Наследие Чернотопья

Торопить я не стал, как соберется с мыслями, сама все скажет. Вместо этого еще раз проглядел подписанные договоры и, разложив их по обязательствам — я или мне — откинулся на спинку кресла.

— Вы уже крайне популярны у местных девушек, Киррэл Шварцмаркт, — певучим голосом произнесла Дия, отрываясь от чтения альманаха. — Когда ваши аристократы поняли, что мы не пара, меня засыпали вопросами о тебе так, что и вздохнуть было некогда.

Я усмехнулся.

— И как, есть достойные претендентки?

Дия пожала плечами с демонстративным равнодушием.

— Честно говоря, все они для меня пока что на одно лицо, — заявила она. — Так что главное, чтобы здоровое потомство дали. А так, выбирай, у кого приданое больше.

Я улыбнулся в ответ.

— Но я видела, как вы с графиней друг на друга смотрите, — продолжила Гриммен. — Такого у тебя ни с кем из местного цветника не будет. Здешние девушки очень, как бы это сказать, оторваны от жизни.

— Вот как? — усмехнулся я в очередной раз.

— Да, такое ощущение, что их растят где-то в другом мире. Лишь несколько мне понравились, у них хотя бы не гуляет в голове идея о замужестве.

— Не будь к ним слишком придирчива. Большинство из них видели мир лишь из окна кареты да на вот таких приемах. Это ты у нас поколесила по свету, посмотрела на людей, попробовала себя в роли как баронессы, так и простой супруги приказчика. Тебе будет сложно с ними, это точно, зато ты всегда заметишь то, что они пропустят, посчитав неважным.

Она отложила книгу и печально вздохнула.

— Это-то меня и беспокоит, Киррэл, — призналась полукровка. — Это ведь не только женщин касается. Но и мужчины — да взять того же Марка — он и сам вроде бы не дурак и кое-что понимает. А сравни его с мужем дочери Блэкланда.

Это да, сынок у графа немного не понимает, в каком мире живет. Сперва даже не понял, чего я от него хочу, пришлось битый час объяснять, зачем мне закупать у них материалы и почему я не собираюсь портить собственный лес, когда на меня бесплатно будут работать жители баронства.

— Я поговорила с ними и теперь мне кажется, что достойного супруга у меня здесь не будет, — вздохнула Дия, вставая с дивана и прохаживаясь по гостиной. — Никто из них с тобой не сравнится, понимаешь?

Я кивнул.

— А ведь ты и сам еще молод, — покачала она головой, остановившись у книжного шкафа. — Почему же им не быть такими же, как ты? Спокойными, уверенными в себе. У них было две войны, чтобы повзрослеть — гражданская против мятежников и против Меридии. Но большинство из тех, кто приехал на прием, отсиживались дома за спиной родителей. Понимаешь?

Я вздохнул, сочувствуя подруге.

— Понимаю, Дия, и сам не думаю, что смогу жить с женщиной, которая выросла в таких тепличных условиях. Но, увы, у меня нет особых вариантов, и рано или поздно придется остановить выбор на той, кто будет наиболее политически выгодной.

Дия грустно улыбнулась, глядя на меня.

— А как же графиня?

— С Салэм все очень сложно, — отмахнулся я.

— Аркейн? — уточнила негромко Гриммен.

— Аркейн, — кивнул я в ответ.

Дия подошла к моему креслу и, встав за его спинкой, принялась массировать мне плечи. Выбившийся локон скользнул по моей щеке, щекоча кожу, но при этом так успокаивая.

— Не переживай, «Чертополох», мы выжили в таких передрягах, неужели какой-то брак нас сломает? — шепотом спросила она.

— Нас так просто не взять, — улыбнулся я, прикрывая глаза от удовольствия.

— Вот и хорошо.

Ее губы коснулись мочки моего уха, но ничего за этим не последовало. В дверь вновь постучали.

— Войдите! — разрешил я, когда Дия, прекратив массаж, отошла от меня на подобающее расстояние.

— Его милость Марк Вайссерманн.

Глава 4

Королевский домен Меридии.

— Иван, зачем ты так отчаянно сопротивляешься? — участливым голосом спросил мучитель. — Мы с тобой оба прекрасно знаем, что через твою землю культ провозил себе невольников. Так расскажи мне всю правду, и я тебя сразу же отпущу.

Винтик дробилки снова заскрипел, и в подвале раздался бешеный крик боли, быстро сменившийся рыданиями. Дознаватель дал своей жертве немного времени, чтобы прийти в себя, чуть ослабил инструмент.

— Я уже сказал тебе все, что знаю! — в отчаянии воскликнул пытаемый.

— Но я не услышал ничего нового, — ласково возразил Хэммет. — Кто тебя познакомил с этими людьми? Кто отдал приказ им помогать? Кто тебе платил?

Хрустнули кости, и пленник вновь заорал от ослепившей его боли.

— Итак, Иван?

— Э… Это был…

— Ну-ну, смелее, мой дорогой друг, ты ведь хочешь прекратить это мучение? Рассказывай, не стесняйся, я внимательно тебя слушаю.

Через полчаса пленник, распятый на столе, выдохнул в последний раз. Хэммет выдернул нож из его груди и старательно протер куском ткани. На его сосредоточенном лице уже не было ни капли того садистского удовольствия, которое он изображал во время пытки.

Убирая пыточные инструменты, дознаватель размышлял, куда идти дальше. Созданный Киррэлом артефакт провел его уже через половину страны, раз за разом указывая дома нужных людей. Культ оказался то ли слишком смел, то ли не слишком сообразителен — у каждого, кто участвовал в этой затее, дома хранилась маленькая метка, оставленная для того, чтобы культисты могли опознать места, где им могут помочь. Именно их «Радар» и находил, а Хэммету оставалось лишь правильно задавать вопросы. Впрочем, спрашивать дознаватель умел, не зря в свое время ему прочили должность магистра.

Мозаика постепенно складывалась в ясную картину. Ниточка, тянувшаяся от окраин северных королевств, наконец, привела к основному клубку… Но поздно.

Род, ответственный за усиление культа Хибы, уже уничтожен «Чертополохом». Кто бы ни возглавлял сам культ, своих исполнителей он к делу не приставлял, пользовался руками людей короля. И теперь все концы в действительности оборвались вместе с правящим родом Меридии.

Можно искать подельников среди аристократов, но орден ослаб, и надавить на них не выйдет. Выступать же просителем Хэммет не видел смысла — никто сейчас не протянет Аркейну руку помощи, кроме самого Аркейна.

— Дознаватель?

Искоренитель, присланный Аркейном в помощь, вопросительно взглянул на своего спутника.

— Здесь мы закончили, — вытирая руки от несуществующей на них крови, кивнул Хэммет. — Сейчас спалим дом и можно уходить. Что?

— Я тут задумался, если культ не действовал сам, как же они доставляли своих чудовищ к нужному месту? — начал пояснять свою мысль тот.

— Мы уже выяснили, что до поры до времени эти твари выглядели, как обычные люди, — отмахнулся Хэммет.

— Да, и ездили караванами под цветами Рудольфа. Но я родился в Меридии, Хэммет. Ни один караван не ходит сам по себе, у всех есть документы, заранее одобренные маршруты…

— Полагаешь?

— Если мы не можем выйти на королевский род, то можно узнать, откуда они появлялись, — подтвердил мысль соратника искоренитель. — По крайней мере, это лучше, чем ничего.

Хэммет кивнул и взглянул на «Радар», болтающийся на поясе. Дорогая игрушка, а сколько пользы принесла. А сколько добра еще сделает в нужных руках?

— Хорошо, давай навестим их главного. Кто, говоришь, отвечает за маршруты караванов?

* * *

Поместье барона Черноземья. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.

Посиделки закончились глубоко за полночь. Но расстались мы на хорошей ноте, хотя я и не знал теперь, как реагировать на отказ Вайссерманна заключать союз с семейством Фламмаган.

Ведь как это выглядит со стороны?

Факт первый. Дия моя компаньонка.

Факт второй. Вайссерманны моя родня.

Факт третий. До моего возвращения все уже было на мази, оставалось лишь ударить по рукам.

Но теперь Дия предлагает лечение по очень высокой цене, а Марк не согласен без этого лечения на брак. И у них обоих есть общий друг — я. Стало быть, именно я выступаю против союза или же пытаюсь нагреть карман на браке родственника с богатым родом.

Будут ли от этого незапланированного события какие-то последствия для меня лично? Вполне вероятно. Настроение аристократов меняется вместе с направлением ветра. Сегодня у меня были заключены сделки со многими родами, но Фламмаганов в их числе нет, так уж получилось.

И это еще один довод в копилку. Ведь я не стал заключать с ними никаких договоров, вообще, кажется, ни разу не заговорил ни с одним представителем богатой семьи за целый день, проведенный в свете.

— Как все сложно, — вздохнул я, уже лежа в кровати.

Но сон не шел. Разбуженный мыслями мозг переставлял факты с места на место, обдумывая каждый заново и под разными углами. Умом-то я понимал, что все равно не смогу ничего предсказать, так как пресловутый человеческий фактор еще никто не отменял. Однако тенденция налицо.

Род Фламмаган, скорее всего, станет моим недоброжелателем. А ведь это влиятельная и богатая семья. По сравнению с ними Блэкланд просто нищий на паперти.

Представив Алана в виде попрошайки на площади, я усмехнулся и, завернувшись в одеяло, перевернулся на бок. Из окна проникал неяркий свет звезд, и на полу можно было заметить мою тень.

Это привело мысли в новое русло. Двойник может оказаться внезапно почившим родственником, и я этому совершенно не удивлюсь. Можно было бы напрямую спросить у Марханы, богиня за мной следит постоянно, значит, в курсе происходящего. Но не вмешивается, и сама на разговор не спешит. Звать же ее для ответов — дурная затея, ушастая сразу же захочет навесить на меня кучу обязательств в качестве оплаты.

И хотя я сам крайне не люблю ситуаций, когда двое разумных не могут друг друга понять лишь по той причине, что не говорят друг с другом откровенно, однако здесь у нас разная весовая категория. И как бы за однозначный ответ Марханы мне не пришлось пилить через весь континент, чтобы совершить еще какое-нибудь массовое убийство.

Тень на полу уплотнилась, стала гуще, и на ней вспыхнула пара ярко горящих глаз.

— Индарг, — кивнул я, безбоязненно глядя на демона.

— «Рыси» получили благодарность за помощь Фолкбургу, — сообщил он. — В лавке кончаются товары. Меня просили передать, что ждут вашего возвращения.

Я вздохнул, прикрыв глаза.

— Хорошо, скажи им, что мы будем через пару дней. Заодно пусть приготовятся давать отчет обо всем, что с ними произошло.

— Я могу рассказать и сам.

На полу возник ощеренный рот, но тут же захлопнулся. С первого его призыва я подкармливал Тень за дополнительные сведения, но сейчас, раз ничего срочного нет, то и платить дважды за то, что мне и так станет известно, не намерен.

С этими демонами всегда нужно смотреть в оба, иначе оглянуться не успеешь, как уже окажешься в их власти. Понимаю, почему их считают такими опасными — с ними всегда нужно все контролировать, и не позволять лишнего. Неудивительно, что демонологи прошлого были либо очень крутыми специалистами, либо умирали в процессе учебы. Воля нужна, а откуда она у подростков, только-только пробудивших свой темный дар?

— Ни к чему, — ответил я наконец, и Индарг ушел, оставив меня в одиночестве.

Мысли вернулись к Меридии, а оттуда перескочили на культ. Хиба затаился, но я прекрасно понимаю, что они обязательно вернутся. И вряд ли им понравится, что я так подставил их организацию. В прошлый раз, когда Аркейн закосил под культистов, Хиба прислал армию, раскатавшую королевскую академию по камушку. Какой откат ждать мне?

Перевернувшись на спину, я уставился в окно и постарался унять разбушевавшееся воображение. Что бы ни сделали двойник, культ или кто-либо еще, мне нужно превратить Чернотопье в неприступную крепость. А добиться этого можно только одним путем — через сделки с местными аристократами.

А для того, чтобы не напортачить в общении с благородной публикой, следует выспаться. С этой мыслью я и отключился.

* * *

Культурная программа третьего дня приема целиком проходила под открытым небом. Блэкланд устроил для гостей грандиозный пикник, который обслуживали лесные охотники, тащившие дичь прямиком из баронского леса.

Более молодая часть аристократов, ведомая парочкой опытных егерей, присоединилась к охоте. Магией при этом было пользоваться не запрещено, но порицалось.

Для дам был возведен небольшой амфитеатр, где актеры давали представления, а после заиграла музыка.

Неожиданно для самого себя я понял, что мне совершенно нечего делать в компании по возрасту. Потому решил присоединиться к старшим.

Для мужчин бегать по лесу уже было не солидно, хотя парочка все равно присоединилась к молодежи. Остальные разместились за игральными столами или в беседках, которых хватало в округе.

Как-то незаметно для себя я оказался вовлечен в компанию, которую возглавлял Гольц Салаз. Старик собрал вокруг себя аристократов, занимающихся делом. Лоботрясов, прожигающих жизнь, здесь не было.

Конечно, нельзя было в полной мере назвать это собрание промышленниками, но это слово само просилось на язык. Владельцы газет, пароходов и далее по списку решали свои вопросы и вершили дела в узком кругу.

— Правильно ли я понимаю, что клан Шварц, в кои-то веки высунул голову из своего болота, барон? — спросил меня главный металлург юга.

Рихард Заммен крутил в руках бокал коньяка, внимательно глядя на меня и не обращая внимания на окружающих.

— Не могу отвечать за весь клан, господин Заммен, — ответил я с вежливой улыбкой. — Мы не поддерживаем связь.

— Полагаю, клан Шварц уже в ужасе от осознания того факта, что место их дорогого Кристофа занял его внебрачный сын, — вставил Гольц. — И это бросается в глаза, барон, — обернулся он ко мне. — Ваши предки были, откровенно говоря, абсолютным балластом. С вами у юга появится шанс вновь стать главной силой в Крэланде.

Подписавший со мной договор двоюродный внук Мизинга пренебрежительно фыркнул.

— Мятеж дал нам всем шанс, но я пока не готов вкладываться в новую ассоциацию.

Я вскинул бровь, осознавая, что речь идет о чем-то очень важном, но что я упустил из виду в свой прошлый визит.

— Могу я узнать, о чем речь? — спросил, переводя взгляд на Салаза.