Стихотворения

Кронштадт! Старая крепость, обновленная в огне сражений, помолодевшая, заново родившаяся к жизни и к славе, давшая полное глубокого патриотизма выражение «Мы из Кронштадта». Колыбель моряков, сражавшихся на всех фронтах под знаменами Октября, моряков, которых народ прозвал красой и гордостью революции, - эта колыбель хранит столько легенд, воспоминаний, картин боевого прошлого, столько революционной романтики.

Ленинград, Кронштадт! Эти имена связаны с Балтийским флотом самыми тесными узами. Конечно, молодой человек нашего времени, полный искреннего желания стать боевым моряком, не найдет лучшего места, чем славное училище имени Фрунзе, откуда выходят просвещенные моряки нашего сложного, ответственного века.

Конечно, наш молодой друг моряк и поэт Алексей Лебедев должен был ощутить на себе все благотворное влияние своих учителей - балтийских моряков и, окруженный блистательным Ленинградом, должен был посвятить свой поэтический талант морю, кораблям и своим боевым товарищам, морякам Краснознаменного Балтийского флота. Эти стихи были его страстью, его судьбой, как и то, что он стал моряком, влюбленным, как настоящий моряк, в свое искусство.

Алексей Лебедев, поэт, моряк, лейтенант, подводник, писал свои стихи так, как будто рассказывал день за днем свою жизнь. И мы принимаем его стихи как искренний дневник, удивляясь силе воли и ясности и уверенности его мироощущения. Пусть есть у него стихи наивные и прозаические, но они говорят о том же главном, что являлось его призванием. Он написал совсем немного в своей жизни. Из него со временем выработался бы большой, взыскательный мастер. Мы имеем дело со стихами поэта-юноши, которые тем и хороши, что написаны со всем жаром его молодого чувства и что, самое главное, у него слово не расходится с делом.

Крепкоплечий, боксер, кажется, даже чемпион бокса, веселый собеседник, верный товарищ, привлекательный, с открытым взглядом, полный надежд и самых высоких помыслов, он писал стихи так же естественно, как думал о себе и о своем будущем, о своем месте в жизни.

Конечно, он наверное перечитал все, что написано в прозе и поэзии о море; конечно, он изучал прошлое флота, изучал его настоящее, все, что нужно знать будущему командиру-подводнику, но он помнил одно: будь таким моряком, какими были великие открыватели новых земель.

Он писал:

И так же ты иди по жизни смело

И закали в боях свой ум и тело,

Не покоряясь мелких чувств ярму.

Пройди, не изменяясь до могилы,

И сердце все, и волю всю, и силы -

Все подчини стремленью одному.

И в его стихах все подчинено «стремленью одному»; но его стихи не есть любованье словами специального, морского словаря, не есть только подробное описание особенностей морской службы. В них, в этих двух сборниках[1] и в стихотворениях, не вошедших в эти небольшие сборники, перед нами раскрывается морской мир, но раскрывается не как самоцель, а как громадная область человеческой деятельности, в которую вступает советский молодой человек, избрав ее как дело самое нужное, по духу и по сердцу чувствуя ее трудности и не боясь их.

Превыше мелочных забот,

Над горестями небольшими

Встает немеркнущее имя,

В котором жизнь и сердце - Флот!

Алексей Лебедев был моряк по призванию. Так жарко любить море могут те, кто сознает, что он способен на большие дела, что не отступит и не испугается. Если бы ему пришлось много путешествовать, плавать по всем морям, много сражаться, многое пережить в жизни, мы, вероятно, имели бы своеобразного поэта моря и восхищались бы теми поэтическими книгами, которые бы он написал, книгами разнообразными, как моря, и широкими, как морские небеса. Но он ушел рано и не сказал того, что мог сказать в полный голос. Но все же он оставил нам стихи, в которых кипение молодости соединяется с большими чертами настоящего таланта и настоящим ощущением мира.

Вот почему так естественно звучит его поэтический тост:

За главное! За то, что страх неведом.

За славный труд в просторе грозных вод

Спасибо Партии, учившей нас Победам,

И Родине, пославшей нас на Флот!

Алексей Лебедев выбрал на флоте труднейшую специальность, которая требовала не только выносливости, железных нервов, но и добрых знаний и крепости духа.

Ты видишь простор океанский,

Далекого солнца огонь,

К штурвалу тревоги и странствий

Твоя прикоснулась ладонь.

Так написал он в стихотворении «Выбор профессии». Это легко написать, но это очень трудно и ответственно в жизни, особенно в такой жизни, как жизнь моряка-подводника. Стихи Алексея Лебедева были бы односторонними, если бы в них мы находили только то, что мы привыкли находить в стихах о море, в повторяющейся образности приливов, отливов, бурь и борьбы моряков с разбушевавшейся стихией.

Этого примелькавшегося пейзажа, часто написанного с берега, у Лебедева нет. Но есть зато особые оттенки, особые краски, которые безыскусственны, но верны. Мне хочется привести одно стихотворение, я читал его в рукописи. Оно называется «Бухта Безмолвия». Вот оно:

Здесь спит песок, здесь спит лазурь морская

В полукольце гранитных серых скал;

Пройдет гроза, бушуя и сверкая,

Ударит в берег океанский шквал.

Но здесь вода тиха, как сон младенца,

Так берег пуст и так тиха заря,

Как в оны дни, когда суда Баренца

В зеленый мрак бросали якоря.

«Безмолвие» - зовется бухта эта.

И над волною в предрассветной мгле

Видна далёко старая примета -

Замшелый крест, стоящий на скале.

Я не прошу себе у жизни много,

Ни нежности, ни лишнего тепла,

Но я хочу, чтобы моя дорога

Опять меня к той бухте привела.

Прийти и лечь опять на камень белый,

И снова ждать минуты дорогой,

Чтоб тишина великая владела

Землей и небом, телом и душой.

Мне оно нравится точностью передачи ощущения, сближением этого сурового и нежного в то же время пейзажа с душевным состоянием автора («Я не прошу себе у жизни много...»).

Из одного перечисления названий стихотворений предвоенного периода мы видим, что перед нами поэт морского флота: «Весна на флоте», «Осень на флоте», «Держать корабль на курсе», «Одежда моряка», «Радист», «Тральщик», «Песня об аврале», «Ремонт шлюпки», «Осенью у пирса», «Песня о десанте», «Мы из Кронштадта» и т. д.

В стихотворении «Отдых на базе» мы читаем:

Вот стол и стопка милых книг,

Кровать под серым одеялом,

И на стене военный бриг,

В боренье с океанским шквалом.

Все это еще мирные походы, практика, маневры. И пейзаж мирный. И только в воспоминаниях оживают битвы прошлых лет. Но близится смертельное испытание. И ожидание этого испытания, этого поединка в море с врагами Родины живет во многих стихотворениях поэта.

Тревожно проходят чужие берега по борту его корабля, предчувствия скользят отдельными строками.

Снился мне товарищ по сверхсрочной,

Звонких гильз дымящаяся медь, -

И бойцам прицел и целик точный

Я сказал пред тем, как умереть.

Это было во сне, но о смерти наш юный моряк думал и раньше, как всякий молодой поэт, который обязательно касается этой темы.

В свое время он написал стихи о том, как прах Энгельса, согласно его последней воле, был после кремации развеян по ветру в открытом море у Исберна.

Корабль прошел меридиан Бельфаста,

Давно исчез вдали утес клыкастый,

И слит в одно воды и ветра звон.

Летит волна вдоль борта парохода,

И прах борца взяла к себе природа,

А дух его с людьми соединен.

Так же просто и сурово писал он о морской смерти, которая всегда подстерегает моряка и которой он не боится.

В августе сорок первого года, - года, в котором он погиб, он в стихотворении «Тебе», говоря об одном из боевых походов, обращаясь к подруге, пишет:

...И если пенные объятья

Нас захлестнут в урочный час

И ты в конверте за печатью

Получишь весточку о нас, -

Не плачь: мы жили жизнью смелой,

Умели храбро умирать, -

Ты на штабной бумаге белой

Об этом сможешь прочитать.

Переживи внезапный холод,

Полгода замуж не спеши,

А я останусь вечно молод

Там, в тайниках твоей души.

А если сын родится вскоре,

Ему одна стезя и цель,

Ему одна дорога - море,

Моя могила и купель.

В этих мужественных строках мы слышим голос большой любви и оправданной подвигом страсти. Этот цельный молодой человек был типичным выразителем героического поколения грозных лет Великой Отечественной войны, и мы вправе, следуя высказанному им, поговорить о славе и о нем.

Книги его стихов должны знать все молодые моряки, все, кто дает присягу хранить наши морские границы, быть на высоте тех задач, которые выполняет сегодня советский морской флот, любить морскую стихию и жизнь и не бояться никакой самой грозной опасности.

Алексей Лебедев очень любил жизнь, любил детей. Когда он говорил с ними о море, они заслушивались, как будто он рассказывал им чудесные сказки. Они готовы были немедленно идти за ним на корабль и плыть, как юнги в старину, куда угодно, чтобы видеть в море то, о чем он им так увлекательно только что говорил. Они верили ему, потому что он сам верил в свои рассказы о море, потому что он любил это грозное, ласковое, нежное, беспощадное море.

Он выполнил свой долг поэта, моряка-подводника, патриота. И море было с ним в последний час!

Николай Тихонов

1956

ИЗ КНИГИ "КРОНШТАДТ"

(1934 -1938)

КРОНШТАДТ

"Я хочу не говорить о водах..."