Слово и Чистота. Отражение

Десять минут, и я дома.

Покидаю Излом и встаю перед зеркалом.

Господи. Это точно я?!

В отражении кто-то настолько опасный, что такому не хочется возражать и перечить. Клановые спецназовцы в своём облачении, будто котята перед тигром. И это несмотря на всю щуплость Изао.

Выгляжу не человеком, а боевым андроидом какой-то гораздо более развитой цивилизации. Весь внешний вид буквально кричит: «За вами пришли, помолитесь… на прощание». И это при том, что никаких эмблем инквизиции на броне нет. Тем не менее пробирает до печёнок.

Когда открыл сумку, то думал хранить броню где-то подальше от дома, но теперь просто не смогу её куда-то спрятать. Нет. Она будет рядом. Она – моя слабость, я это знаю, но ничего не могу с этим поделать. Тем более, куда пристроить её в этой квартире, место найду без труда.

Немного остыв и перестав любоваться отражением, задумываюсь о том, что сказать Зан Кхему? Впрочем, а почему вообще возник этот вопрос? Теперь на людях я буду появляться именно в этой броне, так что он её увидит всё равно рано или поздно. Так что могу сделать вид, будто выполняю его просьбу.

Прячу сумку и мотокостюм.

Настраиваю модулятор голоса.

И вновь Излом.

Перекрытия, стены, канализация, мелькают улицы.

А вот и порт, за ним лесной массив. Ищу приметное и одновременно непросматриваемое место, в котором можно поговорить без чужих глаз и ушей. Нахожу такое и возвращаюсь по большой дуге на территорию грузового порта. Как и думал, центральное офисное здание по-прежнему перекрыто полицией и безлюдно, но телефоны-то никто не отключал. Нахожу пустой кабинет без окон и набираю номер, продиктованный Зан Кхемом.

– Да.

– Овраг в километре на восток от старого водостока, его легко найти, там рядом высокое дерево с раздвоенной верхушкой.

– Хорошо. Пять минут.

Положив трубку, вновь по дуге, чтобы не попасть на глаза Майе, возвращаюсь в лес. Поговорить с Созидающим я бы хотел наедине, отсюда и мои столь странные траектории передвижений.

Проследив, что глава Третьей Ладони пришёл один, как только он достиг оврага, выхожу из Излома.

– Маэстро?! – немного удивлённо произносит сенс, с недоумением разглядывая моё новое облачение.

– Разумеется.

– Значит вот что было в посылке, – потерев подбородок, произнес Созидающий. – Что же, логично. Простая, но очень нужная вам маскировка. В логике Абелю де Диасу не откажешь, – сказав это, он сделал два шага вперёд и замер в метре от меня. – Хотя… Стоп… Стоп… Как?!

Впервые вижу удивление на лице главы Третьей Ладони. Искреннее.

Всеобъемлющее!

Созидающий в шоке. В реальной прострации, будто сам Будда спустился перед ним с небес. Тяжело покачнувшись, он сел прямо на грязный камень и обхватил голову руками.

– О! Светлое Небо!.. – срывается с его губ.

– Что не так? – изрядно напрягаюсь от подобной реакции.

– Вы хотите сказать, что не знаете, что носите?

– Знаю. Инквизиторский доспех класса «Щит Престола».

– Ха-ха-ха… – Зан Кхем начинает смеяться в голос, истерично. Проходит почти полминуты, прежде чем он берёт себя в руки. – «Щит Престола»… Нет, технически, да, верно… Но это точно всё, что вы знаете?

– Что не так?! – Мне пора пугаться? Я вляпался в какую-то хитрую ловушку Тёмного адепта?

– Всё не так… – Зан Кхем встаёт на ноги. – Позвольте прикоснуться.

– Пожалуйста.

– Именем Моим! – шепчут его губы. И он вновь падает на камень. – Да, как так-то?!! Как?!

– Пожалуйста, – как можно спокойнее прошу я, – поясните свою реакцию.

– Сейчас, секунду, дайте привести мысли в порядок, – пара глубоких вздохов, и сенс поднимает на меня глаза. – Вы одеты в артефакт класса Ангел. Всего таких доспехов пять. На них личные благословения ВСЕХ трёх ТВОРЯЩИХ. Ваш носит имя Метатрон. Или иначе, Первый Ангел – Глас Божий.

– И?!

– Что «и»?! Вы не понимаете?

– Нет.

– Серьёзно?

– Серьёзно!

– О как… Тогда поясню. Вы неподсудны ни мирскому, ни духовному суду. Пока вы в этой броне, я, как и любой Служитель, должен выполнять все ваши приказы. Даже если мне поступит приказ из центра, но он будет исходить не от САМОГО, – палец Созидающего устремляется в небо, – и этот приказ войдёт в противоречие с вашими словами, то такой приказ будет мной проигнорирован. Вы можете выйти на городскую площадь, взять пулемёт и стрелять в людей. Вас не будут судить. Вы можете войти в Замок и убить герцога, если выживете, то вас судить не будут. Вы непогрешимы. Вы – Глас Божий, Маэстро.

– Чего? – от услышанного падаю на соседний камень рядом с Зан Кхемом.

– Ответьте мне, Маэстро, пожалуйста, очень прошу… Вы – реинкарнация Иисуса из Назарета?

Глава 18

В обеих моих жизнях было много потрясений. Была даже смерть, и было возрождение. Но настолько удивлён я ещё не был никогда.

Метатрон?

Глас Божий?

Серьёзно?!

С чего такая «честь»?

Что вообще творится вокруг, и почему я, как слепой котёнок, ничего не знаю и не понимаю?

Надо взять себя в руки. Рядом сидит Зан Кхем и ждёт моего ответа. С чего он вообще решил, что я могу быть реинкарнацией Иисуса?!

Память Изао услужливо подсказывает, что несмотря на привычные мне наименования местных религий, в своей основе они отличны от известных мне. Будда, Иисус, Мухаммед считались здесь людьми, рождёнными с душой Ангела. Впрочем, а так ли велика разница, ведь Ангелы – творения Божьи, его старшие Дети. То есть с такого разреза формулировка: «Иисус – сын Божий» вполне корректна.

Но у меня точно далеко не ангельская душа. В этом я уверен на сто процентов.

– Нет, я не реинкарнация Иисуса из Назарета, – мой голос настолько твёрд, насколько возможно в данной ситуации. – И у меня есть доказательство.

– Это какое же? – с явным облегчением выдыхает Созидающий.

– Я всей душой хочу уничтожить Эшин. И не просто уничтожить, а перебить их всех, как бешеных зверей. Разве подобное желание подобает Иисусу?

– Ха. Вы правы. Спасибо. Но тогда мне вообще ничего не понятно.

– Как и мне, – поддерживаю его недоумение.

– Вы сейчас можете приказывать мне, так, может, скажете, кем вы были? И отдайте приказ не разглашать. Прошу. У меня ощущение, что Мир катится в Бездну, а я не знаю, как этому помешать.

– Не могу. К тому же мою тайну знает Руи, и если я расскажу…

– Я понял.

– Но…

– Да?

– Минуту, мне надо подумать…

Итак. Ключ где-то рядом. Близко. Чувствую это.

Стоп.

Ключ.

Вот оно!

Четыре цифры: «1041».

Год рождения Эль Сида…

Вашу же за ногу, да богу в душу!

Вот он, привет из могилы от Хёнгана ту Чонга!

Точно, ничем иным это быть не может. Клятый наставник рейгов со своим заблуждением! Только он мог заварить всю эту кашу… И заварил. Что-то я уже не так жалею о его смерти.

«Си… Сэр», – эти слова произнёс Абель де Диас. Он с самого начала считал меня реинкарнацией Кампеадора! Не оговорка, он хотел сказать «сир», но поправился. А ещё его странное «аудиенция». В этом ракурсе совсем не странно и тоже не оговорка.

Вокруг меня идёт какая-то Большая Игра, а я о ней даже не подозреваю. Впрочем, как и сидящий на соседнем камне глава Третьей Ладони. Можно сказать, мы с ним в одной лодке. И эта простая мысль расставляет все точки над Ё в моей голове.

– Я не могу сказать, кем был в прошлой жизни. Но… Могу поделиться с вами, за кого меня принял Хёнган ту Чонг, и кем совершенно точно меня считает Абель де Диас.

– Весь внимание.

– Хёнган ту Чонг был уверен, что я возродившийся Родриго Диас де Вивар.

– Простите, кто? – брови Зан Кхема взлетают в недоумении, это имя ему совершенно точно не знакомо.

– Или говоря иначе: Эль Сид Кампеадор, – делаю второй заход.

– Что-о-о-о-о… – Вот тут его проняло, Созидающего буквально затрясло. И я разобрал невнятный шёпот почему-то на русском: – Хрен редьки не слаще!!! – Затем сенс обхватил голову руками и замер, будто каменное изваяние. Его губы зашевелились, словно у восковой куклы. – Круг… Спираль Времени… Всё вернётся туда, откуда началось… Договор ничтожен… Там, где решает взмах Крыла, жить Миру иль сгореть дотла…

Причём, последнее предложение – знакомая мне цитата из романа «Песни Перна» за авторством Энн Маккефри, и эта книга в этом мире никогда не была написана!

– Ох! – договорив, Созидающий потянулся к внутреннему карману, достал плоскую фляжку и, открыв её, сделал пару глотков, после чего румянец вновь вернулся на его щеки. – Светлое Небо! Ну почему я родился в эпоху Перемен!.. Не зря всё же это проклятье.

– Но я не Эль Сид! – не скрывая злости и раздражения, почти выкрикиваю я. – Хёнган ту Чонг заблуждался, я помню совершенно иную жизнь!

– О!! – с этим возгласом Зан Кхем поднимается на ноги. – Нет. Хёнган не ошибался. Я теперь Знаю это. Как Знал и он.

– Бред!

– Нет, Маэстро. Нет. Мы, Созидающие, можем думать, анализировать и можем ошибаться, но когда приходят Озарения… Всё иначе. Всё. Озарения не допускают ошибок. Никогда не допускают.

– Но я не помню…

– А вы помните все свои прошлые жизни?

– Нет, только одну.

– Одну. Прошлую. А позапрошлую?

– Нет.

– Вы были Эль Сидом когда-то в прошлом. Были Последним Королём Людей, – и в своих идеально чистых и отглаженных брюках он опускается на одно колено, прямо в грязь, не обращая на это внимания. – Сир…

– Встаньте! Сейчас же!

– Как прикажете, сир.

– Прекратите играть в шута! Сядьте обратно!

– Извините. Я немного потерялся, – сказав это, он вновь садится на камень.

– Насколько всё плохо?

– Вы ничего не помните из жизни Эль Сида?

– Нет.

– Тогда всё… Максимально плохо!