больше никого пропустить не могли. Может он вообще не появлялся в посольстве?»

Поразмыслив, я произнес: – Он мог подсесть к ним в машину. Они прилетели в один и тот же аэропорт. Двое пересекли границу в 12-30, а один на два часа раньше в 10-30. В посольство они приехали на «частнике», и мы не могли видеть, кто сидел внутри, а только предполагали. Получить информацию от «частника» о количестве пассажиров, которых он привёз, будет рисковано. Может они его используют для каких-то услуг в виде перевозок. Я решил поступить по – другому. Через своё руководство мы запросили в центральном аппарате ГИБДД видеозапись маршрута за первое число от аэропорта Шереметьево до Садового кольца, время с десяти утра и до трех часов дня, номер и марку автомобиля указали. Будем ждать ответа.

Торжественный приём подошёл к концу. Из окна автомобиля я наблюдаю, как гости выходят из Концертного зала, садятся в подъезжающие автомобили и уезжают. И даже кто-то из гостей направляется в метро. Меня отвлек звук моего мобильного телефона, пришло «смс». Открыл, на почту поступило сообщение с одним словом: «Изучай» и с прикрепленным файлом видеозаписи. В микроавтобусе установлены компьютеры, и я для работы воспользовался одним из них. Открыл «почту» и приступил к изучению записи. Запись просматривал в «ускоренном» режиме, отслеживал передвижение нужного нам автомобиля. И через несколько минут моя версия подтвердилась. При въезде в столицу интересующее нас авто остановилось на Ленинградском шоссе у парка Северного речного вокзала и в неё сел человек. Далее авто двигалось без остановок. Фото Адама Росса было передано всем машинам, которые ведут наблюдение за посольством и кафе– барам.

После окончания культурного мероприятия Алик и Елизар продолжили «слежку» уже преследуя картеж посла Америки. Я ещё немного побыл в микроавтобусе, затем направился в метро, чтобы добраться до Конторы. Ехать было не долго. Выйдя на нужной мне станции, я не прошёл и несколько метров, как у меня зазвонил телефон. Я взял его в руки, на дисплее высветилось имя Алика, поднял трубку и произнёс: – Слушаю. – Константин, – ответил Алик , – сейчас сообщили по рации, что Адам Росс, только что вошёл в кафе-бар «Черчилль» и прошёл в закрытое помещение.

– Картеж негде не останавливался? – спросил я.

– Нет, нигде, – ответил Алик.

– Скоро буду у кафе-бара, – сказал я и добавил, – будьте внимательны. И связь прекратилась. Я развернулся и пошёл обратно в метро. В голове крутились мысли: «Сегодняшний праздник. Они посчитали, наверное, что они на нём не засветятся. Или просто мы угадали со временем. Если, именно в этот день они планировали какие-то действия, то всё равно мы бы отреагировали. Американцы не в курсе, что нам известно об их операции. Это точно. И мы думаем, что знаем, кто её начнет. Они были уверены, что мы растерялись, когда они провели спектакль с участием посольских машин и такси. А получилась всё наоборот. И это их грубейшая ошибка. Вот только хотелось понять – военный атташе в курсе данной операции или нет. Даже если он и в курсе, значит, он может являться объектом для отвода глаз. Конечно, хотелось бы знать о смысле операции, сейчас это большой вопрос». Я еще раз мысленно «прокрутил» в голове все произошедшее и произнес вслух: – Первое действие – второго числа. Второе действие – шестого июня, т.е. сегодня. А завтра седьмое число. У Томаса Брауна завтра крайний день. Он должен представиться военному министру. Значит, есть уверенность, что именно завтра всё и случится. Добравшись до кафе – бара, я сел в машину, которая ведет наблюдение за кафе – баром. Данный автомобиль с большим багажным отделением, весь напичкан аппаратурой. В нём постоянно находятся два человека. Мы поздоровались, и я сразу перешёл к делу.

– Чем он там сейчас занимается? – спросил я.

Человек, сидящий за монитором в наушниках, ответил: – Сидит в отдельном помещении, разговаривает по телефону. Разговор ведёт на английском языке. Несколько минут назад, заказал себе кофе.

– По английский говорит. Ясно. Мы можем его слышать? – спросил я. – Наши сотрудники, которые сейчас находятся внутри, передают – «нет». Слышно не отчетливо, только отдельные слова, – ответил он. – Как думаешь, с помощью специальных средств сможем прослушать его? – снова спросил я.

– С наружи – не вариант, – ответил человек в наушниках и объяснил, – в этой потайной комнате нет окон и очень толстые бетонные стены. Можем изнутри кафе, но сразу привлечём к себе внимание.

– Хорошо, – сказал я и спросил, – когда он заходил в кафе, при нём было что-то?

Человек в наушнике промотал назад запись и остановил на моменте, когда наш гость заходил внутрь. Он в чёрном плаще и шляпе. Ни сумки, ни кейса, ни папки при нём не было. Только из левого кармана плаща виднелась скрученная газета.

– Увеличь, – попросил я. Это оказалась всем нам известная газета «Из рук в руки».

– Любит газеты читать, – сказал я и добавил, – да ещё и такие. Интуиция мне подсказывает, что всё произойдет завтра. И именно в этом заведении, в закрытом от общего зала помещении. А как это всё будет выглядеть – пока не знаю. И наша главная задача – быть максимально рядом. Я набрал номер Алика и сообщил, что в 19.00 встречаемся на старом Арбате, на нашем месте.

– Добираешься своим ходом, – в конце добавил я.

– Понял, – ответил он. У нас есть так называемое «наше место», где мы отдыхаем и расслабляемся, где позволяем себе на короткое время забыть о работе. А сейчас нам придется нарушить правила и будем говорить только о ней. Зайдя внутрь известного нам заведения на старом Арбате, мы сели за свободный столик и к нам подошла официантка. Я спросил Алика: – Коньяк или водка?

– Очень хочу, есть, – ответил он.

– Все понял, – ответил я и обратился к официантке, – тогда нам литр водки, большие порции жареного мяса и салаты на ваш выбор.

Заказ приняли, и стол накрыли очень быстро. Во время трапезы мы обговаривали наши дальнейшие действия, как они буду выглядеть. Нас мучил один вопрос: «Как нам к ним подобраться поближе?»

–Ты думаешь, завтра все произойдет? – спросил Алик.

– Да, – уверенно ответил я и продолжил, – первого числа все, трое, пересекли границу. На тот момент мы знали только о двоих. Второго числа начались действия с участием нескольких машин, где присутствовал военный атташе и, ещё на тот момент нам неизвестный, Адам Росс. И он же приводит нас в бар «Черчилль». Его статус нам не известен. В посольстве о нём молчат. До сегодняшнего момента тишина. А сегодня, на празднике, он присутствовал, одетый в костюм службы безопасности посольства Америки, а мог бы и не быть. В списках приглашенных его не было. И только благодаря, наверное, случаю, мы разобрались – кто он. Знаем его только имя и фамилию. После торжества он не вернулся сразу в посольство, а появился снова в этом баре. И сейчас он до сих пор сидит там и с кем-то усердно разговаривает по телефону. А у нас даже нет возможности его прослушать.

– Константин, скажи, как ты можешь растолковать их действия? – с любопытством спросил Алик.

Я выпил пятьдесят грамм водки и сказал: – Первое посещение – это изучение бара. Затем они затаились, наверное, ждут кого-то. Или им нужен конкретный день. Ну и второе посещение – для проверки. Я убежден, что это место для встреч.

– Конкретный день – это завтра? – спросил Алик.

– Да, – сказал я и продолжил, – и ещё, завтра Томас Браун направится в Министерство обороны для представления Министру. Завтра седьмой день. – Ты думаешь, что эти два события как – то связаны? – снова спросил Алик. – Военный атташе и его помощник – эти люди для отвода глаз, – сказал я и добавил, – нам ещё нужно понять кто на самом деле Адам Росс?! Закончив с трапезой, мы вышли на улицу и решили немного прогуляться. Арбат всегда располагает для прогулок. Тем более, что уже который день стоит тёплая погода, небо чистое, дует слабый ветерок. Алик закурил. А я снова стал размышлять: «Как нам быть? Как же нам к ним подобраться?» Мы не спеша прогуливались мимо многочисленных музеев, театра, кафе, торговых лавок. Народу на Арбате гуляло не так много. Зато всегда много художников и прочих творческих личностей. Мы смотрели их уличные выступления. Уличные музыканты исполняли мелодии прошлых лет – музыку, напоминавшей нам о нашей юности. Уже в конце улицы мы увидели толпу людей. Подойдя к ним поближе, мы увидели в центре самой толпы молодого парня, который очень ловко, и умело тасовал «карты» одной рукой. Затем он мастерски с правой руки в левую, и наоборот, перебрасывал колоду. Зрители с удивлением наблюдали за его манипуляциями. Глядя на карты в руках этого парня, я вдруг вспомнил некоторые моменты из своей прошлой жизни, которые были связаны с картами. Как мы, малолетками, играли в «дурака» и « козла», а наши старшие ребята по двору показывали нам всякие фокусы с картами. Как в школьные и студенческие годы играли в карты на деньги, которые потом тратили на мороженое, булки, сигареты и т.д. И, ещё мне вспомнился случай, когда я пришёл на службу в середине девяностых. Это было громкое уголовное дело, в котором участвовали золотые украшения семьи Романовых. О нём нам рассказывал наш старший коллега. Он рассказал нам, что косвенно к этому делу был причастен карточный мошенник под псевдонимом «Профессор». В своей каморке игрой в карты он «раздевал людей до нитки». Но это ещё не самое интересное. Самое интересное то, что в его игре участвовал телескоп. Телескоп был встроен в потолок. « В потолок» – негромко произнес я. Тут я подумал о нашем деле. И задумчиво произнес: « Мне нужна поэтажная схема дома, а точнее план дома в котором находится кафе-бар. Если помещение над кафе-баром окажутся жилыми, то у нас ни чего не получится». Я взял мобильный телефон, связался с генералом и попросил его найти поэтажный план дома на Большой Татарской улице.

– Зачем он тебе нужен? – спросил генерал.

– Есть шанс, небольшой конечно, но есть – быть в курсе завтрашних событий, – ответил я.

Поэтажный план мы получили через несколько часов. Время было уже позднее. Часы в моём кабинете показывали 00-30. Сидя за столом, я изучал, представленные мне материалы. Оказывается, данный дом раньше был одноэтажным, с высокими потолками. Позже сверху к нему был пристроен технический этаж. Раньше это был гастроном. Несколько лет назад решили достроить несколько жилых этажей. Технический этаж решили оставить как он и был. Это была в своём роде звукоизоляция для жилых этажей от магазина. Высота этажа от пола до потолка один метр пятьдесят сантиметров. В полный рост там не пройдешь. В доме два подъезда, расположены со стороны двора. С двух сторон технический этаж заперт. Вскоре я нашел нужную часть технического этажа, под которой находится нужная нам потайная комната. « Очень хорошо» – произнёс я вслух. Теперь мне нужны специалисты, которые смогут сделать отверстие в полу технического этажа и в нее установить аппаратуру аудио – видео съемки. И такие ребята у нас есть. Хорошо, что мы работаем круглосуточно. Я связался с инженерно – техническим отделом и оперативно – техническим отделом (шпионские штучки). Для работы мне выделили одного человека, который может и то и другое. Потом я вспомнил, что Адам Росс общается на английском языке. Я знаю английский, но не настолько хорошо, чтобы быстро и точно переводить и с этим вопросом обратился в лингвистический отдел. Мне выделили двух переводчиков. Все они собрались у меня в кабинете. Я рассказал каждому из них, что им нужно делать. «Остальное расскажу в процессе работы. Вам тридцать минут на сборы. Сегодня спать нам не придётся» – в конце добавил я.

Тайное и явное

Три часа утра, ещё темно. Вокруг тишина, все спят. Мы впятером: я, Алик, двое ребят– переводчиков и парень – «мастер на все руки» стоим около нужного нам здания со стороны двора. Резко дернув дверь, чтобы открыть магнитный замок, мы зашли в первый подъезд и поднялись на второй этаж. Вход в технический этаж закрыт, железной дверью, а на самой двери весит замок. Парень– «мастер на все руки», у которого собой были большая объемная сумка и кейс с перфоратором, вытащил из бокового кармана сумки большую связку ключей и через пару минут открыл замок. Подобранный ключ к замку он отдал мне. Мы вошли вовнутрь помещения. Темно. Мы включили фонарики, а то бы расшибли головы. Я достал копию схемы поэтажного плана здания. И мы направились к той части технического этажа, которая нам нужна была. Передвигались по этажу, согнувшись, потому что высота технического этажа составляет метр пятьдесят. Дойдя до места, парень «мастер на все руки» положил сумку и кейс на пол. Из сумки достал специальное оборудование, чтобы просканировать пол. В процессе работы он сказал: – Обнаружил провода, идущие к люстре, – и продолжил: – около самой люстры могу просверлить отверстие и через неё провести два кабеля – аудио и видео. Так будет не заметнее. Но есть один вопрос.

– Какой? – спросил я.

– Какой формы установленная люстра? – спросил он. Я связался с машиной, которая ведет наблюдение за баром, и задал им этот же вопрос и еще поинтересовался: «Есть ли кто сейчас в баре?» – Все люстры на потолке в баре в форме лепестков. Сейчас там нет ни души. Само заведение на сигнализации, – ответили коллеги. После получения информации «мастер на все руки» приступил к работе. Нашёл в стене питание на 220 вольт, подсоединился, подключил перфоратор – пылесос и не спеша приступил к сверлению отверстия. Звук у перфоратора негромкий, но вибрация от него ощущается, и его могли слышать жильцы сверху. Мы очень надеялись на то, что бы всё пройдёт тихо. Пошумели не долго, всё страшное позади. Затем он вынул из сумки два небольших монитора с кабелем длинной полтора и два метра, наушники. Все подключил. Кабель, со встроенной видеоголовкой на конце, и кабель, со встроенным прослушивающим устройством, просунул в отверстие. Через монитор было чётко видно, как кабели проходят через отверстие и проникают в комнату, которая под нами. В этой комнате пока темно, но кое-что можно разобрать. Кабели зафиксировали между лепестками люстры. Сама люстра висела над столом. До открытия заведения оставалась примерно часа два. Я попросил Алика принести наш «рабочий набор» – разборный стол и стулья. Это наша «палочка-выручалочка» для таких вот случаев, а то на корточках долго не высидишь.

Пока парень– «мастер на все руки» настраивал аппаратуру, ребята переводчики подготавливали блокноты, бумагу, ручки, карандаши, у меня зазвонил телефон. Я поднял трубку, на том конце трубки услышал голос дяди Васи: – Машина с дипломатическими номерами выехала из посольства.

Посмотрев на часы, время начало десятого, сказал: – Преследовать.

И добавил: – Больше никаких звонков, связь только через «смс»».

Через несколько минут на телефон пришло «смс» с сообщением: «Из парадного входа посольства вышел Адам Росс. Сейчас ловит такси».

– Очень хорошо, – сказал я вслух и написал смс: «Не преследовать». И снова на телефон пришло смс, я открыл сообщение: «Машина с дипломатическими номерами остановилась на Фрунзенской набережной, рядом с Министерством обороны. Из машины вышли Томас Браун и его помощник». Прочитав сообщение, я произнес вслух: – Что и следовало доказать.

Окончив с телефонной перепиской, я обратился к ребятам, которые сейчас находились со мной в техническом этаже, спросил у них: – Все готово?

– Да, – ответили они.

И я добавил: – Все телефоны выключить, никаких лишних звуков не должно быть. Полная тишина.

Затем попросил Алика: – Закрой нас снаружи, а сам будь во дворе. Пока мы сидели в выжидании, я размышлял: «Почему Адам Росс вышел так рано? Бар открывается только в 11-00. Дорога занимает не так много времени». Ответ на эти вопросы пришёл практически сразу, когда на час раньше в кафе загорелся свет и в закрытой от общего зала комнате тоже. Примерно сразу же после открытия кафе, дверь – «гармошка» в потайной комнате открылась, и в комнату вошёл долгожданный Адам Росс, в руках у него сумка для ноутбука. Мы, глядя в мониторы, стали наблюдать за ним. Он закрыл за собой дверь, сумку положил на стул, снял плащ, повесил на вешалку, затем сел за стол. Он был одет в серый классический костюм. Он вынул из внутреннего кармана пиджака расческу, причесался. Дверь открылась, вошёл официант, он принёс на подносе чашечку с кофе, сливки, сахар. Молча, поставил поднос на стол и удалился. Адам Росс добавил в кофе ложку сахара, добавил сливок и с наслаждением стал потягивать кофе. Выпив кофе, он взял сумку, положил её на стол перед собой, открыл, вынул из неё три небольшие папки. Сумку убрал под стол, потом громко крикнул: – «Garson!» Через пару секунд к нему зашла официантка и убрала грязную посуду. После её ухода он стал перелистовать папки. Он их быстро перелистовал и по несколько раз, даже не заглядывая в них. Снова открылась дверь, и в комнату вошла пара – мужчина и женщина на вид от 35 до 40 лет. Они поздоровались на английском. И далее беседа проходила тоже на английском. Переводчики приступили к переводу их разговора. В процессе разговора Адам Росс открыл одну из папок, вынул из неё документы и передал паре. Я попросил «мастера на все руки»: – Увеличите картинку, мне нужна информация с этих бумаг. Каждую бумагу в документах мы сфотографировали. Я обратил внимание, что среди документов был листок, похожий на кусок карты с изображением какой-то территории, на которой были нанесены метки «крестиком». Сами документы эта пара изучала минут сорок. Следом за документами он вынул из папки фотографии – их было две. На фотографиях были изображены чьи-то лица. Мы сделали снимки этих фотографий. В процессе изучения парочкой документов и фото, Адам Росс всё время говорил и объяснял им что– то. Переводчики быстро записывали его речь в блокноты, синхронно переводя её на русский язык. Через пару часов общения парочка попрощалась с Адамом Россом, и они ушли. Уходя, они забрали собой только фотографии. Адам Росс посмотрел на свои часы, встал из-за стола, вынул из кармана брюк фишку для покера, которая заменяет в казино деньги, и стал перекатывать её между пальцев, прохаживаясь по комнате. Через некоторое время в комнату зашла еще одна пара, мужчина и женщина, только уже другие. И вся процедура повторилась один в один. Он взял уже другую папку и передал её им, так же показал фотографии с лицами каких-то людей. Но лица уже были другие. Позже они ушли, взяв с собой только фотографии. Ближе к вечеру зашла еще одна пара, и порядок действий повторился. Когда все закончилось, я дал указание парню « мастеру на все руки» проверить всю записанную информацию, сохранить её на флешке, лучше на двух. Затем обратился к переводчикам, чтобы они всю полученную информацию задокументировали и предоставили в правильной форме. И в конце спросил: – В полученных сведениях есть что-нибудь, что нас может заинтересовать?

– Ещё как! – в один голос ответили переводчики.

Контрразведка ФСБ

Особый отдел контрразведки ФСБ докладывает о результатах:

1. Нами были изучены все детали данной видеосъемки. В документах присутствовали сведения о конкретных территориях нашей страны. Это регионы, где находятся оборонно-промышленные заводы. Метками, в виде крестиков, были указаны места, где находятся сами объекты производства. На данных объектах ведутся работы по разработкам ракет малой и средней дальности, реактивные истребители нового поколения, космические технологии. Далее в этих документах указаны имена и фамилии ведущих конструкторов и инженеров, а так же их адреса проживания. И фотографии этих конструкторов. 2. Все три парочки являются гражданами нашей страны. Это – семейные пары, они находится в законном браке. Таких агентов мы называем предатели. При изучении их автобиографий, выяснился один интересный момент. Все они несколько лет назад проживали на территории США, и предположительно, были завербованы спецслужбами данного государства и прошли специальную подготовку. Есть версия, что способ вербовки агентов был основан на материальном вознаграждении, ведь деньги являются самым лучшим стимулом. На данный момент все три парочки являются работниками государственных образовательных учреждений. Они преподаватели разных направлений – химики, физики, математики и.т.д. Свободно говорят на английском языке. 3. От своего координатора они получили задание переехать в указанные регионы для дальнейшего проживания и работы с целью собирать информацию о работе оборонно-промышленных объектах и, по возможности, искать момент для налаживания связей и знакомств с конструкторами и инженерами, постепенно входя к ним в доверие. Так же координатор сообщил им, что определённая сумма денег уже перечислена на их расчетные счета, и добавил, что бы при возникновении непредвиденных обстоятельств тут же связывались по старым налаженным каналам.

Заключение: Их главной целью являются чертежи наших разработок.

В первую очередь о начинающей операции доложили директору ФСБ, а затем Президенту Российской Федерации.

О каждой парочке сообщили нашим коллегам по регионам. С указанием: «Пока только наблюдать. Информация совершенно секретна».

Информацию о координаторе была передана Службе Внешней Разведке. Её задачей являлось узнать: «Кто он и чем он занимается?»

Мое руководство осталось довольным от полученной информации. Стало известно, что на нашей территории действуют вражеские агенты. И эти агенты являются гражданами нашей страны. Знаем, кто они и знаем об их дальнейших действиях. Единственное, что нам пока неизвестно, это откуда у координатора сведения о наших ведущих конструкторах и инженерах и фотографии с их изображениями? О том, что на нашей территории функционируют оборонно-промышленные заводы – это ни для кого не секрет. Наша страна не скрывает этого. Часто об этом говорится и в средствах массовой информации. По этому вопросу меня пригласили в кабинет генерала. – Константин, – обратился он ко мне, – откуда у них сведения о наших конструкторах? Есть какие-нибудь мысли по этому поводу?

– Я думаю так, – начал я свой рассказ и продолжил, – если по видеосъемке был указан только один регион, в котором находятся объекты, тогда утечку нужно искать именно там. А у нас указаны три региона и несколько объектов. И на каждом объекте ведут работу наши конструкторы. И они же указаны в этих документах.

Я выдержал паузу и спросил: – А где содержаться сведения о наших объектах и куда стекается информация о них?

– На самих объектах, – ответил генерал и продолжил, – в Министерстве обороны и у нас, в секретном отделе сбора и обработки информационных данных.

– Объекты отпадают. Утечку нужно искать в Министерстве обороне или у нас, – сказал я.

– Что ты имеешь в виду, Константин? – спросил генерал.

– Я не уверен, что утечка была с трёх объектов сразу. Могу предположить, что информацию «слили» либо мы, либо военные в Минобороны, – сказал я и добавил, – боюсь представить, но кажется среди нас «злодей – предатель», пока только это версия приходит мне в голову.

По лицу генерала было видно, что ему мои последние слова не понравились, но он промолчал.

Затем я добавил: – Если это так, то нам нужно его вычислить, и данную операцию нужно держать в полной секретности. Надо подумать, как это сделать.

И в конце спросил: – Разрешите идти?

– Иди, – протянул генерал и добавил, – и готовь на погонах новые дырочки для звезд. Ты их заслужил.

Выйдя из кабинета, я стал думать о своём новом звании, которое скоро получу: «Но не только мне и моим ребятам нужно сказать «спасибо», но и внешней разведке, благодаря которой мы действуем в правильном направлении. А то могло быть все по-другому. Благодаря ей, мы всегда имеем свежую и ,самое главное, нужную информацию. Разведка – это инструмент в виде разнообразных ключей, которые открывают тайные двери. Её деятельность направлена как на человека, так и на государства, которые не скрывают своих агрессивных намерений в отношении нашей страны. Хорошая разведка – это залог победы».

«А сейчас мне пора домой» – решил я. Я выключил компьютер, взял вещи и покинул свой кабинет. Наши коллеги проставили в моем паспорте печати о пересечении границы. В этот раз я «был» в Риме – столице Италии. Так же они подготовили подарки для моих близких, которые я «приобрёл» в Риме: итальянские вина, сицилийский мёд и парочку брелоков с видом «Колизея». Это всё для закрепления легенды.

Философские мысли

Какая интересная штука – наша жизнь, которая умней и хитрей всех нас. Она является основой любого живого существа и даже простого организма. Нет жизни – нет ничего. Именно она, расставляет приоритеты и решает кому, и какой срок. Именно она выбирает, на какой стороне добра или зла ты будешь выступать. Жизнь настолько непредсказуемая, что даже добродетель может быть злодеем и, наоборот. В ней есть вещи, которые имеют объяснения, а если их нет, то она всегда права. У неё на всё свое объяснение. Правила менять может только она, а нам, живым существам, остается им только следовать. Получается то, что не всё зависит от нас самих.

У каждого человека в жизни есть одна запретная черта, за которой находится пустота. Переступив её, назад уже больше никогда не вернёшься.

Часть 2. Законченное дело пахнет розами

Ситуация – это то, что заставляет действовать или наоборот.