Душа по обмену

— Тише, услышит кто-нибудь! Нет, это невозможно!

— А добраться до долины Шаад как-нибудь можно? — Вдруг удастся узнать что-нибудь полезное и обнадёживающее.

— Нельзя! — недовольно отрезала девушка, продолжая оглядываться по сторонам, как неопытный воришка, переживающий, что его вот-вот застукают на месте преступления. — Туда просто так не попасть, а адептов из школы вообще никуда не выпускают до каникул, так что выброси это из головы! Нам повезло, что ты прошла проверку, не испорть всё! Идём на занятия.

— Не могу. Мне плохо от ваших дурацких ягод! — А ещё от разбившейся вдребезги надежды. Оказаться в другом мире в осознанном сне — это редкая удача и захватывающее приключение, а вот понять, что это не сон и обратной дороги нет — уже совсем невесело.

— Тише! — снова испуганно пискнула Санра. — Молчи, если кто-нибудь узнает, нам конец! Не хочешь на занятия, иди пока в свою комнату, отлежись.

— Куда идти? Где эта комната? Я тут буду блуждать до вечера!

— Общежитие сразу за парковой зоной. Вон, видишь красные башенки? Тебе туда. Комната тридцать девять, приложишь к двери браслет — она откроется.

После эмоциональной встряски в молельне на душе было паршиво. Мне хотелось побыть одной, чтобы хоть немного успокоиться и привести мысли в порядок. Я вяло кивнула Санре и направилась в указанном направлении.

Вспомнилась вычитанная где-то теория об альтернативных реальностях, в которых живут наши двойники. Причём судьбы и условия проживания, естественно, у всех разные, а миры тем более могут кардинально различаться. Неужели я на самом деле оказалась в одной из таких реальностей? И что теперь делать? Как вернуться домой?!

Погружённая в невесёлые мысли, я брела по красивейшему парку, не замечая ни ярких цветов, ни разноцветных фонтанов, ни пёстрых бабочек, ни звонкоголосых птиц, ни спешащих на занятия адептов. Но чем ближе подходила к нужному зданию, тем хуже мне становилось. К тоске и растерянности присоединились тревога и паника. Что-то опасное витало в воздухе, усиливая все негативные ощущения. И только подойдя почти вплотную к общежитию, я поняла, что это было — запах.

Он исходил от высокого дерева, напоминающего огромный канделябр, чьи устремлённые ввысь ветви были сплошь покрыты большими розовыми цветами. А его длинные узкие листья имели неприятный ядовито-красный цвет.

«Иргаль — дерево любви!» — мелькнуло в памяти Лесты короткое воспоминание, а моя собственная память опознала в этом аромате тот самый удушливо-приторный запах из детских кошмаров. Точнее, почти тот самый. В нём не хватало какого-то важного компонента, только я всё равно почувствовала удушливую волну страха, накрывшую с головой.

Отвернулась и почти бегом бросилась подальше от этого жуткого дерева, но унявшееся было головокружение вдруг снова усилилось, перед глазами замелькали разноцветные круги, навалилась чудовищная слабость, и я потеряла сознание.

Глава 4

Когда я открыла глаза, испытала неприятное чувство дежавю — снова вместо желанной квартиры в родном Краснодаре незнакомое помещение.

Не комната Лесты, но обстановка довольно непривычная для земной, хотя и напоминает наши больницы. Даже запах здесь витал какой-то травяной — словно полынь с чабрецом смешали, сверху ромашкой присыпали и крутым кипятком заварили. Не слишком приятный аромат, но лучше такой, чем тот, что исходил от розового дерева!

Я поморщилась, вспомнив недавние ощущения. Нереальные. Невозможные. Как я могла чувствовать этот аромат на Земле?! Неужели между мной и Лестой уже тогда существовала какая-то связь, или это ягоды сыграли со мной злую шутку, перемешав в сознании прошлое и настоящее? Возможно, они действуют как наркотики и вызывают галлюцинации? А вот и ещё одна — голос Никея, раздавшийся совсем рядом, за белой перегородкой, разделяющей помещение на части.

— Камилия, ты преувеличиваешь. Леста бы до такого не додумалась, она не настолько умна, — говорил он кому-то.

В последней фразе прозвучало такое неприкрытое пренебрежение, что последние сомнения в его отношении к невесте рассеялись, а ещё стало понятно — это не галлюцинация, всё происходит на самом деле.

— Да, Риголь — тупица, — произнёс незнакомый женский голос, скорее удивив, чем обидев формулировкой. Точнее меня удивило наличие в местном языке такого земного слова «тупица», но потом дошло, что это всего лишь адаптированный перевод, выбирающий из моего словарного запаса наиболее подходящие по смыслу термины.

— Тем не менее, до приворотного она додумалась, — добавила незнакомка, ввергнув меня в ступор. Предполагалось, что это секрет, откуда же она знает о зелье? — Значит, не стоит её недооценивать: с такой наследственностью можно любых сюрпризов ожидать. Кажется, её мать в своё время твоего отца крепко приворожила. Так что ты с ней поосторожней.

Ох, похоже, опять мне Кайя с Санрой что-то важное не рассказали. О какой такой наследственности речь, и какая связь между матерью Лесты и отцом Никея?

— Не напоминай! — холодно и недовольно отрезал Блордрак, позвякивая чем-то за ширмой.

Я слегка приподнялась на локтях, осматриваясь, и, кажется, начала понимать, где нахожусь. Кайя говорила, что Никей параллельно окончил боевой и целительский факультеты местной академии и сейчас работает в лазарете, набираясь опыта перед службой в королевском госпитале, где его ждут уже в следующем году. Видимо, когда я упала в обморок, добрые люди притащили меня в этот самый лазарет. Самочувствие, кстати, было вполне удовлетворительным — наверное, здесь со мной что-то уже сделали.

— Не повезло тебе с невестой, — продолжала очернять образ Лесты Камилия, которую я уже заочно невзлюбила. — Толстая, бесполезная и жутко навязчивая. Специально ведь какой-то дряни наглоталась, чтобы сюда попасть — к тебе поближе.

— Зачем ей это? — усомнился Никей. — Она и так у Зиэлды место помощника выпросила — поводы искать не нужно.

— Говорю же, тупица. Мозгами пользоваться не умеет. Надеюсь, ваши дети не в неё пойдут, — вздохнула с притворным сочувствием его собеседница, разозлив меня не на шутку.

— Никаких детей не будет! Я не собираюсь обрекать свой род на вырождение, — брезгливо процедил «жених», чем окончательно вывел из себя.

Не знаю как, почему и насколько я здесь застряла, но пока Лестой считают меня, никому не позволю вытирать об себя ноги! Резко села, отчего стоящий на прикроватном столике флакон зашатался и упал на пол.

В помещении воцарилась гробовая тишина. Затем послышались быстрые шаги, и в поле моего зрения появились Никей и эффектная стройная молодая блондинка в длинных халатах болотного цвета. Видимо такая у здешних медиков неприглядная униформа. Эти двое не могли не понимать, что я слышала их разговор, но смущёнными не казались.

— Как ты себя чувствуешь? — спокойно спросил Никей, глядя на меня сверху вниз нечитаемым взглядом.

— Что ты с ней церемонишься? — пренебрежительно хмыкнула блондинка, которую Блордрак называл Камилией. В её глазах читалось неприкрытое презрение. Интересно, ей-то чем эта несчастная девчонка не угодила? — Она же симулянтка. Только работать мешает!

Н-да, унижение пациентов тут, похоже, один из методов лечения. Я глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Всё же истерика и хамство — не мои методы, но поставить эту парочку на место придётся.

— Нет, Камилия, работать тебе мешаю не я, а недостаток знаний, — отчеканила сухо и сдержанно, — что ты за целитель, если не в состоянии отличить настоящий обморок от симуляции?

Лицо блондинки перекосилось от злости, мгновенно утратив привлекательность.

— Да как ты смеешь, так со мной разговаривать, зикфа? Я — эйра и скоро стану проводником! — сердито прошипела она.

Чтобы понять смысл последней фразы, пришлось покопаться в памяти. Эйрами здесь называли потомков дэйров, чья кровь была многократно разбавлена путём смешанных браков. В местном обществе они тоже были уважаемы, хотя и не так как дэйры. А вот о проводниках я почти ничего не знала, кроме того, что они обладали способностью вернуть душу умершего человека из какого-то междумирья.

— Вот когда станешь, тогда и будешь диагнозы ставить, а пока поучиться тебе ещё нужно, эйра Камилия, — улыбнулась я, честно пытаясь изобразить на лице почтительное выражение. Судя по тому, как её перекосило, получилось не убедительно. — И будь добра, выйди, пожалуйста, нам с дэйром Блордраком поговорить нужно. Наедине.

Девушка в ярости сжала кулаки и возмущённо посмотрела на Никея в поисках поддержки. Тот взирал на меня удивлённо, словно впервые увидел.

— Ладно, Камилия, выйди на минутку, — кивнул он, не отводя от меня взгляда, и пренебрежительно усмехнулся: — У кого-то прорезался голос? Это даже интересно.

Блондинка, сердито сверкнув большими синими глазищами, неохотно удалилась, и мы остались вдвоём. Блордрак скрестил на груди руки и выжидающе молчал, а я собиралась с мыслями, не зная с чего начать. В итоге решила, что лучшая защита — нападение, и пока он не успел обвинить меня во всех преступлениях, быстро спросила:

— Кто тебе рассказал про приворотное зелье?

Никей нахмурился. Его густые чёрные брови сошлись на переносице. В золотисто-карих глазах промелькнула угроза.

— То есть ты даже не скрываешь, что хотела им воспользоваться? — уточнил он нарочито спокойно, но таким ледяным тоном, что в помещении как будто стало ощутимо холоднее.

— Я хотела только одного: узнать, кто в моём окружении сливает информацию. Вот и пустила такой слух. Так от кого ты узнал о зелье? — вернулась я к первому вопросу.

Отмазка, конечно, так себе. А с другой стороны, не думаю, что Леста на каждом углу о своих планах кричала. Вон, даже Кайя с Санрой ничего не знали, пока она ночью с высоты второго этажа с этим самым зельем не грохнулась. Кто-то её, действительно, сдал.

— А ты не догадываешься?

Судя по голосу и выражению лица, «жених» мне не поверил, пришлось привести более убедительные аргументы.

— Что ты так смотришь? Блордрак, я же не идиотка, чтобы из-за какого-то зелья испортить себе жизнь и оказаться в темнице! — Кайя уверяла, что использование приворотного в королевстве запрещёно на законодательном уровне, правда, какое за него грозит наказание, не уточняла. Пришлось импровизировать.

— Ошибаешься, ты — идиотка! — холодно припечатал продолжающий хмуриться Никей. — Нормальный человек такие слухи ради проверки распускать не будет. Что если они дойдут до карателей? А может, это всё-таки правда?

От его пронзительного испытывающего взгляда стало не по себе. Вспомнились прочитанные в детстве книги о Гарри Поттере, в которых некоторые маги умели читать мысли. Что если и этому такое под силу?

— А может, у тебя мания величия? — огрызнулась, скрывая сомнения. — Думаешь, я бы рискнула всем, ради того, чтобы привлечь твоё внимание? Думаешь, ты настолько неотразим? Расслабься. Я — не сумасшедшая. Да и не нужны мне навязанные зельем чувства. Они же всё равно ненастоящие.

— Рад, что ты это понимаешь, — мрачно кивнул Никей. Он вдруг подошёл совсем близко, наклонился почти к самому моему лицу и, чеканя каждое слово, холодно процедил: — Запомни, Риголь, после свадьбы, я прикоснусь к тебе лишь однажды, чтобы скрепить брак, а потом каждый будет жить своей жизнью. Никакое зелье между нами ничего не изменит! Детей, как ты сама понимаешь, у нас тоже не будет. Зикфа не способна родить мага, а наследники без дара мне нужны!

Я всматривалась в это красивое, холёное лицо и отстранённо думала о том, какая же эта Леста дура. Нашла в кого влюбиться без памяти! Да, смазливый и сложен хорошо. Но на этом список достоинств окончен, зато недостатков у её суженого не перечесть. Козёл он, по-русски говоря. Такое будущее ей приготовил — врагу не пожелаешь. Сам, значит, будет пользоваться деньгами жены в своё удовольствие, а её запрёт где-нибудь в глуши, чтобы на глаза не попадалась и даже познать радость материнства не позволит. Интересно, её отец в курсе планов зятя? Как он вообще мог согласиться на помолвку с такими условиями?! Не знаю, как ко всему этому относилась влюблённая и наивная Леста, а лично мне такого счастья даром не нужно! Жаль, помолвка между ними заключена не простая, а магическая, которую, по словам Кайи, нельзя разорвать. Но это мы ещё посмотрим.

— А кто же продолжит славный род Блордраков, твои бастарды? — уточнила невинно.

Карие глаза жениха гневно сверкнули.

— У нас бастардов не бывает! Мой брат продолжит, а моя ветвь на мне и закончится, — выплюнул он осуждающе и посмотрел так, словно это исключительно моя вина.

Ну точно козёл. По-другому не скажешь. Мало того, что винит во всех бедах, так ещё и обсуждает невесту за её спиной с этой Камилией, как девчонка.

— Блордрак, скажи, тебя мой отец пытал? Иголки под ноги загонял? Пятки раскалённым железом прижигал? — спросила почти ласково, с трудом сдерживая, переполняющие меня эмоции. Умом понимала, что нужно терпеть и помалкивать, чтобы не выдать себя — итак уже лишнего наговорила, но, увы, смирение и покорность к числу моих достоинств не относятся.

— К чему ты клонишь? — Он, наконец, отстранился и сделал шаг назад, разглядывая меня удивлённо и настороженно, словно неизвестное науке животное, внезапно появившееся на горизонте.

— Просто интересно, ты добровольно согласился на мне жениться или под пытками? Ты ведь от этого ещё даже несостоявшегося брака уже сейчас немалую выгоду получаешь в отличие от меня. Так что прекрати строить из себя жертву и веди себя как мужчина! Не надо презрительно морщиться в моём присутствии и делать вид, что тебя силой заставили заключить помолвку. В конце концов, это договор двух сторон, а договор дороже леоров.

— Риголь, признайся, ты головой ударилась? — помолчав, осторожно спросил целитель. — Ты очень странно себя ведёшь.

— Да, ударилась. Из окна выпала, — сказала честно, не рассчитывая, что он поверит. В правду обычно почти никогда не верят.

Того, что обследование покажет следы рокового и фактически смертельного падения, я не боялась, ведь даже приглашённый отцом Лесты целитель ничего не обнаружил — Морта постаралась на славу.

— Тогда понятно, почему у тебя мозги набекрень, — снисходительно резюмировал Никей, вызвав новый прилив раздражения.

— Почему же набекрень, может, они как раз на место встали. Да и иллюзий значительно поубавилось.

Я поняла, что разговаривать с ним дальше бессмысленно. Эту стену себялюбия и высокомерия так просто не прошибёшь — слишком долго и тщательно она взращивалась и строилась. Попробую в другой раз, сейчас я слишком устала. Всего лишь пару часов в этой странной школе, а уже чувствую себя как выжатый лимон.

— Спасибо за помощь и содержательную беседу, мне, пожалуй, пора.

Я не без труда сползла с довольно высокой кровати и прошла мимо озадаченного Блордрака к приоткрытой двери. Не удивлюсь, если за ней Камилия уши «греет».

— Ладно, поскольку сегодня ты явно не в себе, отдыхай, но завтра после занятий придёшь на работу, — недовольно проворчал вслед «жених».

Это ещё что за новости? Я вроде бы сюда учиться приехала!

— На работу? — переспросила, неохотно обернувшись. Леста ведь должна понимать о чём речь, поэтому сразу всё отрицать нельзя.

— Что от удара память потеряла? — съязвил Блордрак, даже не представляя насколько прав. — Ты ведь сама Зиэлду упрашивала взять тебя помощницей в лазарет. Она уже отказала другой девушке, так что, будь добра, не опаздывай. И постарайся не путаться у меня под ногами без необходимости!

Ну вот, опять — двадцать пять! Похоже, никаких выводов из нашего разговора жених Лесты не сделал, зря я старалась изъясняться вежливо и доходчиво. Что ж, тем хуже для него.

— Э… послушай, а эту другую девушку как-нибудь можно вернуть? Боюсь, у меня не будет времени на работу — учиться надо, — я сокрушённо развела руками, выражая глубокую степень сожаления. — Найди, пожалуйста, кого-нибудь на замену.

— Что?! — Брови жениха возмущённо подскочили вверх. — Я теперь ещё и подбором обслуживающего персонала заниматься должен?!

— Ты ведь сам не хочешь меня здесь видеть, правильно? Да и я, честно говоря, на тебя сегодня уже насмотрелась. Надолго.

— Чего?! — удивление, возмущение и недоверие смешались в его голосе и взгляде в равных пропорциях.

— Говорю же — упала, ударилась, мозги на место встали. Ну всё, пока, ещё увидимся. Надеюсь, не скоро, — пробормотала я, мысленно прикидывая, не сильно ли переборщила с откровениями? Всё-таки слишком резко выходить из образа Лесты не стоило. Зря я эмоциям поддалась, как бы теперь на повторную проверку не нарваться.

Пока Блордрак молчал, переваривая услышанное, я быстро шмыгнула за дверь, с трудом сориентировалась в переплетении коридоров и нашла выход. Но возле входной двери ждал неприятный сюрприз.

Там Камилия разговаривала с каким-то высоким седовласым мужчиной преклонного возраста в строгом чёрном, наглухо застёгнутом костюме. У старика был суровый вид и неприятный резкий голос. Заметив меня, они замолчали и проводили пристальными неприязненными взглядами.

— Дурная кровь! — Отчётливо услышала я презрительный шёпот мужчины, прозвучавший мне в след.

Блин, да в какой же серпентарий я попала?!

Глава 5

Далеко уйти не удалось просто потому, что я понятия не имела куда идти. Ну что за глупость?! Почему в памяти остались лишь какие-то элементарные навыки и заученная Лестой по учебникам информация, но нет ничего из того, что девушка видела и делала лично? Ни образов знакомых людей, ни знания местности, ни эмоций, которые могли бы дать подсказку — пустота, чистый лист. И как с такими скудными знаниями прикажете ориентироваться? Не возвращаться же теперь к Блордраку с глупым вопросом, где тут школа с общагой?

Расправив порядком помявшееся платье, я со вздохом уставилась на длинную высокую каменную стену, пересекающую всю видимую территорию. Лазарет был словно врезан в неё и находился как бы на границе земель, которые эта стена разделяла. Не нужно обладать воспоминаниями Лесты, чтобы понять — здесь заканчиваются владения школы, а там начинаются земли академии.

Обернулась и в глазах зарябило от всё ещё непривычно ярких красок местной зелени, цветов, бабочек, птиц. Даже у неба здесь был другой цвет — до нереальности пронзительно-голубой и кристально-прозрачный. Вот только никаких красных башенок отсюда не видно. Ну почему здесь нет указателей?! Ладно я, как тут первокурсники ориентируются?

Решила просто идти вперёд, а по пути спросить у кого-нибудь верное направление. К счастью, долго блуждать без ориентира не пришлось, на горизонте появилась взволнованная Санра. Она налетела на меня подобно урагану и утащила за огромное дерево, росшее неподалёку от лазарета.

— Что за наказание! Стоит отвернуться, ты опять во что-то влипаешь! Вышла с занятий, а мне сказали, ты потеряла сознание и загремела в лазарет! — возмущённо выговаривала она. — Ты должна вести себя осмотрительнее!

— Ничего себе заявление! Это всё ваши отвратительные ягоды, в них точно была какая-то отрава, — раздражённо отмахнулась я.

Глаза Санры испуганно округлились.

— Тихо! — шикнула она, снова начав воровато осматриваться по сторонам. — Надеюсь, ты никому об этом не сказала! Кто тебя осматривал?

— Блордрак, — я поморщилась, вспомнив о недавней беседе с «женихом».

— Что?! Ты опять на него нарвалась?! — всплеснула руками расстроенная брюнетка. — Это плохо. Тебе нельзя часто с ним видеться — Никей поймёт, что ты не та, за кого себя выдаёшь.

Если уже не понял. Кажется, я наговорила лишнего, но Санре об этом лучше не знать — ещё больше запаникует. Правда, кое-что лучше уточнить прямо сейчас.

— А если он что-то заподозрит, сможет настоять на повторной проверке?

Её ответ немного успокоил.

— Нет, она проводится только один раз, а потом кристалл снова накапливает энергию до следующей ночи Ёхвы. Но встреч с Никеем тебе лучше избегать.

— Ты не сказала, что Леста устроилась работать в лазарет помощником целителя. Как, интересно, при таком раскладе я могу избегать Блордрака?