Судьба солдата

– Не стоит, товарищ командир, – предупредил его водитель. – Снайпера духов не спят.

Крылов невольно сунул сигарету в пачку и снова уставился в луч автомобильных фар, который выхватывал из темноты то большой валун, то куст. Наконец, грузовик сбросил скорость, и остановился около полосатого шлагбаума. Он вышел из машины и направился в сторону солдата, на груди которого сверкал огонек фонарика.

– Командир разведгруппы старший лейтенант Крылов. Позови командира, – приказал он часовому.

Через минуту машина, минуя КПП, медленно двинулась дальше и остановилась около больших армейских палаток. Около одной из них Крылов увидел группу летчиков.

– Привет! Прибыли? – спросил его один из них. – Высаживай людей, сейчас вылетаем.

Десантники быстро выгрузились из кузова машины и по приказу Белоусова построились на площадке.

– Первая группа, за мной! – скомандовал Крылов и направился вслед за летчиками.

Разместившись в вертолете, они стали ждать взлета. За бортом машины раздался шум двигателя, который стал нарастать с каждой секундой. Машина вздрогнула и оторвалась от земли. Он посмотрел на лица десантников. Ни одной улыбки, ни одной шутки, лица словно вырублены из гранита. Крылов прильнул к иллюминатору, за ним – сплошная темнота, ни одного огонька на земле. Неожиданно темноту ночи разорвала огненная цепочка светлячков, которая с земли устремилась в их сторону. За одной цепочкой последовала вторая, третья, и вскоре он сбился со счета. Вспышки появлялись в разных местах, количество светящихся цепочек с каждой минутой все росло и росло. Было ясно, что машина попала в зону обстрела. Вертолет, взревев моторами, завалился влево и быстро ушел в сторону.

* * *

Они десантировалась в районе кишлака Тахсильдар провинции Кандагар около двух часов ночи. Несмотря на темноту, отряд быстро собрался вместе. Крылов обошел строй и остался доволен тем, что в этом ночном десантировании обошлось без всяких непредвиденных случайностей, так как именно при высадке ночью, десантники получают различные травмы, начиная с вывихов и ушибов, заканчивая серьезными переломами конечностей.

– Травмированных бойцов нет? – еще раз уточнил он.

Строй молчал.

– Это уже хорошо, – подытожил он и стал доставать из полевой сумки карту.

Крылов усмехнулся над собой, ему стало смешно, что он в такой темноте хотел сориентироваться на местности. Разделившись на две группы, они скрытно двинулись к намеченной на карте точке. Уже через несколько метров Крылов ощутил небывалую тяжесть в ногах. Сердце учащенно застучало, а лоб покрылся испариной. Все эти ощущения присущи высокогорью и, несмотря на его достаточно высокую физическую подготовку, он понял, что не успевает за своей группой. Десантники тоже поняли его состояние и автоматически сбросили скорость передвижения.

– Тяжеловато, товарищ командир? – поинтересовался у него один из бойцов. – Давайте я вам помогу…

Он кивнул ему головой.

– Ничего, скоро станет легче. Это без привычки. Потерпите немного.

Постепенно небо на востоке сначала посерело, а потом окрасилось в золотистый цвет. Рассвет застал их на контрольной точке. Выставив боевое охранение, Крылов скинул с себя мешок, набитый боеприпасами, и, словно куль с песком, повалился на влажную от росы землю. Сильно ныли уставшие ноги. Чтобы снять усталость, он положил их на высокий камень. Радист сел недалеко от него, развернул радиостанцию и вышел в эфир. Минут через двадцать к ним подошла вторая группа бойцов, которую привел Белоусов. Заметив его знак, Крылов встал с земли и отошел с ним в сторону. Белоусов подошел поближе и, стараясь говорить не так громко, доложил:

– Командир, у нас ЧП. Разведчики при движении наткнулись на местных пастухов. Троих они вынуждены были убрать, однако четвертый – мальчишка лет восьми, успел скрыться. Мы пытались найти его, но темнота не дала.

Это было неожиданное сообщение для Крылова, так как он считал, что они прошли весь свой путь скрытно для противника, и вдруг.

– Плохо, Андрей. Сейчас этот мальчишка расскажет о встрече с нами. А я считал, что нам удалось скрытно пройти путь. Ты тщательно разберись с этим случаем, я не хочу больше подобных проколов – произнес Крылов. – Считаю, что эффект неожиданности нами утерян. Я больше чем уверен, что за нами вот-вот начнется охота.

– А вдруг мальчишка ничего не расскажет, командир? Может, он ничего и не видел?

– Вряд ли, – произнес Крылов. – Чудес не бывает. Если бы не видел, то и не прятался бы от вас. Так, что будем делать? Что предложишь?

Белоусов на секунду задумался и посмотрел на отдыхающих бойцов. Неожиданно он произнес:

– Разрешите, я лично возглавлю группу? Мой прокол, мне и нести ответственность за это. Я возьму троих бойцов, и мы вернемся обратно. Посмотрим, что делается там, на месте.

– Ты, что Андрей? Ты уже не доверяешь своим бойцам? Это плохо.

Заметив недовольную гримасу на его лице, Крылов продолжил:

– Хорошо, я не против твоего предложения. Пока вы осуществляете разведку, мы переместимся вот в эту точку и будем ждать тебя там. А ты, поднимай своих людей и посмотри, что там.

Белоусов выкрикнул три фамилии и, когда те поднялись с земли, он махнул им рукой. Они осторожно двинулись в обратную сторону и вскоре пропали за горным хребтом. Крылов выставил боевое охранение, и они осторожно двинулись дальше по ранее намеченному им маршруту. До точки сбора оставалось километра полтора.

– Товарищ командир, впереди, в двух километрах от нас, засада моджахедов.

– Сколько их?

– Трудно сказать. Мы насчитали восемь человек. Похоже, они нас ждут.

– Привал! – скомандовал Александр. – Будем ждать возвращения Белоусова.

Вскоре подошла группа Белоусова. Крылов посмотрел на него.

– Что будем делать, командир? – спросил лейтенант. Мы прошли дальше по дороге, прежде чем выйти на вас. На ней тоже моджахеды, их человек пятьдесят, если не больше.

Белоусов вопросительно посмотрел на него, ожидая решения. Ввязываться в бой с превосходящими силами противника было опасно. Во-вторых, перед группой стоит другая задача, это навести авиацию на банду Муллы Маланга, а не вступать в огневые стычки с моджахедами.

– Я думаю, Белоусов, что нам нужно обойти стороной засаду и двигаться дальше. Если ты считаешь, что нужно на них навести «вертушки», тогда передай летунам их координаты. Пусть нанесут удар, а там посмотрим.

Белоусов подозвал к себе радиста и приказал ему выйти в эфир. Когда радист связался с авиабазой, он попросил их нанести удар.

– Дайте координаты, – затребовала база.

Он быстро назвал квадрат и ориентиры. Закончив связь, они снялись с места и направились к контрольной точке. Часа через полтора над ними прошло звено «горбатых», а затем до них донеслись звуки мощных взрывов и треск авиационных пушек.

* * *

Отдохнув, они привычно выстроились в цепочку и снова двинулись по намеченному маршруту. Группа обошла один из блокпостов моджахедов и стала медленно подниматься в горы. Трудней всего этот подъем, наверное, дался Крылову. Он был мокрый от пота до последней нитки. Ему приходилось часто останавливаться, чтобы немного прийти в себя, однако, отдохнув с минуту-другую, он снова поднимался и шел вслед за своими бойцами. Они поднялись достаточно высоко в горы, и сейчас под ними лежала разгромленная авиацией засада моджахедов. Сверху были хорошо видны воронки от авиабомб и разбросанные по дороге трупы мятежников, около которых сновали выжившие в этой бойне люди.

Белоусов поднял руку вверх, тем самым остановив движение группы. Крылов приложил к глазам бинокль. Внизу по узкой и извилистой дороге, поднимая клубы серой пыли, двигались четыре автомашины. Они остановились на месте уже бывшей засады и выбравшиеся из машин люди стали быстро подбирать трупы убитых моджахедов. Разместив живых и раненых в машины, они развернулись и направились в обратную сторону.

«Вот была засада и сплыла, – с каким-то радостным для себя чувством, подумал он. – Их хоть похоронят, как людей, а кто похоронит нас?»

– Что будем делать, командир? – спросил Крылова Белоусов. – Сейчас они перегруппируются и начнут охоту на нас. Пока они не убедятся, что нас в этом районе нет, караван моджахедов не двинется с места.

Он посмотрел на него, ожидая, какое решение примет Крылов. Александр на секунду задумался, а затем произнес:

– Выполнять поставленную задачу. Приказ, Андрей, никто не отменял. Сколько времени у нас в запасе?

– Двадцать шесть часов, – ответил он.

– Этого вполне достаточно, чтобы принять решение. Будем ждать, я не думаю, что они догадываются, что мы находимся над ними.

Крылов знаком подозвал к себе радиста. В его голове моментально созрел, как ему показалось, оригинальный план. Радист быстро развернул свою рацию и, настроившись на нужную волну, протянул ему наушники и микрофон.

– Седьмой, седьмой, я – третий, как слышишь, прием, – произнес Александр.

– Седьмой, седьмой, я – третий, прием!

В эфире стоял треск и шум. Он с укором посмотрел на радиста и сунул ему в руки наушники и микрофон.

– Выйди на связь, а затем передашь микрофон мне. Понял? А, то кроме шума и треска, в эфире больше ничего нет.

Радист кивнул головой и снова начал вызывать базу. После нескольких попыток он развел руками.

– Товарищ командир, похоже, они глушат наш сигнал, – произнес радист. – Нужно поменять точку выхода в эфир.

Крылов посмотрел на десантников, которые внимательно следили за ним. Под их ожидающими взглядами он поднялся с камней и, забросив за плечи мешок, скомандовал:

– Группа, подъем! Быстро уходим.

Все поднялись на ноги и устремились за ним. Отойдя километров на десять от старой стоянки, он снова приказал выйти в эфир. На этот раз попытка увенчалась успехом. Радист передал ему наушники, микрофон и отошел в сторону.

– Седьмой, седьмой, я – третий! Как слышишь? Направьте вертушки к точке шестнадцать. Имитируйте возврат наших групп. Как понял? «Бородатые» обложили нас со всех сторон.

– Все понял, третий! – ответил приятный женский голос. – Ждите нас на точке шестнадцать в двадцать два часа, – ответил ему седьмой.

Он передал наушники и микрофон радисту и в знак благодарности похлопал его по плечу. Посмотрев по сторонам, он взмахом руки подозвал к себе Белоусова.

– Андрей! Начинаем новую игру. Сегодня в двадцать два часа прилетят «вертушки» и сделают вид, что забирают нас обратно на базу. Думаю, что моджахеды должны клюнуть на это. Пока они считают, что мы находимся в этом районе, они этой дорогой, как ты говоришь, пользоваться не будут. Как идея?

– Лично мне нравится, командир. Только я не уверен, поведутся ли они на этот маневр или нет?

– Попытка – не пытка. Посмотрим, а пока выставь охранение и объяви привал, пусть люди отдохнут.

Выставив боевое охранение, все они с удовольствием сняли с себя тяжеленные мешки с боеприпасами и провиантом и повалились на прогретую солнцем землю. Нагретые за день камни приятно грели тело. Крылов лежал лицом вверх и смотрел в синее бездонное небо. Было так тихо, что с трудом верилось, что он находится на войне, и что в каждую секунду автоматная очередь может, словно ножом, вспороть эту тишину и унести с собой чью-то жизнь.

Рядом с ним прилег Белоусов. Он положил под голову вещмешок и, повернувшись к нему лицом, тихо спросил Александр:

– Командир, ты женат?

– Был когда-то. Бросила она меня, ушла к другому человеку. А что?

– А я так и не решился жениться, когда узнал, что меня направляют в Афганистан. Не хотелось, чтобы она осталась вдовой.

– Вот тебе и на! Ты что, Андрей, здесь умирать собираешься? Нет, брат, я хочу умереть у себя в постели, в окружении детей и внуков.

– А ты ее любил, командир? Я вот свою девушку очень люблю.

– Я тоже люблю свою Ольгу, хотя она об этом и не знает. А жену я тоже любил, а она меня нет. Такое в жизни бывает. Ты любишь, а тебя – нет.

Он хотел еще о чем-то спросить Крылова, но он попросил лейтенанта больше не задавать ему вопросов. Александр отвернулся от него и через минуту-другую, засопел. Сон и напряжение дня сморили его окончательно.

* * *

В двадцать два часа группа была в условном месте. Услышав шум приближающихся «вертушек», они отметили свое местоположение двумя зелеными ракетами. Минут через пять две «восьмерки» мягко приземлились в метрах пятидесяти от группы.

– Все в машины! – громко скомандовал Крылов.

Десантники, подхватив свои тяжелые мешки, устремились к вертолетам.

– Где здесь наши части? – спросил Крылов летчика. – Вы можете нас где-нибудь здесь оставить?

Летчик удивленно посмотрел в его сторону и, сняв с головы шлемофон, почесал вспотевший затылок.

– Меня интересует любая воинская часть в радиусе двадцати километров отсюда.

– В двадцати пяти километрах отсюда стоит афганская зенитная часть. Это около водохранилища Аргандаббанд. Но их трудно понять, за кого они, товарищ старший лейтенант. Утром они за нас, а вечером постреливают в нашу сторону. Похоже, что они заключили мирное соглашение с Муллой Малангом. Те не трогают их, а они Маланга. Это у них часто бывает.

– Давай, летим туда. Сообщите им, чтобы не стреляли по нашим машинам.

Все это заняло минут пятнадцать-двадцать. Машины мягко приземлились на плацу части. Несмотря на темноту, Крылов скорей почувствовал, чем увидел десятки любопытных глаз, следивших за их приземлением. Он подозвал к себе Белоусова.

– Андрей, передай всем – предельное внимание. Я не верю им, и не исключаю того, что они прямо сейчас не попытаются сдать нас моджахедам. Выставь посты, чтобы ни один их аскер не покинул расположение части. Задача ясна? Тогда выполняй.

Крылов хотел временно организовать здесь базу и именно отсюда нанести несколько разящих ударов по дороге. Однако, несмотря на предпринятые им меры, моджахеды не поверили его маневру. Этому способствовали и сами военнослужащие афганского полка, которые уже утром сообщили Мулле Малангу о приземлении вертолетов в расположении их полка. Направленная им на дорогу разведка по-прежнему докладывала ему, что дорога пуста, а засады и заслоны мятежников по-прежнему остаются на своих местах.

«А ты далеко не глуп, – подумал Крылов о Маланге. – Выходит, что перехитрить тебя мне не удалось».

Вечером Крылов снова вышел в эфир и доложил обстановку.

– Третий, я – седьмой. Задача остается в силе, – услышал он голос полковника из наушников. – Срок исполнения сдвинут на неопределенное время. Действуйте по обстоятельствам.

Проведя вторую ночь в бесполезном наблюдении за дорогой, он решил вторично имитировать эвакуацию группы. Для этого Крылов снова вызвал вертолеты, которые забрали их с территории афганской части и высадили в двадцати километрах. Укрывшись среди камней, группа провела здесь весь день. Как только стемнело, он снова направил своих разведчиков к дороге. Они вернулись через два часа.

– Командир, моджахеды, похоже, снялись. Засад и заслонов мы не обнаружили, но дорога пуста, движения по ней нет. Мы оставили там двоих наблюдателей, пусть посмотрят еще.

Он не сразу поверил разведчикам и еще раз попросил их осмотреть местность. Они вернулись часа через три и снова подтвердили, что подходы к дороге абсолютно чисты. Они быстро выдвинулись к дороге и, укрывшись за большими камнями, стали вести наблюдение. Десантники быстро установили на дороге около десятка мин и скрылись за камнями. Теперь оставалось только ждать колонну противника.

Время шло, но дорога по-прежнему оставалась такой же безлюдной, как и прежде. Полуденное солнце нещадно палило. Крылов лежал за большим валуном, расстегнув все, что расстегивалось, но это не приносило никакого облегчения. Он рукой коснулся камня и тут же отдернул ее, камень был таким горячим, что обжег ему руку. Достав фляжку с водой, он сделал несколько глотков. Вода отдавала каким-то металлическим привкусом и была невкусной. Лоб и спина моментально покрылись потом.

«Настоящая сауна. Куда финнам, здесь сама природа, а не человек создает подобные условия».

Он плеснул немного воды на голову. На какой-то миг стало легче. Он подозвал к себе Белоусова и, когда тот лег рядом с ним за камень, тихо спросил его:

– Андрей! Мне что-то это не нравится. Почему нет никакого движения? Может, они нас снова вычислили, и сейчас обкладывают со всех сторон? Что подсказывает тебе опыт?

– Не похоже, товарищ командир. Если бы они нас засекли, то уже давно бы предприняли все попытки, чтобы сбить нас с этого места. Мне кажется, что моджахеды просто еще не совсем уверены в безопасности маршрута каравана. Они тоже люди неглупые и без соответствующей разведки вряд ли двинутся по дороге.

И словно в подтверждение его слов, на дороге показалась одинокая машина. Она двигалась со скоростью двадцать-тридцать километров в час. На крыше кабины машины был установлен пулемет, и моджахед, стоявший за пулеметом, внимательно разгдядывал местность, прилегающую к дороге. Иногда машина останавливалась, из кабины выходил водитель, который подходил к камням и, осмотрев их, возвращался обратно к машине.

Они пропустили эту машину и снова стали ждать колонну. Минут через сорок по дороге промчались два пустых автомобиля. Они двигались со стороны Кандагара в направлении кишлака Шерджанак. Несмотря на огромное желание уничтожить эти машины, Крылов сдержал свой порыв, так как разгадал эту уловку – это тоже были машины разведки. Они и эти машины пропустил мимо себя беспрепятственно. Всю ночь группа провела среди камней. Ночь прошла относительно спокойно. За всю ночь по дороге промчалась лишь одна машина.

Когда в небе на востоке заалел восход, все были готовы к бою. Крылов вышел на дорогу и тщательно осмотрел место засады. Сколько он ни вглядывался, он не мог отыскать ни одной огневой точки. Удовлетворенный хорошей подготовкой места засады, он направился на свою огневую точку. Достав из мешка бумажные пачки с патронами, он разорвал их и высыпал патроны, на разложенную им тряпку.