Скинхед. Начало истории

– Как вы относитесь к деятельности радикальных групп, которые пытаются решить национальный вопрос насильственным путём, прежде всего к тем, кого принято называть скинхеды, а равно к другим аналогичным автономным объединениям, совершающим различные акции противоправного характера под националистическими лозунгами?

– Отвечу жестко: на самом деле, а кто вправе их безоговорочно осуждать в стране, в которой постоянно убивают Русских ребят, а государство столь занято своими коррупционными схемами, что «оборотням» явно не до «мелочевки»? Я сам не буду экстремистом – это мой выбор. Я не выйду на улицу с ножом, чтобы разыскивать там заблудившихся в ночи врагов моего народа. Но в ситуации, когда этническая преступность, официально признаваемая МВД и имеющая официальные статистические данные, остается год за годом проблемой, не находящей адекватного решения, когда группы нерусских людей отлавливают наших парней и девчонок и совершают над ними какое-либо акты агрессии, кто вправе осуждать ребят, которые пытаются решить эти вопросы самостоятельно? Разве не асоциальное государство толкает их к этому своим преднамеренным бездействием? Еще раз говорю: я их не оправдываю, я, прежде всего, выступаю за законность любых политических или социальных действий, но и осудить их – значит, признать их действия всего лишь вульгарным хулиганством, что ложь.

Но на фоне эскалации насилия по отношению к Русским я считаю, что Русский националистический экстремизм – это кривой, вульгарный, но закономерный ответ общества на насилие в его адрес, закономерная и, кстати, вполне ожидаемая властями реакция, разве нет? Это неполиткорректный, совершенно тупиковый, но это именно самосуд Русских людей в ответ на более чем очевидный произвол.

© Андрей Кочергин «…Или смерть?» Дворовый Катехизис Русского человека

Молодость с её благородным энтузиазмом, с её смутными стремлениями к чистому, справедливому, к общественной правде есть одна из величайших сил прогресса.

© Николай Шелгунов

Данное произведение не несет в себе пропаганды или агитации расовой или национальной ненависти и вражды, а также пропаганды расового или национального превосходства, и является исключительно художественным произведением.

– Что еще есть интересного?

– А что тебе нужно? Порно стесняешься попросить?

Сегодня, в эпоху высокоскоростного Интернета и мгновенной передачи информации, уже трудно вспомнить то время, когда для бюджетного получения электронных материалов требовались другие, более изощренные способы. Один из них – физическое перемещение винчестера к другому компьютеру. Вот захотел ты бесплатно послушать музыку или посмотреть какой-нибудь новый фильм (при отсутствии локальной сети и нежелании пользоваться тугодумным, на самых низких скоростях диалаповским Интернетом), значит, откручиваешь крышку своего системного блока, достаешь винчестер и несешь туда, где, как считаешь, можно нажиться заветными гигабатайми. Закачиваешь у гостеприимного товарища то, что хочешь закачать, сам делишься информацией с ним, и вы, довольные обменом, расходитесь.

Зато какие плюсы – нужно встать из-за компьютера, куда-то сходить (а то и съездить), пообщаться с человеком вживую. Романтика. На фоне этих ценностей мелкое неудобство типа проникновения во внутренности компьютера – просто мелочь.

Так в очередной раз поступил и Денис Яров. В небольшой компании своих друзей (которые как имели компьютер, так и не имели его, ограничиваясь завистливыми взглядами и повышенной потребностью к предоставлению советов) он с азартом выбирал нужную информацию, не забывая прислушиваться к совету самого друга, к которому пришел обменяться содержимым компьютеров.

– Кстати, смотри, скинули песню веселую. Про скинов. Слышал кто-нибудь?

Леша, владелец навороченного компьютера, кликнул мышью и прибавил громкости на колонках:

Бритоголовые москвички,Забрили головы косички.Вместо туфлей у нас ботинки,А чтоб чертей мочить – дубинки…

Текст был оригинальным, музыка оказалась удачно подобранной под приятный женский вокал. «Шмели», «Бритоголовые москвички», – прищурившись, прочитал Денис название исполнителя и песни.

– Неплохо. Закинь мне тоже. А есть что из похожей тематики?

– Больше нет. Да и зачем тебе слушать фашистов? – спросил Алексей, копируя понравившуюся композицию Денису на винчестер.

– Фашистов?

Представление о скинхедах у Дениса было смутное. В их провинциальном городе кого-то, кто отличался своим видом от обывательской молодежи, встретить было большой удачей. Ну а в том городишке, откуда он приехал пару лет назад, и вовсе подобного ничего не было.

– Ну да, фашистов. Со свастикой и Гитлером. Не веришь, спроси вон у Янки!

Все, кроме Дена, рассмеялись. Янко – местный молодой бандит, цыган, уже успевший в свои годы побывать в колонии для малолетних преступников. Общался он со всеми, но сам жил в своем таборе и все свои дела предпочитал иметь также с ними.

Разговор с подобными типами Дениса бы не испугал, а вот узнать, кто же все-таки те, о ком поют такие боевые красивые песни, было интересно.

– Без тебя разберусь, порнушник, – с улыбкой ответил ему он. Компания вновь засмеялась с вдруг покрасневшего Лехи. – Кидай, что еще у тебя есть, и я пойду. Хватит на сегодня.

* * *

Надо отметить, что Денис относился к тем людям, которые имели обостренное чувство справедливости. Видя неравную драку на улице, он всегда старался интересоваться, в чем причина такого отношения к избиваемым людям. Тех, кто начинал громко материться при большом скоплении людей, вежливо и без криков осуждал. Всегда останавливал тех, кто кинет бумажку на улице, вне зависимости от комплекции или статуса человека.

В общем, мимо несправедливости или нарушения порядка старался не проходить мимо (за что иногда потом ругал сам себя, встречая порой неадекватных типов, с которыми драки уже были неизбежны).

А потому, чем дальше он изучал то, чем на самом деле занимаются скинхеды, тем больше они вызывали у него симпатию. Идеи, пропагандируемые ими, показались Денису благородными, хоть их и выставляли СМИ как человеконенавистнические, а самих скинов – обыкновенными бандитами. Однако кого в нашем мире не оболгали? Всем мил не будешь, думал он. Если медленная бюрократическая машина под названием государство не могла в чем-то защитить своих сограждан, значит надо поддержать тех, кто это может и хочет делать.

Конечно, в их городе не так много тех, кто подпадает под категорию врагов и кому в первую очередь необходимо воспитание методом физического воздействия. Но они есть, и хлопот доставляют немало. Некоторая часть азербайджанцев, торгующих на рынке, пару кланов армян. Но в первую очередь, конечно, глаза всегда мозолили цыгане. Предки индусов любят небольшие провинциальные города и сельские местности. Облюбовали они и окраину города, где проживал Денис, поселившись туда несколькими крупными таборами.

В официальные криминальные сводки они попадали редко. Но зато на улице всегда можно было услышать о совершаемых ими преступлениях. Изнасилования девчонок, групповые избиения молодых парней, воровство и мошенничество, продажа наркотиков. Причины отсутствия шумихи были не ясны. Либо органы правопорядка считали, что перед законом равны не все, получая материальную выгоду от нарушителей, либо сказывались запуганность населения и отсутствие желания бороться против наглых представителей этнического меньшинства. Либо и то, и другое, вместе взятое.

В общем, проблема есть, решение найдено. Как именно бороться, подробно показано в видеороликах, снимаемых самими бритоголовыми и активно размещаемых в сети Интернет. Осталось найти единомышленников и поскорее помочь им в решении «благородного» вопроса.

* * *

– А он точно… из этих самых? – спросил Денис, осматривая вполне приличную на вид комнату. Помещение, где они ждали скинхеда, с которым предстояло знакомство, никак не было похоже на жилище Хэндо из известного фильма «Бритоголовые». Ни плаката, ни заметных вещей, ни единого признака, что здесь живет борец за чистоту нации. Обычная комната среднестатистического жителя страны.

– Точно, не переживай. Самый что ни на есть настоящий скин. Я давно его знаю.

Не без труда, но в конце концов Денис нашел того, кто причислял себя к представителям экстремистской субкультуры. Нашел через своего старого знакомого, Алексея, которому показалось забавным свести двоих, как он выразился, «на всю голову отбитых парней». Хотя, скорее всего, ему было просто скучно.

Пока же они ждали его в доме, где он жил у своих приемных родителей, которые любезно пригласили подождать его прямо в комнате. Ждать пришлось не долго.

– Костя, – вошел в комнату и поздоровался объект ожидания.

На несколько лет старше, чуть ниже по росту, но телосложением чуть крупнее, чем сам Денис. Стрижка под ноль, и пристальный, цепляющийся взгляд. Развалившись на стуле, он с улыбкой выслушал просьбу.

– Да, конечно, могу помочь. Давай, как будет ближайший футбольный матч, я тебя позову, и ты познакомишься с нашими единомышленниками. Мы там чаще собираемся.

У Дениса все запело в душе. Наконец-то он познакомится с теми, о ком столько читал и про кого изучил столько информации. Странно, что они не собираются отдельно от футбола. Хотя, может быть, он хочет показать его всем сразу на футбольном секторе? Или там будет проходить какая-то своя, определенная проверка на профпригодность?

В общем, ничего не понятно.

После непринужденного разговора на идейные темы, они посмотрели Костины ценности – пробитую немецкую каску и проржавевший штык-нож, снятый с немецкой винтовки, а также нашивки и спрятанные плакаты с дисками, которые ему передали из столицы идейные товарищи. «Ну что ж, теперь хоть понятно, кто он», – удовлетворенно подумал Ден. После чего они расстались, предварительно обменявшись номерами телефонов.

* * *

Радость, однако, была не долгой. Денис не получил обещанного приглашения ни в эту неделю, ни в следующую. Телефон молчал. Он пробовал позвонить сам, но первый встреченный скинхед в его жизни либо отнекивался под предлогом занятости, либо просто не поднимал трубку.

Разозленный таким отношением, Ден купил билет на ближайший футбольный матч и, прихватив одноклассника за компанию, пошел на игру местной команды. Но решил занять место не в фан-зоне: туда, не зная никого, он идти не решился. Вместо этого купил билет в соседний сектор, заняв место среди обычных болельщиков («кузьмичей», как их иронично называли фанаты). Но всю игру, все два тайма, он с наслаждением наблюдал за слаженной работой фанатов: как они синхронно и громко скандировали речевки и кричалки, как быстро разрешали конфликт с милицией, если кто-либо из сотрудников хотел забрать кого-нибудь из фанатов, как красиво жгли свои разноцветные фаеры. Внешний их вид также радовал глаз – не у всех, но у многих короткие черные куртки-бомберы с различными яркими нашивками, высокие ботинки, бритые головы. Почти как на тех видео и фото, которые смотрел в Интернете Денис.

Увидел он и Костю среди них. Тот, встретившись глазами с Денисом, как ни в чем не бывало, улыбнулся и махнул головой в знак приветствия.

Ден заскрипел зубами. Понятно, что связываться с новым, абсолютно не знакомым человеком, да еще и с таким молодым по возрасту, вряд ли у кого-то было желание. Ведь в таком случае требовалось брать его на поруки, заручаться за него, оказывать поддержку. Плюс лишнее вызывающее подозрение – с таким энтузиазмом пришел к нему какой-то молодой, никому не известный энтузиаст (пусть даже с рекомендацией знакомого) и говорит, что хочет заниматься деятельностью, которую закон не приветствует в принципе. «Но можно было ведь сказать об этом в самом начале знакомства», – рассуждал про себя Денис.

Идя с футбольного матча, он был целиком погружен в свои мысли и даже не обращал внимания на речь одноклассника, который, захлебываясь слюной от восторга, обсуждал яркие моменты игры.

– Видел, как Бочкарев забил? Вот это был гол! Я вообще такой напряженной игры уже давно не припомню. Даже не ожидал от наших игроков такого. Хотя если бы бегали порезвее… Может, и улучшили бы результат. Ты как думаешь?

– А?

– Как игра, говорю?

– Да, хороша игра-то… Достойно сыграли, молодцы.

Денис слушал его рассеянно. Ему стыдно было признаться, но с каким счетом закончился матч, он забыл сразу же, как только вышел за пределы стадиона. Мысли его были заняты абсолютно другим. Если какое-никакое движение и было в его городе (судя по увиденному, не такое уж и многочисленное, но что ждать от провинциального города), то, как к нему примкнуть, было совершенно не понятно.

Что ж, ждать дальше глупо. Придется делать и организовывать всё самостоятельно. И тогда они либо заметят и позовут к себе, либо Денис под своим чутким руководством организует новое и, безусловно, массовое движение скинхедов в своем городе (в том, что оно будет многочисленным, он даже не сомневался).

Нужно было срочно начинать активно работать в этом направлении. Дорогу осилит идущий, а удача любит только смелых и трудолюбивых.

В это время не то что Интернет, персональные компьютеры были не у всех дома. Поэтому Ден начал с агитации тех, с кем он часто и близко общался – с одноклассников и друзей со своего и соседних дворов. Товарищами по школе, способными радеть за светлые идеи великого будущего, бог его обделил. Та школа, где он учился, была небольшая, и принадлежность к каким-либо субкультурам там была всего у пары-тройки человек, да и те относились к рокерам и панкам, показывая свою принадлежность к музыке максимум нашивкой «Анархия – мать порядка» на школьном рюкзаке. Остальных вообще интересовали только мирские радости – алкоголь и близкое общение с легкодоступными партнершами.

А вот знакомые на его районе оказались более легки на подъем. С теми, с кем вчера Денис гонял мяч по полю и принимал участие в драках против дальних районов города, сегодня он общался на тему засилья цыганских диаспор в городе.

– Сколько можно их терпеть рядом с нами? Работать не работают, наркотики продают, наш народ травят. Девчонок насилуют, парней избивают толпой. Нужно принимать меры, иначе они возьмут окончательно верх, будут свои правила везде устанавливать. Власть нам не поможет, нужно самим вершить правосудие.

Окружающая его разновозрастная молодежь послушно кивала головами, вспоминая неравные драки с цыганами либо просто представляя себя новыми дворовыми авторитетами. По их мнению, имея принадлежность к грозной армии скинхедов, можно было легко заслужить и уважение окружающих, и признание противоположного пола и свести счеты со старыми обидчиками.

Для усиления эффекта Денис дал каждому посмотреть у себя дома художественный фильм «Бритоголовые» с Расселом Кроу в главной роли. Для тех же, кто не имел дома компьютера или ДВД-плейера, был устроен коллективный просмотр фильма у одного из друзей дома. Фильм великолепно отображал настроение субкультуры, показывал яркие драки и авторитет скинов. Ну а на мораль в конце фильма никто не обращал внимания. Она была не так интересна для юных борцов за нацию.

Просмотр фильма и беседы о важности миссии не прошли даром. В течение последующих дней порядка пятнадцати человек были обриты одной машинкой, причем там же, где проходил просмотр фильма. Парикмахером выступил один из соратников из этой же компании, предварительно вежливо предупредив всех о полном отсутствии опыта в стрижке кого-либо:

– Давно хотел попробовать это дело.

Но никого это, в общем-то, и не смутило (в основном, конечно, согласны были те, кто и так имел небольшую длину волос на голове). Стрижка под ноль – это ведь не бог знает какое искусство, провел с десяток раз по голове, и готово. Хотя с теми, кто до этого посещал парикмахерскую, пришлось действительно повозиться, используя не только машинку для стрижки, но и ножницы.

Денис морально готовил свою небольшую армию к первому бою. Интуитивно он чувствовал, что первая же драка покажет, кто готов остаться до конца, а кто нет. Но реальность оказалась намного хуже. «Дети каменных джунглей» готовы были показывать себя крутыми бойцами, активно обсуждать будущие драки, но идти в сам бой были не согласны, всячески оттягивая под надуманными предлогами возможность участия в драке. Ден упорно терпел пару недель, а затем плюнул и перестал общаться с ними. Нужно было заниматься серьезными вещами и выходить на тропу войны, а не заниматься пустой болтовней и пафосом.

* * *

Как еще искать единомышленников, теперь уж было точно не понятно. «Разве что расклеивать объявления по городу», – грустно думал Денис Яров. Ближайшие друзья не разделяют идей, примкнуть к футбольным фанатам тяжело, не зная никого из них.

Отчаявшись, он решил действовать самым простым и самым рискованным способом. Надев высокие ботинки, в которых часто выходил в поход, короткую черную куртку, подвернув джинсы, он стал выходить по вечерам и по выходным дням гулять по городу.

Вероятность таким способом встретить и уж тем более познакомиться с единомышленниками была, конечно, высокой. Но и встретить тех, кто патриотические идеи, мягко говоря, не совсем разделял и с кем пришлось бы отстаивать свои идеи далеко не словесными поединками, вероятность была не ниже.

В одном из дворов, примыкающих к центральной площади, Денис два раза видел небольшую компанию, которая при виде его прекращала все разговоры и молча провожала его любопытными глазами. Но если первый раз он инстинктивно ждал, когда его окликнут интеллектуальным вопросом, а-ля «а ты че, скинхед, да?» или попытаются догнать с последующей проверкой его бойцовских навыков, то во второй раз уже шел менее напряженно. Наверное, завсегдатаям двора, будущим поклонникам игры в домино, просто было в диковинку наблюдать скинхеда рядом со своим домом, и они смотрели на него, как на слона в зоопарке.

По крайней мере, именно так он и рассуждал, проходя мимо них.

В очередной раз, проходя через этот двор, он не увидел уже знакомого сборища парней. Денис остановился закурить, как вдруг услышал вопрос:

– Слушай, извини, можно спросить?

У подъезда стоял высокий худой парень со светлыми волосами и голубыми глазами. «Арийский типаж, блин», – машинально пронеслось в голове у Дена. Похоже, большое прочтение тематической литературы уже начинало сказываться, раз он начинал уже делить людей славянского типа по внешним признакам.

– Смотря что спросить.

– Ты скинхед, да?

Угрозы, ехидства или напускного вызова в голосе не чувствовалось. Скорее, был какой-то неподдельный искренний интерес.

– Скинхед, да.

– Блин, круто. Слушай, а можно к вам как-нибудь… присоединиться?

* * *

Парня звали просто – Денис Аминов, среди своей компании еще проще – просто Амин. Общаться с ним было приятно, он не имел стремления, в отличие от других людей его возраста, показать свое превосходство, крутизну. Спокойное неторопливое вежливое общение. Вместе с тем чувствовалась, однако, готовность в любой момент ринуться в драку.

Он рассказал, что идеями скинхедов увлекся давно, но начать поиски единомышленников или организовать что-то свое – «как-то все руки не доходили». Про фанатов отозвался емко:

– Футбольные болюли. Любят пускать пыль в глаза, но ограничиваются только футболом. Не думаю, что с ними что-то построишь серьезное.

«Как минимум, на примере одного я в этом уже убедился», – вспомнив неудачный опыт общения, вздохнул Денис Яров.

– Ты один? Или есть еще кто-то?

– Есть еще несколько человек. Причем, они все готовы выходить на боевые рейды.

Амина не расстроило то, что Денис сам был не больше как месяц скинхедом, причем пока только подкованным больше в теории, нежели в практике. Он пообещал переговорить со своими друзьями и созвониться уже по результату встречи.

Ден шел домой довольный. Из одного такого разговора, конечно, мало что можно было планировать, но здесь хотя бы уже чувствовалась готовность сделать что-то большее, чем просто говорить.

Занятый своими мыслями, представляя уже себе мощный партизанский отряд в своем городе, который бы наводил ужас и страх на врагов нации, Яров решил не идти домой сразу же, но сделать небольшой круг, прогуляться, заодно и зайти в магазин за сигаретами. Тут-то он и потерял бдительность. Как раз возле дверей магазина Дениса окликнули, уже второй раз за сегодня. Правда, не таким вежливым тоном.

– Эй, фашист!

Ден, занятый своими мыслями, даже сразу не понял, что обращаются именно к нему. Но от громкого возгласа машинально все равно повернул голову.

Навстречу ему шли двое парней. Тот, что был впереди, был очень смуглый, с жесткими, черными, как смоль, волосами. Второй шагал чуть поодаль от него, имел славянскую наружность, на лице застыла отвратительная ехидная пьяная улыбка. Хотя, судя по внешнему виду, они оба были в легком подпитии.

– Подбирай выражения. И тон сделай тише.

– Че, не фашист, да? А чего лысый такой?

– Экономлю на шампуне.

Денис, взглянув в «умные» лица обоих, понял, что дальше бессмысленная беседа если и будет продолжаться, то толку от нее не будет никакого. Еще и ненароком удар пропустит.

Как только приблизился первый из них, дыша перегаром, Ден коротким точечным ударом, целясь в челюсть, постарался сбить его с ног. Получилось. Южанин не удержался на ногах и свалился на землю.

– Эй, ты что, охренел?

Пьяная улыбка у его друга быстро начала пропадать. Он сначала замедлил шаг, а затем кинулся с кулаками. Ден отпрыгнул в сторону, а затем, пользуясь секундным замешательством, ударил его в лицо «двойкой». Соперник покачнулся, но удержался на ногах, пробуя отмахнуться.

В это время первый соперник стал медленно подниматься с земли. Нужно было действовать решительно и быстро. Денис еще яростнее набросился с кулаками на его собутыльника и, пока тот прикрывался, схватил его за ногу и резко дернул на свою сторону. Противник завалился на землю с еще более громким звуком, чем его смуглый товарищ.

Рядом начали раздаваться женские крики. Улица была людная, и требовалось немедленно покинуть место драки во избежание приезда милиции. Ден развернулся к наполовину поднявшемуся южанину и резким ударом кулака в лицо заставил того вновь лечь на землю. Тот закрылся руками, взвизгнув и громко матерно выругавшись.

Вроде все, больше ничего не угрожает. Денис, передумав заходить в магазин, резко ринулся прочь через дворы, по направлению к своему дому.

«Вот и боевое крещение», – подумал он, потирая на ходу левую часть лица. Один из ударов, пусть и скользящих, он все-таки пропустил.