Саймон Тэйкер и первый год в Хогвартсе

— Ой, — смущенно сказала девочка, — а что он так?..

— Я же сказал — он очень умный, — повторил Саймон, — ты его испугалась, назвала змеёй и очень сильно обидела.

— Правда? — пробормотала Мэнди, — ну извини, пожалуйста, ты просто так внезапно появился, я совершенно не ожидала…

В этот момент Тритон, с закрытыми глазами сидевший на ладони Саймона, приоткрыл было один глаз и чуть повернул головку в сторону Мэнди, но тут же закрыл его и вернулся в исходной положение. Саймон с трудом удержался от того, чтобы не рассмеяться — ну каков же характер у его питомца.

— Я, правда, не хотела, — продолжала извиняться Мэнди, — на самом деле ты очень хороший и красивый. Да ещё такой сообразительный — как ловко нашёл эту жабу. Мы вот несколько часов ехали и даже не подозревали, что она здесь сидит.

Последний комплимент окончательно растопил обиду Тритона. Он повернулся к девушке и тоже отвесил ей поклон. После чего даже позволил ей почесать себе спинку.

— Ну, хорошо, — сказала Гермиона, — теперь, если мы с этим закончили…

— А давайте познакомимся поближе, — с воодушевлением сказал Уэйн Хопкинс, — я вот рос на ферме. Хоть мои родители и волшебники, но в Лондон я поехал в первый раз только, когда мне пришло письмо из Хогвартса, и нужно было ехать покупать всё необходимое к школе. Тяжеловато было, скажу я вам. Никто из соседских детей не был волшебником, и играя с ними, приходилось быть очень осторожным.

— Наверное, это здорово, когда родители рядом с тобой каждый день, — вздохнул Саймон, — каждый вечер рассказывали тебе сказку на ночь и всё такое. Когда твои родители — послы, да еще и первый год как приехавшие в другое государство, на такую роскошь рассчитывать не приходится.

— Послы? Из другого государства? — удивлённо спросила Гермиона. Из всех троих она одна не села на сиденье купе, как видно, поначалу не сочтя разговор интересным и подыскивая повод, чтобы вежливо удалиться. Однако после слов Саймона она молниеносно села между Невиллом и Мэнди и уставилась на него взглядом, от которого мальчику стало не по себе.

— Да, — тем не менее, продолжил он, — мы с родителями приехали сюда из Советского Союза, и они решили, что моё поступление в Хогвартс станет хорошим шагом к выстраиванию отношений между нашими странами… По правде говоря, для меня это стало полной неожиданностью, ведь я думал, что буду учиться…

— В Красном Вереске, — закончила за него Гермиона, — угадала? — с чуть самодовольной улыбкой спросила она.

— Точно, — кивнул Саймон.

— Почему-то сразу о нём подумала, — улыбнулась Гермиона, — в Советском Союзе три школы: Красный Вереск, Горный Семицвет и…

— Золотой Восход, всё правильно, — подхватил Саймон, — очень приятно, что ты тоже так много знаешь о нашей стране. Ты, наверное, из семьи очень эрудированных волшебников.

— Да нет, — Гермиона чуть порозовела, — я… я из семьи маглов, — смущенно закончила она.

— Ну, тогда твоя любознательность заслуживает вдвое большей похвалы, — засмеялся Саймон. Отцом он был предупреждён, что порой детей маглов подвергают чуть ли не травле за своё происхождение, и совершенно не собирался перенимать такое поведение. Гермиона благодарно улыбнулась.

— Спасибо. По правде говоря, — азартно продолжила она, — я очень удивилась, когда получила письмо из Хогвартса. И я уже выучила наизусть все учебники — уверена, что так я смогу быть лучшей на курсе.

— Ты письмо только в конце июля получила, — засмеялся Саймон, — неужели ты в самом деле всего за месяц прочитала все учебники? Я вот только Ньюта Саламандра с его зверями прочитал, и Жигга Мышьякова немного полистал и…

— А я вот чистокровный волшебник, только мне это совершенно не помогало, — признался Невилл, — до девяти лет я не проявлял совершенно никаких способностей волшебника. И очень удивился, когда получил письмо из Хогвартса — все думали, что я его не получу. Ну а потом…

— А я вот — полукровка, — призналась Мэнди, — мой отец — чародей, а мама — магла. Но они очень любят друг друга. И, конечно, папа мне очень многое рассказывал…

Разговаривали ещё час. Когда они в следующий раз посмотрели в окно, то увидели, как начало темнеть.

— Мы приедем в школу через двадцать минут, — уверенно сказала Гермиона, — наверное, нам стоит идти готовить вещи. Да ещё вам троим, — она кивнула Уэйну, Мэнди и Саймону, — необходимо переодеться в мантии.

Она первая покинула купе. Вслед за ней вышли Невилл и Саймон. Причём, когда Тритон в руках Саймона оказался в нескольких дюймах от жабы Невилла, то он сердито на неё зашипел. Тревор Невилла в ответ возмущенно заквакал. А Саймон помотал головой, потому как ему совершенно чётко показалось, что Тритон сказал Тревору что-то вроде: «Безответственный питомец».

— Ну, ты идёшь? — поторопил его Уэйн Хопкинс. Очевидно, он тоже выходил из купе затем, чтобы дать Мэнди возможность переодеться. Всё ещё недоуменно тряся головой, Саймон поспешил к себе.

Вернувшись, он посадил Тритона на столик и стал собирать в чемодан сладости, которые не успел доесть. Убрав еду и достав мантию, он посмотрел на Тритона и пробормотал.

— Неужели ты ещё и разговаривать умеешь?

Но Тритон, ранее не упускавший ни одного случая показать, какой он умный и сообразительный, сейчас лишь недоуменно смотрел на Саймона своими чёрными глазками. В этот момент поезд начал понемногу замедлять движение. Поняв, что в данный момент он от своего питомца ничего не добьётся, Саймон стал переодеваться. К тому времени, как он облачился в мантию, убрал свою магловскую одежду и сунул Тритона во внутренний карман, поезд остановился окончательно.

«Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут, — разнесся по вагонам громкий голос машиниста. — Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно».

Палочку Саймон убрал во внутренний карман мантии, еще один карман занял Тритон. После чего Саймон закрыл чемодан и покинул своё купе, спеша на выход.

На улице было довольно прохладно, и он не пожалел, что оставил на себе свитер. На платформе была жуткая толчея, множество студентов выходило из поезда. Некоторые, более старшие, решительно направлялись куда-то в сторону. Саймон подумывал, не последовать ли ему за ними, как вдруг раздался громогласный рык.

— Первокурсники! Первокурсники, все сюда!

Саймон неуверенно оглянулся. Метрах в двух над землей болталась лампа. Однако уже через мгновение лампа, качнувшись, осветила своего носителя, и Саймон увидел, что лампу держит около груди…

Скорее всего, это был очень большой человек. Просто очень большой: два Саймона могли встать друг другу на голову, и то не смогли бы померяться с ним ростом. Два с половиной метра ростом он был точно, и это по самым скромным меркам.

— Первокурсники! Первокурсники! Все сюда, ко мне! — продолжал зазывать великан студентов-первогодков. После чего неожиданно добавил:

— Эй, Гарри, у тебя всё в порядке?

Один из мальчиков, находившийся недалеко от великана, что-то пробормотал, но Саймон его не услышал. Впрочем, великана ответ, судя по всему, удовлетворил.

— Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!

Саймон снова огляделся. В самом деле, все старшие ученики уже ушли, на платформе осталось только четыре десятка таких же, как и он, ребят одиннадцати-двенадцати лет. В этот момент они все двинулись за великаном, и Саймон поспешил за ними.

Было очень темно. Они шли по крайне узкой дорожке, всё время спотыкаясь. Мало того, дорожка очень резко уходила вниз, и каждые тридцать секунд кто-нибудь спотыкался так сильно, что удерживался на ногах лишь благодаря тому, что другие вовремя его подхватывали.

— Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул их провожатый, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда!

И они увидели его. По толпе раздался дружный восхищенный возглас, и даже Саймон одобрительно хмыкнул. По правде говоря, Красный Вереск, который Саймон видел и на картинке, и своими глазами, не уступал красоте Хогвартсу, и всё же стоило признать: у этого замка было своё, неповторимое очарование.

— По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега.

Саймон подошёл к берегу, как вдруг его позвали:

— Саймон! Саймон, иди к нам.

Это были Мэнди и Уэйн. Он обрадованно подошёл к ним и сел рядом.

Обернувшись, он увидел, как Невилл и Гермиона подсаживаются к двум мальчикам. У одного были чёрные волосы, у другого — рыжие. Черноволосый мальчик показался Саймону смутно знакомым, но в этот момент к ним присоединился четвёртый пассажир, и Саймон обернулся.

Это была девочка с длинными светло-русыми волосами, а взгляд её бледно-синих, почти бесцветных глаз, был немного испуганным и удивлённым. Но она приветливо улыбнулась остальным ребятам и сказала.

— Привет. Меня зовут Риона О’Нил, но можно просто Риона. А вас как зовут?

Саймон, Мэнди и Уэйн представились.

— Здорово, — кивнула Риона, после чего с азартом продолжила, — наконец-то! Я три года ждала, когда, наконец, попаду сюда. Замок очень красив, правда?

Ответить ей никто не успел — их огромный провожатый снова заговорил.

— Расселись? — прокричал он, — тогда вперед!

Он поплыл первым на своей лодке, как и ожидалось, один. Ещё бы, он был так огромен, что лодка его одного, наверное, с трудом выдерживала. После чего вся флотилия двинулась следом по гладкой, точно стекло, глади озера. Замок становился всё больше и величественнее.

— Пригнитесь! — зычно крикнул великан, когда они подплыли к утесу.

Все наклонили головы, и лодки оказались в зарослях плюща, который скрывал огромную расщелину. Миновав заросли, они попали в тёмный тоннель, который, судя по всему, заканчивался прямо под замком, и вскоре причалили к подземной пристани и высадились на камни.

После того, как все покинули лодки, великан повёл их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Ещё минута — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью. Великан, обернувшись, казалось, быстро посчитал их по головам, после чего поднял огромный кулак и трижды постучал в дверь замка…

Глава 4

Распределяющая шляпа

Дверь тут же открылась. За ней стояла волшебница в изумрудно-зеленых одеждах. Лицо её было очень строгим, а взгляд цепко скольких по толпе первогодок. Саймон подумал, что возле такой нарушать правила, как минимум, опасно для здоровья.

— Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — важно отчитался великан.

— Благодарю, Хагрид, — кивнула ему профессор, — я их забираю. Первокурсники, прошу следовать за мной.

И четыре десятка ребят, взволнованно переглядываясь, последовали за ней. Саймон плёлся последним: во время осмотра дама задержала на нём взгляд, как минимум, на две секунды, и мальчику казалось, что ничего хорошего это ему не сулило. Нервничая, он сунул руку в карман мантии и погладил Тритона. Его питомец ласково ухватил хозяина за палец, как бы говоря: я здесь, я с тобой.

Они вошли в огромный вестибюль, в котором огромная мраморная лестница уносилась вверх так высоко, что потолка не было видно вовсе. Справа из-за чуть приоткрытой двери раздавался гомон голосов: похоже, там собралась вся остальная школа. Но профессор МакГонагалл повела их дальше. Она завела их в маленькую комнатку, эдакий небольшой зальчик. Четырём десяткам детей тут было тесновато, они с трудом распределились по всей площади помещения.

— Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведённой для вашего факультета.

Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи.

Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами. А у вас пока есть время немного собраться с мыслями, — сообщила профессор МакГонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо.

Однако последнему совету профессора ребята последовать явно были не в силах. Едва профессор вышла, как они тихо, но возбужденно зашептались.

— А как будет проходить этот отбор? — спросил один из мальчиков.

— Наверное, нам придется пройти через какие-то испытания, — ответил его товарищ. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.

Саймон с трудом удержался от того, чтобы фыркнуть. Ну какие испытания должны проходить ученики, первый раз прибывшие в магическую школу? Максимум, что от них могут потребовать — это удостовериться в том, что каждый из них не забыл купить волшебную палочку. Черноволосого же мальчика ответ его спутника, казалось, поверг в ужас. Довершалось это ещё и тем, что Гермиона, стоявшая неподалеку, тут же стала говорить о том, какие заклинания она уже успела выучить. Да уж… похоже, она и впрямь не шутила, когда говорила, что выучила все учебники наизусть и хочет быть лучшей на курсе.

Внезапно воздух прорезали истошные крики, и Саймон, снова потянувшийся погладить питомца, от неожиданности сжал его сильнее, чем следовало, и Тритон посредством чувствительного укуса тут же напомнил ему, что он питомец, и с ним надо бережно.

— Прости, прости, пожалуйста, — прошептал он в мантию, нащупывая брюшко Тритона и ласково почесывая. Звуки, раздавшиеся из кармана мантии десять секунд спустя, говорили о том, что на этот раз Саймона простили. Мальчик же торопливо обернулся, чтобы узнать, что испугало других учеников. И увидел…

Через противоположную от двери стену в комнату просачивались призраки — их было, наверное, около двадцати. Жемчужно-белые, полупрозрачные, они скользили по комнате, переговариваясь между собой и, кажется, вовсе не замечая первокурсников или делая вид, что не замечают. Судя по всему, они спорили.

— А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнес один из них, похожий на маленького толстого монаха. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему еще один шанс…

Дальше Саймон слушать не стал. Предмет разговора привидений имел временной диапазон от вчера до нескольких сотен лет назад. Вместо этого он проверил свою волшебную палочку и еще раз погладил Тритона.

— Да это же новые ученики! — воскликнул один из призраков так громко, что даже Саймон не смог его не услышать. — Ждёте отбора, я полагаю?

— Идите отсюда, — произнес строгий голос. — церемония отбора сейчас начнется.

Это вернулась профессор МакГонагалл. Она строго посмотрела на привидения, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим.

— Выстройтесь в шеренгу — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам, — и идите за мной!

Саймон поспешно встал за Рионой, которую он в последний момент успел углядеть. За ним стояла Гермиона, не перестававшая делиться со своей соседкой уже полученным багажом знаний. Саймон поморщился. Он ничего не имел против здоровой любознательности, но сейчас она его начинала понемногу раздражать.

Они вышли из маленького помещения, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале.

Все, даже Саймон, раскрыли рот от удивления и восхищения тем зрелищем, которое перед ними предстало. Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что он справился с собой быстрее остальных. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам.

Саймон посмотрел на четыре длинных стола. За каждым сидело, наверное, не меньше сотни учеников, и все они вежливо и выжидательно смотрели на первокурсников. Кое-где мелькали серебристые пятна привидений. Саймон обратил внимание, что все студенты, сидящие за столами, немного подвинулись в сторону двери, так, чтобы первокурсник, которого распределят, мог быстро сесть за нужный стол.

Пока все стояли и молчали, Саймон посмотрел на потолок. И снова раскрыл рот от удивления. Потому что увидел над собой бархатный черный потолок, усыпанный звездами.

«Заколдован, наверное», - подумал Саймон. Ведь, в самом деле, погода в Британии была, мягко говоря, нестабильная, и устраивать под открытым небом такое огромное пространство замка было бы неразумно.

В этот момент Саймон услышал какой-то звук и, опустив устремленный в потолок взгляд, увидел, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная. Пока Саймон недоумевал, почему волшебница, одетая в сияющие, с иголочки одежды вообще не постеснялась взять такую в руку, как шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела:

Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Когтевран. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надежные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой.

Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырем столам. Рот ее исчез, она замолчала и замерла.

— Так, значит, каждому из нас надо будет всего лишь примерить эту шляпу? — шепотом возмутился один из стоявших позади Саймона мальчиков, — я убью этого вруна Фреда, ведь он уверял, что нам придётся…

Но в чём именно мальчика уверял таинственный Фред, Саймон так и не узнал. Потому что в этот момент профессор МакГонагалл вышла вперед, с шумом развернула свиток и сказала:

— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнем. Аббот, Ханна!

Вперед вышла девочка с белыми косичками. Она явно очень волновалась. Когда Ханна села на табурет и надела шляпу, то почти утонула в ней, был виден только её подрагивающий рот.

— ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. Саймон увидел, что одно из привидений помахало ей рукой.

Следом за Ханной за стол Пуффендуя отправилась и Сьюзен Боунс. Терри Бут, шедший за ней, попал в Когтевран.

— Броклхерст, Мэнди!

К табурету с шляпой вышла девочка с бронзовыми волосами. Когда она садилась на табурет, Саймон ободрительно улыбнулся ей, но не был уверен, что девочка это заметила. В следующую секунду шляпа полностью скрыла её лицо.

— КОГТЕВРАН!

За вторым столом слева снова зааплодировали. Мэнди сняла шляпу и подошла к своему столу, сев напротив Терри.

Лаванду Браун распределили на Гриффиндор.

— Гринграсс, Дафна!