Манипулятор

— Ладно, понял, — грустно вздохнул я, понимая, что полной халявы не будет. — Сколько во мне роста?

— Два ноль два, — произнес бог, и, чуть помедлив добавил, — С половиной.

— Надеюсь с остальным у меня все в порядке?

— Ну-у-у, все в мире относительно, — как-то неуверенно потянул Локи, — Смотря что ты считаешь порядком.

— Не занудствуй. Относительно моего прежнего тела.

— А, ты про это, — мне кажется или он чего-то не договаривает? — Относительно прежнего все как было! Опухолей нет, — радостно произнес он. — Это тело очень даже здоровое и крепкое.

— Та-ак, а если сравнить меня с местными? — кажется я понял в чем подвох.

— Эмм… Как бы тебе сказать, чтобы не обидеть…, — замялся Локи.

— Что еще? — взмолился я…

— Ты единственный из кандидатов, у кого напрочь отсутствует магический дар.

— Твою мать! — на моих глазах рухнула последняя мечта, — Дебил-переросток в магическом мире, при этом без зачатков магии и с отмороженным богом-гопником в голове! Я что-то упустил?

— Да. У тебя член, как у коня, — сочувствующе добавил Локи.

— И говорить я не умею…

— Ну, я не логопед, но думаю с этим разберемся. Начинай как в детстве, скажи: «А».

— А-а-а, — потянул я.

— Ну вот, осталось всего тридцать две буквы! Местный алфавит по звучанию очень схож с русским. А еще ты по умолчанию умеешь читать и разговаривать на всех действующих языках это мира, хотя прежний хозяин тела не умел даже на родном. Меры веса, длины и прочего, включая имена конвертируются в твоем мозге в привычные и обратно.

— Тогда тридцать.

— Чего тридцать? — удивился Локи.

— Тридцать букв. «А», «М» и «У» я уже знаю, — я громко промычал в подтверждении своих слов, — «Мууу…».

— Тем более! Главное не терять оптимизма, — обрадовался бог веселья.

— И чего дальше?

— А это тебе решать. Развивайся, привыкай! Загляну попозже. И запомни, от туземцев тоже можно получить по голове, а помирать лишний раз не стоит — воскреснешь только через неделю. Когда начнется игра, смерть почти всегда равносильна потере алтаря, если конечно противник сможет его уничтожить. Правда есть кое-какие бонусы, но об этом позже.

Я почувствовал, как в голове стало чуть свободнее.

— Локи?

Молчание.

Ну что же. Придется как-то на этом острове существовать и адаптироваться. Но если подумать — сколько я всего узнал сегодня! Душа есть, и она бессмертна! А еще существуют другие миры и расы… Я лег на спину и мечтательно поводил рукой по заросшей клевером поляне. Здесь все настоящее и реальное, даже… Блин, а это что такое?!

Я поднял руку и обнаружил прилипший кусок свежего навоза. И вонял он реальнее некуда. Злобно вытер руку о траву и встал на ноги.

Уух, высота! Шакил О'Нил местного разлива. Интересно, тут о баскетболе слышали? Я бы мог стать звездой — в универе неплохо играл, но роста не хватало. Ладно это все глупости, нужно разобраться с привалившим «богатством» — я перевел глаза на штаны. Отлично! Спонтанная эрекция пропала за разговорами. Думаю, все не так уж и плохо, но хотелось бы найти зеркало, да посмотреть, что я такое.

Пруд! Точно помню, что пролетал через небольшой водоем. А что со свиньями-то делать? Бросить? Вроде, мне их нужно пасти по лору. Я оглядел довольных розовомордых тварей, ковыряющихся в земле, которые и не думали никуда убегать. Надеюсь, волков здесь поблизости нет. Сгоняю-ка я пока до озерца.

О, а вот кажись и орудие убийства предыдущего владельца тела, я обратил внимание на крупный булыжник, неподалеку от пятна окровавленной травы. Впрочем, зачем он мне? Судиться со шпаной я точно не буду.

— Ооо, ыыы, эээ, — я бодрой походкой шагал по солнечному лугу, тренируя буквы. Начать решил с гласных.

— Смотри-ка, этот придурок свиней бросил! — донеслось сбоку, — Еще и петь пытается!

А это кто? Я повернулся на голос и увидел, как из негустого подлеска вышли две крестьянки в одежде очень похожей на русскую народную. Длинные юбки и какие-то кофты или блузки с простеньким узором. Не шарю я сильно в них.

— Эй, Свинотрах, ты куда это навострился!? — вторила ей подруга.

Нет! Нет!! Я этого не слышал! Пожалуйста, не надо!!! Бывший владелец тела, в натуре со свиньями это…? Фу… Меня перетряхнуло изнутри, и я рванул, очертя голову, в сторону озера. Нужно срочно валить из этого поселка, с такой репутацией… А еще лучше с острова. Вот только на какие шиши и на чем? Далековато плыть.

Надо признаться, физические возможности нового тела меня приятно удивили. Несмотря на колоссальную массу, бег давался очень легко, а трехметровые шаги быстро оставили далеко позади сельских дамочек. Вон, уже и пруд видать, с топографией я всегда дружил.

Ну, с богом… Хм, с каким из них? Как выяснилось, их немало. Ну пускай будет Локи.

Я склонился над прозрачной водой и посмотрел в свое отражение. А не так уж все и плохо. Фигура — Аполлон Бельведерский в свои лучшие годы, правда в масштабе полтора к одному. Физиономия тоже вроде нормальная, не красавец, но и уродом не назовешь. Черты лица довольно пропорциональные. Вот только его выражение сразу выдает во мне умственно отсталого и прическа похожа на копну свежей соломы. Впрочем последнее легко поправимо. Обязательно надо будет потренировать невербалику, а то зрачки по привычке в кучу стремятся и дебильная улыбка с лица не сходит. Можно было сказать, что с моим родным лицом у этого индивидуума не было никакой связи, если бы не глаза. Мои светло-голубые соблазнительные очи, как ни странно, остались при мне.

Так, все! Хватит прибедняться. Немедленно приступаем к подготовке этого тела к полноценной жизни. Начнем с речи.

— Ма-ма, — довольно внятно произнес я. — Му-Му.

Ммм, какой у меня прикольный баритон! Мое самое слабое место в том мире здесь вдруг обернулось сильной стороной. Да я фильмы могу озвучивать! Вот только сомневаюсь, что в местном колхозе их показывают. Светить новыми возможностями, пока не буду, а то местные переполошатся и подозревать начнут. Поди еще и в демонов верят.

Хм… А ведь тут и вправду могут быть демоны! Ладно, узнаем и это со временем. Погуляю пока, осмотрюсь, погляжу, чем здесь люди дышат.

Я направился в сторону деревни. Хрен с этими свиньями, пускай их кто другой пригонит. Ну что могут предъявить идиоту, который внезапно решил погулять и забыл про стадо?

Вдали показались сельские дома. Совершенно обычные, каких в российских деревнях сплошь и рядом. Бревнышки, солома, заборчики… Ой, что-то шевельнулось в кустах — неподалеку, в зеленой траве проскользнула небольшая змейка, кажется ужик. С них и начнем.

— Том, том, том, — нет буква «Д» пока не выходит, — Змэ-эя, зме-эя, змея, — а вот «З» вполне нормальная. Неплохо! Непривыкший к разговорам голосовой аппарат потихоньку приобретал подвижность.

Так я шел и тренировался, пока вдалеке не показался селянин с коромыслом. Хм, коромысло есть, а ведра тогда где?

Я предпочел умолкнуть, чтобы не навеять подозрения, и продолжил свой путь. Мужик двигался точно в мою сторону. Вот он сейчас, наверное, поругает меня, но зато может что и сообщит об этом мире. Я ж тупой, мне все рассказывать и повторять по нескольку раз надо.

— Акакий, едрить твою налево! — коромысло полетело точнехонько в мою голову. — Ты какого хрена свиней побросал!?

Что? Меня еще и Акакием звать? Боже! Это дерьмо когда-нибудь закончится?

Я рефлекторно уклонился, и тяжелая оглобля просвистела мимо, обдав мои торчащие волосы ветерком.

— Ни хрена себе реакция, ты не заболел? Ты же сроду все в тыкву ловил! — крестьянин пристально уставился в мои глаза, — Точно, и глаза у тебя поменялись. Осмысленные какие-то, будто и не дурак вовсе.

Блин! Так и спалиться не долго.

— Мууу, — я замахал руками и сдвинул зрачки в кучу. Надеюсь, все правильно делаю?

— Ан нет, показалось, — облегченно выдохнул крестьянин, — Но на цепь я тебя сегодня за твою безалаберность посажу. Ежели что с Пегой барина нашего случилось, не жить тебе, Акакий.

Цепь? Барин? Тут еще и рабство имеется? Ну, Локи, ну паразит!

— Все норм, — раздался голос бога, — Мне пока нравится, как ты действуешь. Хитрость наше все, не зря же я тебя выбрал!

— Ты сразу не мог сказать? Я еще и в рабах оказывается!

— Да не раб ты! Просто тупой, вот и держат тебя периодически на цепи, чтобы чего не натворил. Я к тебе проездом заскочил ненадолго, дела у меня неподалеку. Если вопросов нет — побежал я.

— Стой! Это правда… ну, про меня и свиней?

— Не совсем. Бывший хозяин тела как-то рискнул совокупиться с хрюшкой, но ничего не вышло, только бедное животное напугал. Однако засекли его местные за этой прелюдией. Ну и погремуху прилепили.

— Фух…, — облегченно выдохнул я, вычеркнув зоофилию из биографии. Стоп. Я что, это вслух сказал?

Судя по ошалевшему лицу крестьянина, последнее слово действительно было произнесено достаточно четко.

— Фух, фух, фух, — я натянул идиотскую улыбку и побежал за подвернувшейся бабочкой.

— Бабочка это, Акакий, а не фух! А, толку-то тебе дураку объяснять, — он с расстроенным видом махнул рукой.

Вроде мужик-то на самом деле неплохой, даже верит в меня немного.

— Еда. Домой. — тон его голоса внезапно изменился на командный. Так обычно хозяин подзывает собаку.

Видимо по правилам, мне сейчас нужно среагировать и идти за ним. Я грустно вздохнул и послушно поплелся за ним в деревню, решив, что конфликты мне пока не нужны. Бежать с острова некуда, денег нет. А там куда меня ведут, наверное, покормят.

— Эх, Акакий. Вот веришь-нет, завидую я тебе иногда. Спроса с тебя никакого, целый день сидишь себе на природе, да ворон считаешь — начал изливать мужик свое горе, неторопливо шагая по проселочной дороге.

Я обратился в слух. Первая познавательная информация, пусть выговориться.

— …а я что? — продолжал он, — Дима вспаши, Дима засей, Дима детей вырасти. Еще и его Высокородие, хрен бы его побрал. Мало того, что право первой ночи не отменил, хотя клялся-божился, так еще и оброк задрал. Да чтоб ему обдристаться, козлу! Жалко, Ленку, умница она у меня. А за Феофана Андроновича нашего речи ведут, что больно охоч он до извращений всяких.

Ну вот, первые крупицы новых знаний. Интересно, этот Дима мой отец? Лена, получается, его дочка на выданье и светит ей первая брачная ночь с помещиком-дефлоратором. Ладно, не будем торопить события, все со временем узнаем. Я еще наведу шухер в этом колхозе!

Крестьянин о чем-то горестно задумался и до самого дома не проронил больше не слова. Жил он, как оказалось, в средней паршивости избушке — не совсем сарай, но и до терема далеко. Домочадцев его мне пока увидеть не удалось, за исключением жены Софьи — пухлой тетки, что называется кровь с молоком, только в двойной концентрации второго. Та как-то странно зыркнула в мою сторону и удалилась в избу.

Дмитрий завел меня на большой сеновал, прицепил к ноге длинную увесистую цепь, конец которой крепился здоровенным костылем к вертикальной опоре, а затем вышел. Спустя четверть часа он вернулся со здоровенной миской куриной похлебки, но почему-то без ложки. Я вопросительно посмотрел на него.

— Ну что ты на меня, как на юродивого смотришь? Что не так? Аль тебе прибор столовый нужен? Так ты же и держать-то его не умеешь!

Эх. Придется есть как получится. Я попытался пристроиться к огромной тарелке и так, и эдак. В итоге вспомнил про свои огромные лапы и не менее огромную хлеборезку, а потому просто взял миску двумя руками и влил ее содержимое себе в рот. Вкус бульона оказался весьма приятным и в животе разлилось ласковое тепло.

— Ну вот, а то ерепенился, аки граф привередливый! — он забрал посудину и стряхнул остатки жидкости на землю, — Отдыхай давай. С Пегой все в порядке, так что повезло тебе. Но завтра-таки дома сидишь. Помещик плетей тебе велел всыпать, да смыслу в том нет, не поймешь. Данька мой за тебя свиней попасет.

Ну и ладушки! От работы на завтра отмазался. А поспать мне совсем не мешало бы. День выдался невероятно насыщенным и познавательным. Я с удовольствием растянулся на зеленоватом сене, которое восхитительно пахло, и закрыл глаза.

Тихий скрип двери сарая нарушил ночную тишину. Я вздрогнул и посмотрел на вошедшего. Софья… Чего ей здесь надо? Не за любовью же к деревенскому зоофилу пришла! Мне же только о свиньях и мечтать.

— Мууу? — я вопросительно уставился на нее.

— Тссс, дурачок! — она почти на цыпочках подкралась ко мне, — Где там наш большой дружок?

Ее руки потянулись к завязкам моих штанов. А вот хрен тебе! Я попытался думать о тяжелой работе, чтобы отвлечься и не возбуждаться, но скопившийся тестостерон влупил по мозгам так, что я невольно снова перевел взгляд на Димину жену. А она уже ловко оседлала меня и выкатила наружу свои громадные груди. Да они побольше моей головы будут! Я не удержался и положил на них руки сверху…

Глава 3

— Акакий, Акакий…, — голова Софьи покоилась на моей груди, а ее мягкая ладонь скользила вверх-вниз по редким волоскам на животе, — Был бы не дурак — цены бы тебе не было. Ну подумаешь, глазки в кучу, зато приятно усесться на такого мощного жеребца да проехаться с ветерком. Это еще жена Андроныча нашего не знает, каким богатством тебя природа одарила. Эта курва за такую оглоблю, да еще и безотказную, душу дьяволу продаст.

— Мууу…

— Да-да, — грустно вздохнула она, — Конечно «Му». У Димки-то моего, стручок гороховый, да и тот засох давно. Хорошо хоть сам мужик работящий. А я баба в соку, мне много любви надо.

Честно говоря, в прошлой жизни я бы уже давно сбежал от такой мадам. Да что сбежал, я бы с ней даже на одном гектаре по большой нужде не сел! Но в данном случае ситуация была не так и плоха. Во-первых, я только что выдержал заезд на пять кругов за какие-то пару часов, чего мне даже в пору своей юности не доводилось делать. Как никак, а душу это грело очень даже. Моему новому организму такая разрядка не повредит, хоть мозги быстрее заработают и отвлекаться на зов плоти не придется.

А во-вторых, Софья оказалась весьма осведомленной особой, да еще необычайно говорливой. За час ее монолога я узнал о том месте, в которое попал, больше, чем за весь прошедший день. А потому жадно впитывал все ее словесные излияния, изредка жалобно мыча, когда возникала пауза. Она это воспринимала как мою благосклонность и в ответ еще больше заливалась соловьем.

Связав воедино всю информацию, о которой она успела мне поведать, выходила такая картина.

Остров, на который меня занесло, назывался просто и незатейливо — Зеленый. Верховодил на нем некий барин — Феофан Андронович, который был единоличным владельцем этих земель и слыл еще тем самодуром. Отдаленная от материка территория была не очень большой, по моим расчетам вышло что-то около пятисот квадратных километров. Зато славился сей островок невероятно плодородной почвой и мягким климатом. Находилось на нем с десяток сел, местное население которых занималось в основном земледелием и рыбалкой. Пять из них располагались по соседству друг от друга, образуя что-то вроде центра. Главное из них величалось Андроновка, в честь батюшки нынешнего владельца. Остальные деревушки были раскиданы по берегу и заселяли их рыбаки.

Я же возродился в Луговом, которое являлось самым ближайшим соседом местного административного центра и, занимал должность главного пастуха объединенного свинского стада тех самых пяти деревень. С проживанием на землях барина все было до нельзя просто: не нравится платить оброк — плыви на все четыре стороны и ищи себе новое местожительство, а если уж совсем отмороженный, можешь попытать удачи в Неизведанном крае, якобы там свободной земли полно. Что это за местечко я так и не понял, но ходила молва, что оттуда не возвращаются. К сожалению, название государства, в котором я нахожусь, мне пока узнать не удалось.

Зато кое-что узнал о магии. Способностью к ней обладал чуть ли не каждый житель этого мира, но вот развить его до чего-либо существенного было дано не каждому, так как это занимало прорву времени, а главное стоило немалых денег. Учитывая же мое «везение», как бы не сложилась моя дальнейшая судьба, пощипать студенток-магичек за задницу мне не доведется, так как кроме финансов и рекомендаций необходимо обладать хотя бы зачатками колдовского дара.

Правил страной, как ни странно, король, а дальше по нисходящей — герцоги, графы, бароны и, собственно, помещики вроде Феофана. Однако, была еще в местной структуре власти независимая церковная ветка, со всей полагающейся атрибутикой, вплоть до паладинов и инквизиторов. Богов было всего два. Один, как водится, светлый и хороший, а второй не очень. Вроде как имелся у этих двоих и третий брат, но его как-то со временем позабыли и похоронили в летописях. Звали их бесхитростно, ну или в такую форму их конвертировал мой встроенный переводчик: Бог и Дьявол. Имя забытого узнать не удалось.

К вере относились трепетно. Не до фанатизма, но религию уважали и регулярно посещали церковь, как минимум дважды в неделю. Последняя, кстати, была десятидневная с тремя выходными, которые для крестьян, ровным счетом ничего не значили. Эти отдыхали во время дождя.

Мое происхождение пока оставалось загадкой. Понял лишь, что мне около двадцати, и я был подобран где-то в младенческом возрасте. А еще, как выяснилось, меня очень не любит местная золотая молодежь, которая при встрече считает своим долгом метнуть чем-нибудь тяжелым в мою головушку.

Ах, да! Чуть не забыл самое главное! Деньги! Они здесь назывались бесхитростно: золотой, серебряный, медный. Монеты соответствовали своей стоимости и были отчеканены по весу так, чтобы золотой равнялся десяти серебряным, а серебряный десяти медным.

Ненасытная Софья сбежала с первыми петухами, очевидно рассчитывая успеть к пробуждению своего Димы, и я, наконец-то, остался наедине со своими мыслями.