Выживальщики. Конец игры

Лоер не торопясь вышел во двор, неся в руках красавицу «Орсис Т-5000». На нее он уже поставил оптический прицел «Найт форс» стоимостью почти как сама винтовка. Я раньше видел только у бойцов РОСНа ФСБ такую на соревнованиях, и тоже, как и все, не сводил с оружия взгляда. Винтовка заметно отличалась от наших потертых автоматов. И даже мой «ВАЛ» за спиной проигрывал ей в строгости линий и красоте.

- Вот это да…, - присвистнул Михаил рядом со мной, и укоризненно посмотрел в мою сторону.

А я молча отвернулся и пошел в здание. Воду дали, нужно успеть помыться, пока погрузка «КАМАЗА» не закончилась. Потом нам свое добро грузить. Прохлада сразу почувствовалась, когда с улицы заходишь в здание. И даже спертый воздух с примесью тухлятины и оружейного масла не портил впечатление. Пройдя мимо колонн и стелы памяти погибших сотрудников, я сразу по узкому коридору прошел в комнату отдыха и в душевую. Не часто в последнее время доводится принимать душ. Пусть и холодный, пусть вода не прошла очистку, но зато душ у себя на базе! Когда то это была обыденность, а сейчас я с горечью вспоминаю то время. А кто не с горечью вспоминает? Вот, Лоер, например. Аж от счастья светился, когда с этой винтовкой новой шел. В той, прошлой жизни, она бы ему светила в лучшем случае, если бы он продал свою почку. Хотя, кто знает, может, нашел бы какие финансовые возможности и купил бы себе гражданский вариант?

Я включил воду, запер дверь и начал раздеваться, снимая оружие и ставя его у вешалки. Без оружия себя чувствуешь не уютно, как голый. А в душе мало того, что без оружия, да еще на самом деле голый.

Ржавая вода побежала на пол, и я даже засомневался, стоит ли под ней мыться. Но через минуту пошла более - менее чистая вода, и я решительно сделал шаг вперед, под холодную струю. Забытый кем – то флакончик шампуня здорово скрасил процедуру помывки, и добавил чистоты струям воды. Кстати, не такая уж она и холодная. Так, прохладная немного, градусов восемнадцать, наверное. Полотенца у меня не было, и я вытерся занавеской на окне. После этого влез в свой старый масхалат и разгрузку. Плитник я оставил в монастыре, но он мне пока без надобности.

- Ну вот и все, свежий и отдохнувший готов к дальнейшему выживанию! – произнес я сам себе, любуясь в зеркале.

Щетина уже проступило, покрасневшее лицо, местами кожа шелушится, обветрилась. Так месяц май на улице, авитоминоз. Кстати, про авитоминоз. Тут же сухие пайки в наличии, нужно бы подкрепиться. А вкус перловой каши в сухом офицерском пайке, это, я вам скажу, нечто. Прямо во дворе на микрогорелке разогрел, и пластиковой ложкой под галеты… Ух, вкуснатища! Потом еще это самое, «Разжеватьзапитьводой», как мы его называли, понадкусывал, но все есть не стал, выбросил в мусорку. И витаминный напиток развел в бутылке с водой.

- Так, парни, а что вы на меня так смотрите? Берите сами и вперед, специально же для нас оставили немного, не все увезли, - прикрикнул я на столпившихся около входа мужиков.

Погрузка «Камаза» закончилась. Если ребята Лоера что-то и прихватили сверх договоренности, то мелочи. У них имущества заметно меньше, чем мы увезли. Ну да каждому свое. Нам одежду, генераторы, палатки, им спецоружие и снайперки. Кто-то хочет выжить, а кто-то хочет выглядеть крутым. Вон, Философ, из команды Лоера, с ним я на брошенной атомной станции познакомился, нацепил на «Орсис» механические прицельные приспособления из комплекта вместо оптики, и ходит важный между машин. Интересно, что бы он ответил, если бы я ему сказал, что эти китайские игрушки слетят от первого же выстрела? Положены на винтовке, поставляемой в силовые структуры, механические приспособления? Положены. Вот и китайские с алиэкспресса в комплект и кладут. Никакой снайпер же их ставить не будет. Так, посмотрит и отложит в сторону. Философ первый, кто их поставил.

Я подумал, подумал, и не стал ничего говорить. Слишком довольные эти ребята были, не буду им настроение портить. В мультикам облачились все теперь, разгрузки, правда, свои оставили. Не понравились им наши штанные. А мультик они точно по раздевалкам собрали, уже ношенный. У одного я даже «Край пресижен» увидел. Антоха с третьего боевого отделения в нем ходил, за свои бабки покупал. Сейчас Антон лежит в том самом рве на тропе разведчика, а в его костюме ходит парень из команды выживальщиков Лоера. Еще ВСК в руках несет по красивому, двумя руками держит и на изгиб локтя положил.

Я сплюнул, отвернулся и достал сигарету. В этот момент Лоер подошел ко мне. «Орсиса» у него в руках уже не было, впрочем, как и его карабина. Вместо них он держал модный «Витязь». Неплохой автомат для ближнего городского боя. Но… А, про эти но я ему говорить не стану, пусть радуется. Одет он был тоже в мультикам, боевую рубашку и брюки с наколенниками, но отечественного производства. «Край пресижен» в отряде не у каждого была, точнее, наверное, только у Антона одного и была. А уж выживальщикам не до жиру. Хотя, пусть пожируют немного.

- Олег, братан, давай, от души, благодарю тебя, - полез обниматься Лоер, - мы двинули, домой охота. Частоту в эфире знаешь, заезжай в гости. Если что нужно, то мы всегда готовы, - махнул он в сторону своей колонны, состоящей из четырех машин, одного «Камаза» и трех старых «Тойот».

- Да лучше вы к нам, - подмигнул я ему и тоже в ответ похлопал по плечу, - тем более, на базу ФСБ еще можно скататься, вот там уж этого добра, - и я сделал загадочные глаза…

Какого добра можно набрать на базе РОСН ФСБ, я не стал уточнять. Но точно знал, что нам сейчас меньше всего нужно туда. Оружия там не много, так как личного состава не густо. А различное спецоружие заинтересует только Лоера и компанию. А меня сейчас больше крупняк интересует и броня, поэтому, следующий рейс точно в Мулино будет.

Машины уехали, а я остался стоять, молча глядя на закрывающиеся ворота. Надо бы, по идее, дальше работать, только выдохлись парни совсем. Заменить охрану на крыше и на КПП и дальше таскать ящики? Посмотрел на заходящее солнце. Через час, может, полтора, стемнеет. Ну и смысл в нашей возне сейчас? Вода есть, пусть ребята помоются и отдохнут. Завтра приедут «Уралы», и с новыми силами перетащим все оставшееся добро за две ходки.

Глава 4

Глава 4. Майор Кузьмин. 3 мая.

Действительно, странного было много. Во-первых, не работали банковские карты. Я специально пытался зайти с телефона в свой онлайн сбербанк, и ничего не получалось. Хорошо, что интернет пока был. И кстати, не помешало бы мне остановиться и почитать, что там пишут про ситуацию в мире. Какие-то предчувствия у меня нехорошие. Сначала гаишник – псих, потом ограбление заправки, и снова псих. Только психи все разные. Гаишник – просто обезумел, а этот, на заправке, видимо, сознание и человеческий облик сохранил, но крышей поехал. Думаю, в первом случае имело место заболевание, во втором – обычный психоз или шизофрения.

Посмотрел на свои армейские часы – уже почти половина третьего. Я несколько часов потерял на заправке, и уже снова проголодался. Нужно остановиться в кафе, перекусить, а заодно и доступ к интернету получить. У меня, конечно, деньги на телефоне есть, могу и с мобильного интернета зайти, но на халяву все же лучше выйдет. Снова начал вертеть головой в поисках кафешек, и конечно нашёл!

Впереди показались бескрайние поля Краснодарского края, и справа от меня как раз возвышались несколько гостиниц и большая столовая. Зарулил на стоянку, на которой было всего несколько машин, да и сама трасса не очень оживлённая. Мало того, что праздники, выходные дни, карантин, так еще и эпидемия. Люди разъехались по загородным домам и дачам, жарят шашлыки и самоизолируются от внешнего мира. Наверное, так оно и надо делать.

Не смотря на то, что по радио объявили карантин в заведениях общественного питания, все кафе, что попадались мне по дороге, работали. Ну еще бы, разве будут бизнесмены закрываться и терять прибыль? Пусть и небольшие сейчас выручки, но жить то им самим как то надо? Если выполнять все указания властей, так совсем без штанов останешься. Налоги и аренду никто не отменил, а ты закрывайся, не работай, но плати исправно.

Я толкнул стеклянную дверь большого здания, в котором располагалось кафе, и прошёл в пустой зал. Только за стойкой две девушки в белых колпаках улыбнулись мне голливудской улыбкой. И разочаровывать я их не стал, заказал себе суп, салат, картошку с котлетой, компот и уселся за ближайший столик. На столе стояла подставка с солонками и на ней был написан пароль от вай-фая. Не спеша достал свой «Хуавей» и ввел пароль. Ну что, почитаем, что в новостях пишут.

На столе дымился горячий суп, стоял салат из свежих помидор, но я так увлекся чтением и просмотром видеороликов, что не до еды стало. Вот солдат с перекошенным лицом гонится за парнем, сбивает того с ног и начинает кусать. Прохожие пытаются помочь, но все без толку, солдат как будто не чувствует ударов, а бьют его всерьез, ногами и по голове. Вот пытаются закрутить руки за спину – безуспешно, солдат вырвался и укусил еще одного. Наконец, его оглушают трубой по голове, и показывают следы укусов. Да, хорошего мало. Еще один ролик. Полицейский остановил машину и начинает беспорядочно стрелять из пистолета. Водитель сразу даёт по газам и уезжает. По всему выходит, что полицейские и военные сходят с ума. Кто-то связывает это с действием новой вакцины, которую в первую очередь вводили госслужащим, военным и полицейским. Что ж, хорошенькое дельце. Этим и объясняется не появление по вызову полиции, и то, что на меня набросился гаишник. Но что делать дальше? Если все сотрудники силовых структур массово сходят с ума, что делать гражданам в такой ситуации? Защищать себя самим? Зря я не взял дробовик у того грабителя, ой зря. С одним травматом много не навоюешь. Возвращаться назад, к себе на бывшую работу?

Я судорожно стал набирать номера своих товарищей, но ни один не ответил. Что за чертовщина? Может, они все на заявке? Наконец, Быстров Олег снял трубку.

- Олег, привет, это Юра Кузьмин, как ты там? – торопясь, что связь оборвётся, затараторил я.

- Нормально сам, в отпуске, а ты? – не спеша ответил мне Быстров.

- Да я в дороге, в Симферополь еду, я же перевёлся, - начал оправдываться я, - видал, что там пишут?

- Не видал, - с ленцой отвечал мне Олег, я за городом, извини, тут связь плохая, не ловит совсем… - И звонок оборвался.

Я пытался еще раз набрать Быстрова, но все тщетно.

- Абонент вне зоны доступа, - повторял мне механический женский голос.

- Твою ж мать так растак! – громко выругался я, чем нисколько не удивил привыкших к подобному сотрудниц кафе.

Ничего, еще и не то увидят. Механически, без аппетита доел заказ и снова полез в смартфон. Так, какой ближайший оружейный магазин сейчас ко мне? Магазин «Охотник», станица Кущевская. Вот туда я и направлюсь. На всякий случай, я как раз четыре месяца назад сделал себе разрешение на гладкий ствол. Да только купить не успел. А то с «Сайгой» на охоту не сходишь, а товарищ мой, Леха Куражев, все на утку звал. Вот и сделал разрешение, да с переводами этими не до покупки было. И как нарочно, портянка эта сейчас со мной. Поеду заеду, прикуплю что себе. Расплатился в кафе, на этот раз мелочь у меня была, забил адрес магазина в навигатор, и покатил в обратную сторону.

Магазин этот, «Охотник», располагался на первом этаже пятиэтажного дома. Стандартная такая серая «Хрущевка», на балконах белье висит, на лавочках старушки сидят, все как и должно было быть. Вход с обратной стороны, отдельная лестница с железными перилами, большие красные буквы «Охотник», и в окне фотография крутого охотника в ковбойской шляпе с «ремингтоном» на фоне гор. «Ремингтон» покупать меня жаба задушит, а вот «мурку» двенадцатого калибра я бы взял сейчас. Правда, есть один скользкий момент, патроны мне не могут продать. Но все решаемо, наконец, попрошу кого другого купить, делов то на пятьсот рублей всего. Только бы работал магазин.

Магазин работал, около прилавка толкалось человек пять, все солидные мужики в возрасте, и все брали патроны. Причем, двенадцатого калибра, как я понял. Я прошелся вдоль витрин из оргстекла повышенной прочности, и сразу накатила грусть. Нормального выбора гладких стволов не осталось. Ни одной «мурки» не было в наличии. Даже самого захудалого турецкого помповика. Были переломки и штуцера, но стоили они от ста тысяч. Штуцер мне по гладкой лицензии никто не продаст, а переломку «Зиг Зауэр» за двести кусков брать как то не очень. Правда, еще в комиссионке есть непонятный ствол, вроде как двухстволка, но опять же, полтинник цена за сомнительного качества вторичку…

Наконец, подошла моя очередь, все покупатели удалились, и я обратился к усталому продавцу в синей футболке и в очках с прозрачными стёклами в золотой оправе.

- Подскажите, из гладкого что есть? – спросил я, подтверждая свои намеренья бумажкой, которую достал из паспорта.

Продавец, мужчина лет сорока, с черными усами и морщинистым лицом. Поднес бумажку близко к очкам, мельком проглядел и бросил отрывисто.

- Карты не принимаем, цены выросли сейчас, ничего личного, это бизнес.

- Я все понимаю, но мне бы выбрать что, и желательно, патронов чуток, раз цены выросли, даю за патроны две цены, - подмигнул я ему.

Продавец облизнулся, но лицо не выражало никаких эмоций, и покрасневшие глаза под очками были все так же холодны.

- А двенадцатого калибра из патронов осталось только дробь, - усмехнулся он.

- Может, двадцатого калибра есть что-то? – с надеждой спросил я, но продавец покачал головой.

Я вздохнул и в растерянности стал ходить вдоль витрин. Нарезняк вот он, есть в наличии. И патроны есть. Почему я оформил себе гладкую лицензию? Может, купить переломку и дробь? В этот момент дверь распахнулась и в магазин зашел молодой парень, лет двадцати с чем-то, в модной куртке «Рибок», спортивных штанах и кроссовках ярко желтого цвета. В руках этот паренек нем оружейный чехол.

- Здравствуйте, - обратился он к продавцу, мельком взглянув на меня, - я за карабином, откладывали вчера, - показал он на стеллаж.

Я проследил взглядом и с завистью увидел там новый ВПО – 159, семь шестьдесят два на пятьдесят четыре калибр. Продавец не спеша открыл витрину, вынул карабин, разложил его на столе и принялся заполнять документы.

- И это, - продолжил паренек, - мне бы на комиссию сдать свой старый двести девятый, - вынул он из чехла АКМ.

- А это что, гладкий? – с интересом спросил я.

- Гладкий, - кивнул парень, - настрел правда большой, наверняка нарезы подстёрлись, но на сотне кучно кладёт. У меня еще патрон сотка штук осталась, - хлопнул он по запасному карману чехла.

- И сколько же ты за него хочешь? – надежда загорелась во мне.

- Да за тридцатку отдам, - небрежно бросил паренек.

Я посмотрел на продавца, на паренька этого с короткой стрижкой, ростом с меня, худощавого, и полез в карман за деньгами.

В итоге, через пару часов я ушел из магазина с простеньким оружейным чехлом, в котором приятно оттягивал руки карабин. Бонусом я получил сотню патронов с пулей «Дери» и два коротких магазина на десять патронов, а так же один стандартный бакелитовый рыжий магазин семь шестьдесят два. В нем, правда, со слов бывшего владельца, патроны иногда перекашивало, но в тех коротких пластиковых подача была идеальная. Продавец оформил мне документы, а на передачу патронов посмотрел сквозь пальцы, мол не его дело, сами разбирайтесь.

Солнце уже близилось к закату, и я поспешил к своей машине. Людей на улицах почти не было, жара спала, и в машине уже не было той дневной духоты. Я бы сказал, что даже прохладно стало, особенно, если ветерок подует. Нужно было торопиться, но сначала все же я хотел позвонить своим родным. Сестру набрал самой первой, и сразу от сердца отлегло. У неё все хорошо, на даче с мужем и детьми, уже радует. Матери позвонил, она дома сидит, продуктами запаслась, смотрит телевизор. До сослуживцев ни до кого дозвониться не смог. Вот это уже стало нехорошей традицией. Волнения усилились, но что толку волноваться? Я от них за тысячу километров.

Посидел несколько мгновений, уставившись в одну точку. Если полиция перестала работать, то куда я еду? Вздрогнул от женского крика. Потом снова крик. Посмотрел, а, все нормально, пьяная дура с балкона орёт. Все же, прежде, чем ехать, лучше бы позвонить Алесандру Палычу, моему корешу и начальнику всея полиции Симферополя.

Палыч, в отличии от моих бывших коллег, снял трубку сразу. После разговора с ним от сердца отлегло и я завел двигатель машины. Все нормально у него, работают в штатном режиме, никаких ЧП, то есть черезвычайного положения, только вызовов стало намного больше и руководство с большой земли не беспокоит уже несколько часов. Чем все закончиться пока не понятно, но чем-то должно закончиться. Так что мне нужно ехать, там моё новое место службы, там меня ждут.

Солнце плавно ползло за горизонт, постепенно наступали сумерки, а я ехал по дороге, стараясь проехать как можно больше до наступления темноты. Где я остановлюсь на ночлег, я еще не знал, но ехать всю ночь не входило в мои планы. На крайний случай, остановлюсь в мотеле, должны они тут быть в избытке. А пока не стемнело, я давил педаль газа. И это чуть не сыграло со мой злую шутку. Автострада, разрешённая скорость сто десять километров в час. Я иду сто двадцать, и еле заметил лежащую на боку поперёк дороги фуру. Заскрипели тормоза, машина пошла юзом, и я остановился прямо возле этой фуры. Громко с облегчением выдохнул, включил аварийку, а потом сдал назад. Стоять тут не вариант, нужно выбираться. Проехав немного задним ходом, я свернул на второстепенную дорогу, и очень вовремя. Тут же летящая на всех парах «ауди» потаранила лежащий кузов фуры. Хорошо, что лихой водитель иномарки успел затормозить в последний момент и удар вышел не очень сильный.

Громко ругаясь, водитель выскочил из машины. Дурак, уезжай отсюда быстрее, если машина на ходу, сейчас еще кто-то влетит… Посмотрел по навигатору, объехать этот участок можно. Забил новые данные, и тронулся в путь. А солнце тем временем закатилось за горизонт, и внезапно опустилась тьма. Фонари вдоль дорог не горели, и я включил дальний свет. Остановиться на ночь? Еще бы понимать, где. Пока есть силы, нужно ехать вперед.

Чуть не ослепили меня фары встречной машины, и я переключил дальний свет на ближний. Открыл окно, и холодный воздух прибавил бодрости. Попробовал включить радио, но оттуда раздавалось лишь шипение. Ничего удивительно, просто волну не ловит нормальную. Я пощелкал кнопками на панели, но так ничего толкового и не нашел. Включил компакт-диск, и из динамиков понеслась лихая песня Андрея Бандеры. Да, мне нравиться этот исполнитель, пусть не современно и не модно.

Время шло, километры бежали под колёса, глаза слипались, поселки и станицы сменяли поля и редкие лесопосадки, я открыл окно и холодный воздух не давал мне уснуть, постоянно бодрил. А еще различные запахи будоражили кровь. Вот навозом пахнуло, я даже окно хотел закрыть. Наверное, поля удобряют. А вот это уже морем пахнет. Фары дальнего света освещали дорогу впереди, и что у меня располагалось по бокам я видел смутно. Столбы, деревья, дорожные ограждения, поля… Но если есть запах, значит, должно быть и море.

Навигатор уверенно вел меня по узкой дороге, и я немного засомневался, туда ли я еду. Под колёсами щебенка, камни бьют о днище новой машины, мне даже в лобовое стекло один мелкий камешек залетел. Скорость снизил до десяти километров, но навигатор упрямо вел именно сюда. Примерно через семь километров пути я выехал на асфальтовую дорогу и прибавил газу. А вот и железнодорожный переезд, поездов не наблюдается, шлагбаум поднят, свет зелёный горит. Не спеша переехал через рельсы и снова вперед.

Уже потихоньку небо на востоке начало светлеть. Встречная машина мигнула мне фарами, и я переключил дальний свет на ближний. Дорога стала двух полосная, скоростная, и я прибавил газу до ста километров в час. Уже скоро, навигатор показывает еще тридцать километров. Встречные машины стали попадаться все чаще, в основном грузовые и минивены, пару раз я видел скорую помощь. Зевнув и потрясся головой, я сделал последнее усилие, я еще надавил на газ, и через несколько минут увидел впереди заправку «Лукойл». Это последняя заправка перед Крымским мостом, дальше пойдут непонятные названия и конская цена. Нужно залить полный бак.

Зарулив вправо, я вставил пистолет в бензобак и пошел в терминал. О чудо, и тут девушка в пилотке, сонная и с повязкой на лице.

- Карты принимаете? – подмигнул я ей, и пилотка замоталась из стороны в сторону, отвечая мне, - отлично, - кивнул я, доставая деньги, - мне до полного и… – внезапно мне пришла одна идея в голову, - и канистры у вас почём? – указал я на стоящие у стеллажей двадцатилитровые пластиковые канистры.

В итоге я еще затарился бензином в количестве сто литров. Пять пластиковых канистр еле-еле поместились в моей машине, и колеса сильно просели. Пришлось доставать из багажника насос и подкачивать. За всеми этими манипуляциями я и встретил рассвет. Первые лучи солнца показались на горизонте, и через некоторое время весь кровавый шар выполз на белый свет и сурово посмотрел на меня. Все, тьма отступила, начинается светлое время суток, время надеть темные очки и ехать дальше.

Я отхлебнул кофе из пластикового стаканчика и заел купленной сосиской с кетчупом. Не знаю почему, этот вкус мне показался великолепным. Кофе, рассвет, и сосиска, что может быть лучше? Усмехнувшись своей шутке, я выбросил пустой стаканчик в урну, вытер руки салфеткой и отправил ее следом. По всем правилам гигиены во время эпидемии, которые нам доводили из каждого утюга, следовало обработать руки антисептиком перед едой. Но я так хотел есть, что забыл совсем про эти правила. Ничего, обработаю после еды. Правда, антисептика у меня не было, зато была купленная вчера водка. Открыв бутылку, я полил на руки, и на глазах изумленного водителя «КАМАЗА», остановившегося рядом, убрал бутылку назад в салон. Все, я готов, можно ехать дальше.

Невысокий толстый камазист в просаленной красной футболке покачал головой, а я прыгнул за руль и покатил дальше. Теперь впереди Крымский мост. Я проезжал тут как то год назад, когда был в отпуске. С тех пор почти ничего не изменилось, только машин стало меньше. Вот пост ДПС перед въездом на мост, сейчас он опустел, даже патрульной машины нет. У блоков не стоит сотрудник с автоматом, вообще никого, дорога свободна. Световое табло погасло, ничего не пишет, ни скорость, ни внимание, вы там въезжаете на объект, ничего. Ну а мне все равно, главное, что дорога свободна.

Уже окончательно рассвело, и я сбавил скорость, наслаждаясь красотами, открывающимися с моста. Ну и пусть бордюры мешают все разглядеть, все равно дух захватывает. Так и проехал весь мост, таращась по сторонам. А у самого конца моста меня остановили. Поперек дороги стоял железный шлагбаум, и несколько омоновцев в форме Атакс. Вот этого точно год назад не было. Сбоку припарковался автомобиль «Тигр» с пулеметом «Печенег» на крыше. Это уже серьезно, придется остановиться. Чуть в стороне маячила машина «Скорой помощи», но это точно не по мою душу.

Медицинские маски омоновцы не носили, но их с успехом заменяли черные балаклавы. Как я успел заметить, форма у них штатная, от «АНА Тактикал». Фирма такая, шьет на госзаказ, в Питере находиться. Брюки с наколенниками и боевые рубашки, на которых стандартные черные «Багарии». Бронежилет «Багарий» в черноте, конечно, немного портили общее впечатление, но подсумки в Атаксе сглаживали картину. Видимо, на плитники в Атаксе у ОМОНа денег не хватило.

Высокий худощавый омоновец лениво махнул полосатым жезлом и не спеша направился к моей машине после того, как я снизил скорость и остановился. Открыв дверцу, я вышел ему на встречу и потянулся. За время долгой дороги затекла спина, да и ноги тоже немного подрагивали. Все же непривычный я к таким поездкам, особенно ночью. Глаза просто слипаются, того гляди усну.

- Добрый день, куда направляемся?- лениво сказал мне парень в маске молодым голосом.

- К месту дальнейшего прохождения службы, - отчеканил я, - командир вашего «Грома» я новый.

- А документы имеются? – невозмутимо спросил меня младший лейтенант, как я сумел разглядеть на фальшпогонах.

- Мои документы вот, - протянул я паспорт, - а служебные – на службе. Я же тоже бывший росгвардеец, переводом не вышло, через увольнение, - стараясь не оправдываться, уверенно говорил я, - да вы Павлову позвоните, он подтвердит.

- Знаете, как то невежливо в шесть утра звонить, - усмехнулся омоновец, но отошел к «Тигру» и что-то запросил по рации.

Тут же из «Тигра» вышел другой сотрудник, с аптечкой на поясе, и направился ко мне. Я даже напрягся немного, но, как оказалось, это был медик, и он всего лишь померил мне температуру, посмотрел в глаза, и довольный, достал сигарету. Вместо балаклавы на нём был респиратор, и, что бы закурить, респиратор этому медику пришлось чуть сдвинуть в сторону.

- Извините, правила для всех едины, - развел он руки в стороны, и направился назад, к машине, пуская струю дыма вверх.

Я стоял и переминался с ноги на ногу. Сейчас устроят досмотр машины, найдут оружие и патроны и… Подождите, ну оружие то у меня куплено законно, а вот патроны могут изъять. Нет, точно надо Павлову звонить, без этого, чую, не обойдется.

Наконец, высокий боец закончил разговор у машины и направился ко мне. Я глубоко вздохнул и посмотрел в сторону моря. А красиво, чёрт возьми! Чайки, море, мост и восход солнца! Только ради этой картины стоило ехать в Крым! Море спокойное, волны почти не заметны, и красное солнце прямо над водой!

- Да, подтвердили вашу личность, - оторвал меня от созерцания пейзажей омоновец, - можете ехать, и чуть тише добавил, - у нас вчера ввели запрет на перемещения, карантин объявили.

- Что за карантин? – удивился я.

- Да мы сами не поймём, - пожал плечами боец, - руководство темнит, нам толком ничего не доводит. Сказали, разворачивать всех, кто без прописки, и температуру мерить. А врач у нас сам тот еще коновал, не разбирается в этом нифига, - понизив голос до шёпота, сообщил мне младший лейтенант, - у него для нас всего два диагноза. Или все нормально, или в больницу поехали, - и сам засмеялся своей шутки.

Я тоже криво улыбнулся уголком рта, попрощался и сел в машину, зевая на ходу. Нет, нужно что-то делать, поспать хотя бы пару часиков. За окном потянулись пейзажи Крыма, и в первую очередь холмы, невысокие горы, дачные домики и посёлки. Когда проехал немного, пошли поля, на которых росли красные маки. Только в мае такое бывает, очень красивое зрелище. Как будто все в крови вокруг, и поля с маками… очень символично в наше неспокойное время.

Майор Быстров. Спустя три недели. Нижний Новгород.

Вот и все, началась суета, как обычно, посты, ужин, чай, и ожидание не понятно чего. То ли окончание этого тяжелого дня, то ли окончание вечности. На город опустились сумерки, но оживление царило больше, чем обычно. То и дело визжали психи, иногда где-то вдалеке слышались одиночные выстрелы. А вот прямо рядом с нами автоматная очередь и визги психов. Наверное, попал кто-то.

- Крыша, внимание, подсвети фонарем, кто там стреляет? – запросил я в рацию.

Самому так хотелось упасть на кровать, укрыться одеялом, и заснуть глубоким сном. Но вместо этого мои плохие предчувствия оправдались.

- Сокол, движение какое-то у дороги. Как будто бегут к нам люди, - ответил мне Вадимович с крыши нашего здания, именно он сейчас нес там службу.

Он именно сказал «люди». Если бы бежали психи, то сказал бы «психи». Ну а если к нам бегут люди. Надо помочь!

- Ну что, - вздохнул я и подмигнул сидящему рядом в масхалате Петру, - пошли спасать человека, да! Так стоит вопрос? – подражая голосу товарища Саахова, направился я к выходу за внешний периметр.

Петр и Алекс, находящиеся вместе со мной в большом холле здания Росгвардии, неохотно поднялись. Брякнул упавший автомат Алекса, сразу видно, оружия раньше товарищ в руках не держал, в армии не служил.

- Ворота, сейчас мы подойдем на машине, открывайте нам и сразу закрывайте, как только так сразу, понятно? – переспросил я в рацию, прыгая за руль стоящего во дворе «Урала». Вообще то, кузов уже забит частично оружием, но ничего, мы только туда и обратно, надеюсь, не разбазарим ничего.

Петр и Алекс по моей команде прыгнули в кунг, но от них толку мало. Мало того, что стрелять не умеют, да еще на улице темно, ничего не видно, хоть глаз выколи. Как еще говорится в народной пословице, как у негра в одном месте. Фонарные столбы торчат вдоль дороги, но толку то от них? Это мы сегодня пока только воду запустили в нижней части города, которая, кстати, скоро перестанет идти, ибо топливо в генгераторе закончится, а новое мы заливать, конечно же, не будем. Нет у нас много дизеля, только то, что смародёрили. А именно, одна цистерна. И той уже две трети осталось.

Громко взревел мотор «Покемона», как мы еще называли бронированный «Урал», и, не прогревая движок, я порулил к воротам. Стрельба уже слышалась сразу за нашим забором, и когда в ночной темноте ворота передо мною открылись, я в свете фар увидел две бегущие фигуры. А за ними бежал третий, припадая на одну ногу. Все трое были, судя по силуэтом, в военной форме, с разгрузками, и с автоматами. Я чуть сдал назад, пропуская бегущих в ворота, но бдительность терять не нужно.

- Внимание всем! – спокойно проговорил я в свою «Кенвуд», - запускаем троих чужаков на территорию. За ними бегут психи. Всем смотреть по сторонам и держать все на контроле.

Как только третий бегущий, тот самый, хромающий, как я успел заметить, на левую ногу, пробежал через ворота, те стали медленно закрываться. Но двое психов, бегущих следом, успели проскочить через скрипящие створки. Я распахнул кабину и тремя выстрелами уложил их. В одного пришлось два раза стрелять, не попал в голову с первого раза. За воротами сразу раздались крики, писки и вой. Несколько раз ударили по металлу, потом, как я понял, пытались перелезть, но ничего не вышло, сверху колючая проволока, так сразу и не перелезешь. Я снова обратил свой взгляд на троих вновь прибывших. А они уселись на траву на газоне сразу за КПП, и что-то делали своему раненому товарищу. По-видимому, обрабатывали рану. Но оружие из рук не выпускали, поэтому, я сделал знак Петру с Алексом, что бы не торопились выходить из-за защищенных бортов «Урала», а сам спрыгнул с подножки, заглушил двигатель, и включил фонарик.

Точно, в военной форме, обычная армейская цифрофлора, и даже знаки различия на погонах. Шлема у всех «6 Б 47», и разгрузки «6 Ш 116», у двоих подполковничьи погоны, у старшего, того самого, с раненой ногой, полковничьи. Вот это номер! Откуда тут военные?

Я с удивлением присмотрелся к раненому. Знакомое лицо, где то я его видел! Седой весь, морщинистое лицо, лет шестьдесят пять, наверное. Слишком старый для военного. Нога в крови около левой голени, и я увидел, как один из подполковников вколол что-то в ногу раненому одноразовым шприцом. Вакцина от укуса? Вполне себе возможно. Убрав автомат за спину на трехточке, я подошел ближе к троим нашим гостям.

- Здравия желаю, товарищи офицеры. Какими судьбами к нам?