Земля обетованная

Дороти (очень дружелюбно и приветливо). Через день-другой Джеймс вам напишет. Вы знаете, как мы благодарны вам за все, что вы сделали для нашей бедной тети. Мы дадим вам отличную рекомендацию.

Викхем (испытывая чувство облегчения оттого, что может хоть что-то предложить). Да, мы сделаем все, что возможно.

Дороти. Вы были восхитительной сиделкой. Уверена, что вы без всякого труда найдете себе другое место. Может быть, и я смогу вам чем-нибудь помочь. Я поспрошу среди своих знакомых.

Нора задумчиво взглядывает на нее и не отвечает. Дороти смотрит на нее с сияющей улыбкой.

Викхем. Пойдем, Дороти. Сейчас уже нельзя терять ни минуты. До свидания, мисс Марш.

Нора. До свидания.

Викхем и Дороти торопливо уходят. Через минуту слышен стук колес удаляющегося экипажа. Нора одна. Она стоит, смотря в пространство перед собой, и не слышит, как из сада входит мисс Прингл.

Мисс Прингл. Я думала, они никогда не уедут. Ну?

Нора оборачивается и молча смотрит на нее. Мисс Прингл испугана.

Нора! Что случилось? Оставила меньше, чем вы думали?

Нора. Мисс Викхем ничего мне не оставила.

Мисс Прингл. О!

Нора. Ни пенни! Как это жестоко! Хотя в конце концов почему она должна была мне что-то оставлять? Она давала мне стол, квартиру и тридцать фунтов в год. Жила я у нее потому, что сама предпочла это место. Но она не должна была мне обещать! Зачем она помешала мне выйти замуж!

Мисс Прингл. Дорогая! Не могли же вы выйти замуж за ничтожного лекарского помощника. Он же не джентльмен!

Нора. Десять лет! Десять лучших лет жизни женщины, в то время как мои сверстницы жили в свое удовольствие! И что я за это получала? Питание, квартиру и тридцать фунтов в год. Кухаркой быть и то выгодней.

Мисс Прингл. Никогда мы столько не заработаем, сколько хорошая кухарка. Приходится расплачиваться за то, что живешь, как леди, среди людей своего круга.

Нора. Как это жестоко!

Мисс Прингл (пытаясь утешить ее). Не отчаивайтесь, дорогая. Думаю, вы без труда найдете себе другое место. Вы чудесно стираете кружева, и никто лучше вас не умеет подбирать букеты.

Нора. А я-то мечтала о Франции и Италии!.. Проведу еще десять лет с другой старой леди. Она тоже умрет, и я снова буду искать места… Это уже будет нелегко, потому что я постарею. И так будет продолжаться до тех пор, пока я не стану совсем старухой и уже не смогу найти себе место… Какие-нибудь добрые люди устроят меня в богадельню… Неужели вам нравится такая жизнь?

Мисс Прингл. Дорогая моя, не так уж много существует занятий, которые может позволить себе леди.

Нора. Все думаю об этих десяти годах! Я подчинялась всякому безрассудному требованию! Не позволяла себе болеть и утомляться. Ни одна служанка не вынесла бы того, что выпало на мою долю. Тех унижений, которые я должна была терпеть.

Мисс Прингл. Вы устали и изнервничались. Редко встречается такая невыносимая женщина, как мисс Викхем. А вот моя хозяйка, миссис Хаббард, очень хорошо обращается со мной.

Нора. Относительно.

Мисс Прингл. Не понимаю, что вы хотите сказать.

Нора. Относительно — так как она богата, а вы бедны. Она дарит вам свои старые платья. Когда у нее званый обед, она не всегда просит вас обедать отдельно, у себя в комнате. Она не напоминает вам о том, чтобы зависите от нее, — конечно, если она не очень раздражена. Но вы-то… вы отдали этому тридцать лет своей жизни. Так долго ели горький хлеб рабства, что он уже кажется вам сладким пирогом.

Мисс Прингл (обиженно). Не понимаю, Нора, зачем вы мне всё это говорите…

Нора не успевает ответить — входит Кэт.

Кэт. Вас хочет видеть мистер Хорнби, мисс…

Нора (удивленно). Сейчас?

Кэт. Я намекнула, что, может быть, это неудобно, но он ответил, что для него это очень важно и он отнимет у вас не более пяти минут.

Нора. Как неприятно! Попросите его войти.

Кэт. Слушаю, мисс. (Уходит.)

Мисс Прингл. Кто это, Нора?

Нора. Сын полковника Хорнби. Разве вы не знаете его? Он живет у Молинэ-парка. Мать его была близкой подругой мисс Викхем. Он часто приезжал сюда на воскресенье. Ведет какие-то дела, связанные с легковыми автомобилями.

Кэт (входя, докладывает). Мистер Хорнби. (Уходит.)

Входит Реджинальд Хорнби — красивый молодой человек, стройный и элегантный; гладкие, тщательно причесанные темные волосы и закрученные маленькие усики. Прекрасный костюм от модного портного с Сэвил-Роу. Галстук, носовой платок, выглядывающий из бокового кармана, ботинки — все по последней моде. В общем это щеголь.

Хорнби. Простите, что я так ворвался. Но я не знал, сколько вы еще здесь пробудете, а мне необходимо было вас повидать. Я сам на днях уезжаю.

Нора. Садитесь, пожалуйста. Мистер Хорнби — мисс Прингл.

Хорнби. Здравствуйте. Ну как, все прошло удачно?

Нора. Простите?

Хорнби. Я говорю о похоронах. Мама была там. Для нее это истинное наслаждение.

Мисс Прингл, шокированная, чопорно выпрямляется. А у Норы блеснули глаза — ее забавляет развязность Хорнби.

Нора. В самом деле?

Хорнби. Она уже немолода. Я — поздний ребенок. Веньямин, так сказать. (Поворачивается к мисс Прингл.) Ну, знаете — Веньямин и Сара.

Мисс Прингл. Прекрасно вас понимаю, но это была не Сара.

Хорнби. Разве? Когда умирает какая-нибудь из ее старых подруг, мама отправляется на похороны и говорит себе: «Во всяком случае, я ее пережила». Затем возвращается домой и пьет чай со сдобными булочками. Она всегда ест сдобные булочки, когда возвращается с похорон.

Нора. Горничная передала мне, что вам нужно о чем-то со мной побеседовать.

Хорнби. Совершенно верно. Совсем забыл. (Мисс Прингл.) Если Сара не была матерью Веньямина, то чьей же матерью она была?

Мисс Прингл. Если вам хочется это узнать, то советую вам почитать библию.

Хорнби (вполне удовлетворенный). Так и знал, что вы не ответите. (Норе.) Видите ли, я еду в Канаду, а мама сказала, что у вас там живет брат или что-то вроде.

Нора. Не что-то вроде, а брат.

Хорнби. И она сказала, что вы, может быть, дадите мне письмо к нему.

Нора. С удовольствием, но боюсь, что оно вам не принесет пользы. Мой брат — фермер, живет в глуши.

Хорнби. А я еду заниматься сельским хозяйством.

Нора. Вы? С чего это вдруг?

Хорнби. Нужно ведь что-то делать. А сельское хозяйство, я думаю, для меня — самое подходящее занятие. Можно поохотиться, поездить верхом… Потом теннис, танцы… И заработок большой — на этот счет у меня никаких сомнений.

Нора. А мне казалось, что у вас какие-то дела с автомобилями в Лондоне.

Хорнби. Да, я занимался этим, но… Разве вы не слышали?.. Мама ведь всем рассказывала… Отец не желает говорить со мной… В общем дело плохо. Мне нужно как можно поскорее убраться из этой проклятой страны.

Нора. Вы хотите сейчас получить письмо?

Хорнби. Да, если можно.

Нора садится за письменный столик и пишет.

Одним словом, мне не повезло. Все шло хорошо, пока я держался бриджа. Я зарабатывал им деньги. До тысячи фунтов в год.

Мисс Прингл (в ужасе). Что?

Хорнби. Играя вполне честно, уверяю вас. Не будь я дурак, держался бы бриджа. Но я заразился железкой.

Нора (оборачивается). Чем?

Хорнби. «Шмен де фер» — «железная дорога». Никогда о ней не слышали? Я зачастил к Торнтону. Подозреваю, что о нем вы тоже не слышали. Он содержит игорный дом. Дает почти задаром великолепный ужин, сколько угодно вина, а у вас чеки вылетают один за другим, как птички. В результате я проигрался до последнего пенни, а Торнтон привлек меня к суду за неоплаченный чек. Отец заплатил, но потребовал, чтобы я убрался в Канаду. Никогда больше не буду играть, даю вам слово.

Нора. Ну что ж. И то хорошо.

Хорнби. В железку невозможно выиграть. В конце концов тебя непременно обчистят. Когда вернусь, буду держаться только бриджа. Всегда найдется достаточно дураков, и, если умеешь играть в карты, можно составить себе состояние.

Нора. Вот письмо.

Хорнби. Чрезвычайно благодарен. Может быть, я и не воспользуюсь им — я надеюсь получить работу сразу по приезде туда, — но иметь такое письмо не мешает. Ну, я побежал.

Нора. Тогда до свидания. Желаю удачи.

Хорнби. Всего хорошего. (Обменявшись рукопожатиями с Норой и мисс Прингл, уходит.)

Мисс Прингл. А почему бы и вам не поехать в Канаду? Теперь, когда у вашего брата собственная ферма…

Нора (прерывает ее). Мой брат женат. Он женился четыре года назад.

Мисс Прингл. Вы мне никогда этого не говорили.

Нора. Не решалась.

Мисс Прингл. Почему? Разве его жена… Что она, недостойная уважения женщина?

Нора. Она была официанткой в каком-то ресторанчике в Виннипеге.

Мисс Прингл. Что же вы будете делать?

Нора. Слезами горю не поможешь. Буду искать себе другое место.

Действие второе

Гостиная, она же кухня, на ферме Эдварда Марша в Дайере, в провинции Манитоба. Стены обшиты темными досками; в дешевых позолоченных рамках висят цветные вкладки из рождественских номеров газет. Над одной дверью висит голова лося, над другой — большие кухонные часы. Пол покрыт линолеумом. На окне герань, растущая в банках из-под кленового сиропа. Сбоку — большая плита. Тут же и кухонный шкафчик из некрашеных досок, на котором расставлены глиняные тарелки, чашки и блюдца, по большей части непарные.

Два кресла-качалки и несколько табуреток. Некрашеный стол. На плите огромный чайник и кастрюли. Небольшая книжная полка с несколькими потрепанными книгами и старыми журналами. Стол накрыт для обеда, на нем дешевая белая скатерть, не совсем чистая. На одном конце стола сидит Эд Марш; перед ним остатки холодного мяса. На другом — его жена Герти; возле нее чайник, молочник и сахарница. На столе каравай хлеба, большая банка с кленовым сиропом и остаток молочного пуддинга. Нора сидит между Герти и Реджинальдом Хорнби. Напротив них Фрэнк Тэйлор и Бенджамен Троттер. Обед только что закончился.

Герти Марш — смуглая невысокая женщина, с иссохшим лицом и жестким взглядом, худая, нервная, работяга, с острым язычком, неласкового нрава (таково по крайней мере первое впечатление). На ней блузка, саржевая юбка, коричневые, почти модные туфли на высоких каблуках и передник. Нора в белой блузке и зеленой юбке. Эд Марш — добродушный, покладистый мужчина с небольшими усиками и взлохмаченными волосами. Он во фланелевой рубашке, черной и белую полоску, черном жилете и темных поношенных брюках. Остальные батраки. Фрэнк Тэйлор — высокий, крепкий, с правильными чертами лица и открытым веселым взглядом. Чисто выбрит. Его движения медленны, он весьма уверен в себе. На нем темная фланелевая рубашка и комбинезон, бывший когда-то синим, но теперь измызганный и потемневший от времени. Бен Троттер — рабочий-англичанин с выкрошившимися почерневшими зубами; волосы его коротко подстрижены, но спереди оставлено что-то вроде чуба, спускающегося на лоб. Одет он так же, как Фрэнк Тэйлор. Реджи Хорнби все еще щеголеват, и волосы его заботливо причесаны. Комбинезон у него новее, чем у других. На нем фланелевая рубашка, сшитая явно на Пикадилли.

Марш. Еще сиропа, Реджи?