Девиант в Академии Стражей (Чужая среди своих)

— Полагаю, этого здесь тоже прежде не было? — спросила, зло сощурившись.

Ответ не требовался. Стоило догадаться, что за нами присматривают. Кто бы ни находился с той стороны зеркала, он славно поиграл в золотых рыбок.

— Сволочи! — не сдержалась я. Собрала волю в кулак и, показав неприличный жест, махнула ребятам. — Давайте найдем что-нибудь тяжелое. Если выход и есть, то он только здесь.

Зеркало не поддавалось нашим усилиям, и я почти слышала издевательский смех, доносившийся с той стороны. Взлохмаченная, мокрая и донельзя злая, не сразу заметила, что жижа перестала прибывать. И лишь когда услышала громогласный тон ректора Дидэгуса, опомнилась.

— Достаточно! — прогремел он. — Всем оставаться на своих местах и опустить оружие.

Только теперь я заметила, что трое парней все еще держали в руках бластеры и не отрывали судорожных взглядов от двери, боясь, что из-за нее покажется враг. Жидкость схлынула в одно мгновение.

Дверь широко распахнулась, и в нее вошел наш ректор в сопровождении трех преподавателей и…

О Боже! Я покраснела, кажется, до корней волос. Делегацию из нашей академии сопровождали Охотники. Один, высокий, крупный и совершенно лысый, как то зеркало в комнате, наверняка был их ректором. А вот с Марсом и Даром я уже успела познакомиться.

— Что это все значит?! — взвыл Либер. Чуть ли не с кулаками набросился на Диди, но ректор Охотников, как щенка, поднял его за шкирку и отставил в сторону.

— Только что был проведен первый тур обора в Охотники! — голос его был такой же грубый и объемный, как сам глава академии. — К сожалению, не все из вас его прошли. А вот вас, юная леди, мы здесь увидеть не ожидали.

Это он мне, разумеется. Видно, главный Охотник не ожидал, что кто-то из девушек предпочтет перестрелки танцам, иначе придумал бы дважды, прежде чем устраивать именно такое испытание.

— Привет! — хмыкнул Марс, осматривая меня с головы до ног. — Знаешь, курсант Вэриния, почему-то я не удивлен.

— У нее особый дар влипать в неприятности, — добавил Дар.

Вот теперь мне точно хотелось провалиться сквозь землю. Ну почему бы этим парням не появиться в клубе, пока я была при параде. С прической и идеальным макияжем. Сейчас я больше походила на склизкую селедку, чем на девушку.

— Тем не менее именно она первой разгадала линарум, — пробасил ректор охотников. — И первая нашла выход. По выдержке я поставил бы ей твердую четверку.

Вот теперь стало еще и обидно. Отчего только четверку?

— А вам, молодой человек, должно быть стыдно, — упрекнули Либера. — Охотника из вас не выйдет никогда. Да и Слышащий получится так себе.

— Возьмем это на заметку, — мрачно добавил Диди, обдав ученика презрительным взглядом.

В комнату вбежали родители Либера. Мать, опустившись перед сынком на колени, стала утешать. Но отец отстранил ее и пригвоздил сына к месту твердым взглядом.

— Мне впервые стыдно, что ты наш сын. Мы специально предложили провести первое испытание у нас в клубе. Не сомневались, что ты справишься.

— Я не собирался в Охотники, — проблеял Либер.

И получил от отца звонкую оплеуху. Похоже, сегодня не его день. Вряд ли щеголь Либер быстро отправится от подобного потрясения. Если вообще останется в академии.

Да что он… Вот я — наговорила столько, что мама не горюй. Еще и неприличный жест зеркалу показала — но откуда же мне знать, кто скрывался за ним? Теперь, отойдя в сторонку и «любуясь» на свое отражение, я совершенно приуныла. Косметика размазалась по лицу, волосы повисли мокрой паклей. Даже удивительно, что Марс меня узнал. Впрочем, в прошлую встречу я наверняка выглядела не многим лучше.

Господа ректоры объявляли результаты остальных, на меня больше не обращали внимания. Подумаешь, девчонка, случайно затесавшаяся в чисто мужскую компанию. Но уходя, Марс все же улучил момент и шепнул мне на ухо:

— Не переживай из-за четверки. Отлично наш Крэш еще никому не ставил.

— Спасибо, — проговорила в ответ, чувствуя, как краска стыда приливает к щекам. Но природное любопытство победило стеснительность. — Скажи, Марс, что там с теми аркторианцами? Удалось узнать, кто ими притворялся?

— Нет, — Марс покачал головой и нахмурился. — Они развеяли себя по дороге в Контору. Предпочли убить себя, но не попасть в плен. БМК понятия не имеет, что это были за существа.

— Как жаль, — вздохнула я.

— Марс, ты идешь? — окликнул ректор академии Охотников. — Мы сюда за новыми курсантами приехали, а не с девчонками флиртовать.

— Иду, — отозвался Марс, заметно смущенный. И, обернувшись ко мне, добавил: — Прости, мне нужно бежать. Еще увидимся!..

Глава 7

— Почему нет? — обвиняющее бросила я, несмотря на то, что находилась перед грозными очами ректора Дидэгуса.

— Это не обсуждается! — рявкнул он настойчиво и непримиримо. — Правила едины и нерушимы для всех. Девушек не берут в Охотники, точка!

Я переступила с ноги на ногу, почувствовав, как хрустнул протез. Видно, эта ненастоящая часть меня на сей раз была солидарна и тоже высказывала сопротивление явно устаревшим правилам.

— А, может, все же запятая? — решилась я на замечание. — Ректор Дидэгус, маг вашего уровня способен на многое. Просто сделайте меня парнем, прошу вас. Уверяю, что никогда не пожалею о принятом решении и не попрошу вернуть все назад.

Он обдал меня возмущенным и в то же время насмешливым взглядом. Ну да, невысокая худощавая девчонка со светлыми волосами — вряд ли из меня получится парень-крепыш. И все же мускулатура у меня развита неплохо, а скорость реакции повыше многих. Разве что тонкая талия, высокие скулы, небесно-голубые глаза и светлые, почти белые волосы выдают во мне принадлежность к прекрасному полу. Да еще грудь — не такая, чтоб прям пятый. Совсем нет, так, на полную троечку.

Что до магии — наш Диди был рожден от союза человека и мага мира Триоба, так что получил в наследство кое-что покруче, чем родовой замок. Нас, курсантов, тоже учили колдовать, у многих даже получалось. Но в основном с помощью магических амулетов и других прибамбасов из иных миров. Я же всегда больше рассчитывала на ловкость и смелость, чем на разные магические безделушки.

— Такую не сделать парнем даже с магией, — признался ректор со вздохом. — И вообще, зачем тебе это? А как же походы в клубы, флирт и прочее? Зачем тебе идти на передовую? Понятно, что после получения корочки Охотника можно перейти в другой разряд и сразу занять высокий пост. Но ты и без этого обретешь прекрасное будущее. Я бы на твоем месте остался здесь. Найди себе достойную пару — многие парни на тебя засматриваются. Да-да, я бы именно так и поступил

— Простите, ректор, но ваши седины и мои увечья не позволяют нам рассчитывать на многое. Я должна быть там, на передовой, как вы изволили заметить. Там мое место, — сделав шаг вперед, приблизилась к столу, за которым сидел Дидэгус, и посмотрела ему в глаза. — Вы знаете, почему я здесь, ректор. Вы сами пригласили меня в академию, верили в успех даже тогда, когда другие сомневались. Так почему теперь отказываете в просьбе? Я справлюсь, обещаю.

Он вздохнул и покачал головой. А мне захотелось выть от разочарования. Я так долго шла к этому, выдержала первое испытание, в котором провалились многие парни. И что, бросить мечту, забыть о главной цели? Нет, я должна, обязана поквитаться с теми, кто разрушил мою жизнь. Мою прежнюю жизнь. С теми, кто убил близких мне людей, а меня превратил в калеку.

Четыре года назад меня звали Верой. Я училась на юридическом и грезила путешествиями. Неизведанное всегда манило меня. В тот день мы с друзьями отправились исследовать карстовые пещеры в одном из отдаленных населенных пунктов. Забрались довольно далеко и устроили привал, собираясь провести ночь в живописном местечке. Разложили спальные мешки, достали перекус, термосы и гитару. Развели небольшой костерок. Проводники постоянно оглядывались, прислушивались и переговаривались на родном диалекте. А нам было весело наблюдать за их суеверным страхом. Местные говорили, что изредка в этих местах появляются чудовища, но тогда я только смеялась над подобными заявлениями. Туристам часто рассказывают небылицы, особенно грешат этим проводники, наверное, так набивают себе цену. Был солнечный день, мы весело болтали и пили кофе из термоса.

Вдруг атмосфера незримо изменилась. Воздух начал подрагивать, словно раскалился, как в пустыне. Запахло дымом с примесью тухлятины. Мы напряглись, беседа прервалась на полуслове. Проводники забеспокоились сильнее и стали уговаривать нас поскорее вернуться.

— Ночью, через горы? — возмутилась моя подруга Света. — Да вы с ума сошли!

— Наверное, ветер подул не с той стороны, — решил мой парень Максим.

— А где-то рядом сдох койот или какая-нибудь крупная птица, — добавила я.

Опасностей мы не боялись, как и таинственного шелеста, окружавшего нас со всех сторон. Но когда воздух вокруг превратился в сизый туман, пересмотрели предложение проводников. Сгруппировавшись и похватав рюкзаки, стали двигаться к выходу.

— Не-е-ет!

Дико взвыв, Илья, шедший впереди, вдруг упал. Когда мы окружили его, то заметили, что тело его чернеет, буквально на глазах превращаясь в головешку.

— Что за чертовщина? — испуганно спросил Максим.

Но все же не потерял присутствия духа. Мы собирались забрать Илью с собой, но в считанные секунды на месте того, кто только что пел песни под гитару и прихлебывал из фляжки сдобренный коньяком кофе, осталась лишь кучка серого пепла. Легкое дуновение смрадного ветра — исчез и он.

— Держитесь друг к другу ближе, — скомандовал Максим. — Что-то прячется в этом тумане.

Проводники роптали все сильнее, не давая расслышать посторонние шумы. Но когда крикнула и осела на землю Света, мы уже знали, что случится дальше. Ее постигла та же участь, что и Илью.

Из-за тумана мы заплутали, потеряв все ориентиры. Проводники дико подвывали от страха и сами метались в поисках нужного прохода. Мы не видели того, кто охотится на нас. Но знали — он где-то рядом.

Друзья погибали один за другим, не поняв даже, кто или что его достало. Дольше всех рядом оставался Максим, твердивший, что все будет хорошо, и мы обязательно выберемся. Но когда стал чернеть и он, я бросилась прочь, не разбирая пути. Стало все равно куда, лишь бы бежать. Подальше от тумана, чудовища, что прячется в нем, и раздирающей сердце боли. В тот день я потеряла всех, кто был мне так дорог.

Туман настиг меня.

Чья-то мощная рука или лапа схватила меня за ногу. Я отбивалась, как сумасшедшая, лягалась и кричала. Ногу жгло невыносимо. Боль распространялась от ступни выше, ползла по голени к колену. Меня будто жарили заживо, но я ничего не могла с этим поделать.

И тогда я увидела в тумане его…

Гигантское существо, напоминавшее древнего динозавра с отросшими крыльями. Серо-зеленое, с шипами вдоль мощного туловища, огромными лапами и покатым ненасытным брюхом. Из его пасти вырвался огонь.

В тумане копошился еще кто-то. Расширившимися от ужаса глазами я видела смутные силуэты, метавшиеся из стороны в сторону. Тварь, что надвигалась на меня, была тут явно не одна.

— Мрази! — выла от бессильной ярости и боли. — Когда-нибудь вы поплатитесь за все, что сотворили. Клянусь!

Отползала, не имея возможности подняться и бежать дальше. Но силы были неравны. Дракон Ихозаурус (как я узнала потом, уже в академии), обладал недюжинной силой, ловкостью, проворством. И магией. Сейчас же он разинул гигантскую пасть и отхряпал мою ногу чуть выше колена. Мне до сих пор в кошмарах слышится этот жуткий звук.

От резкой боли я потеряла сознание.

А когда очнулась, впервые увидела Охотников. И ректора Дидэгуса, оказавшегося недалеко от места происшествия. Это он сказал, что я была очень храброй. Он помог спасти часть ноги при помощи магии. Все остальное осталось в ненасытном нутре дракона. Ректор изготовил протез и нашел для меня место в академии, понимая, что к прежней жизни я уже никогда не вернусь.

Я оказалась единственной, кто выжил в этой неравной схватке. От моих друзей остались только кучки черного пепла. И я поклялась найти этих чудовищ. Найти и уничтожить, чтобы больше никто не пострадал от их гнусных лап. Но для этого нужно было попасть в Охотники. Драконы Ихозаурусы — одни из самых редких и малоизученных магических существ. Поговаривали, что они питаются плотью и страхом жертвы. Драконы никого не пускают в свой мир, а те смельчаки, кто решились сунуть в их логово нос, никогда не расскажут о том, что увидели там. Но это не мешает драконам появляться в иных мирах. Их магию нельзя обнаружить, как и их присутствие. Они могут принимать любой облик и быть повсюду…

— С чего ты взяла, что встретишься с ними? — спросил ректор. — Не каждого Охотника, тем более новичка, отправят в опасный сектор. Да и самих Ихозаурусов давно не встречали в других мирах.

— Они рядом, я чувствую. И те аркторианцы — не для драконов ли они похищали девушек? Прошу, ректор, дайте мне шанс!..

— Магическую иллюзию маги высшего уровня быстро просекут, — недовольно пробормотал Дидэгус. — Оставайся собой, девочка.

— А если я сама стану парнем? Вы дадите мне шанс перевестись в Охотники?

Недовольно сопя, ректор поерзал на стуле. Побарабанил пальцами по столешнице. Посмотрел в окно. Снова на меня. Обреченно вздохнул.

— Значит так, курсант Вэриния, один шанс на миллион. Если ты сделаешь так, что я тебя не узнаю и приму за парня, то допущу к следующим испытаниям.

Глава 8

Йу-ху!!!

До сих пор не верится, что наш несгибаемый Диди согласился. Из кабинета ректора я даже не вышла, а вылетела, окрыленная надеждой.

— Эй, Вэр, что такое? — увидев меня, Джун выпустила из рук журнал «Магическая мода и прочие приятности». — Выглядишь так, словно выиграла в лотерею.

— Лучше! — я мечтательно закатила глаза и закружилась по комнате. Потом опомнилась и села на стул, развалившись, наподобие наших парней. Пристально посмотрела на подругу: — Ну что, Джун, ты сделаешь меня парнем?

Подружка вытаращилась на меня, как на новый вид драконов. Прокашлялась в кулак и, подойдя ко мне с серьезным видом, пощупала лоб:

— Перегрелась, Вэр? Говорила тебе, не пей в столовой слишком много тротиканского чая, он вреден для сознания, хотя и славно бодрит.

Я рассмеялась и шутливо хлопнула ее по руке.

— Дело не в чае, Джун. Ректор пообещал перевести меня к Охотникам, если я выполню одно его условие. Он должен увидеть меня и не узнать. Не узнать во мне девушку, понимаешь?

Подружка задумалась. Хмыкнула и, постукивая указательным пальцем по нижней губе, обошла меня со всех сторон, разглядывая, будто впервые.

— Фиговый из тебя парень получится, если честно.

Ну да, невысокий и худощавый — это верно.

— Но ведь дело не в фигуре! А как же знаменитый Мартиус Дэй? Он был метр с шапкой ростом, и то если в прыжке. Но это не помешало ему открыть более пятидесяти новых миров, населенных магическими существами. Давай, Джун, ты же у нас мастер преображения. Если ты не справишься с моей внешностью, не справится никто.

Спустя час мои волосы стали совсем короткими, к тому же появились бакенбарды. Джун постаралась придать моему лицу брутальности и у нее это почти получилось. Брови стали шире: с помощью магического карандаша и кисти подружка придала моему взгляду суровости.

— Теперь походка, — строго сказала Джун. — И манеры. Уверена, что сможешь вести себя как парень?

— Слушай, я много за ними наблюдала… — прозвучало как-то двусмысленно, пришлось поправить себя: — То есть работала с ними бок о бок. Я смогу, вот увидишь.

— Ладно, тогда займемся одеждой, — строго распорядилась Джун. И, указав на мою грудь, хмыкнула: — А вот это придется скрыть.

Мне выдали эластичные ленты, которыми наши красотки частенько стягивали талию, чтобы выглядеть более стройными.

— Неудобно, — пожаловалась я. Набрала полную грудь воздуха. — И дышать тяжело.

— Потерпишь, — кивнула Джун. — Ты сама меня об этом попросила, не забывай. Я не тот человек, который останавливается на полпути.

Под форменную куртку мне подложили специальные накладки, делающие плечи более мощными. Найти эту вещицу было не трудно — многие парни не брезговали носить их. Правда, тщательно прятали под подкладку.

— Ну что, прогуляемся, подружка? — спросила я, рассматривая свое отражение в зеркале. Вроде бы неплохо получилось. — Как насчет сада академии?

Ректор Дидэгус имел обыкновение совершать перед сном небольшой променад. Мы с Джун шли ему навстречу. Она держала меня под ручку и что-то весело щебетала, отчаянно изображая влюбленную пару. Подружка даже не надела каблуки, чтобы я могла казаться рядом с нею брутальнее.

— Он рядом, — шепнула Джун, разворачивая меня к себе лицом. — Ну же, не тупи, подружка. Делай что-нибудь.

А что конкретно? Ах да, мы же вроде как влюбленная пара…

Положила руки на талию Джун, склонилась к ее уху. Она мило захихикала, делая вид, будто млеет от комплимента.

— Г-хм, — прокашлялся ректор, поравнявшись с нами. — Молодые люди, вы разве не в курсе, что перед ректором нужно стоять по стойке смирно. Особенно Наблюдателям.

О, это он мне? Я стояла к нему спиной, но все же чувствовала его суровый взгляд. Сердце мое неистово билось где-то в горле.

— Молодой человек! — тяжелая ладонь Дидэгуса опустилась на мое плечо. — Даже если ты занят таким важным делом, поприветствуй ректора. Джун, твой новый ухажер глухой? Эй, парень, ты меня слышишь?!

Второй раз за день мне хотелось ликовать от счастья.