Дисгардиум 7. Демонические игры

Пока он собирал вещи, Вилли готовил флаер. Вообще-то об изменении планов следовало сообщить Алексу, но это было невозможно, и Хайро принял решение сам.

Эд с Хангом зашли проводить друга.

— Ты должен выиграть, — сказал Эд. — Я уверен, что Алекс пройдет ордалию, но сомневаюсь, что успеет попасть на Игры. Бывало, ордалия затягивалась на двое-трое суток. А опоздавших на Игры не допускают…

— Знаю, — ответил Малик, так и не решив, говорить ли им, что Тисса тоже участвует. Если скажет, придется объяснять, откуда информация… — Знаю. Но надеюсь, что Алекс успеет.

— Жаль, в реале нет глубинки, — посетовал Ханг. — Бац! И ты там, где нужно…

Завибрировал комм, оттуда донесся голос Вилли:

— Малик, все готово, давай наверх! Не забудь камуфляжную бейсболку.

На крышу поднялись втроем. Обнялись на прощание.

Уже на взлете Малик посмотрел вниз. Ханг и Эд шли к выходу и что-то обсуждали — наверняка уже забыли о нем и думали о своих очень важных делах в Дисе.

В пути он успел и подремать, и подумать о строительном проекте святилища Ушедших. Находка была крутой, но последнюю часть он пока так и не отыскал. Да и прямой выгоды от нее Малику никакой. Даже Дьюла, и тот поднимет ремесло на строительстве святилища.

На встречу с родными Малик выделил два часа. Его встречали, как героя, даже дед вынырнул из собственной реальности и посадил «любимого внука» по правую руку от себя. То, о чем Малик так мечтал в детстве, осуществилось, многочисленные кузены, потешавшиеся над ним еще несколько месяцев назад, сейчас в рот заглядывали, ловили каждое его слово.

В любой другой день он задержался бы здесь подольше, чтобы насладиться триумфом, но сегодня ему было не до того: в дверь стучала вторая его мечта, как выяснилось, для него гораздо более значимая.

Потому Малик отсидел два часа, послушал дифирамбы себе — а их родственники словно шестнадцать лет копили, чтобы обрушить на него именно сегодня. А потом, сославшись на занятость, он обнялся со всеми, кто того желал, пожал руки даже тем, кого смутно помнил, и, потея от предвкушения, полетел к Тиссе.

Он опоздал на пять минут. Девушка ждала его на оживленной улице, привалившись спиной к стене и опершись о нее ногой.

Маскировка Тиссы была традиционной: темные очки, бейсболка, мешковатое худи и широкие штаны. Попробуй разбери лицо под натянутым капюшоном. Малик же активировал маскировочную голограмму и снял ее, и потому девушка обратила на него внимание, только когда он к ней обратился. Вздрогнула, повернула голову, просияла и бросилась ему на шею, обдав ароматом незнакомых цветочных духов.

— Малик, как же я по вам всем скучала! И-и-и!

А он замер истуканом, не зная, куда деть руки. Робко положил ей на спину. Он снова злился на себя, ведь вместо того, чтобы проявить инициативу, снова вел себя, как осел.

— Куда пойдем? — прохрипел он.

— Тут в соседнем дистрикте есть недорогой ресторан, где можно занять кабинку и не отсвечивать, — щекоча ухо губами, проговорила девушка. — Не хотелось бы, чтобы нас кто-то узнал.

Долетели на общественном флаере. Вилли, приставленный к нему до посадки на флаер «Сноусторма», незаметно для Тиссы следовал за ними. «Не болтай», — прошептал безопасник, проходя мимо них в общий зал. Малик кивнул и тут же о нем забыл.

Ребята заняли забронированную кабинку, заказали по стейку из настоящего мяса («С кровью!» — сказала Тисса, комментируя свой выбор на панели меню робота-официанта) и пиво. И Малик наконец снял маскировку.

Вначале обоим было неловко — слишком уж в разные стороны разошлись их жизни, а вместе с ними и интересы. К тому же Малика сковывал договор разума, а о чем он мог рассказать, кроме как о делах клана?

Но он и сам не заметил, как забыл обо всем, увлеченный беседой. Тисса красочно описывала свою жизнь и делилась планами на будущее. С Лиамом она порвала, или он с ней — Малику было фиолетово. Значение имел лишь текущий момент.

— Я долго сомневалась, прежде чем принять предложение «Белых амазонок», — призналась Тисса. — Знала, зачем им я. Все эти россказни про то, что я идеально им подхожу, что моя внешность вписывается в концепцию имиджа клана, что моя история успеха послужит примером миллионам обычных девчонок… Я видела на острове Хинтерлиста. Не знаю, что у него с Элизабет, но они явно дружат. — Тисса потерла указательные пальцы друг о друга. — Ну, ты понял. Я им понадобилась из-за Скифа. Если честно, не была уверена, что меня будут держать при себе долго. Поэтому настояла на пункте в контракте, по которому «Белые амазонки» сразу оплатят мне полный курс обучения в университете. А потом пусть выкидывают.

— На кого будешь учиться?

— Ничего не изменилось, Малик. Я люблю рисовать. Отец об этом и слышать не хотел, — вздохнула Тисса и голосом изобразила интонации мистера Шефера: — Сейчас каждый второй художник! Только один из миллиона может обеспечить себя этой профессией!

— А он чего хочет?

— Хотел, — сделала уточнение девушка. — Сейчас он поддерживает все мои идеи. Конечно, ему-то чего теперь волноваться? Зеленые числа на банковском балансе, премиальная медстраховка, новенький флаер — подарок Элизабет. Папаша теперь с головой ушел в работу, рвется повысить категорию. Ну а раньше хотел, чтобы я пошла в тестировщики миров. Год обучения, год стажировки без оплаты, и все, ты квалифицированный бета-тестер, обеспеченный работой. И гарантированная категория G — предел отцовских мечтаний.

— Значит, я ужинаю с будущей знаменитой художницей? — ухмыльнулся Малик. — Ну, тогда мы почти коллеги!

— Да? Почему?

— Я буду рок-музыкантом.

— Рок? — поразилась Тисса. — Кто его сейчас слушает? Старперы? Если любишь музыку, иди в крей-джангл!

— Не… — поморщился Малик. — У меня от него кровь из ушей. А рок… Он настоящий, понимаешь? Гитара живая, струны… Я же бард, не забыла?

— Ха-ха! Ну и что? Я целитель в Дисе, что мне, в доктора идти? Брось…

— У меня получится, — серьезно сказал он. — Я пробовал. Дядька подарил старую гитару. Струны пришлось сменить, но в остальном вполне рабочая. И знаешь что? — Он заговорщицки обернулся и прошептал. — Все песни, что сочинил в Дисе, я могу исполнить и в реале! Правда!

— Бред. — Тисса нахмурилась, откинулась в кресле, не сводя с него глаз. Потом подалась к нему навстречу, ее глаза распахнулись. — Ты не шутишь, да?

— Не шучу. — На его лице расплылась улыбка от уха до уха. — Жаль, гитары нет под рукой, а то бы показал…

Он поделился с ней, что собирается добиться мировой известности, рассказал о том, как собирается завоевать славу: сперва выступая в мелких тавернах Диса, а потом, собрав группу, пробиваясь на арены. И чем больше говорил, тем больше верил в свои слова, хотя поначалу просто пытался произвести впечатление.

— Помнишь, как в финале юниорской Арены выступали «Драконы бесконечности»? — спросил Малик. — Ну вот, они же тоже начинали с таверны песочницы! Когда-нибудь и я выступлю в финале Арены. И в реале! Например, на «Уэмбли» — соберу целый стадион, а трансляцию будут смотреть миллиарды!

— Я хочу в твою группу! — заявила Тисса. — Забей мне место бак-вокалистки!

— Ты же петь не умеешь, — в шутку засомневался Малик.

— Я? Не умею? — Тисса делано оскорбилась. — Ну, ты у меня щас получишь, гад!

Она полезла на него, он отбивался, а через минуту возни оказалось так, что Тисса сидела на нем верхом, поджав под себя ноги, а у Малика полностью отключился мозг — кровь отлила в другое место. Спохватившись, девушка, встрепанная и покрасневшая, вернулась за стол. Момент, чтобы обнять и поцеловать ее, был упущен.

— А парни что думают? Я о планах. — Малик не сразу ее услышал, а когда понял, раздраженно вздохнул. — Что Алекс планирует? Ну, помимо его текущих дел с «гражданством»…

Тисса упомянула их старое кодовое слово для статуса «угрозы». Имя Алекса, так некстати прозвучавшее в полумраке уютной кабинки, нарушило интимность момента и разбередило застаревшие душевные раны. Уколола ревность.

— Да к черту и Алекса, и его секреты, — сказал он. — Давай лучше обсудим стратегию на Игры!

Тисса посерьезнела, выпрямила спину, откашлялась. Приблизила лицо и прошептала:

— Если Алекса там не будет, просто станем держаться вместе. Как в старые добрые времена.

— А если он явится?

— Тогда… — Горячее дыхание девушки обдало ухо Малика. По его коже побежали мурашки. — Слушай внимательно, это очень важно…

Глава 1. Удар в спину

Большую часть пути я проспал. Глаза открывал, только когда мы проходили досмотр на границе гражданских территорий. Особенно часто нас стали проверять после того, как мы пересекли Атлантику и влетели в воздушное пространство Европы, большая часть которой была занята гражданскими округами высоких категорий.

— Вы приближаетесь к «Сноусторм Лейкс», району категории «A». Ваше транспортное средство будет принудительно остановлено у досмотровой пограничной зоны.

Флаер замедлил скорость и пошел по направляющему лучу. Хайро, чей статус за счет службы в миротворцах был даже выше, чем у моих родителей, обернулся ко мне:

— Сейчас могут быть проблемы. В зоны категории «A» у меня доступа нет. Ты же подал запрос на то, что прилетишь на собственном флаере?

— Ну… Я просто подписал, Мария сняла биометрику. Пилотом указаны вы, Хайро.

— Подтверждения так и не пришло, — безопасник покачал головой.

Сканирующие кольца загорались зеленым и издавали одобрительный писк по мере того, как мы через них пролетали. Автоматизированная проверка на запрещенные вещества и предметы прошла успешно. Оставалось перетерпеть идентификацию. Хайро в это время связывался с Марией, надеясь, что подтверждение пришло к ней, я же проверял свой комм. Ничего.

— Если меня снимут с флаера, полетишь сам, — сказал безопасник. — Если вдруг придется, справишься с ручным управлением?

— П-ф-ф… Легко.

Меня беспокоило другое. Времени оставалось меньше часа. Любая непредвиденная задержка, и можно возвращаться — дисквалифицируют за неявку.

К нам приблизился флаер, под черно-золотистой полицейской раскраской которого угадывались контуры «Ламборгини-Фреччиа». В таких районах даже полиция рассекает на премиальных суперфлаерах.

— Добрый вечер, господа! — поприветствовал нас приятный женский голос. — Цель вашего визита в «Сноусторм Лейкс»?

— Демонические игры, участник, — ответил я.

— Уау! Еще один! А вы, пилот?

— Я пилот компании «Пробужденные», — честно сказал Хайро. Это входило в официально прописанные функции безопасника. — Отвезу парня и вернусь.

— Пожалуйста, покажите запястья левых рук и посмотрите сюда… — Вне сомнений, полицейскому уже были известны наши личности, но протокол есть протокол. — Спасибо! Алекс Киран Шеппард, зависимый гражданин категории «F», вы в списке. Добро пожаловать в «Сноусторм Лейкс»! — Короткая пауза и снова голос женщины-полицейского: — Хм… Мистер Моралес, к вам есть вопросы. Пожалуйста, освободите место пилота и пройдите к выходу.

Направляющий луч приземлил наш флаер на контрольную платформу. Там находились проверяющие службы, зоны дополнительного осмотра, а также платная парковка — далеко не все модели флаеров соответствовали высоким требованиям района высшего класса. Пассажиры и пилоты таковых вынуждены были оставлять свой транспорт и двигаться дальше на общественном.

Хайро вышел из кабины, но не закрыл за собой дверцу, а сунул голову внутрь:

— Вряд ли меня пропустят дальше, рылом не вышел, — он ухмыльнулся. — Лети сам, Алекс.

Глянув на часы, я ответил:

— Хорошо. Времени почти не осталось… Как вы доберетесь назад?

— Вилли тут недалеко. Он утром привез Малика, после чего залетел к общему армейскому другу в польском округе. Заберет меня. В общем… Удачи, Алекс!

Дверь закрылась. Я пересел на место пилота, пару секунд поборолся с искушением переключить флаер на ручное управление, но здравый смысл взял верх — район неизвестный, могу заплутать. Маршрут Хайро вбил еще в Кали, все, что мне оставалось, просто нажать кнопку «Продолжить путь».

Европа… Я бывал здесь на каникулах после шестого класса. Родители тогда отработали большой проект и скопили на приличный отпуск. Решили совместить приятное с полезным — взяли тур по Европе. Отдых получился смешанным — по несколько дней на пляжах Испании и Греции и экскурсии по историческим местам Италии, Франции и Англии. Мне тогда больше всего понравился вечер в восстановленном Колизее, куда мы пошли на бои Всемирной гладиаторской лиги. Роботы бились с роботами, неграждане с негражданами — до смерти. Помню, мама закрывала мне рукой глаза в самые страшные моменты. «Зачем они это делают?» — не понимал я. Теперь понимаю. Дрались за гражданство. Топовые гладиаторы выбивались в элиту общества.

Без особого любопытства я разглядывал «Сноусторм Лейкс» — район, занявший место в баварском округе на фоне высоких гор. В отличие от Дубая, здесь не было небоскребов. А вообще, это поселение сложно было назвать городом. Передо мной лежала огромная территория нетронутой природы с пламенеющими на сочной зелени каплями — так с высоты виделись озера, отражавшие закат. Среди деревьев прятались роскошные виллы, дома и целые замки.

В одном из таких размещался отель Ruhm und Ehre, выбранный «Сноустормом» для проведения Демонических игр в этом году. Я видел голографии интерьеров — от замка остались только внешние стены, внутри же все переделали по-современному.

Ruhm und Ehre был не единственным отелем «Сноусторма». Корпорации принадлежали десятки гостиниц по всему миру, поэтому разработчики Диса еще ни разу не повторились с местом, где проходили Демонические игры.

Отель-замок я увидел издалека. Сложно было такое не заметить, уж очень он выделялся на фоне местной девственной природы, хотя и не контрастировал с ней. Казалось, древняя десятиэтажная громада стояла тут нетронутой со времен средневековья. Кирпичную замковую стену украшала каменная арка над воротами с имитациями дозорных вышек, по углам высились башни из дикого камня, а за ними был сам замок, увенчанный разными по форме и размеру башенками и башнями, протыкающими шпилями серые тучи.

Старинная каменная кладка была, а может, только казалась, поросшей мхом, изрытой и изъеденной дождями, непогодой и палящим солнцем. А где-то там, далеко внизу, каменный монолит подножья замка обнимали лохматые зеленые ели. Солнечный луч на мгновение выхватил из хмари и осветил острые навершия шпилей, и они брызнули золотом — у меня дыхание перехватило от восторга. Такой замок идеально подошел бы эльфийскому королю. Я и подумать не мог, что подобная красота существует не только в Дисе, но и в реале!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Спустя пару минут флаер замедлил движение и мягко приземлился на парковке перед замком, изящно вписанной в ландшафт, даже сверху ее можно было разглядеть с большим трудом, она пряталась за высокими соснами и елями. Зато отсюда хорошо просматривалось горное ущелье и подвесной мост.

— Достигнута точка назначения: отель Ruhm und Ehre, округ «Сноусторм Лейкс», — уведомил бортовой ИскИн. — Температура среды…

Какая здесь погода, я дослушивать не стал, сломя голову выскочил, задев беллбоя — настоящего, не робота, — и побежал по ведущей вверх дорожке к воротам, у которых терлась толпа репортеров и вились стайки дронов-операторов.

«Шеппард, подтверждаю», — раздался командный голос из комма кого-то из секьюрити. Служба охраны отеля взяла меня в коробочку, оттесняя ломанувшихся навстречу журналистов, стримеров и блогеров. Не обращая внимания на вал вопросов и протянутые микрофоны, я прошел через ворота во внутренний двор. Репортеры здесь не толпились, зато обнаружилось целое оцепление полицейских дроидов.

Передо мной вырос грузный представительный мужчина:

— Мистер Шеппард? Добро пожаловать на Игры. Прежде чем вы войдете, уточню. Вас предупредили, что на все время мероприятия участникам запрещены любые коммуникации с внешним миром, за исключением аккредитованных журналистов?

— Да. При мне нет никаких устройств связи. — Комм я оставил на базе.

— Хорошо. Поднимите руки и пройдите через арку.

Я так и сделал и, судя по отсутствию тревожного сигнала, проверку прошел.

— Спасибо, мистер Шеппард! — сказал охранник. — Удачи на Играх!

Поблагодарив, я вошел в замок и остановился, чтобы оглядеться. Народ забил холл отеля до отказа, стоял монотонный гул. Люди, устроившись у резных мраморных колон, активно общались, держа стаканы с соком или бокалы вина. Между ними сновали официанты — как люди, так и роботы. Первые разносили напитки, вторые предлагали фуршетные блюда.

Я остановил взгляд на голографической надписи под потолком. Горящие буквы торжественно провозглашали: «Добро пожаловать на Демонические игры!» Под приветствием двигалась стрелка, указывая вправо и вниз: «Регистрация призванных».

Направившись туда, я замечал на себе чужие взгляды и слышал, как равномерный гулкий гомон сменялся перешептываниями. Наконец я пересек холл и достиг стола регистрации.

Там сидел писарь в средневековой одежде и будто бы дремал, склонив голову над книгой в кожаном переплете. Голо-маска придала ему образ эльфа. Брови-стрелки торчали в стороны, как кошачьи усы. Рядом с ним стояли три фигуристые девушки в кожаных доспехах лесных следопытов.

— Добрый вечер! — поприветствовала платиновая блондинка. — Чем могу помочь?

Над ее головой плавала голо-надпись: «Франческа, эльф, помощник 1000 уровня». Писарь же обозначался как «Рейвенкроу, королевский летописец».

— Привет, Франческа! Я Алекс Шеппард. Скиф. Прибыл по зову короля Эйниона на Демонические игры.

Склонившись над летописцем, она перевела на эльфийский:

— Хо на Скиф…