Поле Битвы

— Все, что захочет к ним прорваться, должно сначала пройти через Мака — тихо пояснил я.

Мак достал гвоздь и молоток, сунул табличку подмышку и вышел. Мгновение спустя мы услышали, как он ее прибивает.

Я повернулся к Мерфи и сказал

— Здесь мы расстаемся.

— Гарри. — предупреждающе сказала она, сверкнув взглядом.

Я спокойно и сурово продолжил.

— Ты меня замедляешь.

Глаза Каррин засверкали еще сильнее. А затем наполнились слезами.

— Проклятье. — сказала она, отвернувшись.

Ударь я ее изо всех сил — и то бы причинил меньше боли.

Я вздохнул, положил руку ей на плечо и тихо продолжил.

— Я видел там Уилла и Альф. Понимаешь, мне нужно работать с Советом. Участникам Соглашения практически наплевать на простых людей и кто-то должен об этих людях позаботиться. Я хочу поставить тебя во главе Альф и Паранета, для защиты как друг друга, так и всех, кто нуждается в помощи.

— Ты хочешь, чтобы я была в безопасности, — последовал резкий ответ.

— Если бы я этого хотел, ты была бы на острове. Ты ранена. А еще ты чертов взрослый, Кэррин. Это война. Я хочу чтобы ты была там, где принесешь больше всего пользы.

— И где я не смогу тебя отвлечь.

Я вздохнул и вытер лицо рукой.

— Если бы я мог излечить твои раны, то сделал бы это. Но факт в том, что сейчас ты не сможешь держаться в нужном мне темпе. Все просто.

— Пошел ты, — грубо ответила она, отвернулась и, мгновение спустя, устало пробормотала — Проклятие.

Я положил руку ей на плечо.

— Позаботься о наших. Ты одна из немногих, кому бы я это доверил..

Не поворачиваясь, она сурово кивнула.

Затем она повернулась, схватила мой плащ и потянула меня к себе для поцелуя. Он был резким, сладким, неистовым и отчаянно горячим.

Когда она меня отпустила, потребовалась секунда, чтобы открыть глаза и снова выпрямиться.

— Гарри... — сказала она.

— Желаешь чтобы я был осторожен с большим злым Титаном? — спросил я

В уголках ее глаз появились морщинки.

— Ты же все равно не послушаешься. — Она взяла меня за руку, сжала ее, и сказала с пронзительно-свирепым взглядом. — Надери. Ей. Задницу.

Глава 4

Мы вышли из кабинета Мака и обнаружили, что в общей комнате тихо. Все уставились на нас. Я привык к тому, что люди в баре Мака украдкой поглядывали на меня, но там редко бывало так людно, и это приводило в замешательство.

Мы немного постояли, потом Мерфи толкнула меня локтем и прошептала:

— Скажи что-нибудь.

— Что? — спросил я.

— Они напуганы, — тихо сказала Мерфи. — Они знают, что ты обладаешь силой. Они хотят услышать тебя.

Я оглядел комнату, заполненную встревоженными лицами.

Там были Уилл и Джорджия Бордены, вместе с Энди и Марси — четверка вервольфов, самопровозглашенных защитников Чикаго. Уилл и Джорджия реально странная пара. Уилл ростом где-то пять с половиной футов и, весит должно быть фунтов двести (причем все это мускулы). Джорджия ростом около шести футов и выглядит так, будто каждую неделю пробегает марафон. Они оба, как и Марси с Энди были одеты в свободную, легко снимаемую одежду.

Среди присутствующих они были единственными хоть с какими-то шансами выжить на улицах, учитывая то, что должно было произойти.

Здесь был Ордо Лебес, ведьмы-домохозяйки, слишком слабые для того чтобы стать членами Белого Совета, но все же ведущие свою битву, предоставляя по всему городу защищенные почти так же хорошо, как и владения чародеев убежища. Думайте об этом как о магическом эквиваленте постройки амбара общиной — десятки мелких талантов работают в унисон, чтобы достичь гораздо большего, чем они могли бы сделать в одиночку.

Все остальные были эквивалентом мелкой рыбешки: людьми у которых хватало талантов или подходящих обстоятельств, чтобы быть связанными со сверхъестественным сообществом, но которым нечего было предложить в плане силы. Черт, там был даже Артемис Бок, хотя он держал голову опущенной и не смотрел на меня. Думаю, дело было в том, что несколько лет назад он навсегда запретил мне появляться в своем магазине.

Боже, теперь это казалось таким мелким и незначительным.

Я прошел мимо него в центр комнаты и по пути ободряюще хлопнул рукой ему по плечу.

— Всем привет, — сказал я. — Полагаю, вы знаете, кто я. Но если нет, я — Гарри Дрезден, чародей Белого Совета.

Во всяком случае, на данный момент.

Я сделал глубокий вдох.

— У нас не так уж много времени. Так что я буду говорить прямо. Мы на пороге апокалипсиса.

Это вызвало в ответ мертвецкую тишину и пристальные взгляды. Мерфи ткнула меня локтем в ребра.

— С маленькой буквы, — сказал я в знак протеста. — Фоморы, эти ублюдки-похитители детей, грядут с армией. И они собираются убить всех в городе.

В ответ — мертвое молчание. Можно было бы услышать, как падает половина булавки.

— Что нам делать? — спросила в этой тишине Джорджия. — Что мы можем сделать?

Раздались нервные перешептывания.

— Вы не одни, — тут же сказал я. — Есть значительные силы, которые собираются поспорить с ними на эту тему. Персонажи из сборников сказок готовы дать бой фоморам. Но это значит, что там будет плохо по-крупному, — сказал я. Я перевел дыхание и провел пальцами по волосам. — Вот как это бывает, народ. Волк у дверей. Так что если вы собирались пойти на курсы боевых искусств или думали, что вам стоит научиться стрелять из пистолета, то уже слишком поздно. Теперь у вас есть только три варианта.

Я поднял вверх палец.

— Вы можете бежать, и они будут преследовать вас. — Я поднял еще один. — Вы можете спрятаться, и они будут охотиться на вас. — Я сжал руку в кулак. — Или вы можете драться. Потому что они идут, чтобы убить вас.

Я ткнул пальцем в Уилла и Альф.

— Эти ребята готовились, и, вероятно, смогут выжить. Но там не нужны воины-теоретики. Если вы не думаете, что сможете победить, сражаясь с Уиллом и его людьми, основным вашим делом на сегодня будет смерть. Безопасные места, навроде этого, скорее всего падут последними сегодня. Но если враг захватит город, они точно падут.

— Так что делайте свой выбор. Бегите. Прячьтесь. Или боритесь. Любой из них может вас убить.

— Господи, — прошептал кто-то.

Чей-то ребенок начал было шуметь, но его успокоили.

— Что насчет армии? — тихо спросил Бок.

Я покачал головой.

— Они будут повсюду. Этим утром. Причем авангард противника уже здесь.

Новость вызвала массовое перешептывание.

— Мне жаль, ребята, — продолжил я, чувствуя, как окутываюсь приглушенной аурой страха — Но так оно и есть. Выберите сейчас и придерживайтесь своего выбора. Чем больше вы сомневаетесь, тем опаснее будет передумать. — Вы все знаете, кто такая Кэррин Мерфи, — сказал я, указав на Мерф. — Она будет здесь координировать оборону. Уилл, ты и твои ребята с этим согласны?

Уиллу не требовалось узнавать мнение Альф. Он просто кивнул и сказал — Согласны.

— Спасибо. — сказал я ему от всего сердца.

Джорджия внимательно изучала выражение лица Мерфи и они обе обменялись непонятными мне взглядами.

— Конечно, Гарри. Мы сделаем все что можем, чтобы помочь.

— Мак, ты с этим согласен?

Мак не отрывался от кружки, которую протирал чистой белой тканью. Думаю, он позволил своему молчанию быть расцененным как знак согласия.

— Ладно, — сказал я. — Надо бежать. Видел на улице прикованный цепью велосипед. Чей он?

В комнате воцарилось молчание.

— Ой, да ладно вам, ребята, — жалобно сказал я. — Это не нарушение Законов Магии. Мне просто нужны колеса, чтобы спасти город и все такое.

В дальнем углу комнаты поднялась рука, и тощий парень в солнечных очках и поднятом, завязанном худи заговорил с каким-то восточноевропейским акцентом.

— Этто ест мой фелик.

— Гэри? — прищурившись спросил я.

Безумный-Но-Не-Ошибающийся Гэри, парень из Паранета, сгорбился так сильно, что выглядел как мультяшный стервятник, а его узкие плечи чуть не сбили его собственные солнцезащитные очки.

— Господи, Дрезден, — сказал он уже с простым среднезападным акцентом, — давай тогда уж выдай меня всем и каждому.

Секунду я внимательно на него смотрел.

После чего спросил.

— Ребята, кто знал, что это Гэри?

Примерно 80 % присутствующих подняли руки. В том числе Мерфи и Мак.

Гэри угрюмо надулся.

— Ты среди друзей, чувак. — сказал я. — Разумеется они знают кто ты.

Гэри подозрительно пялился на меня поверх оправы темных очков.

— Гэри, — спросил я, — могу я одолжить твой велик?

— Конечно. — пожал он плечами.

Гэри бросил мне ключ. Я поймал его, не уронив, отчего сразу сделался круче в своих же глазах. Затем обратился к народу:

— Сегодня вечером будет жутко, ребятки. Я вам не отец, но если останетесь здесь и хотите дожить до рассвета, то лучше делайте то, что мисс Мёрфи попросит вас сделать.

— Первое что нам нужно — зона сортировки раненых. — обратилась Мерфи к Уиллу. — Люди в любом случае пострадают.

— Джорджия, займись этим, — распорядился Уилл. — Марси, Энди, за мной. Идем в аптеку за припасами.

Альфы немедленно приступили к работе. Хех, какие же они хорошие ребята.

Я гадал, сколько из них доживет до утра.

У Уилла и Джорджии был ребенок.

Пришлось себя одернуть. Я боялся за них, за людей, которые были моими друзьями, но стоя здесь, чувствуя себя напуганным, больным, обеспокоенным и неспособным защитить их... Так я им точно не помогу.

Логичнее всего, скоординировать свои действия с остальными силами Участников Соглашения, чтобы поразить приближающегося врага со всей возможной мощью. Белый Совет может ударить сильнее, чем кто-либо другой на планете. Я лично видел, как Старейшины Совета разбирались с небольшими армиями, боролись с меняющими форму архидемонами и сносили спутники с небес прямо на головы врагов, уничтожая их сотнями.

Адские Колокола, мое место было среди них.

Я был типа туповатого пацана с вытащенной из папашиного инструментария кувалдой, в сравнении со Старейшиной Совета выступающего в роли самурая со святым мечом. Но, в свое время я обнаружил, что каким бы искусным и элегантным ни был враг, удар кувалдой по черепу — это таки удар кувалдой по черепу.

Я подбросил в руке связующий кристалл с острова и сунул его в то, что осталось от кармана пиджака.

Я бы здесь пригодился.

Но я не мог здесь остаться. Не мог проследить за своими друзьями. Не мог их защитить. Остается только верить в то, что то, знания, полученные ими от меня и от Магического Сообщества которое я помогал создавать, помогут им.

Ну... Эти знания, а еще артефакт, который буквально лежал в хранилище Аида на той же полке, что и гребанный Святой Грааль, и был тем, что осталось от бывшего ангела.