Гомо Сапиенс. Человек разумный

Сумели они одомашнить и волков. И согласно гипотезе Шипмана, именно союз двух хищников – человека и волка – позволил им успешно охотиться на крупных млекопитающих ледникового периода, а также одолеть неандертальцев.

1.12. Маршрут из пункта А в пункт Б

В научно-популярной и учебной литературе ход эволюции человека изображается обычно в виде четких и легко запоминающихся схем, в которых процесс смены одних видов наших предков другими предстает как простая линейная последовательность. Благодаря этому, всем известно, что сначала были австралопитеки, потом питекантропы, их сменили неандертальцы, а они впоследствии уступили место людям современного физического типа – Homo sapiens. Получается, что человек в своем развитии как будто просто поднимался вверх по лестнице, переходя в положенное время с одной ступеньки на другую и следуя при этом единственно возможным путем. Нельзя сказать, что подобные представления об антропогенезе абсолютно неверны. Этот процесс, действительно, развивался по восходящей, и на каждой его новой стадии появлялись существа, в чем-то превосходившие своих предшественников. Однако, при всей своей закономерности, тот вариант антропогенеза, который осуществился в реальности, все же не был ни единственно возможным, ни фатально неизбежным. Наша состоявшаяся эволюционная история – это только один из многих потенциально существовавших ее сценариев, который, в отличие от других, не остался запасным лишь в силу во многом случайного стечения мало связанных между собой обстоятельств.

Представим себе путника, идущего наугад по незнакомой местности. Он не знает конечной цели своего маршрута, но, тем не менее, упорно движется вперед, преодолевая по мере сил встречающиеся препятствия. Там, где тропа разветвляется или требуется обогнуть внезапную преграду, путник сворачивает вправо или влево, выбирая путь, кажущийся ему наиболее удобным. Когда же он оглядывается на ходу, то видит сзади лишь небольшую часть пройденного – отрезок, отделяющий его от последнего поворота. Но вот дорога пошла в гору, шаг за шагом путешественник поднимается все выше и выше и вдруг, оглянувшись в очередной раз, он обнаруживает у себя за спиной чудесным образом преобразившуюся картину. Теперь видна не только часть той тропинки, где остались следы его ног, но и множество других троп и дорог, которые, пересекаясь и расходясь, образуют сеть, покрывающую землю до самого горизонта. Некоторые из них ведут туда же, где путник находится, другие уходят в сторону. Тропа, ранее не привлекавшая внимания, видится сверху более короткой и удобной. Главное же – весь пройденный путь, еще недавно представлявшийся довольно простым, кажется теперь проложенным в сложнейшем лабиринте, запутанном и таящем множество неизведанных возможностей.

Именно таким лабиринтом, со своими тупиками и выходами, бесчисленными поворотами и развилками, является развитие органического мира на нашей планете. Эволюция человека и его предков – одна из составляющих этого процесса, она – тоже лабиринт. И хотя люди, свыкшись со званием «венца творения», часто рисуют собственную эволюционную историю как движение по единственно возможному пути к единственно возможному финалу, на деле она представляет собой историю выбора – выбора одного варианта дальнейшего движения из многих, открывавшихся на разных этапах развития. Наш много миллионолетний путь устлан поистине неисчислимым множеством отвергнутых альтернатив – незамеченных и, разумеется, не осознанных в качестве таковых. Лишь сейчас, когда с непрерывно растущей горы фактов, открывается все более широкая панорама человеческого прошлого, начинаем мы понимать, что наша эволюционная история – это движение в лабиринте, где пройденный путь отнюдь не был единственно возможным и, наконец, что выбор того или иного поворота на этом пути часто определяется лишь случайным стечением случайных же обстоятельств.

Леонид Борисович Вишняцкий. «Человек в лабиринте эволюции»

Чем больше накапливается палеонтологических находок останков ископаемого человека (хотя их число все равно ничтожно), тем очевиднее становится, что древнейшее человечество с самого начала существовало во многих формах. Красивая картинка, иллюстрирующая происхождение человека от обезьяны, таким образом, оказывается выброшенной в помойку: научные открытия последних лет со всей очевидностью свидетельствуют о многолинейности и стадиальности развития ископаемых гоминидов. Иными словами, на каждом новом историческом этапе «вдруг», неизвестно откуда, появлялось сразу несколько качественно новых видов, стоящих на голову выше видов предшествующей стадии. Но как, почему происходили эти скачки? Неясно. А между тем сосуществование на протяжении ряда тысячелетий многообразных форм, относящихся к разным уровням развития, является вполне доказанным. Но вот какая из этих форм стала исходным материалом для формирования современного человека?

Андрей Юрьевич Низовский. «Тайны человека и эволюция»

Итак, выше мы, полагаясь на высоко ученое мнение антропологов, постарались кратко нарисовать картину того, как шел мучительный эволюционный процесс превращение обезьяны в человека. Кстати, тут нужно низко поклониться матушке-природе за то, что она предоставила такой замечательный стартовый материал – первобытную обезьяну.

В предлагаемом нами для обсуждения маршруте пункт А – это обезьяна, пункт Б – гомо сапиенс.

Так вот, вначале у размышляющих о возникновении мыслящего человека ученых и у обывателей рисовалась простейшая наивная «трехчленная» схема. Между А и Б необходимо поместить некое странное существо – полуобезьяну-получеловека. Троглодита или, как его потом назвали, питекантропа. Главная задача тогда была – найти его.

Что и сделал Эвгений Дюбуа, откопавший питекантропа.

Но затем на первый план выходит имя и мнение Чарльза Дарвина. Он в своей второй книжке «Происхождение человека путем полового отбора» стал настаивать на том, что становящийся человек в ходе своего «человеческого» возмужания обязан был делать десятки остановок, в которых приобретал все новые и новые качества-свойства (приобретал новую толику ума?). Дарвин полагал, что таких остановок должно было быть немало – многие десятки.

Еще позднее, уже в наши дни, маршрут из пункта А в пункт Б становится уже совсем сложным.

Дело обстояло так. Бредет это по своей исторической дороге первочеловек и вдруг видит впереди развилку – перед ним открывается сразу несколько путей для дальнейшего продвижения.

Среди этих мыслимых путей есть тупиковые, ведущие в никуда, оканчивающиеся ничем, и все же часть перволюдй бредет по этим никудышним дорожкам. Но, к счастью для человечества, имеются и те «тропы», которые вновь внезапно оканчиваются пучком новых возможностей…

Так постепенно и складывается один-единственный маршрут становления человека, который реально в истории на протяжении громадного числа веков и был реализован.

И вот, когда мысленно, шаг за шагом, прослеживаешь все этапы этого сложного, ветвящегося тернистого пути от Обезьяны к Человеку, то постоянно не оставляет ощущение, будто кто-то, НЕВЕДОМЫЙ (ну, конечно же, не Господь-Бог!) хорошо знал свое дело. Орудовал по определенным правилам (хотя, скорее всего, и не знал подробностей конечного результата) и вел наших далеких предков к заранее намеченной им цели – к созданию человека разумного. Что этот процесс – не только какое-то там случайное соединение многих непредвидимых обстоятельств, а ЗАКОНОМЕРНЫЙ результат действия вполне определенных факторов.

До этого мы упоминали неандертальцев, кроманьонцев, а что? – других претендентов на звание ЧЕЛОВЕК не было? Как бы не так! Вот красноречивая цитата из книги Андрея Юрьевича Низовского «Тайны человека и эволюции»: «Между тем картина мира в эпоху среднего палеолита была бы неполной, если бы мы не сказали о том, что в это время на Земле существовали и другие разновидности людей!

В 1958 году в гроте Мала в китайской провинции Гуандун был обнаружен череп, который, несмотря на свои явно неандертальские черты, пока не может быть отнесен ни к одному из двух известных видов неандертальцев. Существует предположение, что этот человек – результат эволюции синантропа (гомо эректус). И на острове Ява, прославившемся многочисленными находками ископаемых гоминидов, были обнаружены два черепа людей, отличающихся как от неандертальце, так и от находки из грота Мала. По всей видимости, этот «нгандонгский человек» (названный так по месту находки) является прямым потомком яванского питекантропа. Можно упомянуть и «человека из Брокен-Хилла» (Замбия), и череп с берегов бухты Салданья (ЮАР). Некоторые признаки явно отличают их от неандертальцев и, наоборот, обнаруживают сходство с восточноафриканской формой прямоходящего человека вида гомо эректус.

Таким образом, еще 150–200 тыс. лет назад на Земле обитало как минимум пять-шесть видов человека разумного, но только один вид в итоге стал «человеком разумным разумным» – Homo sapiens sapiencs. Почему так произошло? Какова была дальнейшая судьба «тупиковых» видов? Почему именно они стали тупиковыми?

Версий много. Ответов пока нет.

Приведенный пассаж недвусмысленно демонстрирует: на земле некогда проводился (под чьим незримым руководством? – вот вопрос!) строжайший «конкурс» на звание человека разумного. И кто-то среди «конкурсантов» должен был в процессе неимоверно длинных скитаний предлюдей обязательно и заслуженно победить!

1.13. Настырная стрела эволюции

Излюбленным аргументом креационистов является утверждение о невозможности самопроизвольного развития сложных структур из простых на основе случайных изменений. Действительно, здравый смысл вроде бы подсказывает, что, сколько бы мы ни ворошили лопатой кучу мусора, ничего полезного и принципиально нового из обрывков и обломков само собой не соберется. Креационисты очень любят проводить эту аналогию (она известна во многих вариантах). Часто в этом контексте поминают также второе начало термодинамики, согласно которому якобы невозможен самопроизвольный рост упорядоченности – сам собой нарастать может только хаос.

Все это, сказать по правде, полная ерунда. Подобные рассуждения изобилуют логическими ошибками: аналогии не соответствуют объясняемому феномену, а физические законы привлекаются не к месту, то есть делается попытка применить их за пределами установленной для них области применимости. Например, второе начало термодинамики справедливо только для изолированных систем, которые не получают энергии из внешней среды. Живые организмы, напротив, всегда получают энергию извне и, расходуя часть этой часть этой энергии на повышение упорядоченности внутри себя, создают при этом порядочный хаос снаружи. Суммарная неупорядоченность (энтропия) всей системы (организм + среда) при этом растет. Поэтому никакого противоречия между развитием жизни и вторым началом термодинамики попросту не существует. Возможность самоорганизации – самопроизвольного рождения порядка из хаоса – показана экспериментально и обоснована теоретически для самых разных типов открытых неравновесных систем.

Александр Марков. «Рождение сложности»

С точки зрения строго классического естествознания, Вселенная, в которой мы живем и которую наблюдаем, не должна существовать. Она не должна была эволюционировать на протяжении миллиардов лет от более вероятных к менее вероятным (по термодинамическому критерию) состояниям, т. е. в сторону все более сложных и устойчиво неравновесных систем. Значит, в ней не должны были появиться жизнь, общество, культура и личность. А если бы столь невероятно сложные системы и образовались вследствие случайных флуктуаций, они должны были быстро разрушаться, исключая длительный процесс прогрессивной эволюции. В итоге собственное существование выглядит для классического физика как досадное недоразумение («своего рода ошибка»), нарушающее стройную естественнонаучную картину мира…

В XX веке загадка существования (человека, общества, природы) все более обострялась. Накапливались свидетельства того, что не только культура, общество и живая природа, но и физическая Вселенная последовательно изменялась, причем в калейдоскопе многомерных изменений прослеживается удивительный и «странный» вектор – к живому веществу, к человеку, к информационной цивилизации (и куда далее?). Обилие неопровержимых свидетельств такого рода поставило естествоиспытателей перед необходимостью переосмыслить некоторые методологические основания.

Акоп Погосович Назаретян. «Нелинейное будущее. Мегаистория, синергетика, культурная антропология и психология в глобальном прогнозировании»

А теперь немного пофилософствуем. Поговорим вначале, к примеру, о свойствах ВРЕМЕНИ.

Природа времени загадочна, тему эту мы не будем особенно трогать, однако есть один всеми наблюдаемый, так сказать, «экспериментальный» факт, который очевиден и настоятельно требует объяснения. Дело в том, что время всегда движется только в одном направлении: из прошлого в будущего, а не наоборот.

Так возникает таинственный образ «СТРЕЛЫ ВРЕМЕНИ». Она запущена пару десятков миллиардов лет назад точно неизвестно кем и стремится все вперед и вперед, неустанно, дни и ночи, к неведомой человеку ЦЕЛИ.

Спрашивается, а нет ли еще и «СТРЕЛЫ ЭВОЛЮЦИИ»? Нельзя ли ввести еще и такое понятие? Попробуем в этом слегка разобраться.

В замечательной книге Александра Маркова «Эволюция человека. Кн. I. Обезьяны, кости и гены» есть любопытный раздел. Он озаглавлен так: «Почему не все обезьяны стали людьми?».

Марков разъясняет: «Итак, если люди произошли от обезьян… пардон, от древних нечеловеческих обезьян, то почему тогда все остальные нечеловеческие обезьяны не превратились в людей?»

И вот как он же отвечает на этот вопрос. Остроумно и категорично:

«Мне кажется, этот вопрос часто задают просто потому, что думают: ну как же, ведь человеком быть прикольнее, чем скакать по веткам без штанов. Вопрос основан как минимум на двух ошибках. Во-первых, он предполагает, что у эволюции есть некая цель, к которой она упорно стремится или, по крайней мере, некое “главное направление”. Некоторые думают, что эволюция всегда направлена от простого к сложному. Движение от простого к сложному в биологии называют прогрессом. Но эволюционный процесс – это не общее правило, он характерен не для всех живых существ, а только для небольшой их части. Многие животные и растения в ходе эволюции не усложняются, а, наоборот, упрощаются – и при этом отлично себя чувствуют. Кроме того, в истории развития жизни на земле гораздо чаще бывает так, что новый вид не заменял старые, а добавлялся к ним. В результате общее число видов на планете постепенно росло. Многие виды вымирали, но еще больше появлялось новых. Так и человек – добавился к приматам, к другим обезьянам, а не заменил их».

Все верно. Александр Марков большой специалист, тут спорить нечего. Пикироваться с ним мы не собираемся. Хотим лишь к его словам кое-что добавить.

Установлено, что наша Вселенная, процессы в ней, как утверждает наука, покоятся, как постепенно выясняется, на трех сущностях.

Физики, работая с другими отрядами Большой Науки, нащупали в природе две ее главные компоненты, две широкие категории объектов – ОЧЕНЬ БОЛЬШИЕ и ОЧЕНЬ МАЛЕНЬКИЕ. Первая категория имеет дело с космологией, изучает структуру и эволюцию нашей Вселенной. Вторая – взяла себе в удел царство субатомных частиц. Ведет поиск основополагающих микроскопических строительных блоков материи.

В последние годы эти две дисциплины начали отчасти сливаться. Космологи предполагают, что такие явления как Большой взрыв (момент начала существования нашей Вселенной) и вся крупномасштабная структура вселенной обязаны своим происхождением сверхэнергетичным субъядерным процессам, происходившим в мельчайшие доли секунды после творения вселенной. И выяснилось, что очень большое и очень маленькое могут существовать в тесной связи.

Множество побед было одержано физиками. Казалось бы, еще немного, и мир станет полностью понятным. Радость была великая до тех пор, пока пьяные от своих успехов физики вдруг не обнаружили преграду своим научным усилиям. Возникли объекты, которые принципиально трудно было дробить на первоэлементы, двигаясь по простому пути – от сложного к простому. Так в мире была обнаружена – в дополнение к очень МАЛОМУ и очень БОЛЬШОМУ – еще и третья (бог троицу любит!) компонента – объекты очень СЛОЖНЫЕ.

В отличие от первых двух, изучение третьего типа объектов науки – СЛОЖНЫЕ СИСТЕМЫ – все еще пребывает в детском возрасте. Эта область стала актуальной проблемой не так давно. Одна из причин – прежде ученым были недоступны высокоскоростные компьютеры, важные для подобных исследований.

Наибольшие трудности физикам ныне доставляет возникшая на Земле биологическая жизнь, породившая мириады различных видов, конкурирующих и взаимодействующих друг с другом и с окружающей средой.

К чему мы клоним? Конечно же, к процессу возникновения на Земле человека разумного. Все действующие лица этого мирового представления обладают одной важнейшей и уникальной чертой – они в той или иной степени наделены РАЗУМОМ.

1.14. Живучесть СЛОЖНОГО

Представим себе некоего Демона, ведающего все о прошлом и настоящем, владеющего расчетными процедурами и т. д., но ничего не знающего о будущем. Он смог бы доказать невозможность каждого переломного события в истории Земли и Вселенной. Например, пять миллиардов лет назад он бы убедительно объяснил, почему невозможно образование и длительное сохранение живого вещества (т. е. неравновесного состояния материи). Два с половиной миллиона лет назад теоретически безупречно доказал бы, что биологический вид, использующий искусственные орудия, быстро сам себя истребит, нарушив экологический баланс между естественной вооруженностью и инстинктивным торможением внутривидовой агрессии. Десять тысяч лет назад – что Земля не способна прокормить более нескольких миллионов человек (имея в виду исключительно охотников-собирателей и не представляя себе человека с сохой, пастушеским кнутом, станком и тем более с компьютером). И так далее. Во всех таких случаях наш Демон совершал бы одну и ту же и притом почти незаметную «философскую» ошибку, которая дискредитировала основательно выверенные прогнозы: он недооценил творческий потенциал развивающейся системы, ее способность к качественно новым ходам.

Акоп Погосович Назаретян. «Нелинейное будущее. Мегаистория, синергетика, культурная антропология и психология в глобальном прогнозировании»

Главная мысль Дэвиса (имеется в виду Пол Дэвис, английский космолог, автор книги «Проект Вселенной» – Ю.Ч.), что «неуклонное развертывание организованной сложности во вселенной – это фундаментальное свойство природы», чрезвычайно важна для нового типа мировоззрения, которое формируется в наши дни и которое я называю «ноосферным мировоззрением». Оно опирается на факт существования разума в различных формах – от абстрактного «разума», связанного с фундаментальными математическими и логическими структурами вселенной, до человеческого Разума, связанного с творческими способностями человека, в которых проявляется его сотворенность «по образу и подобию» Творца вселенной. Ноосфера – Сфера Разума – с этой точки зрения, является высшим итогом эволюции биосферы – сферы жизни, и носитель разума – человек, гордо именующий себя Homo sapiens sapiens – это не случайное явление, не «плесень на Земном шаре», как думал в начале прошлого века астрофизик Джеймс Джинс, а существо, от решений которого зависит, в конечном счете, существование и качество жизни во вселенной.

Директор Института Ноосферы, кандидат биологических наук Борис Георгиевич Режабек

Разум или его начатки материально воплощены в виде мозга не только человека, но и животных. Млекопитающие весом в 60 килограммов имеют в среднем объем мозга – 200 кубических сантиметров. Много это или мало? Сейчас разберемся.

Самыми сметливыми среди животных давно признаны обезьяны. Так вот, сколько мозга у них? Примерно 500 кубических сантиметров. О результатах этого пополнения «ума» пишет уже не раз упоминавшийся нами антрополог Леонид Борисович Вишняцкий так:

«Данных, подтверждающих необычайно большие интеллектуальные возможности обезьян, накоплено уже очень много и становится с каждым годом все больше. Особенно отличаются в этом отношении гоминоиды, т. е. человекообразные обезьяны, такие как горилла, орангутанг и шимпанзе. Лидирует в этой троице, безусловно, шимпанзе, которые, не прикладывая к тому абсолютно никаких усилий, сделали, тем не менее, за последние полтора-два десятилетия просто головокружительную “карьеру”. Можно сказать, что шимпанзе, сами о том не ведая, почти вплотную приблизились к людям, так, что кажется, еще чуть-чуть, и они станут полноправными членами если не человеческого общества, то, во всяком случае, человеческого рода…»

И дальше Вишняцкий добавляет важные слова:

«… особенно важно то обстоятельство, что в поведении шимпанзе и ряда других обезьян обнаруживается все больше и больше таких черт, которые традиционно считались исключительно человеческим достоянием».

У обезьяны 500 кубиков, а у шестидесятикилограммового человека этот показатель в 2–3 раза выше – 1200–1400 кубических сантиметров! Это несказанное богатство. В этом чудесном созданном Природой неимоверно СЛОЖНОМ органе сошлась хитро взаимодействующие друг с другом почти сотня миллиардов нервных клеток – нейронов.

А теперь пора продолжить наши теоретические рассуждения. Наука тут установила ряд удивительных фактов. Говоря о странных свойствах СЛОЖНОГО, прежде всего, удивляет его живучесть. Ведь новые тонкие и специфические продукты беспрестанно осаждают различные разрушительные, губительные силы. И, тем не менее, перед лицом кажущейся полностью бессердечной Матери-Природы сложное каким-то чудом ухитряется не только выжить, но и ПРОЦВЕТАТЬ.

Второй момент – в миг Творения (Большой взрыв) космос был предельно прост, полностью лишен каких-либо свойств. А дальше последовало саморазвитие, шаг за шагом, совершенно новых свойств, всего того, что мы именуем сложностью.

И самое удивительное в этом процессе «саморазвертывания» Природы – появление живой материи из неживой. Как появился первый живой организм – все еще загадка, тайна за семью печатями. И мнения ученых тут расходятся более всего.

Но с чем спорить становится уже просто неприличным, так это с мнением отсутствия у Природы творческих сил. Мы уже просто обязаны приписать ей способность быть самоорганизующейся. И это свойство материи, из которой создана Вселенная, бросает вызов самому основанию современной науки.

А если вернуться к рассуждениям о «стреле времени», о которой говорилось выше, то тут выясняется потрясающий факт. Но здесь лучше предоставить слово Полу Дэвису. Вот его слова:

«Наряду со стрелой энтропии существует и другая стрела времени, настолько же основополагающая и не менее тонкая по природе. Ее происхождение окутано тайной, но ее присутствие невозможно отрицать. Я имею в виду то, что вселенная прогрессирует – посредством устойчивого роста структурированности, организованности и сложности – в сторону все более развитых и совершенных состояний материи и энергии. Это одновременное движение вперед можно назвать оптимистической стрелой, в отличие от пессимистической стрелы второго закона (имеется в виду второй закон термодинамики, тенденция неуклонного роста энтропии, возрастание хаоса – Ю.Ч.).

Некоторым ученым свойственно попросту отрицать существование оптимистической стрелы. Возникает вопрос: почему? Возможно, потому что наше понимание сложности все еще рудиментарно, тогда как второй закон имеет крепкое основание. Возможно, отчасти также оттого, что ей до сих пор сопутствует привкус антропоцентрической сентиментальности, а также популярность среди многих религиозных мыслителей. Тем не менее, прогрессивная природа вселенной – объективный факт, и его нужно как-то примирить со вторым законом термодинамики, который почти наверняка неизбежен. Только в последние годы успехи в изучении сложности, самоорганизации и коллективных феноменов показали, как эти две стрелы могут сосуществовать в действительности».

Таким образом, мы вправе полагать, что появление на планете человека разумного вовсе не случайно, а вполне закономерно, ибо это переход (от мозга обезьян к мозгу человека) к сложности более высокого порядка. И тут будет действительно правильным к словам «стрела эволюции» добавить вольно выбранное нами прилагательное – НАСТЫРНАЯ стрела эволюции!

1.15. Мозг – ноша тяжелая

Прежде чем отойти в мир иной, очень хотелось бы узнать, с чего бы это некоторым обезьянам, которым все мы обязаны существованием в качестве человека, нужно было в далеком прошлом подниматься на задние конечности и превращаться в нас, людей. Добровольно они пошли на это или принудительно? И как это у них происходило? И почему человек голый, а обезьяны покрыты мехом? И отчего другие обезьяны не подают никаких признаков очеловечивания, хотя по своей биологии ничуть не хуже тех самых, от которых мы произошли? Взять, к примеру, гориллу. Чего ей не хватает, чтобы стать человеком? Времени? Так она существует миллионы лет! Желания? А есть ли оно у нее, и, вообще, могут ли животные думать о своем будущем? Но самое загадочное – это, конечно, разум человека. Что это такое? Как и для чего он возник?

Игорь Васильевич Губенко «Человек до и после»

Но самая, пожалуй, любопытная теория о превращении обезьяны в человека состоит в том, что сделал это не труд, как учил Энгельс, а жульничество и нечестное поведение. Очень немарксистская точка зрения.

Сегодня доказано, что те приматы, которые лучше других умеют обманывать своих сородичей, обладают и самым крупным мозгом. Эта теория носит название макиавеллевского интеллекта, то есть «бессовестного, вероломного, коварного, неразборчивого в средствах ума. По имени известного итальянского деятеля и мыслителя Николо Макиавелли, 1469–1527, по всеобщему убеждению исповедовавшего в политике пренебрежение нормам морали (макиавеллизм) и ради упрочения государства считавшего допустимыми любые средства».

То есть крупный мозг позволял обманывать соплеменников и за счет этого меньше работать, меньше рисковать на охоте, лучше питаться и чаще, скажем так, размножаться.

Сегодня многочисленные случаи обмана среди приматов достоверно запротоколированы. Самка гориллы, например, может тайно спариваться с мужской особью, избегая, таким образом, наказания от доминирующего самца. Часто обезьяны изображают равнодушие к вкусной пище, чтобы конкуренты не украли ее. Описан случай, когда молодой павиан, чтобы избежать выговора от своей матери, внезапно вскакивал и смотрел с тревогой на горизонт, заставляя все остальное стадо впадать в панику, опасаясь хищников. Это уже весьма тонкий расчет, почти человеческий.

Правда, зря ученые говорит о «макиавеллизме». Обезьяны, как и наши предки, не понимают слов «непорядочно» или «порядочно», а просто вывели из опыта, что в результате какого-то поведения получают нужный им результат.

А мораль была придумана совсем в другую эпоху.

Александр Попов «Тайны происхождения человека»

…То и дело мелькающие в средствах массовой информации броские заголовки, сообщающие об обнаружении очередного «ключевого гена, сделавшего нас людьми», явно опережают события

Но ведь они наверняка есть, эти пресловутые «ключевые гены». Хотя этологи и зоопсихологи в последние годы превзошли самих себя в отыскании у других животных особенностей мышления и поведения, считавшихся ранее чисто человеческими, кое-какие важные отличия все же имеются. Пусть не качественные, а хотя бы количественные. В конце концов, мы умнее! Наш мозг по объему втрое превосходит мозг шимпанзе, а это что-нибудь да значит.

Неудивительно, что генетики, изучающие геном человека, изо всех сил пытаются найти те генетические особенности, которые обусловили увеличение мозга и, возможно, его более эффективную работу. Особые надежды при этом возлагаются на сравнение человеческого генома с геномом шимпанзе. Это позволяет сразу исключить из рассмотрения те примерно 98–99 % генома (в зависимости от способа подсчета), которые идентичны у наших видов. Где-то там, в оставшихся одном или двух процентах (что соответствует 30–60 млн нуклеотидов), зашифрована тайна человеческой уникальности. Осталось понять, где именно и каким образом. Сразу после прочтения генома шимпанзе (это радостное событие произошло в 2005 году) генетики дружными рядами бросились штурмовать «извечную тайну» уникальности человека, и мощь их натиска внушает уважение. Публикации, посвященные выявлению уникальных генетических особенностей Homo sapiens, появляются все чаще, и порой создается впечатление, что еще немного – и что-то очень важное откроется нам.

Александр Марков «Эволюция человека. Книга I. Обезьяны, кости и гены»

Мы умнее, наш мозг больше и лучше устроен, чем у обезьян. Полная победа за нами, ура! Но тут неплохо было бы еще понять, какую немалую цену пришлось человеку при этом заплатить. Русская пословица гласит: «нет худа без добра». А тут возникает обратное присловье – «нет добра без худа»!

Будем разбираться.

Начнем с прямохождения. Да, поднявшись с четверенек, нашему совсем дальнему предку было гораздо удобнее обозревать окрестности, высматривая добычу или врага. И руки освободились, можно вооружиться палкой или камнями, подавать сигналы сородичам.

Но здесь возникают не только плюсы, но и минусы. Дело в том, что скелет предков-приматов был скроен с учетом потребностей существа, которое прыгает по веткам, бегает на четвереньках и имеет сравнительно небольшую голову. Кроме того, при прямохождении на вершине всей новой конструкции надо было удерживать непропорционально большой череп.

Врачи не без оснований полагают, что за способность видеть вдаль и за умелые руки человечество по сей день расплачивается болями в шее и мигренями.

О цене разума интересно размышляет в книге «Sapience. Краткая история человека» ее автор Юваль Ной Харари. Вот его слова:

«На самом деле чем больше мозг, тем больше затраты для всего тела. Таскать его повсюду за собой нелегко, особенно вместе с массивным черепом. Еще труднее этот мозг прокормить. У Homo sapiens 2–3% общего веса приходится на мозг, но в состоянии покоя мозг потребляет до 25 % расходуемой телом энергии. Для сравнения: у других приматов мозг в состоянии покоя довольствуется всего лишь 8 % общих резервов. Древние люди дорого платили за увеличенный мозг: во-первых, они тратили больше времени на поиски пищи, а во-вторых, у них слабели мышцы. Словно правительство, направляющее деньги на развитие образования, а не армии, люди отнимали энергию у бицепсов и отдавали ее нейронам, а это не лучшая стратегия для выживания в саванне. Ученый спор с человеком шимпанзе не выиграет, а вот разодрать его на части может запросто.

Но все же чем-то это было выгодно, иначе мозговитые не дали бы еще более мозговитое потомство. Каким же образом мозг компенсировал уменьшение физической мощи? В век Альберта Эйнштейна такой вопрос может показаться наивным, но ведь Эйнштейн – явление современной эпохи, а на протяжении двух миллионов лет, пока нейронные сети в голове человека росли и усложнялись, похвастаться люди могли разве что кремневыми ножами и заостренными палками. Эволюция человеческого мозга – загадка еще более удивительная, чем появление бесполезного павлиньего хвоста или рогов, обременяющих голову оленя. Ради чего все это? По правде говоря, нам не ведомо».

Пока мы равняли мужчин с женщинами. Но выясняется, что при увеличении мозга труднее всего пришлось полу женскому. Возникли проблемы с рождением детей. Жеребенок после рождения готов бежать рысью. Месячный котенок, расставшись с матерью, способен сам добывать себе пищу. А дитя человеческое? Оно много лет остается беспомощным, зависимым от старших, которые его кормят, защищают и обучают.

В книге Виктора Рафаэльевича Дольника «Непослушное дитя биосферы» читаем:

«У четвероногих животных строение таза таково, что он одинаково хорошо приспособлен и для бега, и для родов. Чтобы голова плода легко проходиласквозь родовой канал между образующими таз костями, таз должен быть «широким». У четвероногих широкий таз не препятствует бегу, и некоторые из них рожают очень крупных детенышей. У шимпанзе голова плода относительно большая, но и она проходит сквозь родовой канал, не делая поворота. По мере приспособления к хождению на двух ногах нужно, чтобы подвздошные кости таза повернулись вовнутрь. Таз при этом становится узким…»

Так вот, прямохождение сузило бедра, а значит, и родовые пути, в то время как голова младенцев увеличилась. Смерть при родах сделалась частой. Теперь больше шансов на выживание имели те женщины, которые рождали младенцев недоношенными, их череп был еще сравнительно невелик и мягок. Естественный отбор стал поощрять преждевременные роды. Это становится непременным правилом.

Для рода человеческого, становящегося на ноги, все это имело огромное значение. Юваль Ной Харари комментирует это так:

«Это обстоятельство привело к развитию у человека необычайных социальных свойств – и к появлению столь же уникальных социальных проблем. Одинокая мать не в состоянии прокормить себя и потомство, если ей приходится еще и нянчиться с беспомощными малышами. В деле воспитания детей требовалась существенная помощь родичей и соседей. Вырастить человека способно только племя или община. Эволюция благоприятствовала тем, кто научился формировать прочные социальные связи. Кроме того, поскольку человеческие детеныши появляются на свет недоразвитыми, они в гораздо большей степени поддаются воспитанию и социализации, чем другие животные…»

Подбиваем итоги. Все, что сказано в этом разделе книги льет воду на мельницу того, о чем повествовалось в предыдущем разделе. Несмотря на всевозможные преграды, трудности, неудобства неуклонно побеждает движение к БОЛЕЕ СЛОЖНОМУ. Этим стремлением буквально выстлан весь долгий путь от ОБЕЗЬЯНЫ к ЧЕЛОВЕКУ. 

* * *

Происхождение человека было тайной до Дарвина. Оно осталось тайной и после него. Скорее всего, оно никогда не перестанет быть тайной. Свидетелей нет… улики уничтожены… дело не раскрыто, но его все равно можно сдать в архив.

Происхождение человека – это лишь треть Великой Тайны, и за последние лет двести ничего внятного о ней сказано не было. И сегодня, как и всегда, единственным ответом на стоящий перед человечеством вопрос остаются слова:

И создал мужчину и женщину по образу Своему. По подобию Своему создал их…

Илья Стогов «Челюсть Адама: Карманный путеводитель по доисторическому прошлому человека»

Мы не произошли от обезьян. Мы – обезьяны, но обезьяны особенные, культурные (в том смысле, что наше поведение определяется культурой, а не только генами) и к тому же умные, аж с семью регистрами кратковременной рабочей памяти. С какой стати нам брать пример с шимпанзе, этих реликтовых лесных гоминоидов, не способных изготовить простейший олдувайский отщеп? Мы ведь даже со своих совсем недавних предков – палеолитических охотников-собирателей, людей бронзового века или средневековых европейцев – если и берем пример, то очень избирательно. И правильно делаем. Эти ребята считали «добром» многое из того, что сегодня является безусловным злом.

Если серьезно, то я считаю, что десакрализация и демистификация человеческой психики, вскрытие ее подлннных эволюционных и нейробиологических корней – это путь к переводу нашего самосознания на новый, более высокий уровень. Многие считают, что главная отличительная черта человека – способность к рефлексии, осознанию собственного существования. Этого мало. Следующим шагом должно стать осознание собственной природы и происхождения. Честно говоря, я надеюсь, что когда-нибудь парадоксальная фраза «человек происходит от Дарвина» будет восприниматься как банальная истина.

Наша внутренняя «модель себя», эта первооснова нашего социального интеллекта, очищенная наконец-то от примитивных сказок и страшных призраков, а заодно и от чрезмерно раздутого чувства собственной важности, с переписанными и учтенными скелетами в шкафах, станет куда более эффективным инструментом, чем тот полуфабрикат, с которым эволюция выпустила нас в мир культуры. А ведь на «модели себя» основано все то, что издавна считалось хорошим (пусть и в узком, «патриархальном» смысле): взаимопонимание, любовь, сочувствие. Мы сможем лучше понимать друг друга. Мы сможем стать великодушнее.

Да, способность манипулировать ближними тоже основана на этой модели, но вы попробуйте применить свои макиавеллиевские штучки к собрату, который не хуже вас все знает о макиавеллиевских штучках.

Хватит уже быть жертвами эволюции, друзья. Хватит чуять нутром и думать желудком. У нас есть семь регистров, мы еще не окончательно угробили эту планету, мы уже поняли, откуда мы взялись, и мы уже гуляли по Луне. Все еще может быть не так плохо.

Александр Марков. «Эволюция человека. Кн.1. Обезьяны, кости и гены»

Итак, первая глава нашей книги закончена. Увы, увы, увы! В разобранной нами теме вопросов гораздо больше, чем ответов. Да и есть ли вообще среди ответов – заключения категорически верные?

Отрицать нельзя лишь один лезущий в глаза, очевидный, непререкаемый факт: на планете Земля помимо зверья и растений появилось новой создание – ЧЕЛОВЕК. Существо особое – наделенное РАЗУМОМ. Что в нашей книге будет дальше? Во второй-пятой главах мы постараемся по возможности обстоятельно и по мере слабых наших сил разобраться в том, что есть МОЗГ и МЫШЛЕНИЕ.

До скорой встречи!

Часть 2

Наш мозг никогда не перестает создавать новые связи и отсекать те, которые не используются. Такие связи будут непрерывно крепнуть в тех областях, в которых мы укрепляем их, – подобно мышцам, о которых мы упоминали на первых страницах книги, нейронные связи крепнут по мере использования и атрофируются от бездействия. Благодаря тренировке мы можем добиться таких рекордов, о которых прежде и подумать не смели.

Мария Конникова. «Супермозг: Думай, как Шерлок Холмс»

Все, что происходит в вашей жизни, – от коротких разговоров до культуры в широком смысле – формирует микроскопические особенности вашего мозга. С точки зрения неврологии тот человек, которым вы являетесь, определяется тем, где вы были. Мозг – неутомимый оборотень, постоянно переписывающий свои цепи, и, поскольку ваш опыт уникален. Уникальна и структура обширных нейронных сетей. А поскольку эти сети продолжают изменяться на протяжении всей жизни, ваша личность напоминает движущуюся мишень: она никогда не достигает конечной цели.

Дэвид Иглмен. «Мозг: Ваша личная история»