Погонялово "Хомяк"

Яичница была уже готова, когда на кухне показался помятый Максим. Одежда на нем была свежая, не мятая. А вот лицо… сразу становилось понятно, что у этого мажора ночь не задалась.

— Вот, — указала рукой в сторону плиты. — Завтракай. А я пошла.

Прожевала последний кусочек торта, допила кофе и, помыв за собой посуду, помчалась в комнату Светы. Пока суетилась, Меркулов с некоторой неохотой жевал за столом мои кулинарные изыски. Ну, простите, господин «Я типичный представитель золотой молодежи», чем богаты, как говорится. В смысле, что успела приготовить, то и ешь. Кухня не моя, продукты — не мои. Чем по утрам питается Максик, я понятия не имела. Сказал приготовить, я приготовила. Так что пускай не морщится.

Переодевшись в обычные синие джинсы, черную футболку с черепом, между зубов которого была зажата сигарета, натянула поверх утепленную клетчатую синюю рубашку и приступила к собиранию сумки. Свете звонить не стала. Макс сказал, что сам с ней поговорит. Ради бога. До чего они там договорятся? Понятия не имела. Надеялась лишь, что, вернувшись в этот дом вечером, не увижу свои вещи валяющимися на лестничной клетке или под окнами квартиры.

Я была в растерянности. Не знала, как лучше поступить. Можно было показать свое фи и, собрав свое добро, уйти. Куда? Другой вопрос. Сегодня я планировала поработать. И таскаться весь день с тяжелой сумкой… Плечо после вчерашних «прогулок» и так ныло. Что с ним будет после еще одного такого дня? Рука отвалится, это точно.

Волосы собрала в высокий хвост. Чтобы не лезли в глаза и не мешали. Надо бы укоротить их длину. Жаль, руки все не дойдут.

Прошмыгнув в коридор, обулась в любимые кеды и, пожелав Максу удачи (мысленно ругая его самыми последними словами), вышла из квартиры.

Состояние было премерзкое. Тяжело возвращаться туда, где ты не знаешь, что ждет тебя дальше. Вот и я, покидая квартиру Меркуловых, понятия не имела, что будет, когда вернусь сюда вечером после утомительного дня. Повезло договориться с одногруппницей, у которой мама являлась владелицей магазина готовой (и не очень-то дешевой) одежды, об одном дне подработки. Ее родительница не стала возражать от моей временной кандидатуры в роли поломойки. Их работница сломала на днях ногу и намывать полы было особо некому. Узнав об этом, я подсуетилась и вот сегодня после занятий должна была ехать на другой конец Москвы, в магазин элитной одежды «Фиалка». Надо же было придумать такое название….

Все время до института я прокручивала в голове события минувшего дня и чертово утро. До чего договорятся брат с сестрой? Ясно как белый день, Максим будет против моего пребывания в своей квартире. Да и я… как буду себя чувствовать, находясь с ним под одной крышей? На его территории. Страшно представить, до чего может дойти. Мы же поубиваем друг друга. Вон, как сегодня смотрел, словно испепелить хотел. Вот как… как я умудрилась заснуть с ним в одной постели! Я! С Меркуловым! С этим самодовольным, наглым, неуправляемым индюком.

Глава 2

Макс

Когда она ушла, я выдохнул и попытался успокоиться. Не вышло. Бесило абсолютно все: от моего отвратного состояния до появления в моей жизни Хомяка. По всему выходило, что Машу сюда позвала Света. Зачем? Ей что, не где жить? Не вижу другой причины, по которой она рискнула бы переступить порог нашей с сестрой квартиры. Знала ведь, как я отреагирую на ее появление.

Яичница оказалась сносной. Я бы приготовил лучше, но не суть. Сейчас главное во всем разобраться, отоспаться и привести себя в порядок. А то что-то мутило не по-детски. Еще и про Юльку не забыть бы. А то она небось уже и не надеется, что я еще хоть раз уложу ее на лопатки. Или прижму к стене. Это уж как захочется.

К концу моего скромного завтрака, почувствовал, что снова превращаюсь в человека. Еще бы вспомнить, где оставил свой мобильный, и будет совсем хорошо. А все эта девчонка виновата. Как она оказалась со мной в одной постели?! Это же… Да я бы никогда… На нее…! Вот, теперь придется с домашнего на сотовый прозвон делать.

Пока приводил себя в порядок (и чего старался?), повыкладывал все из карманов. И, главное, бумажник, ключи от машины и права оказались на моем письменном столе. А вот айфон… Что б его!

«I'm awake I'm alive

Now I know what I believe inside

Now it's my time

I'll do what I want 'cause this is my life

here, right now

I'll stand my ground and never back down

I know what I believe inside

I'm awake and I'm alive…» — заголосили «Skillet» где-то в комнате.

Пошел на звук, отмечая про себя, что он приглушенный и вероятнее всего доносится из-под кровати. Я не был уверен, что наклоны и приседания мне сейчас по силам, однако иного выхода не было. Хорошо еще Хомякова не Белкина. А то бы по всем фронтам словил одну маленькую вредную животинку, которой я встал поперек горла еще в школьные годы.

Да что с моей головой? Только отошел и вот опять. «Абонент не отвечает или временно недоступен…» — донеслось из трубки. Черт! Я же так и не вырубил звонок! Стою посреди комнаты и как дебил пялюсь на собственную постель. В полнейшей прострации. Охренеть. Еще и не помню, как пришел домой, встретил Машку в нашей с сестрой квартире… Как лег спать. Кстати, сестра…

Небольшая каруселька, и вот я уже стою на коленях и протягиваю руку за своим новеньким гаджетом. Яичница очень некстати полезла наружу… Чео-о-орт! Не думать о еде, не думать о еде, не думать… Блин, а у Хомяковой еще и пижамные штаны в кексах! Не вывернуло наизнанку при ней только потому, что вовремя отвлекся на ее зад. Очень аппетитный, кстати сказать. И чего она его потом толстовкой прикрыла?

На кровать забираться не стал, а устроился прямо на полу. С первого (о, чудо!) раза набрал Светкин номер. Не отвечает… А у меня стресс, твою мать! Я проснулся в одной кровати с девушкой и ничего не помню. Но самое страшное то, что мы оба были одеты. А еще, что один из нас оказался Хомяком, который меня уже давно бесит одним своим внешним видом. Вечно она ходила вместе со Светой. Даже переехала в Москву из Питера вслед за нами. Благо, что универы разные выбрали.

Маша всегда была острой на язычок и не подпускала меня к себе ближе, чем на пушечный выстрел. По профилю в ВК просек, что у нее давно не было парня. А уж про секс она наверняка и не слышала. Вон, как взбеленилась, когда очнулась в моих объятьях. Будь ее воля, отскочила бы, как ошпаренная. Я тоже хорош. С какого… руки распустил? Хотел проверить, что она будет делать. Нет, принуждать ни к чему не собирался. Если по-хорошему не хотят, тогда пускай катятся на все четыре стороны. Никогда никого рядом с собой не удерживал. Мария Хомякова — это вообще единичный случай. Сколько девчонок перебывало в моей постели, никогда такого не было, чтобы так открыто выказывали недовольство мной, как любовником. Никто еще не жаловался. У меня есть деньги, машина, квартира. Чего им надо? Глупо просить еще и несуществующей неземной любви на всю жизнь и верности, о которых столько пишут в книгах. Такого не бывает. Да и скучно, в конце концов.

Айфон завибрировал, оповещая о новом входящем сообщении. Света.

«Макс привет, чего звонил? Прости, говорить по телефону сейчас не могу, дела…»

Да какие у нее там могут быть дела, когда я тут мучаюсь от похмелья и от ее с Хомяком подставы.

«Что в нашей квартире делает Хомякова со своими пожитками?!»

Я не стал расшаркиваться перед ней — не до того было. Мне бы сейчас встать, справить нужду, глотнуть водички и залечь часиков до двух. Нет, вместо этого я вынужден был решать вопрос о присутствии в нашей квартире девчонки, которая спит в отвратительной пижаме. С кексами, чтоб их. Кстати, своих продуктов она не принесла. Хомячила то, что оставила ей сердобольная подруга. И на это нет денег? Как она вообще прожила в чужом городе два года. На диете из прошлогодних одуванчиков сидела? Носила одежду с чужого плеча? Не удивился бы, если бы это оказалось правдой.

«Не Хомяк, а Маша. А в твоем случае вообще Машенька» — писала сестра, а я скривился еще больше. Это с какой стати я должен церемониться с ее подружкой? Она вторглась в мое личное пространство. Смысл мне тогда было съезжать от Бессоновой, если дома буду постоянно натыкаться на очередной ограничитель моего буйного эго? Там хоть покувыркаться с кем можно было. Но Машка худо-бедно умеет готовить. Юля же в этом плане, бесспорно, ей проигрывает. — «Ее выгнали из общежития, чтобы заселить одну блатную стерву. Короче, ей некуда идти. Учится на дневном, еще и пытается подрабатывать. Понятное дело, что нормальных денег ей не платят. И Машке постоянно приходится менять работу. Там даже комнату снять не получится, а в хостел я ее не пущу. Так что смирись, братик, минимум два месяца мой Хомячок поживет с тобой. Она смирная. Может, вы еще и подружиться сможете…»

В общем, я понял, что в мое отсутствие Света дала Хомяковой ключи от квартиры. И меня об этом никто не спрашивал. Просто тупо только что поставили перед фактом: Хомяк будет тут жить. И что самое паршивое, сестра не принимала во внимание мое мнение. Она вообще больше мне не писала, хотя я и закидал ее гневными эсэмэсками.

Зараза белобрысая. Сама уехала, а вместо себя оставила подругу, которая теоретически должна за мной присматривать. Ну, ничего. Я еще отыграюсь на них обеих. Пускай Маша поживет со мной. Но бесплатно никогда ничего не бывает. И это не я сам придумал, а жизнь. За все надо платить, и Хомякова будет платить. Не деньгами, так «натурой. Хочет она этого или нет, меня мало волнует.

Не в силах встать на ноги, я сидел еще некоторое время и грязно матерился. Хотелось снова напиться и свалить куда-нибудь далеко, чтобы больше не видеть и не слышать о Маше Хомяковой, которая все это время отравляла мое существование. Семь лет мозолила мне глаза своим вечно недовольным лицом. Без грамма косметики ей всегда удавалось выглядеть привлекательно. Даже сегодня, заспанная и смущенная она злилась на меня по пустому делу. Сама каким-то образом оказалась в моей кровати. Сама переехала. Все сделала сама, а я теперь виноват.

Теперь она от меня никуда не денется. Ей придется со мной считаться и начать хотя бы нормально общаться. Что я, монстр какой, чтобы от меня бегать?

Два часа дня…

Наконец-то я выспался. И первым делом вспомнил о том, что скоро увижу Хомякову, которая должна будет мне приготовить ужин. Нет, ну а кто еще? Мне банально некогда. Да и нет возможности часами стоять у плиты, когда ко мне в штаны уже вовсю лезет Виталина. Витек посоветовал попасть в поле ее зрения. Мол, если просечет, что я при деньгах и всем остальном, то станет безотказной и готовой к любым моим фантазиям.

Это было просто. На прошлых выхах мы уже «поговорили» у меня в тачке. Сегодня я планировал другое развлечение. Более откровенное и за гаражами, а Миха по-тихому должен был заснять на мой мобильный. Я якобы по пьяни должен был отправить видео Юле. Но типа не ей, а этой самой Виталине. Планировалось знатное веселье, и нудная работа по дому туда не входила.

А Машка ни о чем и не узнает. Она должна сразу узреть меня в шумной компании и устроить скандал. Вот тогда-то мы и расставим все точки над «i». И пусть только попробует воспротивиться. Хотя, о чем это я? Хомячок слишком правильная, чтобы с пеной у рта отстаивать свободу. Ведь я буду прав. Следовательно, девчонке некуда будет деваться, кроме как покориться и отправиться на кухню, готовить ужин. Потому что после соревнования я буду чертовски голоден. И если не найду на плите чего-нибудь существенного, то съем своего домашнего Хомяка. В школе еще держался, но сейчас… За себя уже не ручаюсь. Хотелка подросла и терпения поуменьшилось. Держу пари, она сдастся, как только я вырву из ее рук сковородку и сам что-нибудь приготовлю. А потом закажу на дом шампанское с набором ее любимых конфет, разрешив жить в свое удовольствие. Еще было бы неплохо купить Хомке новый телефон. А то «сарай» Машки уже безнадежно устарел. Со школы с ним ходит, бедолага. Я «перевоспитаюсь» на время и… Ладно, до такого лучше не доводить. А то сам потом рад не буду, если Хомякова решит, что я ее первая и единственная любовь. Не для меня это все. Зачем связывать себя обязательствами и невыполнимыми обещаниями, если можно, не напрягаясь, проводить время с разными красотками? При этом без всяких обязательств. Все равно парни и девушки никогда не поймут друг друга.

Телефон зазвонил как раз во время моего триумфального возвращения из туалета. Вот отходил всего на немного, а Вита уже вся извелась и напридумывала себе невесть чего.

— Да? — бархатистым голосом произнес на возмущенное сопение девушки.

Нечего ей обольщаться раньше времени. С моей сердобольной сестрой, слава богу не знакома, поэтому в мой дом и в мою жизнь не вхожа.

— Макс, ну ты где? — обиженно, растягивая слова, вопросила девица. — Ты меня решил бросить?

Вот так сразу? Серьезно? Да я ее еще никуда не брал, между прочим, а уже оказался в чем-то виноват. И попробуй пойми, в чем. Ведь не скажет.

— А ты уже пришла, кис? — пропуская мимо ушей странный упрек вкрадчиво уточнил.

— Ну, конечно! — тут же вспыхнула блондинка с силиконовой грудью. Да, я знаю, потому что лично проверял натуральность ее пятого размера. — Уже три… Нет, целых две минуты! У меня маршрутка быстро приехала, прикинь?

— Уже спускаюсь, — многообещающе произнес и отключился.

Было ли мне ее жалко? Ничуть. Она сама распоряжается своей жизнью. Уже взрослая девочка, чтобы вешать ответственность за свои действия на плечи других. Назвалась шлю***, так опускайся на колени и отрабатывай. И, так уж и быть, я сделаю вид, что у меня амнезия, когда она припомнит мне столь незначительный косяк, как опоздание.

Маша

Не было ничего удивительного в том, что все время, что провела в институте, я словно сидела на иголках. Чего там… на раскаленной лаве. Так и чувствовала — не только пол под ногами горит. Все тело объято беспощадным непокорным пламенем. С такой жизнью никаких нервов не хватит.

После последней пары, я еще раз уточнила у одногруппницы, все ли в силе. Мало ли… В последнее время с работой мне не везло. А если и удавалось заинтересовать работодателя, то платили мало. А при моем режиме учебы, ни на что другое рассчитывать я не могла.

Девушка успокоила меня, сказав, что ее мама ждет меня вечером. Окрыленная этими словами, заторопилась покинуть ВУЗ. Сколько я проведу там времени, отмывая полы — вопрос. Главное, заинтересовать женщину. Вдруг ей снова понадобится временный работник? Мыть полы без халтуры утомительное занятие. Знала не понаслышке. Моя собственная мама в этом плане была очень щепетильна. Иногда заставляла перемывать полы по три раза. Причем воду необходимо было менять часто. В общем, к концу помывки спина с трудом разгибалась, а руки даже через резиновые перчатки были в ужасном состоянии.

Оказавшись на месте, открыла дверь, на которой красовалась фиолетовая витиеватая надпись:

«Магазин «Фиалка»

Режим работы с 09:00 до 19:00 без выходных.

Вы найдете здесь платье по душе!»

Как только взгляд заскользил по витрине, за стеклом которой красовались три «платья», я опечалилась. Судя по всему, я здесь по своей душе вообще ничего не найду. Потому как если это безобразие считается писком моды, не удивлена, почему это называют именно писком.

Открыв дверь, вошла внутрь. Мрачно, тесно и душно. Такого количества платьев я не видела еще нигде. Металлические перекладины были вмонтированы в стену. По три ряда на каждой. И вот эти самые перекладины и были завешаны разноцветными тряпками разной длины и оттенков.

— Добрый вечер, — ко мне тут же подбежала улыбающаяся и якобы счастливая девушка-консультант. — Выбираете вечерний наряд? Или более деловой туалет?

О да, более деловой. И именно туалет.

— Нет, — покачала головой, мысленно открещиваясь от перспективы что-нибудь здесь приобрести. Про цены я была наслышана. И зачем мне наряд, в цене которого четыре нуля минимум? С моим-то не стабильном заработком.

— Я к Марине Федоровне, — поспешила продолжить, видя, что девушка уже открыла рот, чтобы продолжить уговоры. — Она на месте?

— Сейчас позову, — понуро пробормотала консультант и скрылась за одной из круговых вешалок, что стояли с правой стороны. Да, такие здесь тоже имелись.

Буквально через минуту ко мне вышла владелица магазина. Подтянутая женщина, с копной рыжих волос и цепким взглядом, пробежалась оным по моей щуплой фигурке и кивнула каким-то своим мыслям. Поздоровалась со мной, как и я, и проводила в подсобку, в которой находилось все необходимое для уборки. Туалет располагался неподалеку, так что проблем с водой у меня не возникло.

Несмотря на то, что работа, по сути, была легкой, времени на уборку я убила предостаточно. А все потому, что намывая полы и протирая пыль, нельзя было трогать развешанную повсюду одежду. Вдруг я оставлю на дорогой ткани отпечаток? Намочу товар, который, мало ли, может понравится следующему клиенту. Кто захочет надевать на себя такое безобразие?

Спорить со словами Марины Федоровны нужным не считала. Хватит с меня и того жадины, что контролировал мои действия во время раздавания зевакам пакетиков корма для кошек. Надев на руки перчатки и взяв ведро с водой, пошла протирать полы. Потом приступила к пыли, которой оказалось довольно много. Из чего можно было сделать вывод — уборщица халтурила. Причем, по-черному, не заботясь о реакции начальницы, если той станет известно, что уборкой занимаются спустя рукава. И за это, между прочим, еще и деньги получают.

Выходила из магазина уставшая и с разболевшейся спиной. Зато довольная, как стадо объевшихся свежего мяса львов. Марина Федоровна, увидев, как усердно я мою полы, предложила мне работу. Знала, судя по всему, что уборщица у нее та еще лентяйка. Само собой отказываться от такой удачи я не стала. Стабильность всегда делает нас более уверенными. И не волновала судьба той, которую я сегодня заменяла. Если человек дорожит своей работой, он старается сделать так, чтобы начальство видело, что он ценный кадр.

Возвращаться в дом Меркуловых не хотелось. Я пыталась оттянуть свое появление в берлоге гонщика. Зашла в кафе, перекусить. Потом, не торопясь, добрела до метро, спустилась в подземку…

И лишь когда вышла на нужной станции, рискнула позвонить своей подруге и узнать, говорила ли она с братом. Максим обещал, что позвонит Светке, и разберется с моим появлением в их квартире. И, ясное дело, он настаивал на моем исчезновении из его жизни. Увы, для этого нам нужно было встретиться еще раз. Для того, чтобы я забрала свои вещи.

Так, бредя по дороге, погруженной в полумрак, я нажала на кнопку звонка и приложила аппарат к уху. Она должна ответить. Не станет же игнорировать звонок отчаявшейся подруги? Обязана объяснить, какого лешего устроила такую подставу. Конечно, не осознано, но Светка же знала своего брата! Как не предположила, что у того может не склеиться с очередной пассией и парню захочется вернуться домой? И я хороша… Это было и ежу понятно. Я просто понадеялась на удачу, которая решила забыть об одной невезучей девчонке.

— Алло, — раздался знакомый голос Светланы.

ОБНОВЛЕНИЕ

— Да, — грозно проговорила, готовясь к штурму. В смысле, головомойке.

— Чего такая грустная? — судя по всему, Света была в хорошем настроении. Чего нельзя было сказать обо мне.

— Грустная? — переспросила. — И ты еще спрашиваешь?

— Да ладно, — стушевалась блондинка. — Чего злишься? Я и знать не знала, что он со своей Юлией в пух и прах поссорится. Такая любовь была неземная, а тут…

— Меня мало волнует его личная жизнь, — перебила подругу. — Меня волнует, какого лешего ты меня к себе звала. Ей богу, если бы не необходимость, ноги бы моей в твоем доме не было! — я заводилась все больше. Того и гляди, взорвусь от возмущения. — Он тебе звонил?

— Звонил, — подтвердила девушка. — И мы с ним договорились. Можешь смело оставаться ночевать в моей комнате, сколько нужно.

— Еще чего, — воспротивилась. — Заберу вещи и все, больше носа в твою квартиру не суну.

— Сама посуди, кто, если не ты, за моей комнатой присмотрит? На Макса положиться нельзя, он тот еще свин. Одна надежда — ты.

— Нет, — четко и уверенно.

— Да, — заупрямилась Светлана. — За ним присмотр нужен. Чего боишься? Думаешь, что приставать начнет? Не беспокойся, ты для него, что дихлофос для таракана.

— Ну, спасибо, — процедила.

— На правду не обижаются, — парировала Света. — Тебе идти некуда. Не упрямься. Не станет он тебя домогаться. У него и так красоток вокруг прилично крутится. В твою сторону он и смотреть не станет.

— Развиваешь во мне комплекс неполноценности. — Завидев впереди заветную красную буковку «М», заторопилась к метро. Погода быстро портилась. Дождя мне только не хватало для того, чтобы окончательно осознать, что я законченная неудачница. — Я скоро пропаду, так что…

— Машка, подумай! — затараторила подруга. — Не упрямься! Не время показывать свой скверный характер. Вот куда ты пойдешь? Что, денег много? А есть на что будешь? Знаешь, сколько у тебя на оплату комнаты уходить будет?

Знала, прекрасно знала. Именно это знание толкало меня на отчаянный поступок — терпеть подле себя Меркулова. Если все срастется с работой, то не на такой уж и длинный срок мы будем соседствовать в одной квартире.

— Он не против твоего присутствия, — продолжала уговаривать Света, не зная, что я уже почти сдалась. Потому что выбора не было. — Обещал не разгуливать по квартире голым и быть паинькой.

— Ты сама-то в это веришь? — обреченно спросила, подходя к тяжелой стеклянной двери с надписью «Вход».

— Конечно, нет, — фыркнула девушка. — Но он сам сказал, что не против, чтобы ты пожила какое-то время в моей комнате. Если, конечно, ты не ревнивая барышня, готовая пойти на разные ухищрения, чтобы затащить к себе в кровать богатенького мальчика.

— Еще чего, — поморщилась.

В лицо подул прохладный ветер, растрепал волосы еще больше, спутывая их. Потом нормально не расчешешь. Словно головой по асфальту тормозила, пока кто-то тащил меня за ноги в неизвестную сторону.

Мотнула головой, живо представляя перед своим внутренним взором эту эпичную и в то же время жутковатую картину. Я просто очень устала. Вот и мозги на место никак не встанут.

— Тогда и опасаться нечего.

— Я в метро, — ушла от продолжения сложного для меня разговора. — Сейчас пропаду.