Апокалипсис

Только начав свой путь через лес, я совершенно не учел, что с нами теперь нет ни Свена, что в лесу как дома, ни Вилки или какого-нибудь иного бессмертного слуги, способного стеречь наш покой при свете дня и сторожить спящие тушки в ночи. Мы оказались совершенно не лесными жителями, и в принципе, погибли бы в этих чащах от голода, обезвоживания, или тех, кто обитает в этих землях. Кабаны, медведи, что сейчас хоть и добрые, но не менее опасные, лоси, мелкая нечисть, на вроде полупрозрачных сов, что по своей природе больше подходят под описания энергетических вампиров, питаясь маной своих жертв, выбрасываемой в воздух при испуге. Или каких нибудь иных мелких, но нереально опасных, тварей, испокон веков в достатке водящихся в здешних местах.

Погибли бы! Но я додумался использовать и призывать для охоты на зверушек магическую кошку, чью прогу быстренько дописал, адаптировав под призыв в реальный мир, что было не сильно сложно — опыт, и запчасти от других петов решают, и маны на призыв который у меня вполне хватает. Её когтей и навыков вполне достаточно для охоты на кроликов и тушканчиков, в обилии обитающих в этих лесах, а плотность тела достаточно велика, чтоб гонять гадких сов и в хвост и в гриву, пусть и недостаточно для борьбы с кем покрупнее. Ну а при наличии пищи, с остальным, пусть и с горем пополам, справиться наша магия.

Добирались до города мы долго. Очень долго. Почти месяц блуждания по лесам, ни один раз стоптанные ноги, множество холодных ночей под елкой и сырость земли под попой на привалах. Недоедания и голод, в следствии ограничение на применение кошки, ввиду излишнего расхода маны на её призыв и поддержания самого существования пета, усталость, и постоянно ощущение опасности из-под каждого пня, дерева, и даже сверху. Опасности внешних, что окружили плотным кольцом нас в лесу, и за его пределами. И опасностей внутренней — весь этот месяц между нами сквозил весьма неприятный холодок.

Саара чувствовала постоянную вину, за то в чем в принципе не виновата. Чувствовала свою ущербность и низость, постоянно считая себя предателем. Ну а я… я ну никак не мог растопить ту стену, что она между нами воздвигла, оградив меня, от, по её мнению, грязной себя. Она боялась контакта, а я опасался разбередить совсем свежую рану памяти о её мучениях. Ведь каждый раз, как я предпринимаю очередную попытку вернуть былые отношение, как либо приласкать свою любимую и родную женщину, её утешить и успокоить, натыкаюсь на непреодолимую преграду «я не достойна» и её тихую истерику «грешной женщины».

От ребенка я избавился фактически сразу. Мне не нужны чужие дети. Не так, не таким путем и от таких людей. У Саары это уже по факту третий, не рождённый младенец, что умер в её утробе еще в зародыше. Первым, был мой, родной и целиком свой, и я его сам же убил — тогда у нас не было возможности иметь детей, и скорее всего его бы убили за меня, но уже на более позднем сроке, причинив серьёзный, как психологический, так и материальный вред матери. И даже если б он родился, тогда, у нас было настолько шаткое положение, и настолько неопределенное будущее, что я бы никому не стал желать родиться в таких обстоятельствах. Тем более своему дитю.

Второй умер от насильников, третьего от этих же насильников вновь убил я. Пропустил ток через живот девушке пока она спала, и лишил чадо жизни в один момент. Не больно, и даже незаметно. Срок слишком мал, чтоб там вообще что-то было заметно. Девушка даже не проснулась, и она даже не представляет, что в её чреве могли бы развиться уже трое.

Мы прожили эти дни скитания с горем пополам, и надеялись, что встретим наконец-то помощь и спасение, но наткнулись на еще одну жопу. Город стоял с активным куполом силового поля. В режиме изоляции, и судя по строениям и тем, что осталось от жителей пригорода — грибная чума поглотила еще один город.

Этот город не был в зоне бедствия «первой волны» чумы, он уцелел тогда, один из немногих. Но сейчас… значит чуму в него занесли позже, как и в Вандешбург. Это уже не просто непонятное явление — это уже война! Самая настоящая война! С применением биологического оружия массового поражения. И я, как бы это не звучало безумно и глупо, должен быть там! На пике острия! На поле боя. В битве умов, а не копий — ведь я создал лекарство от чумы, как первой, так и второй версии! И возможно, смогу помочь снова, если смогу выбраться из этого леса живым, да к своим.

Да, теперь уже просто «своим», а не «союзника» или «сторонникам». С началом войны, понятия «немного друг» упражняются, как и прекращается большая часть подковёрной возни. Тут уже не до жиру и не до титулов! Тут главное выжить! И тут есть только «свои» и «чужие», и никого кроме них. И нам необходимо добраться до своих.

Хоть город и закрыт силовым полем, которое нам не обойти, мы нашли брешь в защите — дыру в стене. Здоровенную дырень в пятиметровой каменной кладке. Кто вообще придумал делать так, чтоб силовой купол опускался только до стен? Да, камень прочный, но блин! Силовое поле выдерживает ядерный гриб под своей шапкой! А каменная кладка разлетится от одной только волны.

Хотя… камень тут тоже необычен. Точно! Силовые линии, силовой контур питания щита… магопоглотители… маговоды… антемагическая защита! Никакой магией не пробить эти стены! Никакой! А купол можно. Ну а без магии, эти стены и дракон не возьмет, даже если долбанется башкой с разбегу.

А вот танк с десятка двух выстрелов запросто — углядел я на каменной крошке характерный след от гусянки. — его снаряды не магические, а от физического урона стены никак не прикрыты. Это просто стены, что даже не смотря на всю прочность камня и свою толщину, так же пробиваются как и обычные, если не скупится на снаряды, взрывчатку, упорство и упоротость.

Стоит еще отметить, что мода накрывать города силовыми щитами пошла еще с далекой эпохи драконов. Со времен, когда в мире еще было полно «диких» драконов, что очень любили нападать и разорять города, воровать скот и лакомится вкусными людишками. И с тех, поистине далёких, времен, назначения щита в принципе не изменилось — прикрытие городов с воздуха. Ведь к тому моменту как пешие войска все же подойдут к стенам города, его купол будет уже снят, или битва проиграна. Так что по сути, купол призван защищать только от нежданных сюрпризов.

Внутри города нашлась лишь смерть. Входя за стены, мы сильно рисковали: хоть наш выработанный большим временем контакта с чумой иммунитет вроде как до сих пор справляется с заразой и стоящими в воздухе толщей спор, ни кто не знает, сколько он еще так протянет. Как ни крути: мы уставшее, голодные, и подавленные.

Хоть наш иммунитет против гриба и получил передышку после зараженного Вандершбурга за этот месяц в лесах, и хоть он тут же активизировался, стоило нам приблизиться к зараженной зоне, начав броуновское движения антител по организму, согласно кукле персонажа, у всего есть свой предел, и совсем не хочется проверять, где спрятался наш.

Но нам нужна магия! Накопитель, малый или большой, и в вымершем городе он точно есть. Богатые дома, хозяева которых зачастую маги в той или иной степени. Городской кристалл, что питает по-прежнему работающий силовой купол города. Прочие места — даже если тут уже прошлись мародеры, всего собрать они не могли.

Обойдя пару домов, и не найдя ничего кроме полностью поросших грибом стен и предельной концентрации спор, мы решили идти туда, где источник маны точно есть — силовой центр защитного купола, даже если там уже всё заросло.

Поиски затянулись на несколько дней — центр защиты города не то место, что выставляют напоказ. Во время поисков мы так же наткнулись на городской портал, но он оказался сильно повреждён и не работоспособен. Есть еще один — в замке, но туда нам, увы, не попасть — его стены прикрывают не менее прочное поле, чем его небо.

Глава 3 Удача

Наконец нам улыбнулась удача. Мы нашли накопитель! Пусть и не имеющий никакого отношение к городу. Просто проходя по одной из улиц, я заметил особо плотно заросшее здание, из окон которого торчали большие «ветви» гриба, а всю площадь стен украшали лианы из корней, что даже спустя столько времени еще не отмерли и продолжали хранить в себе остатки маны.

Увидев это сооружение, я сразу понял: вот туда тебе, Вова! Ибо там совершенно точно жил маг, и если это не какая-нибудь гостиница, то там у него точно припрятана пара камней маны. Скастанул «шуточку за триста» — всеми любимый огненный столб, и домик вспыхнул свечкой, коптя купол города черным дымом. Перекинулся на пару соседних зданий, побушевал секунд десять в своем великолепном безумии и затих, позволив нам пройти внутрь освобожденных чертог.

Ну как позволил? Перекрытия оказались деревянными, и от здания остались только стены, от чего-то каменный свод крыши, и пол, он же потолок подвала. Впрочем, это и не важно! Огонь так же снял и магическую защиту с тайника на первом этаже, предоставив нам доступ сразу к нескольким камешкам маны, на пару тысяч. Не знаю, кто сделал тут эту нычку, но ему большой респект, хоть твои камешки и мелковаты. Нам они сейчас ну очень нужны.

— На. — протянул я два из трех камней Сааре. — Будешь вызывать первой.

— Что? — растерялась она, но тут же сообразила и толкнула камни обратно — Нет! Ты вызывай, я…

— Да заткнись уже и вызывай! Спорить мне тут еще будешь, со своим «недостоинством». — усмехнулся я, уже откровенно бесясь от её чувства вины.

Девушка приняла в руки камни и сосредоточилась. Я перекинул навык питомца с накопителем внутри в общий доступ, и она совершила призыв. Клякса белого вещества вытекла из тела Саары, приняла вертикальное положение и начала формироваться в человекоподобную форму. Тонкая линия маны, тянущаяся от девушки к формирующемуся существу наконец нащупала уже совсем поблёкший «хвостик» от манопоглотителя, и присосалась к нему, слилась воедино и образовала еще одно «кольцо дождевого червя» чуть выше предыдущего. Как видно, еще пару таких слияний, и стыковаться уже будет негде.

Существо прорисовалось полностью и обрело форму эльфийки в черном плаще с кинжалами в руках. Никакой анимации, ни моргания глаз, ни движений в режиме ожидания, просто статичная картинка. После предыдущего случая сбоя психики я урезал этому питомцу все что мог, оставив почти что бездушную куклу, лишь с маленьким задатком на сознание.

— Ложка… Кхм — проговорил я и поперхнулся, переведя взгляд на жену — Саара командуй. Она теперь тебе как дочь, и безмозглая кукла. — на глаза девушки накатились слезы — А ну харе реветь! Давай командуй!

— Ложка, это мой муж, служи ему так, как служишь мне, и во всем его слушайся. — сквозь слезы проговорила девушка.

— Что значит слушаться? — спросила Ложка абсолютно без эмоциональным голосом.

Ладно хоть губы шевелятся! — мысленно воскликнул я, глядя на эту, совершенно не живую машину, что и внешне и внутренне ею и является. — походу, я перебрал с обрезанием функционала! Это вообще, чебуратор две тысячи, которому фиг что объяснишь! Да еще и Саара решила в слезки удариться… вот кто меня с этой “дочерью” за язык тянул!?

— Так, Саара! Да возьми ты уже себя в руки! — начал злится я — Та Саара которую я знаю, никогда бы не стала реветь как побитая корова посреди улице из-за пустяка!

Девушка вся как-то сразу подобралась, выпрямилась, напружинилась, и сдулась, вновь начав рыдать, на этот раз уже в голос.

— Той, Саары, которую ты знал, больше нет!

— Выыы! — взвыл я, хватаясь за голову — Женщины, ну…

Подскочил, обнял, прижал к себе так сильно, как только смог, так что у девушки даже кости захрустели!

— Не отпущу нафиг! Не отпущу! — проорал я в пустоту — Даже если тебя отымеют все демоны этого мира разом, не отпущу! СЛЫШИШЬ! И закрой уже варежку, с этим «недостойна-порочна»! Чтоб я от тебя этого больше не слышал! Никогда! Поняла меня женщина!? Ты ПОНЯЛА МЕНЯ?!

Она коротко кивнула, и продолжила плакать, уже уткнувшись мне в грудь. Но может хоть после этого лед в наших отношений последнего месяца тронется с места?

— Ладно, — со вздохом решил продолжить я прерванную мысль, когда девушка наконец успокоилась и прекратила рыдать — давай подкопим маны, я совершу призыв, и мы перепризовем эту Ложку, а то эта какая-то чопорная вышла. — взглянул я на трехмерную картинку двухмерной эльфочки стоящей в полный рост в паре метрах от нас.

— Не отдам! — тихонько пропищала Саара и уже более уверенно, с признаками утерянной в ту жуткую неделю сталью, повторила — Моё! — и столько решимости в глаза, что мне показалась, будто она своё реальное дитя оберегает.

— Как хочешь. Твоё так твоё, тебе и воспитывать. — усмехнулся я и отошёл в сторонку.

И девушке пришлось начать «воспитывать». По идеи, нам бы стоило уже сейчас свалить из города, чтобы не искушать судьбу, грибы и споры, столь любящие страдать поглощением плоти неосторожных магов, но новая слуга оказалась тупее табурета! Что по-прежнему пенек.

— Значит ставишь ногу вот так, а затем переносишь на неё свой вес. — медленно показала девушка как надо ставить ногу для шага.

— Что такое вес? — тут же задал вопрос говорящий истукан, не изменивший место своего стояния с самого мига призыва.

Блин, и вот как объяснить существу, с мозгами мебели, у которого нет этого самого веса, что такое этот вес!? Вот как!? К счастью Саара быстро нашла выход, приказав «делай как я!», что наконец сдвинуло процесс с мертвой точки, сдвинув саму Ложку. Сдвинуло, но не продвинуло. Ложка действительно стала делать все как Саара, полное, абсолютное соответствие, как в зеркале, и никакого толка в чем-либо кроме пародии.

Женушка уже хотела сдаться, устав, и задохнувшись, от тупости миньона, и её неудобных вопросов, со вполне очевидными ответами, создающими еще больше вопросов. Но увидела, что я наблюдаю, сжала зубы, собрала волю в кулак, и кучку всей своей упертости, и продолжила попытки добиться чего-то путного от этого неразумного существа.

— Итак, теперь делаешь шаг. Вот так. Когда я говорю шаг, ты делаешь, даже если я не делаю.

— Как?

И может я и должен смеяться над этим бесплатным шоу, но мне вместо смеха и радости в душу заглядывает печаль и слезы. Она так уперлась, из-за того, что я обронил ту нелепую фразу? Или просто готова на все, чтобы доказать, что она еще способна сражаться, и её воля еще не до конца разбита? Только вот кому? Мне или себе? Если мне — плевать! Мне не надо ничего подобного доказывать! Не подобным образом. То, что я жив — вот оно, самое сильное доказательство воли женщины и её духа! А вот если себе… то тогда лучше не вмешиваться, иначе это все может плохо кончится для её психики и сознания.

К вечеру у Саары накопилось достаточное количества маны во внешнем накопителе, с ролью которого Ложка успешно справлялась, которая в сумме с содержимым третьего камня маны, позволила мне совершить призыв своего миньона. Вилка прибыла в полном объеме, а вот прогресса с Ложкой так и не было. Девушка продолжила страдать с бездушным истуканом, за все это время даже практически не сдвинувшимся с места. И по-моему, этот истукан вообще не исправим. Очередной дефективный разум.

— Вилка… — прошептал я глядя на дроу. — Ты помнишь что-нибудь… до призыва.

— Нет повелитель. — ответила она не моргнув и глазом.

— Полет? Реки крови?

— Реки крови… — растянулась она в блаженной улыбке.

— Нда… Печально.

— Повелитель?

— Не важно. Стой тут. — приказал я и дроу застыла на месте, растопырив руки-когти в разные стороны и ноги на ширину плеч.

Единственное, что отличает эту Вилку от прошлой, за исключением памяти, это допиленные и доделанные когти, с прочностью в девять с половиной. Правда для этого пришлось немного ослабить другие части её тела, но надеюсь, она меня простит. Ведь по идее, не смотря на такой казус, её боевая мощь должна только возрасти! А вот отсутствие памяти, знаний и умений, что были накоплены прошлой версией слуги, неминуемо ведут к существенному падению этой самой мощи.

Промаявшись с чурбаном до поздней ночи, Саара наконец уснула, окончательно выбившись из сил, улегшись прямо на пепелище, хоть и прикрывшись принесенным мной одеялом. Я напротив, сохранил бодрость, стараясь поймать именно этот момент, когда женушка будет крепко спать.

Посмотрел на жалкое подобие приличной слуги, что так и стояла истуканом без малейшей активности. Встал, обошел Лошку по кругу, так и не дождавшись никакой реакции, потыкал ей в глаза, в нос… статуя, по всем параметрам! Бессмысленная трата сил и времени, лишний риск заразится, и нервы для бедной девушки.

— Эх… — вздохнул и применил изгнание, в момент рассеяв всю магическую структуру существа.

— Господин… — ожила другая статуя у входа дом. — Я не хочу умирать. — пробормотала Вилка, помотав головой.

А может что и осталось. — мелькнула светлая мысль, и я подошёл к ней поближе, чтобы случайно не разбудить спящею девушку беседой.

— И почему же? — задал наводящий вопрос.

— Я… — эльфийка явно загрузилась и даже явно подвисла. — Я хочу жить! — наконец выдала она.

— И почему же?

На этот раз она вообще капитально зависла, даже разок пошла рябью, явно на секунду потеряв стабильность психической матрицы.

— Господин, моя жизнь принадлежит вам! — в итоге сорвалась она с собственной логики на классический сценарий и приставила руку с когтями к своей груди, как бы собираясь вырвать сердце — И если вы прикажите, я без колебания вырву себе сердце! — она слегка надавила на руку, пробивая более плотными когтями менее плотную плоть одежды на груди.

Я хотел уже было сказать «вообщет не надо», но немножко помедлил, заметив, что рука эльфы не движется дальше вглубь тела, застряв на паре миллиметров, а сама дроу смотрит на меня преданными щенячьими глазами.

— Но я… я все же хочу жить. — огорошила она меня и продвинула руку еще на сантиметр вглубь груди — Но если вы прикажите… я сделаю все, что вы потребуете! Но… если вам просто нужны жертвы, то я добуду вам столько жертв, сколько вы пожелаете! — нашла как выкрутится она, по прежнему пребывая в позе «рука у сердца», в смысле вот-вот вырвет — В крайнем случае, вы ведь можете использовать ту женщину… — кивнула она в сторону Саары.

Я подскочил к чудищу в мгновение ока.

— Запомни! Её жизнь стоит тысячи твоих! Нет, даже миллиона!!! — просто выплюнул ей в лицо я.

— Я поняла повелитель. — раскаянно и грустно произнесла дроу и надавила на руку еще.

— А ну вынь уже свои пакли из собственной груди! — рявкнул я, вновь теряя самообладание и переходя в бешенство. — Суицидницы. — прошипел по змеиному, заметив, что Саара проснулась.

— Простите господин. — вынула она руку и вновь замерла посреди прохода в одной позе.

— Что случилась? — поинтересовалась девушка.

— Две суицидницы! Вот что случилось. — прохрипел, переводя дыхание — Одна развеялась, стоило тебе уснуть — Саара вздрогнула — вторая решила себе сердце вынуть, чтобы уйти за ней следом. Жизнь ей видите-ли, не мила. — эльфа у прохода тут же вздрогнула, в точности повторив движение Саары.

Глава 4. Рубеж

Женушка конечно расстроилась из-за потери Ложки, и даже была против перепрезыва нового аналогичного существа, ну и все такое, но я смог настоять, надоив твердым и суровым мужским словом. Новая эльфа призванная утром, вернула себе положенные ей эмоции, хоть и в немного подрезанном виде. Теперь уже действительно подрезанном, а не обрезанном, или даже вырезанном, как в истукане, что призвали днем.

— Готова служить, моя госпожа. — присягнула она перед Саарой, вставая на одно колено.

Понятие «королева» я из неё убрал — ибо не фиг. Как и еще многие. Но основные замашки оставил. Как и мимику и эмоции. К счастью, мне похоже даже удалось выпилить нелюбовь к темным, иначе бы она уже хоть как-то то должна была среагировать на дроу. Или нет.

А после проведения всех стандартных процедур, по типу «служи и ему тоже» и «тут все свои, кроме тех, кто на нас кидается», я недолго думая решил внести еще одну правку, в этот «стандартный» протокол:

— Саара, покажи как ей то, что у тебя там в трусах, а то будет как в прошлый раз.

Не успел я это еще даже договорить, как глазенки Ложки округлились, а рученьки оттянули свои труселя-шортики. Ручка соскользнула внутрь, утопая в пустоту, глазки поехали вниз, чтоб еще и заглянуть, но Саара успела раньше, стянув с себя белье. Глаза Ложки залипли на промежности девушки, ручки покинули пределы штанов, и эльфа на секунд пять зависла в прострации. Как видно подсчитывая, высчитывая и дорисовывая, того, чего нет, но быть по её мнению должно.

Очнулась, отчаянно затрясла башкой, словно прогоняя наваждение, вновь сунула ручку в штанишки и расплылась в блаженной улыбке во весь рот. Я покачал головой.

— Не везет мне что-то на миньонов в последнее время. Одна озабоченная, у другой сердце лишнее — дроу вновь вздрогнула — А что дальше? Даже знать не хочу! — махнул я рукой, и пошел шмонать соседние дома на предмет ценного.

Из ценного тут фактически ничего — большая часть еды съедена грибом, уцелело только то, что было хорошо спрятано. Из воды тоже самое. Мебель и дома с собой не унесёшь, а жить тут понятное дело не станешь — без вакцины мы рано или поздно тоже заразимся и красочно подохнем. Инструмент, что уцелел в полном объёме, кажется теперь уже не шибко нужным. Ну а одежда… одежду можно и прихватить.