Помоги проекту - поделись книгой:
2. Войска Конной армии, преодолев упорное сопротивление противника в районе ст. Сватово, овладели последней, захватив богатую военную добычу, в числе которой два бронепоезда и 13 годных паровозов. Пути отхода эшелонов противника с Купянского узла отрезаны.
Части 13-й армии, не встречая сопротивления противника, благодаря маневру Конной армии, успешно продвигаются на юг, заняв 17 декабря г. Купянск.
Части 8-й армии своим левым флангом достигли линии Покровское – Тиминово – Александровка – Ровеньки.
Туркестанская бригада в движении на Белолуцкое (40 верст восточнее Тиминова).
3. Ударная группа в составе Конармии, 9-й и 1-й стрелковых дивизий под моим командованием директивой командующего Южным фронтом поставлена основная задача: разбить добровольческую армию противника, отрезав ей пути отхода в Донскую область, для чего стремительным натиском выдвинуться в район Донецкого бассейна и занять железнодорожные узлы Попасная, Дебальцово, Иловайская…»
Железнодорожная станция Сватово к северу от угольных шахт Донбасса стала исходным рубежом для наступления на самый юг Донецкого бассейна: Иловайская находилась на земле Области войска Донского. Южнее ее был Таганрог, стоящий на берегу Азовского моря. А этот город в Гражданскую войну был штаб-квартирой Вооруженных сил Юга России, их главнокомандующего генерал-лейтенанта А. И. Деникина.
Белая конница генерала Улагая старалась прижать кавалерийскую дивизию Городовикова к берегу Северского Донца. Тогда Буденный послал туда для огневой поддержки бронепоезд Реввоенсовета армии. Под орудийными выстрелами и пулеметными очередями белоказаки оставили поле боя.
В ночь на 23 декабря 1-я конная армия перешла на противоположный берег Северского Донца. Докладывая об успехе командующему Южным фронтом, Буденный доложил о бедственном положении наступающей красной конницы:
«Обещанный вами фураж до сих пор не поступает, и что-то о нем совершенно не слышно. А мы уже подошли к голодноватым местам… В данный момент нет ни одного фунта сахара…»
Егоров ответил: «Овса в пути 80 вагонов, сена отправляется 50, остальное грузится и будет направлено. Вам выслано 2 миллиона патронов…»
Чтобы не терять темпов наступления, Буденный приказал посадить бойцов из приданных ему стрелковых дивизий на конные повозки. Когда перед ним замаячила конная группа генерала Улагая, он выдвинул ей навстречу 11-ю кавалерийскую дивизию, а дивизии Городовикова приказал зайти белоказачьей группе в тыл. Улагай под реальной угрозой окружения начал отступление, потянув за собой к югу другие деникинские войска.
К 1 января 1920 года белые войска оставили Донецкий каменноугольный бассейн. Донбасс стал советской территорией.
В первых числах января Деникину ценой больших усилий удалось на несколько дней остановить наступление красных войск. 6 января Буденный отдал приказ по 1-й конной армии об овладении Ростовом. В тот день наступавшие советские 15-я и 16-я стрелковые дивизии 8-й армии понесли большие потери в столкновении с белоказачей конницей. Буденный срочно направил им в поддержку автоброневой отряд Аргира и автоброневики Войткевича с приказом немедленно «опрокинуть вражью конницу».
Удачный маневр совершает 4-я кавалерийская дивизия Оки Городовикова. Она блестяще нанесла фланговый удар по позиции белых перед Ростовом, который они отразить не смогли. Вечером 8 января полки 1-й конной армии ворвались в город. Деникинцы, застигнутые врасплох, уличных боев вести не стали, поспешно оставив город.
Реввоенсовет 1-й конной армии по случаю большой победы направил телеграмму в адрес Реввоенсовета Южного фронта (копию – председателю Совнаркома В. И. Ленину) об освобождении городов Ростов и Нахичевань. Вот ее содержание:
«11 января 1920 г.
Г. Таганрог
Красной Конной армией 8 января 1920 г. в 20 час. взяты города Ростов и Нахичевань. Наша славная кавалерия уничтожила всю живую силу врага, защищавшую осиные гнезда дворянско-буржуазной контрреволюции. Взято в плен больше 10 000 белых солдат, 9 танков, 32 орудия, около 200 пулеметов, много винтовок и колоссальный обоз. Все эти трофеи взяты в результате кровопролитных боев. Противник настолько был разбит, что наше вступление в города не было даже замечено врагом, и мы всю ночь с 8 на 9 января ликвидировали разного рода штабы и воинские учреждения белых. Утром 9 января в Ростове и Нахичевани завязался уличный бой, длившийся весь день.
10 января города совершенно очищены, и враг отогнан за Батайск и Гнилоаксайскую. Только страшные туманы и дожди помешали преследовать врага и дали ему возможность уничтожить небольшие переправы через реки Кайсуг у Батайска и через Дон у Аксайской. Переправы через р. Дон и железнодорожный мост в Ростове целы.
В Ростове Реввоенсоветом Конной образован Ревком и назначен начгарнизона и комендант. В городе масса интендантских и иных складов, переполненных всяческим имуществом. Все берется на учет и охраняется.
Сегодня 11 января был смотр двум кавдивизиям, где присутствовало много рабочих Ростова и Нахичевани во главе с подпольной организацией коммунистов. Провозглашены приветствия Красной армии, Советской Республике и вождям коммунистической революции.
Реввоенсовт Конной от имени Конармии поздравляет Вас со славной победой и от всей души провозглашает громкое “ура” за наших вождей.
Да здравствует великая Красная армия!
После занятия города Ростова Южный фронт был переименован в Юго-Западный фронт. 1-я конная армия передавалась в подчинение Юго-Восточного фронта, которым командовал В. И. Шорин. Тот приказал Буденному перейти Дон у Батайска. В степях наступила оттепель, часты стали туманы. Поймы рек Дона и Койсуг, отделявшие буденовские дивизии от Батайска и станицы Ольгинской, были затоплены талой водой и покрыты тонким льдом.
1-я конная армия 17 января попыталась атаковать Батайск. Атаки позиций белых добровольцев шли до позднего вечера. Но преодолеть огневой барьер красная конница не смогла и к ночи отошла на исходные позиции. Буденный заявил прибывшему в Ростов комфронта Шорину, что его армия штурмует Батайск и буквально истекает кровью в болотах, а поддержки от других армий фронта она не получает. Шорин в ответ сказал, что Конная армия должна взять Батайск.
В тот же день Реввоенсовет 1-й конной армии отправил в Москву телеграмму на имя Ленина, Троцкого и Сталина по поводу так называемой «Батайской пробки». В телеграмме говорилось:
«Шорин… поставил Конную армию на грань гибели и совершенно не прислушивается к нашему мнению о наиболее целесообразном ее использовании…»
В ответ, в тот же день, начальник штаба Реввоенсовета Республики бывший генерал-майор П. П. Лебедев телеграфом передал фронтовому штабу приказание Главнокомандующего С. С. Каменева «принять все меры, чтобы лобовые атаки 8-й и Конной армий, назначенные на 24 января, были отложены».
«Батайская пробка» долго замалчивалась в советской историографии Гражданской войны. Как писал исследователь Ю. А. Геллер, она выставляла в невыгодном свете красу РККА в сталинской официальной легенде событий начала 1920 года на российском Юге. Шутка ли – прославленная буденовская 1-я конная армия совместно с 8-й армией двенадцать дней топтались на месте, не сумев ни форсировать Дон с ходу, ни прорвать вражеские позиции под Батайском.
Причины возникновения «Батайской пробки» крылись в напряженном конфликте между командованием 1-й конной армии и командующим Юго-Восточным фронтом В. И. Шориным. Конфликт не утих и после того, как Шорина отозвали с Юга России в связи с назначением его на должность помощника Главнокомандующего Республики. Новый командующий Кавказским фронтом (так после 16 января стал называться Юго-Восточный фронт) М. Н. Тухачевский попытался привести в жизнь шоринскую идею отсечения остатков Добровольческой армии, сведенных в корпус, от портового Новороссийска, чтобы не дать им уйти в Крым и подвергнуть окончательному разгрому.
План Шорина, вполне реальный, «приказал долго жить» из-за состояния воинской и исполнительской дисциплины в 1-й конной армии. В Москве такую неудачу объяснили «полным разложением у Буденного». Один из первых советских военных историков, незаслуженно забытый сегодня, писал в своей работе «Судьба полководца»:
«С тех пор и начинаются неприязненные отношения Буденного с Тухачевским. Уже тогда, в операции против Деникина, Буденный не мирился с превосходством Тухачевского, не хотел признать его стратегического авторитета и, состоя в его оперативном подчинении, не выполнял его директив».
Буденный, поддерживаемый Сталиным, предлагает свой план разгрома деникинских войск: его Конная армия должна действовать на степных просторах, а не брать штурмом города и форсировать реки, на противоположных берегах которых находились вражеские позиции с артиллерией и пулеметами. План продолжения Гражданской войны на Юге России принимается. 1-я конная армия перенацеливается на станицу Тихорецкую, на стык Донской и Кубанской армий белых.
В ходе Тихорецкой операции совместно с ударной группой 10-й армии (три стрелковые дивизии под командованием М. Д. Великанова) буденновская конница в Егорлыкском сражении 25 февраля – 2 марта подвергает разгрому конную группу генерала А. А. Павлова в составе 3-го и 4-го Донских конных корпусов.
Сражение началось с того, что белоказаки отбросили заслон армии Буденного (кавалерийская бригада) и заняли станицу Среднеегорлыкскую. Дальше генерал Павлов повел наступление, не ведя разведки и не выслав вперед боевое охранение. Одновременно пошли вперед все три кавалерийские дивизии Буденного и ударная группа Великанова. Встречное сражение завязалось с того, что походные колонны 4-го Донского конного корпуса натолкнулась на 6-ю кавалерийскую дивизию красных, которая раньше развернулась для боя, встретив белых внезапным для них пулеметным и артиллерийским огнем. Ряды белоказаков пришли в полное расстройство.
К исходу того же дня 25 февраля буденовцы овладели станицей Среднеегорлыкской. В том сражении конницы участвовало до 15 тысяч красных всадников и до 10 тысяч белоказаков.
Конная группа генерала Павлова отошла в район станицы Егорлыкской. Деникин, понимая всю опасность прорыва здесь его фронта, стал срочно перебрасывать туда от Ростова и Батайска значительные силы: Добровольческий корпус генерала А. П. Кутепова, 3-й конный корпус генерала А. Д. Юзефовича и несколько отдельных Кубанских казачьих бригад.
С 26 по 28 февраля 1-я конная армия без поддержки отставшей пехоты пыталась захватить станицу Егорлыкскую, но успеха не добилась. Стрелковые дивизии ударной группы Великанова подоспели только к 1 марта. Теперь силы советских войск состояли из 10,5 тысячи сабель, 2,7 тысячи штыков, 62 орудий, 240 пулеметов. Противник имел до 13 тысяч сабель, 3,5 тысячи штыков.
1 марта красные перешли в наступление и после упорного боя заняли Егорлыкскую. Используя этот успех, 9-я и 11-я армии Кавказского фронта перешли в наступление: первая взяла станицу Хомутовскую, вторая – город Ставрополь. Белые войска начали отход к станции Тихорецкой и городу Ейску.
В последующие дни конница С. М. Буденного в преследовании разбитых деникинских войск вышла к реке Кубань, к городу Майкопу.
Одной из фронтовых характеристик Семена Михайлович Буденного стал доклад Реввоенсовета Кавказского фронта в лице Тухачевского и Орджоникидзе председателю Совета обороны В. И. Ленину (Ульянову) о боеспособности 1-й конной армии от 25 марта 1920 года. В нем говорилось:
«Считаем своим долгом довести до Вашего сведения следующее:
1. Конная армия в смысле боеспособности выше всяких похвал. Отличается дисциплиной в бою и чрезвычайной смелостью, действуя всегда в конном строю, пуская в ход холодное оружие и револьверы. Ни одна кончасть противника, даже сильнейшая, не выдерживает стремительных атак частей Конной армии. Начдивы очень способные и смелые начальники.
2. Командарм Буденный исключительно талантливый самородок как в оперативном, так и в иных отношениях. Ни один из наших командиров не может быть с ним поставлен в одном ряду. Политически Буденный подготовленный коммунист, абсолютно преданный советской власти…»
С началом наступления белопольских войск Реввоенсовет Республики и Главнокомандующий С. С. Каменев приняли решение о переброске 1-й конной армии походным порядком с Северного Кавказа на Правобережную Украину. Красная конница, совершив 53-суточный марш с 3 апреля по 25 мая 1920 года, сосредоточилась в районе города Умань. Там она стала ударной силой Юго-Западного фронта. Теперь армия С. М. Буденного состояла из четырех кавалерийских дивизий, пополнившись новообразованной 14-й кавдивизией.
Участие 1-й конной армии в Советско-польской войне началось с Киевской наступательной операции, которая проводилась Юго-Западным фронтом (командующий А. И. Егоров, один из членов Реввоенсовета И. В. Сталин) с 26 мая по 17 июня. Перед этим наступающие белополяки 6 мая взяли Киев и захватили плацдарм на левом берегу Днепра. Польским Юго-Восточным фронтом командовал маршал Ю. Пилсудский.
В соответствии с замыслом советского командования коннице Буденного предписывалось нанести главный удар на Бердичев и Казатин с последующим поворотом на Киев и разгромить противника во взаимодействии с 12-й армией и Фастовской группой советских войск. Эта группа должна была наступать на Белую Церковь, чтобы прикрыть правое крыло армии Буденного от возможного удара 2-й польской армии.
Наступление началось 26 мая без участия 1-й конной армии: она в это время выдвигалась от города Умани к переднему краю обороны противника, уничтожая «банды» Куровского и заслоны белополяков. Буденный имел под своим командованием четыре кавалерийские дивизии и особую кавалерийскую бригаду: 16,2 тысячи сабель, свыше 200 штыков, 53 орудия, 337 пулеметов, 7 бронепоездов, 3 бронеавтомобиля.
В боях с 5 по 7 мая конница Буденного прорвала вражескую оборону на стыке 3-й и 6-й польских армий и стала наступать в направлении на Житомир и Казатин. Хотя польской кавалерийской дивизии удалось закрыть брешь в месте прорыва фронта, остановить продвижение вперед 1-й конной армии противнику не удалось. Красные захватили 7 июня города Бердичев и Житомир (он был оставлен в тот же день и отбит у поляков 12 июня).
Прорыв советской конницы на глубину в 120–140 километров заставил маршала Пилсудского начать отвод 3-й польской армии из Киева на Коростень. Юго-Западный фронт под командованием Егорова получил благоприятные возможности для продолжения наступления на запад.
Буденный повел свою армию дальше, ведя бои с белополяками на реках Случь, Горынь, Стырь, Западный Буг. Эти водные преграды были форсированы с боем. Красная конница берет города Новгород-Волынский, Острог, Разивиллов, Ровно, Дубно, Броды.
В Ровенской операции буденновцы действовали против главных сил 2-й польской армии (около 21 тысячи штыков и сабель). Командарм сумел упредить противника, и 4 июля красные овладели городом, захватив здесь около тысячи пленных, взяв 2 бронепоезда и много прочих трофеев.
В ходе наступления образовался опасный разрыв между 1-й конной армией и соседней советской 14-й армией в 100 километров! Буденный был вынужден отдать приказ о переходе к обороне.
Разброс сил территориально был велик, что не могло сказаться на управлении конными войсками, которые постоянно находились в движении. В те дни член Реввоенсовета 1-й конной армии К. Е. Ворошилов сделал такую дневниковую запись:
«Наши командиры медлительны, нерешительны и плохо ориентируются в обстановке. Связь до сих пор налажена плохо: рядом действующие дивизии не знают друг о друге. Сторожевое охранение отсутствует. Начдивы до безумия храбры, как и весь комсостав, но плохо справляются с управлением…»
Поляки попытались вернуть себе Ровно, и им это удалось. Но Буденный провел контрудар силами 4-й и 6-й кавалерийских дивизий и отбил город. Преследуя отступавших белополяков, красная конница вышла на берега реки Иква. Теперь перед войсками советского Юго-Западного фронта открывался путь на Люблин и возможность ударить во фланг польских армий, отходивших на запад под натиском войск Западного фронта.
Затем последовала Львовская операция, которая протекала в июле – августе. В ее начале 1-я конная армия вела тяжелые бои против сильной вражеской группировки в районе городов Дубно – Броды – Кременец. Ей была поставлена задача, усилившись тремя стрелковыми дивизиями, овладеть городом Львовом, столицей Галиции. После форсирования Западного Буга и взятия Буска сопротивление поляков стало возрастать. Буденный был вынужден оставить Радзивиллов и Броды и перейти к обороне. Его дивизии, понесшие значительные потери и измотанные длительными боями в ходе попытки 17 августа взять Львов, успеха не имели.
Польское командование стянуло подо Львов значительные силы. Воспользовавшись выгодной ситуацией, поляки смогли взять 1-ю Конную армию в кольцо в районе Замостья. Однако С. М. Буденный подтвердил в те дни свою славу решительного командарма: он сильным ударом прорвал вражеский фронт и 31 августа вышел из окружения.
В октябре 1920 года 1-я конная армия была переброшена на Южный фронт для борьбы с Врангелем. Там она приняла участие в контрнаступлении советских войск в Северной Таврии: ее заранее сосредоточили на правом берегу Днепра у знаменитого Каховского плацдарма. Его белые войска не смогли взять даже ценой больших кровавых потерь.
По замыслу командования фронта 1-й и 2-й конным армиям в контрнаступлении отводилась роль ударной силы. Конница Буденного в начале операции вышла к Аскания-Нова – Громовка. Потом по приказу командующего Южным фронтом М. В. Фрунзе она повернула на Сальково и Генеческ, которые были взяты 4-й кавалерийской дивизией. Затем последовали тяжелые бои у Агаймана с отходившей к Перекопу «цветной» Корниловской пехотной дивизией.
В ходе контрнаступления основным силам врангелевской Русской армии удалось отступить в Крым. Он будет освобожден от белых в ходе Перекопско-Чонгарской операции с участием 1-й конной армии. По плану операции конникам Буденного предстояло действовать, находясь во втором эшелоне атакующих сил.
Отличилась 6-я кавалерийская дивизия, которая получила почетное наименование Чонгарской. Буденновцы, частью сил перейдя Турецкий вал, участвовали в занятии городов Симферополь и Севастополь. Но белые сдали их без боя, сумев беспрепятственно эвакуироваться с Крымского полуострова, чтобы уйти в эмиграцию.
Конец Гражданской войны для С. М. Буденного и его конников прошел в борьбе с петлюровскими и прочими «бандами» на Левобережной Украине. Из состава армии был создан «летучий корпус» по борьбе с махновцами под командованием А. А. Богенгарда. Потом такая же работа предстояла им на Северном Кавказе: на Кубани и в предгорьях Кавказа. С такими «внутренними» задачами буденовцы справились успешно и в короткий срок.
Славная 1-я конная армия была расформирована 26 октября 1923 года за ненадобностью как таковая. Из ее Полевого управления был создан штаб Северо-Кавказского военного округа. Командующего армией ожидало новое назначение.
1-й конной армией Семен Михайлович Буденный командовал с ноября 1919 года по октябрь 1923 года. 1-я конная для истории стала символом Красной армии. Бывший командующий Южным фронтом, ставший народным комиссаром по военным и морским делам, М. В. Фрунзе писал о полководце красной кавалерии в Гражданской войне:
«Лихой и дерзкий, но расчетливый и очень заботливый военачальник. Кавалерист высшего класса, способный организатор, мастерски руководит войсками в операции, правильно определяет свое место на поле боя».
«Легенда красной конницы» после Гражданской войны с кавалерией не расстался, пользуясь огромной личной популярностью у советского народа, воинов армии и флота и… лично у товарища Сталина. После расформирования 1-й конной армии С. М. Буденный назначается помощником Главнокомандующего РККА по кавалерии, членом Реввоенсовета Советской Республики, инспектором кавалерии РККА.
В 1926 году Семену Михайловичу пришлось вновь побывать на войне. По заданию И. В. Сталина он был командирован в Ташкент, на Туркестанский фронт, который вел борьбу с басмачами. Он во многом помог командующему фронтом К. А. Авксентьевскому, члену Реввоенсовета и начальнику политуправления Н. Н. Кузьмину в решении вопроса ликвидации басмачества в Средней Азии. Среди прочего, Буденный добился переименования Туркестанского фронта в Среднеазиатский военный округ. Участвовал в операциях по разгрому банд Ибрагим-бека и Хурам-бека. Организовал выборы в Советы Таджикской Автономной Республики.
Президиум ЦИК Узбекской ССР в ознаменование особых заслуг в деле успешной ликвидации басмачества в Узбекистане наградил С. М. Буденного орденом Трудового Красного Знамени Узбекской ССР.
Затем бывшего командарма посылают на учебу в Военную академию имени М. В. Фрунзе. Ее он оканчивает в 1932 году в составе особой группы слушателей, таких же, как и он, военачальников Красной армии, прошедших через огонь Гражданской войны и имевших не военное, а самое скромное общее образование.
Буденный не терял дружеских связей со Сталиным, всегда чувствуя на себя его заботу и внимание. В своих воспоминаниях легендарный командарм красной конницы описывает такой случай:
«11 мая 1933 года Сталин пригласил меня к себе.
– Семен Михайлович, – сказал Иосиф Виссарионович, – поздравление ЦК партии по случаю вашего пятидесятилетия вы уже получили, а сейчас лично хочу поздравить вас.
И Сталин крепко пожал мне руку.
– Спасибо, Иосиф Виссарионович.
В тот день мы долго беседовали. Вспоминали гражданскую войну, ожесточенные бои под Царицыном… Сталин был веселый, то и дело задавал вопросы. Когда я уходил, он сказал:
– Семен Михайлович, у нас ведь с вами давняя боевая дружба, а фотокарточки вашей не имею, может быть, подарите?
Я не растерялся:
– А вы мне свою?
– Пожалуйста, Семен Михайлович.
Сталин тут же извлек из стола свою фотокарточку и написал: “Создателю Красной конницы, другу и товарищу Семену Михайловичу Буденному от И. Сталина. 11.5.33 г.”»
В 1935 году Семен Михайлович Буденный становится одним из первых пяти Маршалов Советского Союза вместе с Ворошиловым, Блюхером, Егоровым и Тухачевским. Последние трое станут жертвами сталинских репрессий 30-х годов.
В 1937 году следует назначение командующим войсками Московского военного округа, членом Главного военного совета Народного комиссариата обороны СССР. В 1939 году он вновь рядом с К. Е. Ворошиловым, став заместителем наркома обороны СССР, а в августе следующего года становится его первым заместителем. Руководил рядом крупных армейских учений и маневров, участвовал в боевой подготовке советских войск в условиях нарастающей внешней угрозы для страны.
С началом Великой Отечественной войны 1941–1945 годов С. М. Буденный становится членом Ставки Верховного главнокомандующего (ГКО), которым являлся до февраля последнего года войны.
Последующие должности Маршала Советского Союза (с июня 1941 года по сентябрь 1942 года) таковы: командующий группой войск армий резерва, главнокомандующий войсками Юго-Западного направления, командующий Резервным фронтом, главнокомандующий войсками Северокавказского направления, командующий войсками Северо-Кавказского фронта.
По оценке ГКО он не проявил качеств, необходимых командующему оперативно-стратегическими объединениями, руководство войсками осуществлял непрофессионально. Это было понятно. Одно дело – командовать Конной армией в ходе Гражданской войны, другое дело – отражать натиск механизированных войск вермахта. Потом скажут, что С. М. Буденному не хватало академических знаний и умения воевать по-современному. То есть он не сумел «перестроиться» относительно нового времени с его усложнившимися требованиями к войне.
В августе 1942 года был освобожден от должности первого заместителя наркома обороны СССР с оставлением его заместителем наркома (до мая 1943 года). С января 1943 года – командующий кавалерией Красной армии. В этой должности С. М. Буденный встретил день Победы.
После войны, с 1947 года, Семен Михайлович одновременно является заместителем министра сельского хозяйства по коневодству. В послевоенные годы им было достаточно много сделано для восстановления разоренного войной коневодства, выведения новых пород лошадей. Одна из них – для верховой езды – получила название Буденновской.
С мая 1953 года – инспектор кавалерии Советской армии. С 1954 года в распоряжении министра обороны СССР. В том же году получает почетное назначение в состав Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР.
Трижды Герой Советского Союза, получил все три Золотые Звезды после Великой Отечественной войны (в 1958, 1963 и 1968 годах). Кавалер пятнадцати советских и десяти иностранных орденов. Был депутатом Верховного Совета СССР восьми созывов. С 1938 года являлся членом Президиума Верховного Совета. Автор ряда мемуарных произведений и труда «Основы тактики конных соединений», увидевшего свет в 1938 году.
Маршал Советского Союза Семен Михайлович Буденный ушел из жизни в 1973 году. Был похоронен на Красной площади, у Кремлевской стены. Именем его были названы улицы во многих городах и селениях. Город Прикумск и Прикумский район Ставропольского края были переименованы в город Буденновск и Буденновский район. Его имя было присвоено Военной академии связи. Для слушателей и курсантов ряда высших военно-учебных заведений установили стипендию имени Буденного…
После себя Семен Михайлович оставил ряд мемуаров. Один из них, под названием «Пройденный путь» был издан в четырех книгах. Советская страна помнила и чтила память героя Гражданской войны до самых своих последний дней.
Вацетис Иоаким Иоакимович
Полковник из латышских стрелков, первый из Главнокомандующих Республики
Судьба для этого одаренного от природы человека, с редким независимым характером, положившего свои знания генштабиста в фундамент Рабоче-Крестьянской Красной армии, на финише жизненного пути оказалась злодейкой. В Гражданской войне он стал первым из двух Главнокомандующих всеми Вооруженными Силами РСФСР, заложив основы побед Красного дела над Белым делом. Но судьба отдала ему на роль военного вождя Советской Республики всего десять месяцев, после чего резко опустила на иерархической лестнице РККА и довела до ранга «врага народа».
В классовом понимании Иоаким Иоакимович Вацетис был из самых нижайших пролетарских слоев царской России – из латышской семьи батраков. Невольно напрашивается законный вопрос: если Романовская империя, как говорили еще полвека назад, была «тюрьмой народов», тогда как в ней сын батрака и сам в юности батрак мог получить высшее военное образование и чин полковника русской армии, стать командиром полка? Значит, в старой России одаренным людям из самых народных низов можно было своим трудом достичь немалых высот на жизненном пути. Лучший пример тому – сам Вацетис.
Он родился в 1873 году в небольшом имении Нейгоф (Яунмуйжа) Яунмуйжской волости Кулдигского уезда, бывшей Курляндской. Ныне это юго-восточный уголок современной Латвии. Имение принадлежало полковнику германской армии барону Мирбаху. На него и батрачила многодетная семья безземельных Вацетисов. В семье было восемь детей, которые с раннего детства помогали родителям.
Фамилия Вацетис в современном правописании звучит как Вациетис, что, однако, употребляется в исторических публикациях крайне редко и сегодня. Имя Иоаким употребляется в русской форме, а на латышском языке звучит как Юкумс. Так звали его отца, мать носила имя Лиза.
Родители при их положении находили время для воспитания и обучения своих детей, готовя их к будущей самостоятельной жизни. Иоаким рос сообразительным, любознательным и тянущимся к знаниям ребенком. И в то же время он с детства смотрелся настойчивым, независимым в любом кругу общения человеком.
Семья поддержала его в желании учиться в волостной начальной школе и уездном училище министерства просвещения. В училище участвовал в работе латышского общества, выпускавшего рукописную газету «Сумка разума». Продолжать учебу дальше в гражданском учебном заведении 18-летний Иоаким Вацетис не мог в силу материального положения семьи батрака. Тогда он выбрал для себя в жизни военное поприще.
В сентябре 1891 года будущий Главнкомандующий Страны Советов поступает в Рижский учебный унтер-офицерский батальон: был объявлен набор латышей на двухгодичный курс обучения. Здесь готовили младших армейских чинов – командиров взводов. Первым местом службы стал 105-й пехотный Оренбургский полк.
Служба у Иоакима Вацетиса ладилась, труда для познания военного дела ему было не занимать. В августе 1895 года его направляют для сдачи вступительных экзаменов в Виленское пехотное юнкерское училище, которое сын батрака заканчивает через два года по первому разряду. По выпуску получает чин подпрапорщика, а через два месяца, в ноябре 1897 года, следует производство в подпоручики.
Начало офицерской биографии Вацетиса связано с Прибалтикой. Служил на должности младшего офицера сперва во 2-м, затем в 3-м из Ковенских крепостных полков. Иначе говоря, служил в гарнизоне приграничной крепости Ковно (ныне Каунас, Литва). Все свободное время отдавал самообразованию, мечтая, как и многие молодые офицеры, об учебе в академии.
В 32 года Иоаким Вацетис поступил в Николаевскую военную академию Генерального штаба. Пожалуй, именно в стенах академии у него пробудилась страсть к научной работе. На втором курсе обучения написал работу на тему: «Причины влияния Наполеоновских войн на увеличение национального чувства в Европе в начале XIX столетия». На третьем, дополнительном курсе занимался разработкой таких тем, как четвертая революционная война во Франции в 1794 году и значение для Германии в военном отношении Восточной Пруссии и Эльзаса и Лотарингии как плацдарма.
Сама постановка этих вопросов свидетельствовала о неординарности научного мышления слушателя Академии Генерального штаба в чине армейского поручика. В ее стенах Вацетис надолго испортил личностные отношения со своим научным оппонентом полковником М. Д. Бонч-Бруевичем, ставшим впоследствии генерал-лейтенантом, главнокомандующим войсками Северного фронта, в числе первых из генералитета старой армии перешедшего на сторону советской власти, то есть большевиков.
Академию Иоаким Вацетис закончил при общем среднем балле 9,4, тогда как для причисления к Академии Генерального штаба требовалось на 0,6 балла больше. Все же академическая конференция приняла решение считать его окончившим дополнительный курс с отметкой «успешно».
С мая 1909 года Вацетис служит в Вильно, в штабе 45-й пехотной дивизии, где занимался ознакомлением с обязанностями офицера Генерального штаба. Прошел цензовое командование ротой. Начальствовал над унтер-офицерской школой в Витебске. Служил в штабе армейского корпуса. В 1912 году исполнял обязанности начальника штаба дивизии. В том же году получил производство в чин подполковника с назначением командиром батальона 102-го пехотного Вятского полка, стоявшего в городе Гродно.
Поделиться книгой: