Вампир на передержку

А взрослый парень мог приехать в Академию на стажировку. Или… тут я нервно икнула — быть новым преподавателем по зельям. Которого ждали со дня на день.

Дорогого препода, первым делом, пырнули ножом, придавили остовом кровати, и, как будто ему мало было такой тёплой встречи, превратили в девушку.

И что теперь делать?!

Глядя мне в глаза, новоиспечённая девчонка прижала ладони к ране на боку. И, глубоко дыша, впала в транс.

То есть, превратилась в статую. В пару к пауку, замороженному моей неудачной руной. Не пошевелилась, даже когда я осторожно потыкала ей в пышную грудь длинной палкой. Если это отложенное действие заклинания смены личины, то библиотекарь припасла его в качестве сюрприза. Я, конечно, хотела обновить мебель в комнате. Но из паука получился отвратительный журнальный стол.

Хотя… из незнакомца получится отличная вешалка для одежды. Вот ноги, конечно, мог бы и не расставлять так широко — полкомнаты занял! Накинула ему на голову покрывало, на всякий случай. Мне ещё, вообще-то, переодеваться нужно!

Бежать признаваться преподавателям, что на этот раз, действительно, натворила чудных дел, я не спешила. Ругаясь вполголоса, разобрала поломанные доски кровати на дрова, отнесла их к камину. Отряхнула матрац, постелила его на голом полу.

Добрым словом вспомнила Джеральда. Который, точно знаю, спал в моей бывшей комнате. И при каждой встрече, передавая мне карамельки и шёлковые трусики, хвалил мягкую перинку, глазея на мои коленки. Вот чем меня мой опекун снабжал регулярно — это нижнее бельё. Приносил лично, демонстрировал прилюдно и отчитывался, что одеждой сиротка обеспечена.

Платья, к сожалению, становились всё короче. И скоро нужно будет экстренно перешивать две вещи в одну — этот момент я оттягивала, как могла. Понимая, что с иглой дружу ещё меньше, чем с метлой.

— Назови десять причин, по которой я не должен убить тебя прямо сейчас!

Злобный шёпот из-под покрывала заставил подпрыгнуть на месте. Только пригрелась возле камина!

А-а-а-а! Оно говорящее! Вздохнула, понимая, что вешалка из заколдованного получилась такая же никудышная, как стол из паука. Предметом мебели он быть категорически отказывался. Мало того — начал угрожать!

— А чего сразу десять-то?! — возмутилась я, понимая, что с трудом наскребу даже три причины не выкидывать меня из окна немедленно. Хотя… Я задумчиво пошевелила горящую доску в камине.

Первая причина — припёрся сам, я его не звала. Вторая — под кровать залезал, опять-таки, как самостоятельный мальчик.

Гм… Бывший самостоятельный мальчик.

Придумывая третью причину, сокрушённо потрясла головой. Похоже, факт превращения в девчонку перечёркивал две первые причины напрочь.

К моему облегчению, пока парень мог только злобно пыхтеть под покрывалом, пытаясь его сдуть. Точно препод… Студент бы уже грозился вызвать папу, адвоката, неупокоенного прадедушку, сидящего на цепи в подвале.

Этот же сосредоточенно пытался сбросить с себя оцепенение. И, судя по кровожадно шевелящимся пальцам, у него это получалось.

На всякий случай, приготовилась убегать, и быстро. Но платье именно в этот момент решило окончательно разорваться. Ткань и так была ветхая. И бурный день она просто не выдержала.

В сундуке лихорадочно начала искать, во чтобы переодеться. Чтобы посвободнее было, и убегать сподручнее.

— Жертва, ты будешь умолять о прощении! — продолжил заколдованный, стараясь говорить басом. Слушать собственный высокий голос было выше его сил.

— Ага, — согласилась я, шурша бальным подъюбником. Вот зачем он мне здесь?!

— Ты будешь извиваться в муках!

— Уже! — пропыхтела я, пытаясь втиснуться в узкий корсет. Как приличная девушка, была обязана носить это пыточное устройство.

Ладно, буду неприличной! Отшвырнула корсет, и начала натягивать через голову юбку. Через ноги она уже не пролазила, застревала на бёдрах.

— Что — уже? — не понял незнакомец, — сними покрывало, мне не видно, чего ты там стонешь, я тебя ещё даже не ранил!

Чего захотел, извращенец… Нет, юбка, всё-таки, слишком мала! Бросила её в злобную вешалку, одновременно вытаскивая роскошный шёлковый пеньюар. Подарок Джеральда, естественно.

— Вы чем тут занимаетесь?!

Ларина. Естественно, она выждала, пока не уйдёт комендант, и пошла знакомиться с новенькой.

По-хозяйски войдя в комнату, она сдёрнула юбку и покрывало с головы заколдованного. Отшатнулась от его прожигающего взгляда.

Ну всё… Сейчас он ей всё расскажет. Та, непременно, свяжется с администрацией. И прощай, моё образование. И наследство. А всё из-за одного чудака, который решил зачем-то залезть под мою кровать.

Тем более что оцепенение с него уже спало. Паук тоже отмер, и пополз неуклюже в нору.

С хрустом размяв пальцы, незнакомец осмотрелся, зафиксировав меня, прижимающей шёлк к груди, Ларину и её свиту. И ухмыльнулся.

Только сейчас осознала, что под Мост Отчаянных Душ, всё-таки, не хочется…

— Общий сбор, точно, — процедила сквозь зубы Ларина, — я, как староста должна всем сказать. Через десять минут, в общей гостиной главного зала.

Десять минут? Этого вполне хватит.

Незнакомцу хватит, чтобы меня придушил, и отправился по своим делам. Полежать под кроватью декана, например, в поисках острых ощущений. Откуда мне знать, может, у этого извращенца хобби особенное имеется.

Наверное, стоит предупредить старосту, что у нас в башне подкроватный маньяк завёлся. Благо, что пока ему сложно убежать — оцепенение проходило, но очень медленно.

Но Ларина уже повернулась, и вышла. Командовать она любила, поэтому её властный голос потрясал башню до основания.

Общий сбор объявляли не часто. Но даже смерть не являлась уважительной причиной, чтобы пропустить собрание. Притащат в любом состоянии, даже окоченевшем.

— Дай зеркало! — отрывисто приказал заколдованный,

— Да я тебе и без зеркала скажу — не красотка получилась… Но все вопросы к библиотекарю. Она подсунула заклинание смены личины.

Говоря об этом, я, подтянув пояс халатика, споро рылась в сундуке, не веря, что мне банально нечего надеть. Ну было же… было…

— В первый раз вижу, чтобы жертву так интересовала одежда, — пробурчал незнакомец, разминаясь.

— Меня интересует… а, вот оно, любимое!

Платье матери, засунутое в самый дальний угол, было мятым. Меховой воротник от души погрызла моль — его просто оторвала, чтобы не выглядеть совсем уж жалко.

— Отвернись! — приказала я, оценив проблему — как переодеться при наглой вешалке. Которая говорила гадости, и пыталась ходить.

Вот и ходила бы отсюда! Пока собрание не началось.

— Ага, разбежался, я отвернусь, а ты в это время в меня ещё каким-то заклинанием запустишь, — пробурчал заколдованный, подбрасывая доску в камин и ёжась от холода.

Опытный нашёлся! И не закалённый. По моим меркам, в комнате было даже жарко.

Мимо пробежал паук, закутавшись в большой лоскут от шерстяного одеяла. Так вот кто его погрыз!

А я на моль думала… Ещё переживала, как бы очередной мутант не завёлся в башне. Который пуховую шаль с плеч будет утаскивать — на ужин.

— Я передумал, — торжественно объявил заколдованный.

— Отлично, — обрадовалась я, — дверь — там. Совет на будущее — розовой помадой не пользуйся. Блондинкам твоего типа жутко не идёт.

— Я передумал тебя убивать, — перебил меня заколдованный, — если снимешь своё проклятие в течение трёх часов. Кто вас, ведьм, знает, какой гадостью ты в меня пульнула.

Не препод. Тот бы сразу распознал заклятие личины. И избавился бы от него за секунду.

Не студент. Иначе бы уже был в деканате, с требованием наказать напавшую на ровном месте на него Эльзу Октушен.

Не колдун, это очевидно. И не оборотень. Их пушистые ушки не скрывала даже человеческая ипостась.

И на человека тоже не слишком похож. Силу, волнами прокатывающуюся по комнате, не могла опознать. А считывать ауру учат как раз на следующем курсе.

До которого ещё нужно попробовать доучиться.

Одеться я сумела. Лиф через ноги, быстро поправить юбку, и можно скидывать халат с плеч. Корсет пришлось снова проигнорировать.

Так что, ничего интересного незнакомец не увидел. Кроме паука, который отчаянно пытался меня заслонять лоскутком, подпрыгивая.

Получилось у него это плохо. Но за попытку я была благодарна. Отвлёк внимание на себя.

— Интересный у тебя питомец, — пробормотал незнакомец, ошарашено разглядывая Критоса.

Да, одного паука я выделила особенно. Он приходил по вечерам сочувственно посвистеть, когда мне хотелось рыдать особенно громко. И, видимо, уже простил за то, что я его обездвижила. Случайно ведь!

— У нас тут все интересные… Сразу скажу — заклинание смены личины временное. Но когда развеется — это уже вопрос другой.

Из окна башни было видно, как в общем зале зажигаются свечи — к собранию усиленно готовились. Причём, общему — понемногу подтягивались и парни из мужской башни.

В которую незнакомцу идти было рановато. Пока задумчиво наматывает локоны на пальцы — определённо рановато.

— Я на собрание, когда приду, надеюсь, тебя уже здесь не будет, — сказала я.

— Нет уж, идём вместе, — подхватился заколдованный, — не могу сказать, что ожидал более тёплого приёма… Но явно не такого, что меня сразу после портала ранят и бросят под кровать чокнутой ведьме, которая превратит меня в девку! Кстати, есть, во что переодеться?

Может, всё-таки, препод по зельям?!

Глава 3

Тьма, какие же блондинки капризные! То ей юбка мала — хорошо. Распорола пояс, подвязала лоскутом. Вручила. То тунику окровавленную поменять вздумалось — не вопрос, от души подарила простынь. Нежный бежевый шёлк отлично сочетался с ярко-красной юбкой.

Опять не угодила! Меньше часа в теле девушки, и уже заколдованный меня взбесил. А на сборы, между прочим, осталось меньше минуты. Я парня, так-то, не звала. Сам решил пойти послушать, о чём будет вещать декан. А мог бы остаться в комнате, Критос составил бы компанию и ему, если вдруг заколдованный пожелает порыдать.

Рана, кстати, затянулась, будто её и не было. Интересно, это ещё один эффект от заклинания? Тогда вообще не понимаю, в чём смысл злобных взглядов в мою сторону. Да от меня вообще сплошная польза. И вылечила, и одела.

Топот на лестнице подсказал, что времени осталось как раз только чтобы пнуть с досадой доску, валяющуюся на дороге, и выйти.

— А расчёску?!

Донёсся мне в спину возмущённый голос. Я только глаза закатила, вздохнув.

— Пальцами расчешешься. По дороге.

Пока мы вливались в плавный поток, то наслушались, конечно, разных комментариев. Я — по поводу безнадёжно устаревшего платья. Которое, хотя бы, было впору. Заколдованному тоже досталось. Хотя, после попытки пройтись по его внешности с критикой, сокурсницам хватило одного рыка, чтобы отстать.

— Бешеная какая-то, — обиженно пожаловалась Тамира подружке, спешащей рядом, — я всего лишь сказала, что она похожа на мужика, и предложила научить изящной походке. Знаешь, куда она меня послала?!

Подружка знала. Как и все студентки — голос заколдованный не снижал, похоже, принципиально.

— Мистрисс Эльза! — раздался возмущённый вопль мадам Тарю, присоединившейся к группе, чтобы следить за порядком, — не смейте учить девушек ругательствам!

Естественно. Ну кто же ещё тут самый невоспитанный. Кроме дочери предателей — и ругнуться некому!

Заколдованный, незаметно оказавшийся рядом, подхватил меня под локоть.

— Ну, прямо лучшие подружки, — ухмыльнулся он. Вообще, на удивление быстро пришёл в себя.

И даже руки у него почти не дёргались проверять, точно ли он всё ещё девчонка.

Выдирать руку из жёсткого захвата было бесполезно — проверено.

— Будешь рядом, пока не снимешь проклятие, — предупредил парень, сдувая локон с лица, — чтобы не вздумала бежать. А то, смотрю, репутация у тебя здесь не очень.

— Можно подумать, тебе везде рады, — фыркнула я, — так рады, что пырнули, и под кровать мне засунули.

Заколдованный оскалился. Беззвучно, но страшно.

Может, всё-таки, оборотень? А то, что пушистость не повышена — так можно списать на заклинание смены личины.

Большой зал наполнился потоками студентов. Парень рядом со мной широко открытыми глазами смотрел так, будто никогда не видел такое количество ведьм, колдунов и оборотней в одном помещении. Людей было не много. По большей частью — дети богатых родителей. Они стояли отдельно, на высоком балконе.

Меня за локоть отволокли в угол. Чтобы со спины никто не подкрался. И не влупил кинжалом, или заклинанием. Новенький быстро учился. И от Академии Колоносцев не ждал ничего хорошего.

Директор Тарис, в окружении педагогического состава, сел на своё место. Чтобы его увидеть, приходилось задирать голову так, что шею начинало ломить от напряжения. Я давно уже не напрягалась. Тем более что не фанатела от волосатых директорских коленок, которые бросались в глаза первыми.

— А он вообще в курсе, что когда сидит, то у него юбка задирается? — потрясённый шёпот заколдованного слышала только я, настолько близко он наклонился, чтобы поговорить.

— Это укороченная мантия, новинка от маг-дизайнеров! — возмутилась я. Хотя над этой новинкой сама фыркала неделю. В паука, естественно, чтобы никто не слышал. Так как модельер, похоже, поставила везде прослушку с автопроклятием. И за любую критику новинки следовала немедленная кара в виде рвущейся в самый неподходящий момент одежды.

Пауку Критосу, как идейному нудисту, было плевать на проклятие. И он увлечённо освистывал любого преподавателя в женской башне, который приходил в мантии.

Мода на укороченные преподавательские мантии никак не проходила. С ней пришлось просто смириться. Студентам. Так как профессоров Академии Колоносцев, похоже, всё устраивало.

Главным маг-дизайнером была дочка Правителя. Которая терпеть не могла, когда её идеи не нравились кому-либо.