Секретный Агент Эсэр. Битва за человечество

— Так точно, товарищ полковник! Я ею уже воспользовалась, но вдруг Гедон Левин заговорит со мной на арабском или попросит меня прочесть вслух то, что он мне распечатал. Он сразу же поймет, что я практически не знаю арабского! Это большой риск для меня! Может, все же зря вы меня сюда направили?! — Сара отдавала себе отчет, что перечит начальству, но она на самом деле очень волновалась, что ее разоблачат.

— Ты что, ставишь под сомнение приказ начальства?! — повысил на нее голос главный куратор.

— Никак нет, товарищ полковник! Но, все же… — запинаясь, ответила девушка.

— Никаких «но»!! Если я тебе говорю, что не следует волноваться, значит, так оно и есть! В случае если Гедон начнет в тебе сомневаться, он будет вынужден об этом доложить своему начальству, и мы сразу же об этом узнаем и все уладим! Работай и не отвлекай меня по мелочам!

После этого разговора с начальством тревога на душе немного улеглась и, заварив себе крепкого чая с мятой, она продолжила анализировать записи телефонных разговоров.

Распознать скрытый смысл в разговоре двух арабов было непросто: их речь состояла в основном из метафор. Так, например, они употребляли выражение «с вершины горы», и это могло означать, что они начнут действовать, когда будет достигнут пик заболеваемости в стране и больницы будут переполнены заболевшими людьми, посыплется много камней, своим падением убивая все живое на своем пути. Скрытый смысл этой фразы мог говорить о том, что они станут убивать всех, кого встретят на своем кровавом пути.

«Потом они говорят о том, что скрыться от этих камней возможно только в ящике, — рассуждала сама с собой Гольдман, отпивая, как обычно, из большой чашки травяной чай. — Это могут быть гробы, в которые положат их жертвы… Нет, это слишком просто… А что если это означает, что террористы приедут в больницу в гробах?!! Ведь все больницы заказывают для умерших гробы через похоронные агентства. Так их точно никто не заметит, и они спокойно смогут проникнуть внутрь больницы».

Таким образом, половина иносказательных разговоров террористов была ею разгадана, и она поспешила позвонить Гедону.

— Агент Эсэр, примите мои восхищения по поводу ваших профессиональных способностей! Наши аналитики вообще не обратили внимания на эти, так сказать, мелочи: вершины гор, падающие камни вниз. Как хитро они все придумали! Ведь они полностью переключили наше внимание на названные ими в разговорах адреса с вымышленными именами и фамилиями, по которым мы, естественно, проехали и никого там не обнаружили. Только драгоценное время потеряли! — агент Моссада искренне восхищался этой молодой, к тому же очень привлекательной женщиной — секретным агентом.

— Да, но теперь нужно понять, когда именно это произойдет! Вам необходимо поговорить с вирусологами и спросить у них, когда наступит, по их расчетам, пик заболеваемости. И тогда в эти дни и будем мониторить ситуацию.

— Будет сделано! Как узнаю, сразу же вам сообщу… Какие ароматы раздаются из вашей кухни, Сара! Вы что сегодня такое вкусное приготовили себе на обед? — поинтересовался ничего не евший с самого утра Гедон.

«Черт! Я же совсем забыла про кошерную пищу! Он как увидит все то, что я наготовила, сразу и поймет, что я ненастоящая еврейка!» — Сара резко встала из-за письменного стола и закрыла дверь в кухню.

— Да, ничего особенного… Очень простое блюдо, которому меня научили в России, — как бы в оправдание своего негостеприимства объяснила Сара.

Увидев такую реакцию со стороны секретного агента СВР, лейтенант Левин, понял, что переступил грань дозволенного и, извинившись, поспешно ушел. Конечно, ему показалась немного странной такая реакция на его простой вопрос… Может, она стеснялась того, что приготовила, и не хотела перед ним опозориться? Во всяком случае, Гедон не собирался в чем-то подозревать Сару Гольдман, которой его начальство дало очень высокую характеристику.

«Вроде пронесло на этот раз! — обедала борщом Сара Гольдман. Ей на нервной почве почему-то захотелось чего-то русского, а поскольку времени на приготовление разносолов не было, то она и приготовила борщ по рецепту своей любимой бабушки Фаины Соломоновны. — Надо вспомнить, как готовится кошерная пища (вроде бы меня этому учили), и позвать Левина на обед, чтобы все сомнения у него на мой счет враз исчезли».

Покончив с борщом, девушка взялась за пакет с чипсами.

«Как же мне понять, где они планируют совершить теракт? — Сара по несколько раз перечитывала все записи из соцсетей, вгрызаясь буквально в каждое слово. — Один из них говорит о том, что падающие камни убьют растущие под склонами гор разноцветные полевые цветы. А другой ему отвечает: „Что это тебя, дружище, потянуло на лирику?“ Ответ первого: „Я с детства люблю цветы: у нас в деревне растет много полевых цветов, да и мама — любительница разводить на участке нашего дома разные там тюльпаны, хризантемы, розы…“»

«Так, может, это произойдет в больнице, вокруг которой много цветочных клумб? — от этой внезапной мысли Сара даже перестала хрустеть чипсами, набирая телефонный номер агента Моссада Левина.

— Послушайте, Гедон, мне кажется, что теракт произойдет в той больнице, вокруг которой растет много цветов. Я понимаю, что почти перед каждой больницей есть цветочные клумбы, тогда надо выбрать, где их больше всего. И начните в этих больницах проверять весь персонал: у них должны быть там сообщники.

— Отличная новость, агент Эсэр! Мы сразу этим займемся! Я узнал у эпидемиологов, что пик заболеваемости наступит к середине апреля, что практически через несколько дней.

Позже Сара узнала, что террористы выбрали две больницы, в которых на тот момент находилось наибольшее количество зараженных вирусом не только пожилых людей, но и детей, и подростков.

Израильтяне проделали неимоверную работу, они прошерстили все и всех и нашли двух осведомителей-медбратьев в этих больницах, те были наполовину арабами. На допросе они назвали похоронное агентство, в гробах которого должны были приехать террористы в больницы. Вся цепочка преступной организации была вскрыта, но, увы, как часто случается во время таких операций, всех исполнителей взяли, а главарям удалось скрыться.

— Ничего, мы их из-под земли найдем! — пообещал гражданам своей страны глава Моссада.

Руководство Моссада выразило сотруднику СВР Саре Гольдман благодарность и даже наградило медалью за Отвагу!

Это была уже ее вторая награда, но счастлива девушка была не от этого: главное, ей удалось предотвратить ужасное преступление, сохранив столько человеческих жизней. Из-за пандемии ей некуда было пойти в городе, и она решила разгрузить свою голову, забравшись под уютный плед и с чипсами в руках посмотреть по интернету, какой-нибудь фильм. Только она включила поиск, как раздался звонок по скайпу.

— Привет, ребята! — радостно воскликнула, увидев своих, Сара. — Как у вас дела? У меня все окей! Задание выполнила!

— Рады за тебя, дорогая! А у нас в Риме есть проблема. — Кшиштофу Мазуру было неловко опять напрягать шефа, но срочно нужна была ее помощь.

— Что случилось на этот раз??! — «Вот тебе и посмотрела фильмец!»

— У нас тут по Риму бегает один псих, положительный на вирус, заражающий всех вокруг! Случается иногда такое, когда у человека не выдержали нервы от жесткого карантина! До этого вроде был совершенно здоровым человеком.

— А в чем проблема? Почему вы его не можете найти? Ведь сейчас по улицам толпы людей не ходят? — недоумевала Гольдман.

— Не можем, потому что как все психически нездоровые люди он хитер и изобретателен: постоянно меняет внешность и свои маршруты! — разъяснила Валентина.

— Адрес у него домашний есть, где он вообще ночует? — спросила Гольдман.

— В том-то все и дело: он ушел из дома, а куда — никто не знает. И мобильного телефона у него тоже нет!! Сара, без твоих аналитических способностей мы его в таком большом городе раньше чем через год не найдем! А это, как ты сама понимаешь, нам не подходит! — упрашивал ее помочь Мазур.

— Ладно, что с вами делать! Не даете вы мне отдохнуть! Присылайте описание всех его маршрутов, все подробности, как он выглядит, где появлялся, в каких кварталах Рима, как он по-разному был одет… Постараюсь найти общие звенья в этой цепи.

«Ну вот, только хотела мозгам дать разгрузку, да на тебе!!» — Сара приготовила себе горячий имбирь с медом и лимоном, неторопливо им наслаждаясь. Этот волшебный напиток придает энергию и в то же время успокаивает нервишки. И вдруг ей стало себя так жаль! До слез! Она всегда одна в чужих странах, городах, квартирах! Без нежной заботы близких ей людей, без их участия в ее судьбе, без их советов и утешений! Она даже не имеет права назвать свое настоящее имя и фамилию! Она совсем одна на целом свете! И кто знает, сколько еще продлится ее так называемая служба?! Девушка даже перестала ненавидеть и злиться на всех тех людей, которые заставили ее поменять свою судьбу! Но только об одном Адель молила Бога, чтобы вся ее жизнь не была такой!

Психопатом, заражающим людей, оказался римлянин, молодой мужчина 32 лет, Эрнесто Риччи, блондин с зелеными глазами, нетипичный итальянец — его мама была немкой из Баварии. Его родители, близкие к инфаркту после того, что случилось, никак не могли понять, как их сын, такой уравновешенный, но скрытный по характеру молодой человек, сознательно стал преступником. Ведь заражать людей таким опасным вирусом, это и есть преступление! Он вышел как-то вечером погулять с собакой и домой больше не вернулся.

«Я думаю, что на психику Эрнесто Риччи отрицательно сказалась самоизоляция. Но это не все. Я предполагаю, что, будучи простым работником почты, в глубине души он был неудовлетворен своей жизнью и карьерой, к тому же, как я понимаю, не имел большого успеха у женщин. Такие люди обычно на протяжении всей жизни продумывают и ищут способ, как им прославиться и обратить на себя внимание окружающих! Ждут, так сказать, подходящего момента! Я думаю, что именно сейчас его „звездный час“ и настал!» — вынес свой вердикт полицейский психоаналитик.

Медпункт, в котором молодой человек сделал анализ на вирус с положительным результатом, полицейским удалось найти, но затем его следы теряются. При этом в различных небольших продуктовых магазинах телекамеры зафиксировали Эрнесто Риччи. Тот вел себя весьма хитро: входил в защитной маске и перчатках, а потом все это резко снимал с себя и начинал недозволенно для пандемии близко подходить к людям, даже специально чихал и кашлял на них, тем самым безжалостно заражая их! Итальянская полиция тщетно искала его повсюду.

— Я больше чем уверена, что этот бедолага тронулся умом! Другого у меня объяснения его поступкам нет… И найти его будет очень сложно, потому что он рассуждает не как здоровый человек, применяя логику, а поступает в зависимости от своего на тот момент нерационального и непредсказуемого желания! — поделилась своими соображениями со своими агентами Сара Гольдман.

А сам Эрнесто Риччи, устав от беготни по городу, да к тому же больной, устроился под одним из мостов Тибра, закутавшись до ушей какими-то лохмотьями: его душил сильный кашель и постоянно сильно знобило. Те немногие люди, проходившие мимо него, оставляли в его грязной шапке несколько евро. В таком облачении римской полиции было трудно его распознать, да и сами они боялись по понятным причинам подходить близко к бездомным. Однажды перед молодым человеком остановилась пожилая пара. Сердобольные старички положили перед ним баночку йогурта и свежую булочку. Эрнесто хотел было уже встать и подойти к ним вплотную, чихнув им в лицо, но, представив на какую-то долю секунды, что ими могли оказаться его пожилые родители, не смог совершить этого злодеяния. В сущности, в душе он был обиженным ребенком, которому по жизни так не везло и, в особенности, с женским полом. В тот момент разум как будто вернулся к нему, и, из последних сил поднявшись, Эрнесто медленно пошел сдаваться навстречу полицейскому патрулю.

— Привет, подруга! Его нашли! Вернее, он сам сдался на милость правосудия! — радостно прокричала в телефон Валентина. — К счастью его родителей, Риччи не посадят в тюрьму, но обяжут к принудительному лечению в психиатрической больнице.

— Ну, и отличненько! Одной проблемой меньше! Значит, я могу уже возвращаться в Италию! — агент Эсэр очень соскучилась по своим.

— Мне очень жаль, Адель, — когда ее никто не слышал, Валентина тоже называла подругу ее настоящим именем. — Полковник Васильев сказал, что сегодня у них что-то там должно решиться и после этого он сам выйдет с тобой на связь.

«Ну, ждать так ждать, не впервой!» — успокоила сама себя Сара, решив немного поспать, пока не звонит начальство. Как обычно, среди ночи ее разбудил сигнал скайпа.

— Слушаю вас, товарищ полковник! — сонным голосом ответила она.

— Приветствую тебя, агент Эсэр! Хочу от имени СВР поблагодарить тебя за отличную службу! Ты большая молодец, и я горжусь своей ученицей!

— Служу Отечеству, товарищ полковник! — как положено по Уставу ответила агент Эсэр. — Я так понимаю, в ближайшее время мне моей любимой Италии не видать?

— А вот и не угадала! Где же твоя хваленая интуиция! Ха-ха! — полковник Васильев явно находился в хорошем расположении духа, что бывало с ним крайне редко. — Ты возвращаешься первый рейсом в Рим, а оттуда вы все едете на Сицилию.

— А на Сицилии мы что забыли, товарищ полковник?! — Гольдман очень не любила, когда ее начальство говорило загадками.

— Отставить ненужные разговоры, агент Эсэр! Я чисто по-человечески понимаю, что ты очень устала, ну потерпи еще немного… К тому же на Сицилии сейчас хорошая погода, вирус там не очень свирепствует, как в других регионах Италии, и гостиницу мы вам забронировали очень приличную… Считай, на отдых едешь! Ха-ха.

— Да… Как же… Знаю я этот ваш отдых! А делать что нужно, товарищ полковник? Надеюсь, мне не придется одной, как в фильмах про суперагентов, сражаться со всей сицилийской мафией?

— Что касается мафии, то ты в точку попала! Но будете работать не одни: агенты специального отдела итальянской полиции ДИГОС будут вас подстраховывать и содействовать вам во всем!

«Ну, хоть так!»! — немного успокоилась Сара, слушая дальнейший рассказ своего куратора. Речь шла о секретной информации, поступившей в штаб СВР, о том, что часть поступающей на север Италии гуманитарной помощи (не только из России, но из других стран мира) непонятным образом куда-то исчезает. Некоторую часть пропавших медикаментов и другого медицинского оборудования увидели на Сицилии в некоторых местных аптеках и частных клиниках. Группе агента Эсэр приказано отследить эту преступную цепочку и пресечь ее в кратчайшее время.

— Есть пресечь преступное расхищение гуманитарной помощи! — ответила начальству Сара, в ее голове стрелой сразу промелькнуло подозрение: а разве Валентину в Бергамо не присылали для того, чтобы проследить именно за гуманитарным грузом? А вдруг Валя замешана в этом? Может, с кем-то из русских врачей захотела подзаработать на этом? Нет… Этого не может быть! Валентина не из такого теста! Она честная, простая девушка! Вряд ли она соблазнилась бы на легкую добычу, ставя под удар свою карьеру в СВР. Гольдман терзали нехорошие сомнения. Хотя в их профессии возможно все! И припомнив приведенные ей преподавателем во время обучения примеры агентов, которые «и вашим, и нашим», Сара решила не гадать на кофейной гуще, а напрямую спросить об этом Валентину по прибытию на Сицилию.

Пока их автомобиль мчался, из Рима на Сицилию, агент Эсэр прокручивала в голове все свои знания об этом острове.

Ей было известно, что на Сицилии находится самый высокий вулкан в Европе Этна, что столицей этого региона и рассадником, так сказать, организованной преступности, Коза Ностра, является Палермо. А еще когда-то давно бабушка ей рассказывала, что во времена Горбачева по телевизору показывали увлекательный итальянский телесериал про сицилийскую мафию под названием «Спрут», в котором, кажется, главным героем был бесстрашный комиссар Катания. — «Остальное прогуглим, главное, что у нас будет помощь…»

Их автомобиль въехал на паром, который пересечет мессинский залив и доставит их уже на сам остров. Под громкие крики низко пролетающих белых чаек Сара наслаждалась прекрасным видом на одной из палуб: вот уже позади сам «итальянский сапожок», а впереди уже видна Сицилия.

Клару Симон решили с собой не брать — втроем они справятся. Венгерка возвратилась в Женеву на свое постоянное место работы в ООН.

— Ну что, секретные агенты под прикрытием, — начала издалека Сара Гольдман, на этот раз отпивая из бокала сухое белое сицилийское вино Корво, сделанное из типичного сицилийского сорта винограда инцолия. — Нам дали целых два дня на сон и на откармливание, за заслуги, так сказать.

Затем, посмотрев прямо в глаза Валентине, добавила: «Позже я должна с тобой серьезно поговорить». Журавлева никак не среагировала на эту фразу, а даже наоборот, как будто была рада предстоящему разговору.

— Просто сказка какая-то! Гостиницу отличную нам заказали… — Кшиштоф с удовольствием присоединился к дегустации сицилийского вина.

— Ребята! Заказывайте себе все, что хотите из ресторана!! Набирайтесь сил и положительных эмоций! Вам скоро все это пригодится! Правда, сегодня я решила заказать на свой вкус, вы уж не обижайтесь на меня! — скромно оправдывалась Сара, в то время как в номер два официанта вкатывали два столика, полные всевозможных яств.

— Ух, ты! Вот это да! Устрицы, лобстеры, гигантские креветки… Ну, подруга, ты и даешь!! — после окончания своих бурных восхищений Валентина, не стесняясь, начала накладывать всю эту вкуснятину себе на тарелку. Она любила хорошо поесть и не боялась потолстеть в отличие от Адели, всегда следившей за своей фигурой.

Где-то с полчаса в номере стояла полная тишина: народ с удовольствием, и не торопясь, поглощал морские деликатесы.

— Ой, по-моему, я объелась! — Валентина незаметно расстегнула верхнюю пуговицу на своих брюках.

— Э, нет… Нас ждет еще второе блюдо и десерт. Так что, сделаем паузу, а потом с новыми силами опять примемся за трапезу, — настаивала Сара, разливая ароматное сицилийское вино. — А теперь сознавайтесь, кто из вас боится сицилийскую мафию? Ха-ха! — Гольдман так до сих пор и не рассказала своим помощникам о новом задании.

— Я очень боюсь! — улыбаясь, ответил Мазур, изображая, как он весь дрожит от страха. — Я не знаю, смотришь ли ты, Сара, в Швейцарии итальянское телевидение, так вот на первом канале много лет подряд один раз в неделю показывали популярный телесериал, снятый по детективным романам известного сицилийского писателя Андреа Камиллери «Комиссар Монтальбано». Надо сказать, с очень интересными, захватывающими сюжетами.

— А что нам, русским, бояться сицилийскую мафию? У нас своя мафия есть, да покруче их сицилийской будет! Это в скучной и положительной Швейцарии ее как бы нет… А может, все же она у вас там есть, ну хоть немножечко? — пошутила Журавлева, по-дружески слегка толкнув Кшиштофа локтем в живот.

— Ой… Аккуратнее, Валентина, из меня чуть лобстер не вышел, ха ха… Нет, в Швейцарии мафии нет! Предлагаю за это и выпить! — ответил ей Кшиштоф, бывший уже хорошо навеселе.

Сара все откладывала разговор по душам с Валентиной: боялась разочароваться в подруге, в ее преданности общему делу. Главный куратор всегда учил ее, что в их профессии осмотрительнее сначала подумать о человеке плохо, а потом если он окажется невиновным, то тем лучше, но никак не наоборот. Это не означает, что нужно всех без исключения, даже самых преданных людей, подозревать в непристойных поступках, но необходимо быть предельно внимательными в общении с людьми и особенно к мелочам.

«Тот факт, что Валентина нам не объяснила цель своего приезда в Италию, еще ни о чем плохом не говорит. Она не обязана передо мной отчитываться: не я ее начальство», — Саре Гольдман так не хотелась говорить на эту тему со своей подругой, а ныне коллегой, что она всю ночь вертелась в кровати, так и не смогла глубоко заснуть, придумывая, как ей все это сказать, чтобы не обидеть Валентину. А может быть, ей лучше спросить об этом главного куратора? Нет… Это тоже не подходит. В любом случае она решила для себя так: если Валентина замешана в хищениях гуманитарной помощи, она не станет сразу докладывать об этом в Центр. Постарается сама все уладить!! Не станет сразу топить свою подругу!

После откровенного разговора утром с Журавлевой, у Гольдман как камень с души упал! К тому же, Валентина сама начала этот, как казалось тогда, неприятный разговор.

— Ты, наверное, Адель, хочешь со мной поговорить о гуманитарной помощи? Так, я знала еще тогда, в Бергамо, об этих хищениях. Но мне было приказано только наблюдать и не вмешиваться. Расследованиями занималась итальянская полиция, и мне было приказано не мешать им в этом. Но теперь совсем другая ситуация: они нашли, откуда ноги растут, и попросили нас подключиться к этому, — спокойным тоном разъяснила всю ситуацию Валентина.

— Отлично! Значит, ты в курсе нашего нового задания! — «Слава Богу, что Валя не поняла ее подозрений на свой счет. Она бы расстроилась от того, что ее близкая подруга ее подозревала!» — Валюшка, ты стала настоящим профессионалом! Даже я не поняла, что ты в курсе всего этого! Теперь нужно ввести в дело Мазура! — и Сара в радостном порыве обняла свою подругу.

Симпатичный офицер отдела итальянской полиции ДИГОС, занимающегося антитерроризмом и борьбой с организованной преступностью, Фабрицио Фьорэ терпеливо ожидал в гостиничном холле агента Эсэр с ее помощниками.

— Добрый день, синьоры! Вы готовы поехать к нам в отделение полиции? — на загорелом лице южанина появилась приветливая улыбка.

— Ради Бога извините нас за это небольшое опоздание, офицер Фьорэ. У нас был важный звонок. Да, конечно, поедем быстрее! — агент Эсэр знала, что их ждет внизу капитан итальянской полиции, но ей было очень важно разъяснить ситуацию с Валентиной, прежде чем приступить к новому заданию.

Уже на месте сотрудники ДИГОС ввели в курс дела прибывшую им на помощь группу. По их информации, некоторые грузы с защитными масками, необходимыми для лечении опасного вируса медикаментами и аппаратами для искусственной вентиляции легких из региона Ломбардия в этой ситуации полного хаоса и всеобщей истерии стали незаметно пропадать. На это обратили внимание совсем недавно и лишь тогда, когда внештатные осведомители полиции обнаружили медикаменты в продаже в аптеках, а новое медицинское оборудование — в использовании в частных клиниках на Сицилии.

— А вы уверены, что все это из присланной гуманитарной помощи? — спросила Валентина.

— В этом нет никаких сомнений! — уверенно ответил капитан Фьорэ. — О, вы не знаете нашу мафию! Они умные, расчетливые и очень непредсказуемые! Мы нашли следы от оторванных опознавательных маркировок! Владельцев аптек и клиник мы уже привлекли, но пока только к административной ответственности! Проблема состоит в том, что они все дружно молчат как рыбы, запуганные мафией, не говорят нам, откуда у них все это взялось, кто именно им предложил покупать этот товар! Но, как ни странно, у них имеются документы на купленные ими лекарства и медицинское оборудование, по которым якобы все это изготовлено на итальянских фабриках! Они клянутся, что даже представить себе не могли, что все это имеет отношение к гуманитарному грузу.

— Что вы планируете предпринять, капитан?? — напрямую спросила Сара Гольдман, интуиция которой подсказывала, что итальянские коллеги еще не разработали определенный план действий. Причину этого она пока не понимала.

— Да… У нас есть некоторые проблемы… — замялся Фабрицио Фьорэ.

— Не тяните, капитан, рассказывайте все, как есть, и мы вместе подумаем, как выпутаться из этой ситуации. Агент Эсэр еще не такие головоломки раскручивала! — уверил его Кшиштоф Мазур.

— Понимаете коллеги, дело осложняется тем что, по информации из различных проверенных источников, следы этого преступления ведут на военную базу НАТО «Сигонелла». Вы же знаете, что Италия член НАТО и у нас особые отношения с Америкой… Да и прав особых у нас нет на проведение предварительного расследования на этой базе.

— Вот это ситуэйшен! Это что же получается, что кто-то из америкосов решил подзаработать таким преступным образом? — ехидно спросила Валентина, не питавшая особой симпатии к этой стране.

— Сейчас трудно делать какие-либо выводы. Возможно мафия подкупила кого-то из руководства военной базы или имеет на кого-то из них компромат, и воспользовалась этим, заставив того человека содействовать им в этом грязном деле. Вариантов может быть множество.

— У вас есть какие-либо доказательства, ну хоть что-то, от чего можно оттолкнуться! — Сару очень раздражало, когда в начале нового дела не хватало конкретных фактов.

— Очень немного, агент Эсэр! — Нам прислали фотографии военных грузовиков с номерными знаками базы «Сигонелла», сделанные на территории Ломбардии. По идее, им там нечего было делать!

— Ну, уже кое-что. Возможно найти эти грузовики и узнать, кто именно из базы дал приказ их отправлять на север Италии и для какой цели?

— Для этого необходимо официально договариваться о встрече с руководством базы. Мы это, конечно, сделаем, хотя я больше чем уверен, что результат этой встречи будет нулевой. Не знаю, известно ли вам, но у нас в прошлом уже случался неприятный инцидент, связанный с этой базой НАТО. Если коротко, то в 1985 году террористы Палестинского Фронта Освобождения захватили круизное итальянское судно «Акилле Лауро». К сожалению, одного пассажира, гражданина Америки инвалида Клингхоффера, американского еврея, террористы безжалостно убили и выбросили его тело в море.

— Террористы выдвинули требование к Израилю освободить 50 палестинских арабов, членов организации Force-17 (личная охрана Ясира Арафата), находящихся в израильских тюрьмах, а также ливанского террориста Самира Кунтара. Захватчики угрожали в случае попытки освобождения заложников взорвать корабль. Однако Израиль проигнорировал требования террористов. После длительных переговоров преступники сдались властям Египта, которые и предоставили им свой самолет, вылетевший в Тунис. На его борту находились четыре террориста-угонщика, два представителя ООП и восемь египтян. Самолет был перехвачен четырьмя американскими истребителями F-14 с авианосца USS Saratoga и приземлен на аэродром военно-морской базы «Сигонелла». Уже в конце этой операции произошли серьезные разногласия между американским и итальянским правительством: президент США Рональд Рейган требовал экстрадировать убийцу американского гражданина в США, в то время как наше правительство считало, что мы, итальянцы, вправе сами судить террористов. Это чуть не привело к вооруженному столкновению между солдатами ВВС, карабинерами и американскими коммандос из отряда «Дельта».

— Вот такая неприятная история произошла много лет назад. Но я думаю, что вам, Сара, про этот случай рассказывали преподаватели в разведшколе в Израиле, не так ли? — и Фабрицио Фьорэ вопросительно посмотрел на агента Эсэр.

— Да-да, конечно, я что-то такое припоминаю… Хотя знаете, на нас там столько информации сыпалось… — и она мило ему улыбнулась. Страх быть разоблаченной постоянно держал ее в напряжении, и агент Эсэр всегда была готова на ответный удар. Как хорошо, что сейчас рядом с ней Валентина, готовая прийти ей на помощь в трудную минуту!

Капитану Фабрицио Фьорэ казалась немного странной прибывшая для содействия в разбирательстве такого сложного дела группа: еврейка, работающая на две разведки, поляк из ООН в Швейцарии и русская из СВР. Но слава о гении аналитики, агенте Саре Гольдман, дошедшая и до Сицилии, затмевала все сомнения на этот счет. А что с ней эти двое, то это его не касается, хотя как истинному южанину ему так хотелось расспросить их о многом, но он сдержался, отложив свое любопытно на момент завершения операции.

Итальянские секретные службы попытались сами разрулить сложную ситуацию с базой НАТО, но, увы, у них ничего не получилось, несмотря на то, что «Сигонелла» это в первую очередь итальянская военная база НАТО, но военных в ней на службе находится больше американских и других представителей стран НАТО, чем самих итальянцев. Возглавляет ее итальянский полковник военной авиации, который о расследовании этого, по его словам, «сомнительного и подрывающего авторитет военной базы» дела на ее территории не хотел ничего и слушать. После встречи с представителем ДИГОС, сильно рассердившись, он прокричал, что их контора, как обычно, все преувеличивает и перестраховывается, чтобы еще раз показать себя выдающимся подразделением в глазах министра внутренних дел.

— Да вы в своем уме?! По-вашему выходит, что кто-то из офицеров или сотрудников нашей базы вместе с сицилийской мафией крадет гуманитарный груз на севере Италии и привозит его сюда, продавая его втридорога по ложным документам? Вы, наверное, слишком много фильмов посмотрели про криминал, майор, что у вас разыгралась такая нездоровая фантазия! — продолжал возмущаться полковник. — Даже не смейте сюда соваться с вашими расследованиями! В противном случае я буду вынужден написать докладную с жалобой на ваше подразделение начальнику МВД Катании!

Слушая рассказ капитана Фьорэ, у Сары уже появился в голове конкретный план. Придется действовать по-старинке: телекамеры не установить, дрон невозможно запустить, значит, будем по очереди из машины следить за въездом и выездом из базы.

— Для того чтобы засечь именно те грузовики, что на фотографии, может понадобиться куча времени! К тому же, они и номера могут поменять. — возразил Кшиштоф.

— У тебя, Мазур, или у кого-то еще имеются другие идеи на этот счет? — недовольно осведомилась Сара.

— Нет, что вы, секретный агент Эсэр! Мы будем исполнять все, что вы нам прикажете! В моем лице наш отдел полиции вам заранее за все благодарен! — Молодой итальянский капитан не скрывал своей чисто мужской симпатии к Саре Гольдман.