Ты теперь мой враг

А я задерживаю дыхание и выдыхаю, лишь когда слышу, как он скрывается в спальне.

Сотрет с лица земли. Ох, как бы не вышло наоборот.

Врать откровенно я не буду, но молчать всё же придется.

Воскресенье на удивление выходит тёплым, я открываю окно в машине, и в салон врывается аромат цветущих деревьев. Трели обезумевших от счастья птиц переплетаются с шумом проезжающих машин. Люблю это время года, каждый раз хочется растянуть весенние дни, остановить, поставить на паузу, но только не в этот раз.

Сейчас мне нужно только одно — чтобы время бежало быстрее, отдаляя меня от недавнего прошлого. Такого одновременно счастливого и уже ненавистного. Ещё год назад всё было по-другому, и казалось, так будет всегда. А потом всё разрушилось, так стремительно, так просто, как будто и не было ничего.

Опасные мысли мгновенно подбираются к заветной преграде, бьются о нее всё сильнее, и я тут же их прогоняю. Время не лечит, знаю это наверняка. Но если стараться переключаться, то можно создать иллюзию сносного существования. Может быть, когда-нибудь справлюсь с тупой болью, а пока что просто принимаю её внутри.

Мы с ней уже породнились.

Я намеренно выбираю длинный путь мимо набережной, медленно проезжаю по когда-то любимым местам, растягивая минуты, слишком быстро я покинула квартиру, словно сбегала от напряжения, которое уже не скрыть. Нужно просто остыть, переварить.

Подъезжаю к бизнес-центру я всё равно раньше, чем мы договаривались со вчерашней клиенткой, и устало откидываюсь на сидение. Мне ждать ещё час.

Достаю планшет и делаю несколько набросков текста, мне нравится моя работа, и несмотря на палки, которые мне судьба умело вставляет в колеса, я не собираюсь бросать свое дело. Какое-никакое, а имя у меня есть. Невольно усмехаюсь, только сейчас понимая, что оно у меня благодаря Демиду, но всё же остальное — моя заслуга.

Помимо привлечения клиентов, нужна упорная работа, и вот уже сарафанное радио разносит по городу положительные отзывы о моей деятельности.

Вот только в последнее время всё катится по наклонной, но я верю, что это временно. После удачного взлёта, кажется, что будешь летать вечно, но шутки судьбы порой очень жестоки, и я делаю всё, чтобы падение оказалось мягкой посадкой перед новым набором высоты.

Снова делаю несколько записей, увлекаюсь так, что не замечаю, как проходит время. Отрываю взгляд от планшета и тут же застываю.

Я вряд ли сплю, но все равно часто моргаю, всё ещё не веря в такое совпадение. Подумать только. Мы то умело избегаем встреч, то сталкиваемся как будто намеренно.

И причина моего недоумения — Демид.

Он вышел из здания и направляется к части парковки на другой стороне от входа, не могу отвести от него взгляд, и не потому что у бывшего неплохая фигура, хотя что есть — то есть: даже со спины видно, передо мной человек достаточно уверенный в себе, но волнует сейчас меня не его прекрасное сложение тела. Офисов здесь достаточно, а всё же мысль мелькает — Демид и сейчас намерен испортить мне проект.

В какой-то момент он оборачивается, что для меня становится полной неожиданностью, не успеваю отвести глаза, и мы встречаемся взглядами. Какое-то время так и смотрим друг на друга, застыв.

Почти уверена, что он может повторить вчерашние угрозы, Бронский явно недоволен, но ведь я на его территорию не ступала. Это не его центр, и даже если он помещения вдруг приобрел, откуда бы мне это знать?

Демид качает головой, мгновение и он отворачивается. Вскоре от парковки отъезжает чёрный джип, и только когда он скрывается из вида, меня отпускает.

Поднимаясь на нужный этаж, уже представляю, как Ирина извиняется и говорит, что сотрудничество нам придется прекратить. Уже не раз такое наблюдаю с прочими клиентами, поэтому вчерашние сомнения о причастности бывшего к моим неприятностям приобретают чёткие формы.

Только вот какого чёрта ему во что бы то ни стало необходимо меня окончательно размазать? Ему мало?

— Здравствуйте, Лика, — растягивает губы в улыбке Ирина, а я подозрительно вглядываюсь в её лицо, примерно предполагая, что за этим последует. Мне даже кажется, что в кабинете я чувствую знакомый аромат парфюма, терпкий, дерзкий, с древесными нотами сандала и амириса, Демид не изменяет своим вкусам, но быть может это всего лишь мираж? Я просто так себя накручиваю?

Продолжаю искать в поведении женщины подтверждение своих домыслов, но Ирина как ни в чем не бывало продолжает беседу. Единственное, что смущает — тренинги пройдут в другом месте, и нужна подготовка, поэтому мероприятия сдвигаются. Когда все условности оговорены, складываю бумаги в папку и решаюсь на личный вопрос:

— Вы знаете Демида Бронского? — смотрю в упор, по-привычке вылавливая невербальные признаки ответа на прозвучавший вопрос. Но получаю словесные.

— Знаю, — кивает она, а я напрягаюсь. — Он довольно успешный дизайнер и влиятельная личность в нашем городе, мы заказываем в его компании проекты.

Пояснение Ирины выглядит естественно, но женщина явно скована.

— Это имеет какое-то отношение к нашему делу?

— Он мой бывший муж, — говорю прямо, наблюдая, как Ирина поднимает брови. А вот это явно для неё не новость, хоть женщина и старается сделать удивленный вид. Ручку в руках только не перестает крутить, слишком уж тщательно проворачивая. Однако эта информация может означать, что угодно.

Конечно, мы никогда не скрывались, и то, что были в браке могло быть известно вполне.

— Видела, как он выходил из здания, — поясняю, облегчая ей задачу. — Так вот, скажите Ирина, то, что мы переносим старт марафона, не связано с его появлением? Есть ли у нас проблемы по этому поводу?

Ответить женщина не успевает, её мобильный звучной мелодией оповещает, что некто претендует на её внимание, и бросив взгляд на экран, она поднимает на меня глаза.

Неподдельное удивление заставляет и меня посмотреть на телефон, который лежит совсем рядом. И хоть Ирина быстро его хватает, успеваю заметить, что контакт мне знаком.

На экране светится «Бронский».

Мелодия ещё звучит какое-то время, пока неловкая ситуация не достигает своего пика: ответить Ирина, видимо, просто не может, по крайней мере, при мне. Звонок прекращается, а я встаю с места:

— Дайте знать, если что-то изменится, — говорю, уже догадываясь, что ещё один успешный проект под очень большим вопросом.

Она лишь кивает, так и не двигается, пока покидаю офис, и только оказавшись на свежем воздухе, выдыхаю. Меня начинает не на шутку злить эта ситуация: какого чёрта он делает?

Зачем?

Сидя в машине, верчу в руках телефон: нет, звонком тут не обойтись, но и встречаться с Демидом желания нет никакого. Тем более вчера он дал понять, чем может закончиться наша встреча. Я, конечно, до сих пор не верю, что Бронский может причинить мне вред физически, но и в то, что он выживать меня из города будет когда-то не подозревала. А вот теперь сомнений нет — не только будет, но уже и всё делает для этого.

Вздыхаю, ещё больше утверждаясь в том, что бежать не стану. Пусть хоть всех клиентов настроит против меня, я найду выход — и не подставлю вторую щёку для его безмолвной пощечины.

Уже подъезжая к дому, слышу сигнал входящего и, увидев контакт на экране, изумленно поднимаю брови: ну прямо, что ни день — то новое потрясение. Звонит Оксана — когда-то мы неплохо ладили, ровно до тех пор, пока всё в моей жизни не пошло под откос.

Нет, она пыталась какое-то время создавать видимость дружбы, мы не ссорились, не выясняли отношений, но всё же так вышло, что при разрыве с Демидом, оказалось, не такие уж мы и подруги. Она приняла его сторону.

Так бывает: живешь в своем привычном мире, и дальше своего носа не видишь. В общем, с Оксаной мы общаться перестали, а вот с моим бывшим она неплохо ладит, первое время я следила за социальными сетями и видела фотографии с мероприятий, где присутствовали оба. А потом добавила всех в черный список, чтобы не попадались на глаза даже.

— Привет, не отвлекаю? — начинает осторожно Чистякова, когда я решаюсь ответить. Всё же интересно, ей что понадобилось от меня? — Ты же ещё занимаешься своими консультациями?

— Нет, индивидуальные занятия не беру.

— Серьезно? А как же дело всей твоей жизни? Методическое пособие-то написала?

Она практически усмехается, но я не собираюсь развивать тему:

— Оксан, ты что-то ещё хотела?

— Помочь, — быстро отвечает она. — Одному человеку. Ему нужен жесткий отбор персонала, тесты и всякая подобная ерунда, ты же знаешь. Между прочим, я тебя советовала, как лучшего специалиста в своем деле.

— Я не менеджер по набору персонала.

— Но…

— Спасибо, но меня это не интересует.

Возникает неловкая пауза. Я собираюсь прямо сейчас положить трубку, но слышу, как Оксана вздыхает:

— Лик, он богат. И заплатит любые деньги.

— Тогда пусть наймет команду профессионалов.

— Он и наймет, если ты откажешь.

Она немного помедлив, называет сумму, и теперь я округляю глаза. Нет, я мнение свое не изменю, но всё же странные цифры, учитывая обычный отбор.

— Может, он случайно нулем ошибся?

— Нет, Лика. Мирослав Юдин — человек серьёзный. В общем, не советую тебе отказываться, дай знать, если передумаешь. Есть люди, которые готовы платить, лишь бы был результат. Для них нули — всего лишь средство достижения целей.

— Он не единственный такой, — усмехаюсь в трубку. — Иногда нули решают всё.

— Лик, — зовет меня Чистякова, а у меня внутри всё сжимается. Чувствую, что сейчас разговор коснётся запретной темы, и закрываю глаза, готовясь в любой момент отключиться. — Не злись на меня, ладно? Я не знала про них… А когда узнала…

— Оксан. Я всё и раньше слышала. Это в прошлом.

Она не продолжает. Я собираюсь уже прощаться, но бывшая подруга снова пытается завязать разговор:

— Может, сходим куда-нибудь на днях? Кофе выпьем?

— Это необязательно.

— Ладно, — говорит в итоге, вздыхая. — Только обязательно подумай, я правда хочу помочь.

Она отключается, а я ещё какое-то время пялюсь на экран.

Это очень мило с её стороны, только где она была, когда мне так нужна была поддержка?

Не нужны мне такие посредники, а выгодные проекты я сама как-нибудь разыщу.

Глеба застаю в кухне, надо заметить он очень забавно смотрится у плиты, рассматриваю его широкую спину, как он дергает плечами, что-то помешивая, и невольно отмечаю, что он сейчас расслаблен, даже напевает себе под нос мотив какой-то песни.

Астахов вдруг резко оборачивается и замирает на мгновение:

— Ты меня застала врасплох, — всё же растягивает он губы в улыбке. Кажется, у него хорошее настроение.

— Столько тебя знаю, но даже не подозревала, что ты умеешь готовить.

— У меня ещё много талантов, — усмехается он и добавляет: — Но готовка к ним не относится.

Он откладывает деревянную ложку, а я подхожу ближе, внимательно его рассматривая. Из взгляда исчезли утренние упрёки, возможно, видимое спокойствие даётся Глебу нелегко, но я ценю, что он старается.

— Я бы пригласил тебя в ресторан, но мой вид — не самое лучшее зрелище для окружающих.

— Ещё существует доставка, — говорю, переводя взгляд на плиту. Пользуясь тем, что оказываюсь в опасной близости, Глеб притягивает меня в себе, упираюсь ему ладонями в грудь, а он так просто целует меня в нос, и немного отстранившись, шепчет:

— Хотел тебя удивить.

— Тебе это удалось.

Он так крепко держит меня в своих объятиях, что я сдаюсь.

Мы на время отодвигаем все вопросы и проблемы, запретных тем не касаемся, и внешне может показаться даже, что у нас всё хорошо — мы самая обычная пара, коротающая воскресный вечер в романтической обстановке, лишь синяки и опухлости на теле Глеба оповещают, что за пределами квартиры жестокий мир.

И возвращаться придется, потому что как я ни пытаюсь, а мысли о странностях, которые творятся вокруг, прогнать совсем не получается.

И всё же Ирина так и не звонит, не отменяет тренинги, и даже присылает на почту форму договора. Даже предлагает прямо завтра увидеться в кафе на набережной, чтобы обсудить новые идеи.

Может быть, она не послушала Демида?

Есть же на свете люди, которые не подчиняются приказам свыше, и, может быть, не на всех можно повлиять, даже имея связи?

Как я ошибаюсь, узнаю лишь на следующее утро. Просматривая ленту местных новостей за вчерашний день, вижу кричащий заголовок и быстро перехожу по ссылке.

Из рук выпадает чашка и несколько капель попадает на клавиатуру ноутбука, успеваю вытереть чуть было не случившуюся катастрофу. Впрочем, катастрофа произошла. Только автомобильная.

«Не справилась с управлением».

«Пострадали несколько человек».

«Против водителя возбуждено уголовное дело».

Я бы, может, и пролистала дальше, автомобиль мне не знаком, да и лицо женщины, которая была за рулем, размыто, однако странное совпадение, что на ней костюм точь-в-точь, как на Ирине вчера.

Глава 3

— Всё хорошо? — слышу голос Глеба и вздрагиваю от неожиданности; настолько шокирована статьёй, что не замечаю, как он входит в кухню.

Сегодня Астахов выглядит намного лучше: на нём тёмные брюки, серая рубашка, если надеть солнечные очки, то не сразу заметны синяки, хотя, конечно, от своего обычного вида он далёк. Качаю головой, потому что ничего не хорошо, а Глеб подходит ближе и обращает внимание на экран, наклоняется, пробегая взглядом по строчкам.

— Я так понимаю, напугало тебя не объявление, что известная актриса родила пятого? — довольно мрачно спрашивает Глеб, указывая на объявление рядом с кричащим заголовком, теперь я просто киваю и снова перевожу на него взгляд.

— За рулём моя клиентка. Мы говорили с ней вчера. Точнее, я не уверена, что это она, но должна проверить.

— Судя по статье, женщина под наблюдением медиков. Ты переживаешь за её здоровье? Могу тебя отвезти, мне сегодня как раз в ту сторону.

— Дело не только в этом.

— Пешеходы в тяжелом состоянии доставлены в больницу, но тоже живы. Кого-то из них знала? Тут даже имён нет.

— Глеб, — вздыхаю, начиная складывать в голове пазл. Мне не по себе от одной только мысли, что я могу быть права. Что это не случайное происшествие, и Ирина стала жертвой из-за меня.

— Что-то ещё?