Противоречие. Перевертыш. Парадокс. Курс лекций по сценарному мастерству

Все в порядке?

НОЙ

(вытирая кровь)

Да. В порядке.

АДВОКАТ

(сияя улыбкой)

Итак, времени у нас осталось мало. Так что давайте сразу к делу. Начну со стандартного вопроса. Кто-нибудь из вас проходил процесс примирения ранее?

МАУРА

Нет.

НОЙ

Нет.

АДВОКАТ

И это первый развод для вас обоих?

Маура и Ной кивают.

АДВОКАТ

(радостно)

Отлично! Новички! Обожаю новичков! Я прекрасно понимаю, насколько это для вас обоих непросто, потому постараюсь успокоить. Вы уже сами себе сделали огромное одолжение, решив развестись как взрослые здравомыслящие люди, по обоюдному согласию. Вы не пытаетесь похоронить свой брак. Или выйти на тропу войны. Выстрелить в голову вашему браку. Или переехать его на автомобиле. Вы просто решили… его… усыпить!

Маура и Ной косятся на Адвоката с выражением на лицах «Что за хрень ты мелешь?».

АДВОКАТ

(в манере поведения есть нечто от шоумена, телеведущего)

Поэтому давайте поздравим друг друга с этим правильным выбором!

Маура и Ной сидят неподвижно.

АДВОКАТ

Ну же! Поздравьте друг друга!

НОЙ

(натянуто)

Поздравляю… Маура.

Жена в ответ отчужденно кивает.

АДВОКАТ

Отлично! Прекрасно! Итак, давайте я расскажу, чем смогу вам помочь! Сейчас вы оба расскажете, что важно для вас в бракоразводном процессе. Как только у нас будет полный список, мы обсудим варианты. Затем постараемся прийти к заключению, которое устроит обе стороны. Затем я составлю договор (хоть какая-то польза от юридического образования). Вы подпишете бумаги и – вуаля! Вы разведены! Такими темпами (смотрит на часы) я даже успею домой на ужин!

Остановим просмотр на этом месте. Решение сцены, надеюсь, для вас очевидно. В этой сцене адвокат – тот самый третий, который «лишний». На самом деле он совсем не лишний. Даже наоборот. Здесь вся сцена держится на адвокате. Он без умолку болтает и острит. Если бы не его нетипичное поведение – сцена была бы чистым клише, никому не нужной пустышкой.

Практика

Лектор: Вспомните лекцию «Противоречие. Перевертыш. Парадокс» и ответьте: в чем парадокс ситуации в этом отрывке?

Слушатель: В том, что у людей катастрофа, а адвокату весело.

Лектор: Как бы вы охарактеризовали поведение адвоката?

Слушатель: Он пытается снять напряжение.

Лектор: Возможно. Но что напоминает его манера поведения?

Слушатель: Что-то типа клоуна.

Лектор: Моя версия: он ведет себя как шоумен. Эдакий Иван Ургант на своем вечернем шоу. Он хохмит, будто супруги – это два гостя в студии, а он здесь – звезда эфира. Вот это классический пример использования приема «Третий лишний». В чем отличие этого приема от «Неадекватного поведения»? В том, что сами герои ведут себя вполне предсказуемо, в рамках. Авторы не стали шутить над ними. Вместо этого они сделали сцену яркой и запоминающейся с помощью эпизодического персонажа.

Возвращаясь к нашему примеру со стоматологом: каким может быть художественное решение сцены с помощью приема «Третий лишний»?

Слушатель: Медсестра… Диктор по радио… Следующий пациент…

Лектор: Хочу заметить, что «третьим» может быть даже не человек. Например, у врача в стеклянной банке сидит паук. Который, пока доктор занят изготовлением пломбы, сбежал из банки и залез на пациента. В тот самый момент, когда тот сидел с раскрытым ртом. Бррр! Я представил это…

Также «третьим лишним» может быть жужжание дрели в соседнем помещении либо ветер, то и дело распахивающий окно. Что угодно.

Лектор: Теперь давайте закрепим пройденный материал: возьмем сцену выступления лектора. Вот я перед вами стою. Как могла бы выглядеть сцена в фильме, если бы вы индивидуализировали ее с помощью художественного решения «Перевертыш»?

Слушатель: Студент начинает рассказывать какие-то новые данные, которые появились в научном мире, и все внимательно слушают, в том числе преподаватель.

Лектор: Да, это идеальное решение – аудитория учит учителя. Так, кстати, бывает на самом деле. Этого нередко боятся преподаватели: кто-то в аудитории окажется компетентнее их. Поэтому они часто перебивают и высмеивают таких выскочек: «Да-да, я знаю, ты самый умный, но, пожалуйста, сядь на место». Но ваше предложение, по сути, классический «Перевертыш». А каким было бы «Неадекватное поведение»?

Слушатель: Преподаватель запел.

Лектор: Отличная идея! Преподаватель так старается, рассказывая про оперу, что сам запел арию. Отлично. Или пришел педагог по химии и зачитал рэп про таблицу Менделеева. Отличная сцена для кино. Следующее решение – «Третий лишний»?

Слушатель: Любовница врывается.

Лектор: Хороший вариант. Врывается любовница и говорит: «Ты почему ей до сих пор не сказал про нас? Ты будешь жить на два дома?! Я сама ей позвоню. Прямо сейчас!» И начинается перепалка с преподавателем! А студенты сидят затаив дыхание. До этого лекция была скучной. А теперь все проснулись.

Слушатель: А в финале выяснится, что преподаватель все это подстроил, чтобы проиллюстрировать учебный материал.

Лектор: Можно и так.

Прием № 4: «Непрогнозируемое развитие событий»

Давайте посмотрим на четвертый способ сделать сцену интересной. Она требует довольно серьезной изобретательности от автора – вот почему ее особенно любят режиссеры авторского кино. Это настоящий киноэксклюзив. В качестве иллюстрации хочу предложить сцену из телесериала «Винил».

Этот сериал был спродюсирован знаменитым режиссером Мартином Скорсезе, который придумал проект вместе с Миком Джаггером, солистом легендарной рок-группы The Rolling Stones. Время действия – конец 1970-х, эпоха, когда на смену рок-н-роллу пришел панк-рок. Главный герой – продюсер музыкальной звукозаписывающей компании, который пытается вытащить лейбл из финансовой дыры и охотится за новыми восходящими рок-звездами. А в это время рушится его брак. В сериале есть яркая сцена, в которой продюсер пытается выцарапать свою жену из квартиры ее любовника.

Итак, смотрим иллюстрацию к теме «Непрогнозируемое развитие событий». «Винил», 29-я минута девятой серии.

Главный герой – Ричи Финестра, мужчина 40 лет, идет по коридору жилого здания, напоминающего общежитие творческого вуза. Он подходит к одной из дверей, стучит. Открывает полуголый мужчина. Ричи начинает шуметь, требуя, чтобы его жена вышла из квартиры. Но полуголый мужчина догадывается, что речь идет о женщине, которая недавно поселилась по соседству. Он указывает визитеру, где искать.

Ричи идет к соседней двери и обнаруживает, что она не заперта. Из помещения доносятся стоны, будто там занимаются любовью. Он осторожно входит в квартиру любовника жены и застает в комнате мужчину средних лет, в футболке и джинсах клеш (по тогдашней моде), размахивающего теннисной ракеткой. Тот безуспешно пытается сбить ракеткой… летучую мышь, которая порхает под потолком!

Музыкальный продюсер активно включается в охоту на летучую мышь, забирает теннисную ракетку у хозяина квартиры и машет ею, пытаясь достать летающего грызуна. В итоге в пылу охоты за летучей мышью, он случайно наносит удар ракеткой по лицу любовника жены. Извини! Ради бога, извини! А затем все-таки сшибает мохнатого вампира.

Двое мужчин, тяжело дыша, радуются тому, что им удалось справиться с летучей мышью. После чего они смотрят друг на друга. И в этот момент понимают, кто стоит напротив!

Затем появляется жена Ричи, которая видит рассеченную бровь у своего любовника и обрушивается с упреками на мужа, полагая, что он умышленно ударил соперника…

С высокой долей вероятности могу предположить: эта сцена – второй, а может, третий драфт сценария. Думаю, изначально было написано следующее: муж пришел к любовнику, подрался и разбил ему бровь. Скорее всего, Мартин Скорсезе, опытный и талантливый кинематографист, прочел, поморщился и сказал сценаристу: «Слушай, старина, ну это как в плохой мыльной опере! Придумай что-нибудь! То, что муж разбил любовнику бровь, оставь. И то, что жена пришла, тоже оставь. Но сделай так, чтобы было интересно, необычно, свежо».

Сценарист ушел домой, думал-думал и в итоге придумал: человек за дверью охает-ахает, а выясняется – он теннисной ракеткой гоняет летучую мышь по квартире. Может показаться, что в ситуации с летучей мышью работает прием «Третий лишний». Но я не соглашусь, так как летучая мышь в квартире – это крайне нетипично. Это полностью выходит за рамки ожидаемого, равно как и то, что любовник и муж объединяются в охоте на бедное животное.

Давайте посмотрим еще одну сцену, иллюстрирующую художественный прием «Непрогнозируемое развитие событий». Это сцена из фильма «Ночи в стиле буги», снятого режиссером Полом Томасом Андерсоном. Это современный американский киноклассик, создавший несколько невероятных фильмов – вроде «Магнолии» и «Нефти».

«Ночи в стиле буги» – ранний (1997 год) фильм Андерсона. Фильм рассказывает о буднях порноиндустрии. Нужная сцена – примерно на 127-й минуте (общий хронометраж – 2 часа 36 минут).

Ситуация такова: трое голливудских бедолаг, доведенных безденежьем до отчаяния, решают впарить одному крупному воротиле бизнеса в Голливуде полкило соды под видом кокаина. Это очень сложно и опасно, так как воротила связан с криминалом. За такой обман можно поплатиться жизнью.

Итак, герой фильма, порноактер Эдди Адамс (Марк Уолберг), работающий под псевдонимом Дирк Дигглер, идет «на дело» вместе с двумя приятелями. Главный инициатор аферы – не сам Эдди, а его приятель Тодд Паркер. Порноактер надеется, что все пройдет гладко и по-тихому: они придут, отдадут товар, заберут деньги и уйдут.

Итак, троица мошенников приходит к голливудскому продюсеру. Тот встречает их в распахнутом халате и в трусах. Продюсер находится под «коксом», он слушает рок на полную громкость, он взбудоражен и предлагает нашим друзьям насладиться музыкой вместе.

По дому продюсера бродит худосочный китаец, тоже в одних трусах, – судя по всему, сожитель продюсера. Он зачем-то поджигает и бросает на пол петарды. Те оглушительно взрываются, вынуждая наших друзей вздрагивать, как от выстрелов пистолета.

Герои передают продюсеру пакет соды. Они видят, что у продюсера есть охранник – здоровенный мордоворот с двумя пистолетами. Как ни странно, продюсер-наркоман настолько доверяет Паркеру, что распоряжается заплатить, даже не проверяя кокаин на качество.

Нашим героям отдают 5000 долларов (для конца 1970-х это огромная сумма). Казалось бы, вот оно! Ваша мечта сбылась! Сматывайте удочки, ребята! Дело сделано!

Но события вдруг принимают невероятный оборот: Паркер, организатор аферы, вдруг выхватывает из-за пазухи магнум 44-го калибра и начинает угрожать продюсеру, требуя отдать не 5000 долларов, а все деньги, что есть в доме!

Такой поворот событий – шок для Эдди. Становится ясно, что Паркер изначально планировал ограбление, а двух подельников привел как массовку, «для понта». Эдди пытается образумить Паркера. Но тот стоит на своем. В итоге завязывается перестрелка, и слетевшего с катушек афериста убивают. Предварительно он успевает замочить охранника продюсера. Эдди удирает из дома под градом пуль.

Практика

Лектор: Кто-нибудь из вас предполагал, что события пойдут по такому сценарию?

Слушатель: Нет.

Лектор: Вот именно! Обратите внимание, что и до поворота с ограблением мы видим целую россыпь художественных решений. Какие они?

Слушатель: «Третий лишний» – китаец, который взрывает петарды.

Лектор: Правильно. Что еще?

Слушатель: «Неадекватное поведение».

Лектор: В чем оно выражается?

Слушатель: Продюсер в трусах, вместо того чтобы обсуждать сделку, кривляется под музыку.

Лектор: Так, хорошо. Как вы думаете, зачем режиссер вставил в сцену взрывающиеся петарды?

Слушатель: Для напряжения.

Лектор: Верно. Герои при каждом взрыве петард вздрагивают. Они сидят как на иголках – как на петардах, если точнее. Если убрать эти петарды, уйдет и ощущение, что герои находятся в напряжении. Ну и конечно, главная жемчужина этой сцены: твой кореш, с которым ты пришел провернуть аферу, как выясняется, планировал использовать тебя «втемную» при ограблении. Он не сказал тебе о своих истинных планах. Он рассчитывал, что ты просто будешь стоять как статист и поддакивать, пока он будет вымогать деньги у криминального авторитета, угрожая пистолетом. Вот уж воистину «Непрогнозируемое развитие событий»!

Теперь давайте рассмотрим третий пример этого творческого приема. Так совпало: все три иллюстрации художественного решения № 4 взяты из американского авторского кинематографа, и это означает, что артхаусные режиссеры изо всех сил стремятся индивидуализировать каждую сцену своего фильма. Особенно если они работают в жанре драмы.

Итак, фильм Тома ДиЧилло «Настоящая блондинка» (1997). Сцена в ресторане. Нет ничего более скучного для сценариста, чем писать сцены в ресторане. Это всегда набор одних и тех же деталей. Как правило, начинающие авторы долго расписывают, кто что заказывает. Из этого описания всегда можно узнать, что сам автор предпочитает из еды и напитков. Протагонист обязательно просит что-нибудь выпендрежное – экзотический чай, коньяк с апельсиновым соком или виски «Чивас Роял Салют». Начинающему автору кажется: рассказывая зрителям о каком-то особенном блюде или напитке, он будто его угощает.

Я такие вещи называю «входной молитвой». В сценах часто встречаются «входные» и «отходные» «молитвы». Болтовня ни о чем. Бессмысленное шарканье ножкой в дверях: «здрасьте-здрасьте» или «до свидания – всего хорошего – и вам не хворать». То, что надо отсекать и выбрасывать из любой сцены.

На самом деле профессионализм выражается еще и в том, чтобы как можно быстрее миновать этот глупый и бессмысленный этап. Сделать так: персонаж садится за столик, и ему уже несут заказ. Черт его знает, когда он успел заказать. Это никого из зрителей не интересует. Официанта обычно даже не показывают. Просто подходит кто-то (мы видим только торс), ставит тарелку и уходит.

В общем, сцена в ресторане – это настоящий тест на сценарную опытность. 1666 одинаковых сцен. Давайте посмотрим, как эту сцену необычно решил режиссер Том ДиЧилло в фильме «Настоящая блондинка». Это приблизительно 23-я минута фильма.

ИНТ. РЕСТОРАН – ДЕНЬ

За столиком в оживленном ресторане сидят две пары: малоизвестные, но еще не потерявшие надежду добиться успеха актеры ДЖО (30) и МЭРИ (30). Напротив – их друзья, блондинка с пышными длинными кудрями РАЙАНА (35), тоже актриса, но бывшая, и ее муж, художник АЛЕКС (40). Он за этим столом – самая важная персона. У Джо есть своя мастерская и стабильный доход. У Алекса и Райаны на лицах – многочисленный пирсинг. На руках у Мэри усыновленный Райаной и Алексом чернокожий РЕБЕНОК (3).

МЭРИ

(обращаясь к Джо)

По-моему мы не виделись со времен «Пианино»[1].

РАЙАНА

Боже, как я люблю этот фильм!

(Алексу)

Правда, он замечательный?

АЛЕКС

(поддерживая свою жену)

Замечательный… Совершенно замечательный!

ДЖО

(со смехом)

Да вы что?! Этот фильм – полное дерьмо!

Все смеются: Джо и Мэри – над тем, как они «срезали» восторг собеседников, Алекс и Райана – от растерянности.

РАЙАНА

(вдруг посерьезнев)