Кольцо для Пятачка

Я шаркнула ножкой и, обойдя парня по стеночке, рысцой устремилась к лестнице. Свою спальню я нашла за рекордные двадцать секунд, скрылась в ней и щелкнула задвижкой. Все, я в домике! Здесь охранник меня не достанет.

Переведя дух, я рухнула на кровать, которая под моим весом тут же прогнулась, и я утонула в мягкой перине. Перепугавшись, что еще, чего доброго, задохнусь, я перебралась в кресло.

Рядом с дубом я ровным счетом ничего не нашла, ну, окромя своего поруганного от встречи с землей достоинства, значит, отталкиваться мне не от чего. Ладно, сейчас проще пробежаться по списку работников.

Лиза. Что там про нее говорил Евгений? Приехала в Москву попытать счастья? Не повезло. Что ж, не она первая, не она последняя. А еще, мне очень интересной показалась мысль про машину. В данном случае, если не средство передвижения, то что-нибудь равноценное ему девушке наверняка понадобится для того, чтобы с триумфом вернуться в родную деревню. Вполне возможно, что и наше колечко на совести девушки.

Кто дальше? Дарья. Тэкс, у нее есть трехлетний сын, отчего Дарья здесь не живет, возвращается на ночь домой.

Максим. Что на него? Лен…

Стоп! Дарья возвращается на ночь домой! Значит, у нее была великолепная возможность унести отсюда кольцо! Надо немедленно ею заняться!

Я вскочила с кресла, и тут зазвонил домашний телефон, стоящий на тумбе у двери.

– Аня, – раздался в трубке добродушный голос Евгения, – не отвлек? Уже без пяти два, спускайтесь обедать на кухню.

Я положила трубку. Замечательно, во время обеда следует разузнать побольше про эту Дарью, разговорить ее, что ли.

Когда я добралась до кухни, все уже были в сборе. Меня встретили сдержанным хором приветствий. Я покосилась на Максима и села поближе к Людмиле Игоревне.

Евгений накрыл на стол.

– Как вам у нас? – любезно поинтересовалась экономка. – Разобрались в планировке дома?

– О, почти, – откликнулась я, принимая из рук Евгения тарелку с борщом, – выучила маршрут спальня-кухня, вроде пока этого достаточно.

– Уже хорошо, – отозвалась Дарья, – я здесь неделю осваивалась, а от русалки меня вообще оторопь брала.

– А как вам здесь? – поинтересовалась я у горничной. – Нравится?

– Да, – улыбнулась девушка, – Виктор Антонович очень любезен, хорошо платит, остальные здесь даже живут, и хозяин за это денег не вычитает.

– Остальные? – тут же подхватила я. – А вы нет?

Евгений удивленно на меня посмотрел – он ведь уже говорил мне, что Дарья единственная, кто здесь не ночует.

– Нет, – покачала головой девушка, – у меня сын, Коленька, ему три года. Днем с ним бабушка сидит, пока я на работе, а вечером я его забираю, и мы едем домой.

Внезапно на лицо девушки набежала тень. Я не успела поинтересоваться причиной смены ее настроения, когда в разговор, к вящей моей досаде, вмешался Павел.

– Анна, я слышал, у вас проблемы с вашим парнем.

Я оторопела.

– Если вы вдруг, – продолжал Павел, окидывая меня выразительным взглядом, – заходите об этом поговорить, я всегда к вашим услугам.

В тот момент одновременно произошли две вещи: Людмила Игоревна прикрикнула на Павла, и Лиза, всхлипнув, выбежала из-за стола. Я совершенно растерялась от такого поворота событий, поэтому, услышала экономку, только когда она заканчивала гневную тираду:

– … это просто возмутительно, Павел!

Павел тут же принялся оправдываться, остальные сидели тихо, как мышки. Поняв, что всеобщее внимание сосредоточено на них двоих, я побежала за Лизой, надеясь, что девушка не успела далеко убежать.

Горничную я обнаружила практически сразу – она сидела на лестнице и рыдала.

Я бросилась к ней, а затем остановилась, не зная, что сказать.

– Лиза, ты в порядке? – наконец, нужные слова пришли на ум, и осторожно присела рядом с девушкой.

Горничная всхлипнула, пряча от меня глаза, и тихо ответила:

– Все в порядке, вы извините, в последнее время я сама не своя…

– Ничего страшного, – фальшиво улыбнулась я, – у меня сейчас тоже не самый лучший период в жизни. А сейчас, если ты не возражаешь, – я покосилась на русалку, – мы пойдем отсюда куда-нибудь подальше от заунывных песен.

Лиза хмыкнула:

– Меня порой от нее тоже дрожь пробирает. Идемте.

Мы поднялись с лестницы, и девушка повела меня в небольшую уютную гостиную.

– Ух ты, – восхитилась я, – здесь очень мило.

– Это гостиная для домработников, – пояснила девушка, – здесь мы отдыхаем, когда выдается свободная минутка. Вон та дверь, – ока указала на неприметную дверцу, скрытую отсюда стеллажом с книгами, – ведет в небольшой коридор, откуда мы можем попасть каждый в свою комнату.

Я кивнула и осмотрелась. Напротив телевизора располагался широкий диван, перед которым примостился журнальный столик; сбоку от дивана, образуя полукруг, размещались два мягких кресла; у дальней стены стояли книжные стеллажи. В отличие от всех остальных комнат, что мне уже довелось увидеть, эту не портила стеклянная стена, наоборот, она даже придавала какое-то очарование.

Горничная, явно не зная, чем себя занять, подошла к столику и принялась перебирать журналы. Я откашлялась и снова предприняла попытку разговора, решив на этот раз действовать напрямик:

– Лиза, у вас что-то… с Павлом, да?

Девушка бросила на меня испуганный взгляд и тут же фальшиво принялась уверять, что я ошибаюсь.

– Тогда почему ты так отреагировала на предложение парня? – не сдавалась я.

– Я вовсе не на предложение Паши! – затараторила Лиза. – Просто я… от перца!

– От перца? – не поверила я.

– Ну да, – Лиза обрадовалась правдоподобной причине, – я в суп столько перца сыпанула, а он меня как обожжет! Вот я и… – она развела руками.

Я кивнула – что ж, совершенно ясно, что девушка не хочет говорить. Я бы тоже не доверилась совершенно незнакомому человеку. Что-то подсказывает мне, что Лизу с Павлом связывают отношения более близкие, нежели приятельские, и если так – я ей не завидую. Не знаю, как на ее месте почувствовала бы себя я, если бы вот так вел тебя Тимур.

– Перец так перец, – покладисто согласилась я, решив извлечь из нашего разговора максимум пользы. – Слушай, а ты не знаешь, почему Дарья так огорчилась, когда про своего сына рассказывала?

– Так болен он, – мгновенно позабыв о своем горе, округлила глаза девушка, – операция ему нужна, а она денег стоит!

– Ты уверена? – переспросила я, чувствуя, как колотится сердце.

– Так конечно! – воскликнула Лиза, подбегая и садясь рядом. – Только не рассказывай никому!

Я даже заверить ее в этом не успела, когда она уже продолжила:

– Рабочий день уже закончился, все по своим спальням разошлись, а я осталась полы вытирать – Людмила Игоревна велела. Вдруг слышу – плач. Ну, я и пошла на звук. Вижу – на полу Даша сидит и плачет, я-то думала, она уже домой уехала, а она вона, слезами заливается. Мы с ней не особо-то дружили, так, привет-пока, но ежели ж у человека горе, как тут не помочь? Я к ней бросилась, что ж ты ревешь, говорю. Она сначала говорить не хотела, а потом как выложит – Коленька, сын ее, болен очень, деньги на операцию нужны, а где их взять? Муж ее сразу же после рождения ребенка бросил, в Америку укатил, баксы зарабатывать, мать уже пенсионерка, денег у нее нет, а больше не к кому обратиться. Ну, я давай ее успокаивать, а она плачет и говорит – на панель пойду, но деньги сыночку достану.

– И что? – затаив дыхание, спросила я.

– А ничего, – пожала плечами Лиза, – слезы утерла и ушла, только просила никому не рассказывать.

Я тут же замотала головой, правильно истолковав вопросительный взгляд горничной:

– Я никому не скажу, – пообещала я. – А когда это точно было, можешь сказать?

Девушка задумалась:

– Ну, недели две назад, а вам зачем?

– Да так, – отмахнулась я.– Ну ладно, пойду я.

Быстро попрощавшись с девушкой, я побежала в свою комнату.

Получается, что у Дарьи был мотив украсть кольцо. Ее маленький сын нуждается в операции, мать не знает, что делать, а тут хозяин покупает какое-то дорогое колечко своей будущей жене и беззаботно засовывает в сейф! Наверняка Дарья думала, как это несправедливо – у нее не хватает денег для того, чтобы вылечить сына, а тут такую огромную прорву деньжищ в форме бриллианта с пальчиками дарят совершенно так и без того не бедной девушке! Тот разговор произошел две недели назад, значит, у Дарьи было достаточно времени, чтобы придумать план и узнать код.

Я бросилась к домашнему телефону: Максим значился под цифрой два, первым, к огромному моему удивлению, стоял Виктор.

Охранник ответил не сразу. Наконец, я услышала:

– Да?

– Максим, это Анна, – затараторила я, – Виктор Антонович сказал мне, что вы переходите в мое распоряжение, мне срочно нужно кое-куда съездить.

– Сейчас? – тут же заныл лентяй. – Так ведь снег на улице, да и стемнеет скоро, март все-таки…

– Сейчас только три часа! – рявкнула я. – Выполнять!

– Есть! – уныло откликнулся парень.

Я бросила трубку – нет, ну видали нахала, а? Виктор совершенно распустил свой персонал, уверена, служащие его отца не позволяют себе такой вольности.

Я вздохнула – эх, как хорошо было раньше, когда мы искали Пуха. Тогда в моем распоряжении были и Виктор, и Васька, ехали куда хотели, когда хотели, и никто мне не перечил… Сейчас Виктор на работе, Васька ушел из полиции и открыл свой клуб, где обучает разных молодцов грамотно махать кулаками. Жаль, что он не поможет… Хотя, почему не поможет? Я радостно подскочила – совершенно необходимо привлечь в дело Ваську! При взгляде на его бандитскую физиономию с длинным косым шрамом люди стараются сделаться как можно незаметнее и охотнее выбалтывают информацию. К тому же, что, если вор – Максим? Тогда он обязательно насторожится, если я попрошу его отвезти меня к дому Дарьи, и успеет скрыться. Еще один плюс в пользу Васьки!

Я быстро оделась и побежала к выходу. Максим уже ждал меня, с унылым видом сидя за рулем БМВ. При моем появлении этот гад даже не оторвал свою задницу от сиденья, чтобы открыть мне дверцу. Наверняка мстит за куртку, шельмец.

Кипя от злости, я сама устроилась рядом с ним и велела:

– Советская, 36.

Охранник бросил на меня «горящий энтузиазмом взгляд» и тронулся.

Нельзя сказать, чтобы клуб, открытый Васькой, пользовался большой популярностью, но постоянные клиенты у него все же были. Правда, большую их часть составляли хмурые парни, которые работали на дяденек с не совсем легальным бизнесом. Откуда я это знаю? Димка как-то раз к нему заглядывал, а я вот до сих пор не удосужилась. Ну, ничего, сейчас исправлюсь.

Это было небольшое, ничем не примечательное двухэтажное здание, к одному боку которого лепился маленький ларек, а другой подпирала группа шкафоподобных ребят, встретивших Витькин БМВ хмурыми взглядами.

Глаза Максима удивленно поползли вверх, но я, не обращая на парня внимания, выпорхнула из автомобиля, бросив ему напоследок:

– Езжай домой.

Я даже до двери дойти не успела, когда БМВ уже скрылся за углом. Я только головой восхищенно покачала – быть тебе Шумахером, Макс!

Ваську я обнаружила сразу – он сидел на скамейке и мерно поднимал гантельку, весом приблизительно с меня. Казалось, с нашей последней встречи он стал еще больше, если это только возможно: выше меня почти на две головы, этот парень первое время заставлял меня шарахаться в сторону, когда он поднимал руку для приветствия – мы тогда жили в соседних домах. После того, как похитили Димку, Васька предложил мне свою помощь в его поисках, хотя, точнее будет сказать – он просто не оставил мне выбора. Скоро к нам присоединился Виктор, и наше героическое трио… стало здорово напоминать мне кучку идиотов. Когда-то Васька спас мою жизнь, надеюсь, с моей стороны не будет слишком самонадеянно снова просить его помощи.

– Привет, качок, – хмыкнула я, подходя ближе.

Васька поднял на меня недовольный взгляд.

– О, Анька! – обрадовался он, бросаясь меня обнимать. Я даже ахнуть не успела, как на меня налетело сто килограмм живого веса.

– Задушишь, – пискнула я, чувствуя, как угрожающе захрустели мои шейные позвонки.

Васька поспешно меня отпустил:

– А ты все такая же мелкая, – хохотнул он, глядя, как я испуганно ощупываю шею.

– Сам ты мелкий, – обиделась я, – разговор есть.

– Идем, – кивнул он и двинулся к неприметной двери.

– А почему у тебя здесь никого нет? – поинтересовалась я.

В зале, кроме Васьки, действительно никого не было.

– Так рано еще, – улыбнулся он, – занятия для ребятни начинаются в этом зале в семь часов, а втором этаже качаются ребята посерьезные, те почти целый день здесь. Ты должна была встретиться с некоторыми у входа.

– А как же, – кивнула я. – А это что?

В небольшой комнатке, куда мы зашли, хранилось множество гантелей разных весовых категорий, несколько скамеек, пара стульев, какие-то длинные палки и еще куча всяких непонятных мне вещей.

– Это склад, – пояснил склад, снимая с гвоздя связку ключей. – А теперь пойдем в мое скромное жилище.

– А ты далеко живешь? – забеспокоилась я. – А клуб закрывать будешь?

– Я живу очень далеко, – хмыкнул мой бывший сосед, – аж на втором этаже.

– Ты живешь тут же? – изумилась я, поднимаясь по лестнице за ним.

– Ага, и к работе близко, и клуб круглосуточно под охраной.

– А не страшно? – поинтересовалась я.