Царица львов-оборотней

— Гарда! — сказала непослушным ртом.

— Она еще не может, — и меня сильнее прижали к груди.

Я даже чуть замурлыкала от удовольствия.

— Ничего, пока будет идти, быстрее действие пройдет. Да отпусти ее! — Гарда дернула за руку. — Вспомни, как ты быстро в себя пришел, когда на нее напал.

И меня тут же поставили на пол! Я ей это припомню. Так хорошо продолжился побег на ручках такого мужчины и преданная подруга все испортила.

Ощутила землю под ногами, и меня тут же повило, закачало. Теплые мужские ладони тут же подхватили за талию. А так тоже приятно, пусть.

— Мар, посмотри вокруг, где твой самолет? — задала вопрос подружка.

Подняла голову и оглянулась. В моем поле зрения было три самолета и один из них мой.

— Этот, ты, что не знаешь? — взмутилась на нее.

— Вот и приходит в себя, — усмехнулась подружка.

Меня обняли мужские руки, и повели к моему маленькому спортивному самолетику.

— Теперь здесь должна быть засада, — спокойно произнесла Гарда.

Меня тут же руки отпустили и на травку посадили. А ведь в ней могут быть те самые обещанные паучки! Совсем подруга не жалеет мою нервную систему.

Засада действительно была. Стали различимы звуки борьбы, я пыталась сфокусировать взгляд, чтобы найти наших и врагов. Враги стали прилетать в мою сторону и укладываться беспорядочно. Как то даже неудобно стало. С трудом поднялась и стала ровнять, чтоб рядочками лежали.

— Мар? — полувопросительно произнес лев.

— Вот как-то так, — развела руками, еще немного пошатываясь. — Что они там в этом санатории хотели, что меня так колбасит до сих пор? Брр.

Самолет взлетел спокойно, за штурвалом стоять не надо, а руки слушались уже нормально. Гарда оказалась права, как только начала укладывать побежденных противников, из меня быстрее стали выходить токсины. Платье откровенно мешало, но я его просто не жалела, хотя представляла его стоимость.

Гарда с горным львом сидели позади. Ночное небо окружало нас. Во тьме лететь все же не очень приятно, хотя подсветка приборов и навигатор всегда покажет правильное направление. Вот что мне не очень нравилось так это стремительно уменьшающееся количество горючки в баке. Стрелка стремилась к нулю.

— Горючка подходит к концу, — обеспокоенно обернулась на своих соратников побега.

— Что есть по курсу? — тут же подалась вперед Гарда.

— Деревни, — пожала плечами.

— Лучше бы города, там мы меньше привлечем внимание. Смотри по карте, — Гарда была спокойна.

— Вот тебе карта, сама смотри, — протянула ей.

Они вдвоем со львом склонились и водили пальцами в полумраке. Обернулась на них — сидят впритирку, на одном кресле, как еще поместились? Лев закинул руку за спину Гарды, и они сидят полуобнявшись, фыркнула недовольно.

— Скоро небольшой городок, дотянем? — Спросила Гарда, не замечая неудобства от близкого сидения с горным львом.

— Дотянем, — буркнула ей, рассмотрев карту.

Взяла себя в руки. Как бы они там могли еще разместиться? Что за глупая ревность? И что такого в этом льве, чтобы на подружку обижаться? Он нам нужен как проводник, и что из того, что прекратила бой на арене? Он сам сказал: «Зря». Так что никакой благодарности с его стороны или почтительности, согласно моему царскому сану, он не испытывает. А Гарда девушка очень даже привлекательная. На этом месте скрипнула зубами.

Снова берем себя в руки, а то самолет уже начинает нырять носом от моих эмоций. Или не от этого? Бак почти пустой, а мы еще не долетели до города, огней не видно.

— Можем не дотянуть, — через плечо сказала пассажирам.

— Тогда садись нормально. Аварийная посадка не нужна, тут же решила Гарда.

Сверившись с навигатором, определила, где ближайшее шоссе, и направилась туда. Легкий самолет два раза подскочил на асфальте и поехал ровно, мотор чихнул и заглох — горючка кончилась.

— Вовремя, — первый раз за весь полет сказал лев.

— Да уж. Вылазием и толкаем самолет в ближайшие кусты, — командовала Гарда.

Кажется, она одна кто в этой ситуации не потеряла голову и соображала, что нужно делать. Полной темноте осмотрелись и стали толкать спортивный самолет в кусты, надеясь, что его как можно дольше не найдут. Накидали веток сверху, стараясь прикрыть все что можно, и отправились в сторону города пешком, предварительно сверившись с навигатором в самолете и картой, которую прихватили с собой.

Вскоре мне надоело идти на каблуках, и я сняла узкие туфли. Гарда шла рядом, старательно всматриваясь вперед и настороженно поглядывая вокруг. Замыкал наше шествие горный лев.

Идти пришлось долго. Это на самолете не долетели десять минут, а тут притопали к окраине только к рассвету. Хотя, возможно, это к лучшему. Гарда втянула воздух и махнула рукой на стоящий стороне сарай. В нем было пусто, можно было спокойно располагаться.

— Вы остаетесь здесь, я отправляюсь в город вам за одеждой, — сообщила Гарда.

— Почему ты? — Поинтересовалась у нее.

— Потому что ты в свадебном платье, а он в больничной пижаме. И твое лицо хорошо известно. — Сказала мне как маленькой Гарда.

— Поесть что-нибудь купи, — буркнула ей.

— На быстрое питание не надейся, только здоровая пища, — подмигнула мне подружка и закрыла за собой дверь.

Мы остались в темноте сарае вдвоем с горным львом. Звериное зрение помогало осмотреться. Выбрала уголок с накиданным сеном и направилась туда.

— Ты не боишься крыс? — уточнил горный лев.

— Боюсь, — обреченно махнула рукой и пошла дальше.

— Ааа … — договорить он не успел.

Я взвизгнула от вида двух здоровенных крыс, вылезших из того угла, куда я собралась, и в два прыжка оказалась на плечах горного льва.

— Удобно? — пробубнил из-под платья.

— Не-не очень, — заикаясь, ответила ему, туго соображая, что голова льва у меня под платьем.

— Слазь, — Он потянул меня вниз.

— Там крысы, — шепотом проинформировала его.

— Они твоего визга испугались и убежали, — пробубнило оттуда же.

— Откуда ты знаешь? — с сомнением всматривалась в подозрительный угол.

— Чую. Слазь! — рявкнул на меня лев.

Мне показалось, что встретиться с двумя пусть и огромными крысами не так страшно, как если горный лев меня покусает там, под платьем. Руки подхватили и помогли слезть на пол, с наименьшими потерями для моей скромности. Ну и что, что иногда хожу в шортиках перед мужчинами? Сейчас же я в платье до пола. Стыдливо поправляла на себе юбку свадебного наряда. Если размотать ткань, из нее можно роту солдат одеть. Правда, смешно бы они смотрелись в золотой парче в цветочек, но я же не о дизайне сейчас говорю.

Косилась в полумраке на льва. Он старательно делал вил, что ничего не произошло.

— Там никого нет, — показал на угол, где можно присесть.

Внимательно присмотрелась, никто подозрительный не шевелился, паучков в такой тьме все равно не разглядишь. Я смело шагнула вперед и наступила на грабли. Черенок с космической скоростью впечатался в нос и переносицу, а острый зуб грабель вонзился в голую подошву стопы. Вокруг стали расплываться радужные круги.

Громкое «БУМ» и мое «А!» раздались слаженным дуэтом.

— Грабли почувствовать не мог, — извиняющимся тоном сказал лев и потянул к себе.

Черенок с громким бряконьем упал на пол, снова зарывшись в солому на полу, затаившись в засаде.

В результате меня подняли на руки, покружились по кругу и смело шагнули в сторону. Я зажмурилась. Этот темный сарай таил в себе столько неожиданностей, что уже было невозможно представить, что еще могло нас ожидать. Все прошло нормально — лев спокойно опустился на тюк соломы и усадил меня к себе на колени.

— Покажи, — спокойно произнес мужчина, взял мое лицо в ладони и стал рассматривать ушибленный лоб. — Хм… — многозначительно произнес он.

— Что? — испуганно спросила его, боясь дергаться.

— Тональным кремом не отделаешься, точнее тонной. Придется еще прикупить, — и вот почему-то мне послышалась скрытая насмешка в его словах.

— Издеваешься? — обиделась на него.

— Да где уж! Через полчаса у тебя будет два замечательных фонаря на обоих глазах, как у очковой кобры, — веселого тона он уже не скрывал.

Я обиженно подскочила на ноги с его колен и завыла от боли, хватаясь за продырявленную ногу.

— Садись, — дернул меня обратно этот грубиян. — Показывай! — приказал он.

Качнула больной ногой, на этом я считала мое участие в показе места ранения вполне достаточное. Оказалось, нет. Мужские руки уверенно стали задирать подол выше колен. Выглядело это чрезвычайно эротично, невольно задержала дыхание.

Теплые ладони стали ощупывать поврежденную ступню. В нужном месте ойкнула и прикусила губу. Он оглянулся.

— Больно? — сочувственно спросил.

— Угу, — тут же согласилась, пытаясь рассмотреть, как из раны льется кровь.

— Сейчас, — меня опрокинули на спину и задрали ногу вверх.

Я себе представила ужасную рану, из которой хлещет кровь, и ее невозможно остановить. Уже постанывала под его пальцами, представляя все ужасы.

— Хм … — снова этот сомнительный вердикт ветеринара. — Жить будешь просто ушиб!

— Как ушиб?! — возмущенно воскликнула в ответ и стала быстро поднимать юбки выше. — Ну, где ушиб? Где?

— Вот, — лев спокойно вывернул мне ступню, чтобы я могла удостовериться.

Крови не было — это я заметила сразу.

— Но ведь больно! — всхлипнула от его легчайшего прикосновения.

— Ушиб, у оборотней быстро заживает. Или ты никогда по лесу не бегала? — спокойно спросил этот коновал, поднялся и шлепнул меня на свое место, как будто я ему селянка какая!

— Не бегала! — возмущенно ответила ему. Зачем? Если есть беговые дорожки, — пыталась привести в порядок свой подол. Насмотрелся на царские ножки, а теперь швыряется царской персоной, невежа.

— Как же ты жизнь прожила? — искренне удивился он.

— Нормально, во дворце, — огрызнулась ему.

Сидеть было колко, но вставать не собиралась, мало ли где еще эти грабли лежат? Кстати, а где они? Обвела взглядом пол, вот вроде они. Интересно Гарда их не заметит? Рассуждая на этим вопросом, решила устроить эксперимент — положила грабли так, чтобы когда заходишь, первым делом на них наступаешь и быстро вернулась в свой угол, чтобы никакая крыса его не успела занять, я горного льва имела ввиду, если что.

Гарда вошла спокойно, на грабли не наступила. Зато принесла одежду и еду. Запах распространился разу же, свернув все мысли к гастрономической теме.

— Никаких гамбургеров, — прямо с порога произнесла Гарда, — Только здоровая пища. Копченый окорок.

— Интересно, какое отношение копченый окорок имеет к здоровой пище? — философски спросила я., рассматривая тряпицы, которые были протянуты мне в виде моей одежды. — Я это не одену.

— Как хочешь, — спокойно забрала Гарда мои тряпки, — ходи голой. Окорок тоже можешь не есть.

Ходить голой меня не так страшило, как остаться голодной. Лев спокойно переодевался, повернувшись к нам спиной и всем что там ниже. Мы с Гардой внимательно смотрели на этот стриптиз со спины и старались не дышать, чтобы не спугнуть такой прекрасный образчик.

Мужчина был с широкими плечами и мышцы перекатывались под кожей. Рельефный рисунок ярко выделялся, хорошо освещенный солнцем, пробивающимся сквозь крупные щели между досок. Ягодицы так вообще выглядели крепче ореха, длинные мускулистые ноги. «Не мужчина, а мечта для самки» — простонала про себя, а может быть и вслух. Кажется, все-таки вслух, потому что Гарда пихнула в бок локтем.

— Сама одеваться собираешься? — спросила Гарда, не отводя взгляд от экспоната мужской красоты.

— Угу, — произнесла и пошла в уголок, так чтобы мне видно было льва.

Там начала снимать с себя свадебное платье, удачно запуталась и позвала на помощь. С меня все эти слои тканей стали снимать, помогая. Я пыхтела, поминала зубы гризли, слышала голос Гарды. Поэтому когда сняла с себя последнюю юбку и увидела перед собой горного льва, от неожиданности замерла на какое-то мгновение, а потом влепила ему пощечину.

— Что тут у вас? — раздался голос Гарды рядом.

Повернулась на нее, оказалось, она чуть в сторону отвлеклась, чтобы подать одежду, в которую собралась в меня одевать.

— Он меня раздел! — возмутилась тут же.

— А мы чем в последние десять минут занимались? — задала резонный вопрос Гарда.

— Я же голая! — возмущенно произнесла, прикрываясь руками.

— Он тоже был голый, но это не помешало тебе смотреть на него, — пожала плечами подружка.