Город мучений

Фигура в дверях неуверенно кивнула и исчезла.

- У тебя есть ребёнок? - спросила Серена.

Денна кивнула.

- Моя дочь быстро учится. Она справляется с новой магией куда лучше, чем я смогу когда-либо.

Серена кивнула. Рейдон увидел, что она немного расслабилась. Серена протянула женщине руку.

- Приятно лично с тобой познакомиться, Денна.

- Взаимно, - всё так же осторожно ответила красная волшебница. Рейдон видел, что она сражается в каком-то внутреннем конфликте. Всё ещё боится, что Серена здесь по поручению из Тэя? Возможно, хотя судя по тому, как она наблюдает за Сереной, Рейдону уже не казалось, что она напугана. Её выражение стало расчётливым, а потом похолодело, как будто Денна приняла какое-то важное решение.

Монах потряс головой, очищая её от лишних мыслей. Ангул в ножнах начинал нервничать, и фокус монаха дрогнул, когда он увидел девочку. Без своей сосредоточенности он мог испытать настоящие эмоции. Попытка угадать мотивы других делала его уязвимым к собственным потерям.

- Что вы можете предложить по части ритуалов призыва элементалей? - спросил он. 

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Год Тайны (1396 ЛД), замок Даррок, Фейвайльд

Яфет рухнул в собственноручно созданный тёмный колодец. Он рванулся к исчезающим краям своего плаща, пытаясь удержаться на месте, и не сумел. Пальцы колдуна уже сжимали Сердце Снов. Из Сердца сочилась энергия в него , а из него — в плащ. Плащ, в складках которого скрывались целые коридоры. Сердце Снов открыло разлом, и он рухнул прочь с Фаэруна, устремившись к его фейскому отражению. Без Ануши.

Дышать было трудно — не только от пронзающей грудь боли, но и от осознания, что он бросил Анушу. Теперь девушку заполучил обезумевший монах с мечом, так отчаянно стремившийся уничтожить камень. Яфет застонал, пытаясь обратить вспять своё падение через тьму, ограждённую тем, что казалось порхающими крыльями летучих мышей. Обращение портала вспять занимало куда больше времени, чем обычно.

Почему так долго? Наверное, потому, что он не оставил свой плащ в качестве моста. Без чёткой начальной точки он дрейфовал вслепую. Он может потеряться в негативном пространстве между границами планов.

Сердце стучало в темпе, похожем на бешеные хлопки крыльев вокруг. Яфет потянул ещё больше энергии из Сердца и сосредоточился на пещере в Фейвальде, где стоял замок Даррок.

Пелена новой силы, тёплая и тошнотворная, согрела его руки. Он схватил эту силу и попытался сосредоточиться на месте своего назначения.

Вместо этого его сознание заполнилось безумными образами.

Он увидел обелиск размером с гору, испещрённый шрамами и выщербинами беспощадного времени, скованный хваткой глубоких подземелий. Но следы времени не могли скрыть чудовищной формы обелиска, его невероятного размера и ширины, и тёмных полостей, что вели в полое нутро. Обелиск был покрыт пузырями живой слизи. Один из пузырей был крупнее остальных и восседал на обелиске, как на троне. Одного лишь намёка на его очертания хватило, чтобы сорвать крик с губ колдуна.

Образ помутнел, но на смену ему пришёл другой. Это была Ануша в туманном месте. Она пыталась сказать ему что-то, что-то очень важное. В её взгляде читалось безумное желание быть услышанной.

Яфет узнал этот сон. Но он не спал. Образ заполнил его бодрствующий разум. Видение выползло из Сердца Снов, как дымок, поднимающийся от сгорающих благовоний.

Колдун выронил Сердце.

- Нет! - воскликнул он, потянувшись к артефакту. И в этот момент колдун вместе со сферой рухнули в пещеру замка Даррок.

Он приземлился бесформенной грудой и сумел защитить голову, обхватив её руками.

Сердце Снов откатилось в сторону на несколько футов, затем застряло в небольшой выемке.

Яфет встал на ноги. Казалось, грудь охвачена огнём. Теперь заболели ещё и руки.

Он оглядел сумрачную крепость — обитель Владыки Летучих Мышей. Над стенами замка поднималась центральная башня. По обеим сторонам от неё простирались огромные крылья, хищные и по-драконьи широкие. Свод пещеры был усеян сталактитами и полон попискивающих летучих мышей.

Он поднял артефакт, воспользовавшись складками плаща, чтобы тот не касался кожи. Наверное, в прошлый раз тоже нужно было так сделать, подумал колдун.

В мире смертных он хранил большие предметы в надразмерных глубинах плаща. Получится ли то же самое с Сердцем?

Он сосредоточился и сунул сферу внутрь. Сердце исчезло.

Неожиданно испугавшись, он проделал обратный процесс. Сфера вернулась. Удовлетворённый, он спрятал её снова. В каком бы странном пространстве не исчезали предметы, которые он клал на хранение, эта схема продолжала работать и в Фейвайльде.

Яфет двинулся вперёд, шагая по зарослям фиолетовых грибов — тех самых проклятых грибов, из которых он сварил сонное зелье для Ануши. Он хорошенько по ним потоптался, затем пошёл дальше.

У ворот он крикнул:

- Открывайте!

Сморщенные гомункулы выглянули со стены, затем нырнули обратно. Мгновением спустя механизм ворот лязгнул и заскрипел. Створки открылись, как лепестки чёрного георгина. Он прошёл через ворота в зал, освещённый изумрудным светом, миновал сумрачный бассейн, и прошёл четыре лестничных пролёта, охраняемых безмолвными, неподвижными фигурами в глухих балахонах.

Ворвавшись в главный зал, Яфет слегка запыхался. Его взгляд скользнул по картинам, скульптурам и собранным за века экспонатам. Он присмотрелся к балкону, выходящему в помещение. Балкон был пуст, не считая железной двери. Дверь была закрыта.

Колдун облегчённо вздохнул. Он почти ожидал увидеть там поджидающего его Владыку, освободившегося из своей ловушки.

Он поднялся по ступеням, достал ключ и открыл дверь.

В комнате за дверью был подготовлен целый пир.

На большом дубовом столе мерцал жёлтый свет. Шоколад грудами лежал на серебряных блюдах, нежный зелёный виноград выглядывал из золотых кубков, фиолетовое вино сверкало в хрустальных графинах. По у стола стояли стулья, каждое — уникальной работы.

Во главе пиршества сидел мужчина. Он был худым, лысым и бледным, с узкими, сощуренными глазами, острыми ушами, в чёрной одежде.

Конечно, это был не человек. Это был архифей по имени Нейфион. Он сидел на своём обычном месте, к которому приковал его Яфет — на Бесконечном Пиру.

Нейфион поднял взгляд. Его глаза уставились на Яфета, но Владыка не проронил ни слова, продолжая жевать кусок слабо прожаренного мяса.

По его губам текла кровь.

- Владыка Летучих Мышей, - начал Яфет. - Приветствую. Мне нужна твоя помощь.

- Ты ещё жив? - спросил Нейфион и подхватил со своего блюда ещё один кусок стейка.

- Пока что. Друзья тебя навещали?

Архифей пожал плечами, затем сделал большой глоток вина из графина слева и вытер губы рукавом. После того, как Владыка отпил вина, графин казался ещё полнее прежнего.

Яфет мог заставить собеседника отвечать правдиво, но решил поберечь силы. Было очевидно, что ни дама-эладрин, ни брат Ануши здесь больше не появлялись. Скоро уйдёт и Яфет.

- Раз уж ты об этом заговорил, Мальянна была здесь после того, как ты сбежал, поджав хвост, - небрежно сообщил Нейфион. - Она и её ручной человек жаждут получить богатства, которыми я осыплю их взамен за уничтожение твоего камня договора. А мне не терпится отведать твоей печени. Не могу решить — один большой стейк или несколько мелких кусочков, которые можно обжарить и макать в шоколадный соус. Как думаешь?

Яфет постарался сохранить бесстрастность. Он сказал:

- Если бы Мальянна и Берун собирались разбить камень договора, они бы давно это сделали. Они играют с тобой, Нейфион. Они не собираются тебе помогать.

Владыка поморщился. Он пронзил вилкой и сунул в рот блестящий сахарный персик. Он спокойно пообещал:

- Я убью тебя таким чудовищным способом, что сам Оркус побледнеет от одной лишь мысли об этом.

- Нейфион, приказываю тебе — хватит угроз на сегодня.

Владыка Летучих Мышей замер на своём стуле, задрожал, как будто от слабейшего холодка, затем продолжил есть.

Колдун рассматривал бледную фигуру, размышляя, не освободил ли он случайно своим приказом Нейфиона от зачарованного пира.

Владыка Летучих Мышей всосал ещё один кроваво-красный помидор, но его взгляд не отрывался от глаз Яфета. Его глаза были такими же красными, как и проглоченная ягода. Яфет отвёл глаза.

Это будет сложно. Он рисковал своей жизнью и даже своей душой, играясь с магической тюрьмой Нейфиона. Но дама-эладрин и лорд Мархана, скорее всего, и так достаточно скоро освободят Владыку.

Уж лучше это сделает Яфет — таким способом, чтобы сохранить свою слабую власть над действиями Нейфиона.

- Нейфион, - заговорил колдун, - ты поможешь добиться моей цели. Взамен на твою добровольную помощь, лишённую любого коварства, я освобожу тебя от Бесконечного Пира. Что скажешь?

- Я согласен, - сразу же ответил Владыка. Затем рассмеялся, и по залу засновало жуткое эхо.

Яфет знал, что существо просто пугает его — по крайней мере, надеялся на это. Если бы Владыка спланировал этот момент, Яфет скорее всего уже был бы мёртв.

Колдун расправил плечи и надавил:

- Тогда поклянись, Нейфион. И если мне не понравится твоя клятва, ты останешься сидеть за столом, пока не придумаешь что-нибудь получше.

Лысый мужчина коснулся носа тонким, бескровным пальцем. Он поднял взгляд, как будто пытаясь отыскать вдохновение на потолке. Затем заговорил:

- Если ты освободишь меня от Бесконечного Пира, Яфет, похититель договора, я клянусь быть твоим союзником и относиться к тебе как к другу, несмотря на голод и ненависть, и не вести тайных игр с целью помешать тебе в достижении цели. Я клянусь самим камнем договора, источником твоей власти надо мной и проводником, дарующим тебе мои способности. Я клянусь в этом, если ты сейчас освободишь меня.

Яфет обдумал слова Владыки. Он хотел записать их и всю ночь размышлять над каждым по очереди.

Он хотел бы заставить существо поклясться также своим титулом, «Владыка Летучих Мышей», и плащом, который носил Яфет — второй кожей Нейфиона, Саваном Крыльев. Но время было не на его стороне. Он махнул рукой и заговорил.

- Встань с Бесконечного Пира, Нейфион, и сдержи своё слово — а иначе Пир призовёт тебя обратно и пленит навсегда.

Бледный мужчина медленно отодвинулся от стола. Он вытер подбородок тёмным рукавом и встал. Он неожиданно закричал более глубоким голосом, чем прежде:

- Свободен!

Яфет непроизвольно отступил на шаг.

Нейфин оскалился, склонил голову набок и сказал:

- Что за безумное дело ты задумал, мой будущий обед, раз рискнул удерживать меня одной лишь клятвой?

Яфет задумался, но не успел он ответить, как Владыка Летучих Мышей указал в сторону выхода и сказал:

- Давай поговорим в главном зале. Это место мне больше не по вкусу.

Существо рассмеялось над собственным каламбуром, затем прошло мимо Яфета и покинуло комнату, в которой было заперто долгое время.

Колдун последовал за Владыкой вниз в главный зал, опасаясь, что дал архифею слишком большую свободу.

Нейфион встал в центре пышного помещения и потянулся, ухмыляясь с нескрываемым злорадством.

- Хорошо снова увидеть свою коллекцию.

Яфет подошёл к большому пухлому кожаному креслу и упал в него. Он был истощён. Присесть было приятно.

Владыка Летучих Мышей щёлкнул пальцами. Что-то сдвинулось на стене, и из дыры вынырнул гомункул. Нейфион, продолжая ухмыляться, приказал:

- Принеси мне настоящей еды!

Существо заспешило вниз по главной лестнице, даже не взглянув на Яфета. На лице колдуна натянулась кожа. Может быть, ему отменить просьбу Нейфиона? Нет. Клятва, которую принёс Владыка, не мешала ему действовать по собственной инициативе. Однако раздача приказов старым слугам, которыми должен был командовать Яфет, опасно близко подходила к свободе, о которой колдун не хотел задумываться.

С тех пор, как он заполучил замок и слуг Владыки, Яфет старался не использовать многочисленные доставшиеся ему силы. Он опасался создать какой-нибудь резонанс между Нейфионом и прежними привилегиями лорда фей, достаточный, чтобы освободить это создание от оков волшебной трапезы — или, ещё хуже, от плохо сформулированного договора, который позволил Яфету получить куда больше, чем хотел позволить ему Владыка.

Но даже если бы он не боялся освободить Нейфиона, используя его ресурсы, Яфет просто не хотел слишком часто пользоваться услугами гомункулов. Он всякий раз чувствовал себя виноватым. Их происхождение было слишком жутким.

В прошлом маленькие твари были людьми — а может, эладринами. Нынешний печальный облик гомункулов — всё, что осталось после того, как Владыка утолил за их счёт свою жажду крови и душ. Осталась лишь сморщенная оболочка плоти и духа, уродливый остаток, разума в котором хватало только на подчинение приказам Владыки Летучих Мышей. А тело находилось где-то между жизнью и некромантическим оживлением. Яфет не углублялся в подробности.

Нейфион покосился на Яфета, на его плащ, затем закричал вдогонку топоту маленьких ножек:

- И принеси мне из гардероба костюм! Обсидиановый. Не забудь сапоги!

Яфет следил, как Владыка расхаживает по помещению, размахивая руками и топая ногами, как будто пытаясь вернуть им чувствительность. Магия Бесконечного Пира хранила Нейфиона от смерти, ожирения и даже от необходимости справлять нужду. Однако нескольких лет, проведённых в сидячем положении, тело существа, очевидно, затекло, несмотря на чары и его собственную сверхъестественную выносливость.

Затем Яфет вспомнил про Анушу, не просыпавшуюся несколько месяцев, и поморщился. Требовалась магия, чтобы сохранить девушку сытой и здоровой. К счастью, он сумел адаптировать аспект Бесконечного Пира, чтобы сохранять ей жизнь. Ещё одна несправедливость по отношению к Ануше. По крайней мере, она не погибла от голода.

После этого он всё своё время тратил на поиски ритуала, способного освободить её разум. А теперь девушка была потеряна и оказалась в руках Рейдона.

Будет ли полуэльф за ней присматривать? Да. Монах был самопровозглашённым героем. Он появился из ниоткуда, чтобы помочь Ануше освободить Яфета и остальных. Вместо того, чтобы сбежать перед лицом верной смерти, как поступил бы любой обычный человек, он помог им победить Гефсимета.

Но теперь, похоже, Рейдон заключил союз с капитаном Фостером и Сереной... а эти двое скорее всего просто бросят девушку, если забота о ней станет обременительна. С другой стороны, они могут сохранить её, чтобы использовать в переговорах с Яфетом. Может быть, они решат, что могут обменять её на Сердце Снов. Для этого им придётся заботиться об Ануше.

В любом случае, Рейдон с его характером будет защищать Анушу независимо от того, решат ли остальные двое воспользоваться ею против Яфета. Ведь так?

Он вознёс безмолвную молитву равнодушным богам о том, чтобы Ануша была в целости и сохранности.

Устройство из золотистого металла, расположенное в одном из углов, щёлкнуло и начало петь, вырвав колдуна из задумчивости.

Владыка Летучих Мышей по-прежнему был здесь. Он только что влез в стильный чёрный плащ, безупречные линии которого кричали о невероятной дороговизне. Сбоку от Нейфиона стоял гомункул, который держал чёрные перчатки, кроваво-красный галстук и пару простых кожаных сапог.