– Вперед! – сказал Тоби, и впереди всех оказались Бенни с Завитком и Бинки. – Сейчас навьючимся и потащим все на холм. Потом выберем место стоянки, так?.. Как бы я хотел пожить там с вами! Но на ферме столько работы…

Бедняга Тоби! Не придется ему в эти каникулы ночевать в палатке, не придется, откинув полог, смотреть из нее вверх на мерцающие в темноте звезды… на другие миры…

ЛУЧШЕЕ В МИРЕ МЕСТО ДЛЯ ЛАГЕРЯ

Тоби провел их к ближайшему сараю. Мальчики зашли туда, а девочки остались снаружи. Бинки и Тимми тоже не пошли глядеть на снаряжение, а принялись носиться друг за другом по двору, как школьники на перемене.

Джулиан и Дик одобрили то, что отобрал для них приятель: два тента, веревки, колышки, матрасы. Тенты хорошие, не рваные, хотя в такую погоду они могут и не понадобиться: чем плохо спать на открытом воздухе, на постели из вереска?.. Конечно, подстелив что-нибудь и накрывшись до самого носа.

– Молодчага, Тоби, – одобрил Джулиан, – сразу виден опытный турист. Даже чайник и сковородку не забыл.

– А еще кастрюлю, – гордо сказал Тоби. – Может, захотите супчиком побаловаться.

– Захотим, – согласился Дик.

Тоби водрузил кастрюлю на светлые кудри вертящегося тут же Бенни, и она очень подошла к его задорной физиономии. Однако сам Бенни не оценил своей красоты, а набросился с кулаками на старшего брата, что очень испугало поросенка, и тот с визгом выскочил из сарая. За ним, с кастрюлей на голове, помчался Бенни, но не догнал.

Энн освободила мальчика от повисшего на ушах головного убора, и тот снова кинулся на Тоби.

– Противный! – кричал он. – Из-за тебя Завиток насовсем убежал.

– Найдется твой Завиток, не кричи, – отстраняя его, спокойно говорил Тоби. – Спорим на что хочешь, он сидит за домом и ждет тебя. Пойди посмотри.

Бенни сразу же помчался туда на своих толстых ножках, а Тоби сказал с облегченным вздохом:

– Отделались от него хоть на несколько минут… Как думаете, ничего не забыли? Фонари, спички, свечи?

– Мы взяли, – сказал Дик.

– Ты положил несколько одеял, это хорошо, – сказал Джулиан. – Погода может в любой момент перемениться. Мы-то уж знаем это. С морем шутки плохи.

– Если пойдет снег, спускайтесь вниз и возьмите еще одеял, – сказал Тоби. – У нас их навалом… А теперь давайте грузиться.

Сначала попробовали уместить все на велосипедных багажниках, но из этого ничего не вышло, как ни старались, и тогда Тоби притащил из сарая ручную тележку.

– Велосипеды ни к чему, – решил Джулиан. – Только лишний груз.

– Конечно, оставляйте здесь, – сказал Тоби. – С ними ничего не случится… Разве Бинки прокатится разок-другой… Ладно, все погрузили?.. Чуть не забыл: мать приготовила вам пакет с едой… Сейчас притащу.

– Спасибо ей! – крикнул вдогонку Джулиан. – Ну, леди и джентльмены, – обратился он к своим спутникам. – Первая часть путешествия окончена. Начинается вторая, самая главная… А лагерь разобьем повыше на холме, верно? Чтобы видеть окрестности.

– Все пять графств, – сказал Дик. – А может, и больше.

Тоби вернулся с огромным пакетом.

– Здесь ветчина, свежие яйца, хлеб… – начал он перечислять.

– Спасибо, спасибо! – закричали все. – Остановись, а то мы до темноты не тронемся с места.

И тут к ним подбежали запыхавшийся Бенни и розовый веселый Завиток. Бенни протянул корзиночку со спелыми ягодами клубники.

– Сам собрал, – сказал он и отдал корзинку в руки Энн.

– Чудесные ягоды, – сказала та. – Самые вкусные в мире!

– Сначала попробуй, потом говори.

– Ребенок прав, – заметил его брат.

– Я тоже к вам приду, ладно? – сказал Бенни. – И Завитка возьму. Он никогда не был на холме.

– Конечно, приходи…

– Теперь уже все уложено? – нетерпеливо спросил Джулиан. – Тогда в дорогу.

– Ой! – крикнул Тоби. – Там еще молоко мать наливает! Подождите…

Две бутылки с молоком были поставлены в угол тележки, и на этом сборы закончились.

– Старт! – скомандовал Джулиан.

Он и Дик взялись с разных сторон за ручки тележки и покатили к воротам. Впереди них шествовали Тим и Бинки, все остальные – сзади. Бенни тоже дошел с ними до ворот и собрался идти дальше, но Тоби остановил его.

– Ты же знаешь, мама не разрешила, – сказал он.

– А почему… – начал Бенни и приоткрыл рот, чтобы удобнее было заплакать, однако Тоби его опередил, сказав:

– Потому что маленькие должны рано ложиться. И Завиток тоже. Иначе завтра не сможет с тобой играть.

Похоже, Бенни убедили слова брата: он немного подумал, закрыл рот, взял поросенка на руки и снова открыл рот, но лишь для того, чтобы сказать гостям «до свидания».

– Он ничего паренек, – сказал Тоби, когда уже вышли за ограду и начали подниматься по склону. – Только плакса и слабак.

– А как он тебя колотил, когда ты напялил на него кастрюлю! – сказал Дик. – Настоящий кикбоксинг.

– Зачем ты так? – спросила Энн.

– Воспитываю в нем бойцовские качества, – объяснил Тоби.

И он впрягся третьим в тележку, так как подъем становился круче.

– Не нужны ему эти твои качества, – сказала Джордж. – Зато как он животных любит!

– Да, они у него любимцы. До поросенка овечка была, ходила за ним как привязанная. А еще раньше – два гусенка. На верхний этаж дома за ним шастали.

– Может, он будет знаменитым зоологом, – сказала Энн.

– Или дрессировщиком…

Они поднимались по тропке, протоптанной овцами, и если те не испытывали при этом никаких трудностей, то про наших путников такого не скажешь. Даже разговаривать стали меньше. Тележка то и дело наталкивалась на камни и валуны, шаталась из стороны в сторону, и чтобы удерживать ее и тащить вверх, нужны были уже не три, а четыре или пять пар рук.

– Сколько еще подниматься? – спросил Тоби. – Вы что, хотите на самый верх?

– Почти, – ответил Джулиан. – Но давайте остановимся и отдохнем. Только тележку надо развернуть, чтоб не скатилась обратно, к вам во двор…

Они уселись на склоне, отдышались и стали озираться кругом. Вдали, в фиолетовой дымке, высились ряды холмов; холмы виднелись и поближе, но уже зеленого цвета. Среди зелени золотились лютики. На пологих местах поднимались колосья зреющей пшеницы. Серебристыми нитями вились по склонам ручьи; темно-зелеными, почти черными казались участки леса.

– Что там внизу? – спросила Джордж, показывая на огромное пустое поле с какими-то навесами по бокам.

– А, это аэродром, – сказал Тоби. – Вы не знаете? Очень секретный. Они испытывают какие-то особые самолеты. Я все про них знаю, потому что там служит наш родственник. Он капитан авиации. Когда приезжает к нам, такое рассказывает!

– Какое?.. Например? – спросила Энн.

– Ну… разное… Всего не вспомнишь… Только вы не пугайтесь, если услышите страшный гул, вроде взрывов. Это они испытания проводят.. Мне рассказывали.

– Хорошо бы на летном поле побывать, – сказал Дик. – Обожаю самолеты. Обязательно буду летчиком.

– Тогда познакомься с моим двоюродным братом. Он тебе такое порасскажет! Сейчас не могу всего вспомнить…

– Пошли, поздно уже, – сказал Джулиан, поднимаясь. – Еще немного по склону, и все…

Энн и Джордж вызвались пойти вперед, чтобы выбрать самое удобное место, пока мальчики будут еле-еле тянуть тележку по пружинистому вереску. Овечьи тропы уже закончились.

Но подходящее место нашли не девчонки, а Тимми! Он давно хотел пить и вот услышал вдруг (и унюхал), что где-то совсем близко влага, и побежал туда.

Это оказался горный ключ, который выбивался из-под скалистого выступа. Он струился сначала по каменному ложу, а затем врезался в густой кустарник, где его путь был обозначен изгибами зарослей тростника. Все это сумела приметить Джордж своими острыми глазами и закричала;

– Джулиан! Только посмотри, что отыскал Тимми! Лучше места не найти в жизни!

– Ты права, – согласился Джулиан, когда осмотрел все сам. – А что скажут другие?

Другие сказали то же самое, и вскоре тележка была подтянута к этому месту и началась выгрузка багажа. Палатки решили пока не ставить, всем хотелось провести эту ночь под открытым небом, чтобы видеть все до одной звезды Восточного полушария.

Энн вынула пакет с едой и стала думать, где же устроить для нее «холодильник». Пройдя немного вдоль ручья, она обнаружила в одном из его уступов небольшую пещеру, куда не затекала вода. Однако, срываясь сверху, она образовывала как бы водяную дверцу, сквозь которую нужно было прорываться, чтобы ставить или доставать продукты. Но ведь это хорошо: всегда будут холодные, как сам ручей! О таком холодильнике можно только мечтать – без всякого электричества и никогда не испортится. Вечный холодильник!

Не теряя времени, Энн стала заполнять его продуктами и, разумеется, немного вымокла. Джордж предложила повесить рядом с «холодильником» купальное полотенце, а еще лучше целую простыню.

– Нечего смеяться, – сказала Энн. – лучше объясни своему Тимми… видишь, он уже нацелился… что сюда нельзя лазить без разрешения… А, ему не понравилось, что тут вода!.. Тимми, не отряхивайся рядом с нами, отойди подальше!..

Тоби сказал, что должен идти, он уже опаздывает к ужину, но завтра обязательно придет, когда будет время. Бинки помахал хвостом на прощанье, два раза пролаял (с помощью эха получилось четыре раза); они стали спускаться по склону и скоро исчезли из вида.

Пятеро остались одни. Они поглядели друг на друга, и все одновременно улыбнулись. (Тимми тоже – он умел это делать.)

И возможно, все одновременно подумали: конечно, Тоби и Бинки – хорошие ребята, но, когда Пятерка вся вместе, нам больше никого не надо… На какое-то время…

ПЕРВАЯ НОЧЬ. УТРЕННИЙ ПОСЕТИТЕЛЬ

– … Интересно, который час? – сказал Джулиан. – Ого, уже около восьми. А еще так светло… Устали, признайтесь?

– Еще бы, – сказал Дик.

Девочки тоже не стали притворяться очень бодрыми, даже Тимми издал усталое «гав».

– Просто еле ноги передвигаю от этой езды, – признался Дик. – Да еще после того, как исполнял роль вьючной лошади.

– Не вьючной, а тягловой, – уточнил Джулиан. – Мы ведь тянули груз в гору.

– А потому заслужили легкий, но питательный ужин, – сказал Дик и кинул взгляд в сторону «холодильника». – Предлагаю закусить, а потом разложить матрасы и пледы прямо на земле и отойти ко сну, как пишут в книжках. В палатках будет душно в такую теплую ночь.

– Принято, – сказал Джулиан. – Энн, какое меню предлагаешь?

– Хлеб с маслом и крестьянский сыр, – без запинки ответила Энн. – А на добавку по два помидора и клубника, которую преподнес Бенни. И по стакану молока.

– Волшебно! – сказал Джулиан. – Лучше не бывает. Вы, девочки, раскладывайте еду, а мы с Диком приготовим постели. Чтобы сразу бухнуться и получить полный кайф! Скажу честно, если я сяду сейчас или лягу, то больше уж никогда не поднимусь!

– Я тоже, – сказал Дик.

Они отправились выбирать место для «спальни» и вскоре нашли его возле огромного куста дрока, широкого, пышного, усеянного желтыми цветами. Под ним густо и плотно стелился вереск – лучший на свете природный матрас. Дик испробовал его собственным телом и остался доволен.

– Лучше не бывает! Уснем, как суслики. Даже можно ничего не подкладывать… Ох, помоги встать, Джулиан! Ноги совсем не держат.

Джулиан не отказал брату в помощи, и они крикнули девочкам, чтобы те подходили сюда и тащили еду – тут будет у них и столовая, и спальня.

Они опять неплохо закусили; на свежем воздухе, под закатными лучами солнца – было тепло и светло, не понадобилось ни свитеров, ни свечей. Транзистор они не включали – рокот ручья вполне заменил им на этот вечер любимую рок-музыку.

– Спокойной ночи, – сказал Дик и тут же провалился в сон, как в темную яму.

Джулиан нашел в себе силы несколько секунд полюбоваться открывающимся отсюда простором – темнеющими далями, и потом тоже уснул.

Тимми в течение некоторого времени мешал девочкам сделать то же самое – толкая их и пытаясь втиснуться между ними, и Джордж была вынуждена напомнить ему, что его дело, собственно, не спать, а сторожить; хотя она и уверена, что им ничего не грозит, но все-таки… А если будет хулиганить, придется прогнать его с матраса.

– Так что лежи спокойно, если не хочешь..

Она не договорила и уснула на середине фразы.

Энн продержалась дольше всех. Она лежала с широко открытыми глазами, уставясь на яркую вечернюю звезду, которая так странно выглядела на янтарного цвета небе. Девочке было спокойно и хорошо в эту минуту. Даже подумала, что, наверное, это и называется «счастье» и ничего лучшего не может быть в мире, чем когда рядом – друзья и всем хорошо… «Я не хочу становиться взрослой», – сказала она самой себе. И с этой мыслью уснула.

Незаметно подошла ночь, множество звезд засверкало на темном небе, тишину нарушало лишь журчание ручья да отдаленный собачий лай. Наверное, Бинки у себя на ферме. Но и он вскоре уснул, и легкий ветер, овевавший холм Билликок, тоже затих.

Никто из Пятерки, кроме Тима, ни разу не просыпался в эту ночь. Все спали без задних ног и не слышали ничего. Но Тимми слышал все. Он настораживал ухо и приоткрывал глаз на любой шорох, шуршание, треск. Он слышал, как с легким скрипучим клекотом высоко над ним пролетела маленькая сова, начиная ночную охоту за насекомыми… Потом он опускал подрагивающее ухо и снова закрывал глаза. Но ненадолго.

Никто, кроме Тима, не пошевелился в эту ночь. Но все сразу вскочили, когда рано утром над холмом разнесся жуткий рев. Р-р-р-р!.. Они испуганно сели на матрасах и пледах, протирая глаза, не понимая, где они и что происходит.

– Да это же самолет, – сказал наконец Джулиан, тыча пальцем вверх. – Наверно, один из тех, с того аэродрома… Ой, уже пять минут десятого! Ну и заспались мы! Почти полсуток.

– Я, пожалуй, посплю еще, – Дик нырнул под одеяло и повернулся на бок.

– Нет, не поспишь! – Джулиан перевернул его на спину, сдернул покрывало. – Такой отличный день сегодня. Не будем тратить его на сон… Девочки, вы как? Проснулись?