Пуля в Лоб (ЛП)

- Клянусь, что ваша щедрость не останется неоплаченной, - трескучим голосом продолжил Гормок. - Если я могу оказать вам услугу, умоляю вас, дайте мне знать.

- Забудь об этом, - сказал Руди.

Вот же идиот! Он глотнул пиво из банки.

- Куда ушел бармен? Я хотел сделать еще один заказ.

- Наш скромный слуга переживает момент печали, - ответил Гормок. - Он хочет пообщаться со своей неверной наложницей.

Руди оглянулся и увидел бармена в той части заведения, где находился телефон. Толстяк внезапно побледнел и повесил трубку.

- Сначала я позвонил управляющему трейлерного парка, - сообщил огорченный мужчина. - Моей подруги там нет. Затем я связался с администратором в мотеле «Наковальня», и он сказал, что моя Стейси провела там час удовольствия… с каким-то долговязым парнем.

- Со статным молодцем, доселе неизвестным ей, - напомнил Гормок. - И с огромными причиндалами.

- Заткнись, урод.

Бармен вернулся к телефону. Бет хранила молчание, но Руди уже размышлял.

- Гормок, как насчет того, чтобы испробовать эту соль на мне.

- Аломансию? - с усмешкой отозвался незнакомец.

- Скажи, кто победит в этом бою? - понизив голос, спросил Руди.

- О, гладиаторы нового темного века!

Гормок взглянул на экран телевизора.

- Найдется ли у тебя курильница? Ясные видения должны порождаться огнем.

- Какая на хрен курильница?

- Это предмет, в котором что-то жгут во время ритуалов, - пояснила Бет. - Не будь таким болваном, Руди.

Игнорируя ее слова, он осмотрелся по сторонам.

- Как насчет этого?

Он взял со стойки большую стеклянную пепельницу с наклейкой шведской команды пловчих в спортивных бикини.

- Возможно, подойдет, - ответил Гормок.

Он насыпал щепотку соли в салфетку и сунул ее в пепельницу.

- Теперь нужна свеча или факел. Или огниво с трутом.

Надеюсь, он говорит о зажигалке. Руди отдал ему свой «Бик». Мужчина поджег салфетку, и та, странно полыхнув ярким пламенем, тут же угасла. Лицо Гормока стало безмятежным. Казалось, он действительно принимал участие в каком-то ритуале. Склонившись к стойке, он вдохнул сизый дым. Руби выжидающе смотрел на него.

- Боец с темной кожей и в светлых трусах, - рассеянно сказал Гормок. - Тот, кого называют Черепахой. Через две минуты он нанесет удар в голову противника и одержит победу.

Руди схватил сумочку Бет.

- Нет! — вскричала его невеста.

- Мне нужно что-нибудь поставить, - проворчал он, роясь в сумочке.

Открыв бумажник, он сердито зарычал.

- Двадцать баксов? Это все?

- Проклятье, Руди! Ты не смеешь…

Он повернулся к кабинке букмекера.

- Эй, Вито? Ставлю двадцатку, что Черепаха одолеет Щуку в этом раунде.

- Больше никаких кредитов, - не поднимая голову, ответил букмекер.

- Наличка, парень. Вот, смотри.

Вито перевел взгляд на экран телевизора.

- Сейчас твоему Черепахе надерут задницу, браток. Ты действительно хочешь, чтобы я забрал твою зелень?

- Кончай, Вито, - взмолился Руди. - Перестань крутить мои шары.

- Ладно, приятель, - пожав плечами, ответил букмекер. - Ты в игре.

Руди посмотрел на экран телевизора и рухнул на стул. Щука танцевал кругами вокруг его парня, нанося ужасающие хуки. Голова Черепахи дергалась назад и в стороны, словно шар на резинке.

- Ты идиот, - простонала Бет.

- Вот! Сейчас! - прошептал Гормок.

Черепаха вслепую нанес удар в голову Щуки и послал противника на канаты…

- Да! - крикнул Руди. - Да, будь я проклят!

Он громко захохотал, когда рефери, встав над Щукой, начал отсчет, а затем объявил победу Черепахи.

- Хорошая ставка, братишка, - сказал Вито, возвращаясь к записям. - Только не забывай о шести штуках.

- Теперь это пять тысяч девятьсот восемьдесят, Вито, - с улыбкой ответил Руди.

- Увидимся в пятницу, остряк.

Вито покинул прокуренный бар. Руди задумчиво покачивался на стуле. Даже Бет, потирая щеку, размышляла о чем-то своем. И Руди догадывался, какие мысли носились в ее голове.

- Как ты это делаешь? - спросил он у Гормока.

- Я - аломансер, - с нелепой усмешкой ответил мужчина. - Я солевой ворожей Четвертого Кенота Нергала.

Дурак ты набитый, - подумал Руди. - Но я все равно люблю тебя. Он по-дружески похлопал Гормока по плечу.

- Может, хочешь пойти с нами? Поживешь у меня некоторое время.

2.

- Кто это? - поморщилась Мона, когда они пришли домой.

Сопливая сучка, - подумал Руди.

- Это наш добрый друг, - ответил он белокурой студентке. - Его зовут Гормок.

Массивная грудь девушки выпирала под блузкой.

- Гормок, это Мона, наша соседка по квартире.

Их гость с восторгом осматривал аппетитную девушку в тугих джинсах.

- Люди плыли бы через моря ради такой красоты! Жрецы взбирались бы на зиккураты!

- Не спеши, Гормок, - сказал Руди. - Мона, ты не хочешь пройти в свою комнату и позаниматься там немного? Нам с этим парнем нужно переговорить.

Девушка не возражала. Она сунула под мышку папку с рефератом: Паунд, Элиот и Сеймур: величайшие поэты нашего века.

- Присаживайся, Гор, - произнес Руди. - Чувствуй себя как дома.

Их гость опустился на потертую софу. Руди заглянул на кухню и крикнул Бет:

- Принеси ему пиво. Кажется, оно понравилось ему.

- Руди, это плохая идея. Не знаю, смогу ли я…

- Заткнись и принеси ему пиво, - вежливо ответил он.

Руди вернулся в грязную гостиную, неся в руках солонку и пепельницу.

- Короче, Гор. Расскажи мне о себе.

На лице его гостя появилась усмешка.

- Я всего лишь скромный солевой ворожей, некогда благословенный Эа, а позже проклятый Нергалом.

- О! - отозвался Руди.

- Я был ашипу, белым и добрым аколитом, но, увы, мне пришлось продать душу Нергалу, несносному богу Эбона. О, как жалок я в своих грехах! Увы, мои сожаления не принимаются в расчет. Отверженный небесами и изгнанный из ада, я обречен на вечные скитания по грязной корке земли. И ныне хожу я, обретая те или иные тела, как сосуды для моего бессмертного духа.

- Хм!

- Господи! - прошептала Бет.

На ее лице появилась гримаса неодобрения. Она сунула Гормоку зеленую банку «Бада».  Да, он знатный чудила, - подумал Руди. Следующий бой - Дженкинс против Клиппера - проходил на западном побережье. Ночное шоу. Ставки принимались до вечера.

- Все это очень интересно, Гормок. А ты можешь повторить свой фокус с солью?

На губах его гостя пузырилась пена от пива.

- Аломансию!

- Ну, да, аломансию. Мне очень хотелось бы знать, кто победит в бое Дженкинса и Клиппера.

Усмешка не сходила с лица Гормока. Он встал на колени на маленький коврик и начал таинственный ритуал, сжигая соль в салфетке и вдыхая дым, который поднимался из пепельницы. Затем он закачался на коленях.

- Воин по имени Клиппер. На шестой стадии конфликта.

Внезапно он рухнул на пол.

- Вот же дерьмо!

Руди и Бет помогли аломансеру подняться.

- Гор! Ты в порядке?

- Слишком много для одного дня.

Гормок говорил, как обкуренный нарик.

- Уложите меня спать, дорогие друзья. Завтра утром я буду в порядке.

- На кушетку, - предложил Руди. - Поднимай его за ноги…

- Куда-нибудь вглубь и вниз, - бормотал Гормок. - Я должен покоиться в глубине, как все проклятые нашипу. Перенесите меня к одному из кенотов.

- Кенот - это дыра в земле, - сказала Бет, вспоминая университетский курс древних мифов. - Там проводили ритуалы, жертвуя девственниц и кастрируя мужчин.

Дыра?

- Подвал! - предложил Руди.

Бет дернула за кольцо, открыла люк, и они потащили бормотавшего гостя по деревянным ступеням.

- Уже лучше. Сладкая тьма.

Они уложили мужчину на старый тюфяк рядом со сломанной стиральной машиной и сушилкой. Пыль поднималась с грязного пола.