Искатель, 2018 №11

— Он сейчас в больнице. Мне показали фотографию Колдобина. Я узнал его. Это тип, который участвовал в нападении на меня в тот злополучный вечер, но потом сбежал. У него действительно разбито лицо, под глазами синяки.

— Помню, помню третьего парня, худой и белобрысый. Но мы его даже пальцем не тронули.

— Вот именно.

Кирюхин тяжело вздохнул.

— В изобретательности и хитрости им не откажешь. Они решили тебя посадить.

— Что мне делать?

— Не переживай, Федор. В полиции я расскажу, как на самом деле все произошло.

— Так они могут и вас привлечь к уголовной ответственности.

Кирюхин ухмыльнулся и, вынув из кармана смартфон, набрал номер.

— Ты на работе? — спросил он. Затем нахмурился, внимательно выслушал собеседника и заговорщицки произнес: — У меня к тебе дело. Через полчаса буду. — Вернув телефон на прежнее место, Кирюхин сообщил: — Мне нужно отлучиться на некоторое время. А ты обратился в тот вечер в травмпункт?

— Конечно, — ответил Лукашин и полез во внутренний карман пиджака. — Есть медицинское заключение.

— Если я правильно понял, заявление в полицию ты не написал?

— Нет.

— А зря. Видишь, как они тебя опередили. Советую немедленно написать заявление в полицию о том, что ты подвергся нападению и избиению, и приложить медицинское освидетельствование. Попробуем посостязаться с этими отморозками. Хочу посмотреть, насколько их хватит. Я считаю, что Викентий Колдобин самое слабое звено в их обороне, и намерен этим воспользоваться, — проговорил Кирюхин и покинул офис.

* * *

В здании управления полиции в одном из кабинетов уголовного розыска за столом сидели два профессионала и беседовали вполголоса. Они знали друг друга более двадцати лет. Хозяин кабинета, майор Добычин, богатырского сложения брюнет с крупными чертами лица, в настоящее время работал старшим оперуполномоченным по особо важным делам. На вид ему было сорок с небольшим лет.

— Николай Николаевич, я знаю тебя давно, еще с тех пор, как мы начинали работать в Хотынецком РОВД, поэтому кривить душой не стану, — произнес Добычин. — Скажу честно, я давно наслышан об этом парне. Фархад — фигура скользкая. Есть информация, что он один из организаторов наркотрафика. Кто-то предупреждает его о наших оперативных мероприятиях, и поймать с поличным не удается.

— Ты слишком доверяешь своим сотрудникам, — заметил Кирюхин.

— Без доверия в нашей работе нельзя.

— Полагаю, со временем предатель обязательно засветится.

— Возможно, — согласился майор. — И тем не менее, как профессионал, я несу ответственность за промахи в работе, и исправлять их предстоит мне.

— Думаю, наши интересы в этом деле совпадают, — сказал Кирюхин. — Я хочу, чтобы ты помог одному человеку.

— Какому человеку? Поконкретней можешь объяснить?

— Вчера возбуждено уголовное дело по факту избиения Колдобина. Подозревают Федора Лукашина.

— Я в курсе, — произнес полицейский. — Ты хочешь, чтобы мы оставили его в покое? Скажу прямо, мы на это не пойдем.

— Почему?

— Лукашин нам порядком поднадоел. В своей газете постоянно критикует полицию. Но это не главное. У потерпевшего тяжкие телесные повреждения, и я считаю, виновник должен понести наказание.

— Вот именно, и я за это.

Добычин удивленно посмотрел на приятеля.

— Тогда я не понимаю, что тебе нужно.

— Я хочу справедливого наказания. Чтобы наказание понес истинный виновник, а Лукашин невиновен. Он сам подвергся нападению и получил телесные повреждения, на что есть медицинское заключение.

— В таком случае выкладывай все подробно, — предложил майор.

— Я ведь был непосредственным участником тех событий, — сказал Кирюхин и подробно изложил факты.

Выслушав приятеля, полицейский призадумался.

— Это меняет дело. Я вызову Колдобина и попытаюсь найти с ним общий язык.

— Ты рассчитываешь расколоть этого типа и узнать, кто на самом деле его избил?

— Я уверен, что мне это удастся. Ведь ты же сам мне только что рассказывал, что он сбежал с места драки. А значит, трусоват, и с такими субъектами у меня разговор короткий, — проговорил Добычин и так резко опустил огромный кулак на стол, что на нем с шумом подпрыгнули канцелярские принадлежности.

Кирюхин даже ухом не повел.

— Так и стол можно сломать. Ты будь с ним полегче, — порекомендовал он.

Полицейский усмехнулся.

— Трогать парня я не буду, но наглядно объясню.

Кирюхин встал.

— Не хотел бы я быть твоим врагом, — сказал он, повернувшись к выходу с намерением выйти из кабинета.

— Для меня врагом ты никогда не будешь, — улыбнувшись, произнес Добычин. — Погоди-ка, не уходи.

Майор подошел к служебному сейфу, открыл дверцу, вынул оттуда пухлую папку и раскрыл. Пролистав несколько страниц, он — пробежал глазами текст.

— Кажется, нашел, — сказал оперативник. — Тут в одном сообщении упоминается, что Фархад был замечен в автомобиле «Mercedes-Maybach». По номеру автомашины мы определили его владельца. Им оказался Казимир Пуришкевич, крупный бизнесмен с польскими корнями. Вот его домашний телефон и здесь же адрес… — Полицейский передал приятелю листочек. — Советую с ним встретиться, но прежде собери о нем как можно больше информации. У тебя сложится свое представление. — Майор почесал затылок. — О нем есть еще сведения. Но тебе надо встретиться с «Памятником».

— Не понял! Поясни…

— Ах да, ты не в курсе, — сказал Добычин. — Он мой начальник — легенда уголовного розыска подполковник Щербаков Василий Николаевич. За период службы раскрыл более сотни тяжких и особо тяжких преступлений. Воевал в Афгане и Чечне. Имеет кучу орденов и медалей. Получил орден «За заслуги перед Отечеством». Поэтому наши оперативники между собой прозвали его «Памятником».

Кирюхин добродушно улыбнулся.

— Теперь понятно. Я помню Щербакова. Наши пути с ним пересекались, когда я работал в уголовном розыске Хотынецкого РОВД.

— Очень хорошо. — Майор взял со стола какие-то бумаги и продолжил: — Теперь я уверен, что он поделится с тобой информацией. Извини, приятель. Но сейчас у меня нет времени, тороплюсь на совещание. Зайди как-нибудь на днях.

— Обязательно зайду, — произнес частный сыщик и вышел из кабинета.

Глава 6

Кирюхин сидел за рулем кроссовера «Nissan Qashqai» и глядел, как серое асфальтированное дорожное полотно стремительно набегает на его автомобиль, а затем исчезает под колесами. Проведя в дороге немногим более получаса, он въехал в поселок Знаменское, ничем не примечательный, как, собственно, и другие районные центры области. Он пересек населенный пункт по одной из крайних улиц и выехал на дорогу, ведущую в лесной массив, где за большими лиственными и хвойными деревьями скрывалась обширная усадьба.

Поместье было обнесено трехметровым забором, украшенным поверху стальными пиками. Железные ворота были открыты нараспашку. Далее дорога пролегала по извилистой березовой аллее. По пути Кирюхин увидел отдаленную лужайку и клумбы, от яркого цвета которых рябило в глазах. Аллея вывела его на бетонную площадку, на которой стояло несколько автомобилей. Среди них выделялся «Mercedes-Maybach». Возле него сыщик припарковал свой автомобиль.

Недалеко от парковки располагался огромный трехэтажный особняк, к которому вела дорожка, выложенная тротуарной плиткой. Двигаясь по ней к парадному входу, Кирюхин любовался красивыми насаждениями. Неожиданно из стоявшей на его пути беседки вышел мужчина в одежде защитного цвета. Это был брюнет среднего роста, крепкого сложения, лет тридцати, с ярко-голубыми глазами. На бледном лице застыло грозное выражение.

— Куда вы идете? — громко и требовательно спросил охранник.

— Мне нужен Казимир Пуришкевич.

— А вы кто будете?

— Моя фамилия Кирюхин. Я звонил ему, и он меня ждет. Лицо охранника мгновенно приняло доброжелательный вид.

— Вы раньше служили в отделе полиции соседнего района?

— Вы имеете в виду Хотынецкий РОВД?

Охранник утвердительно кивнул и улыбнулся.

— Я там работал в уголовном розыске, но это было так давно.

— Я наслышан о вас. Теперь вы возглавляете детективное агентство?

— Возглавляю. Ну и что?

— Мечтаю работать у вас, — выпалил охранник.

— Чем же вас не устраивает нынешнее место работы?

— А тем, что целыми днями приходится слоняться по этой усадьбе. Мне уже надоело. Без настоящего дела просто тупею. Хочется активной, интересной работы.

— Ну что ж, — произнес Кирюхин. — Подожди меня. Когда вернусь, тогда переговорим.

— Непременно подожду. А вы идите через парадный вход, — услужливо предложил он.

Высокая худая дама с лицом, похожим на гипсовую маску, открыла входную дверь. Когда сыщик представился, она без лишних вопросов повела его сквозь просторный и вычурный холл, выполненный в стиле барокко. Повсюду на стенах и потолке была роспись с античными сюжетами. Интерьер украшала роскошная позолоченная лепнина с дорогой отделкой. Кое-где виднелись мраморные статуи, которые хорошо сочетались с античными фронтонами и выполняли не только декоративную, но и практическую функцию — служили основанием для светильников.

Они прошли по коридору к личному кабинету хозяина.

— Я доложу Казимиру Стефановичу о том, что вы прибыли, — сухо произнесла дама и скрылась за дверью, которая изумила Кирюхина своей уникальной красотой.

Эта была самая дорогая межкомнатная дверь, которую он когда-либо видел. Она не уступала по своей красоте «двери Джоконды», выставленной в салоне Бухареста за 34 тысячи долларов. На этой двери был изображен мужской лик, инкрустированный кристаллами Свароиски. Такую дверь может заказать только ценитель эксклюзивных вещей и очень богатый человек.

Прежде чем поехать на встречу к Пуришкевичу, Кирюхин выяснил, что он удачливый финансовый магнат, глава успешной компании. По некоторым сведениям, его капитал превышал полмиллиарда долларов.

Сыщик узнал, что бизнесмен нуждается в профессиональных кадрах, и решил предложить ему свои услуги. По мнению Кирюхина, это был единственный повод, который давал возможность встретиться с Пуришкевичем и создать собственное представление об этой загадочной личности. Поэтому Кирюхин позвонил Пуришкевичу и договорился о встрече.

Дама распахнула перед ним дверь. Кирюхин включил свою самую обаятельную улыбку. Теперь женщина улыбнулась в ответ, и на какой-то момент сыщику показалось, что гипсовая маска, покрывавшая ее лицо, треснула.

— Входите, пожалуйста. Казимир Стефанович ждет, — сказала она.

Пуришкевичу на вид было около пятидесяти лет. Он выглядел именно так, как должен выглядеть настоящий долларовый миллионер. Плотно сложен. Волосы благородного серебристого оттенка. Кожа покрыта легким загаром, а глаза практически бесцветные и безличные. Одет в один из лучших итальянских брендов мужской одежды — темно-синий костюм марки Kiton.

Кирюхин обратил внимание, что физиономия миллионера имеет сходство с ликом, инкрустированным кристаллами Сваровски, который он только что видел. И сыщик пришел к выводу, что это именно он изображен на дверном портрете.

Казимир Пуришкевич сидел в коричневом кожаном кресле за большим столом, где находилось несколько телефонов, стопка документов, канцелярские принадлежности и компьютер. Напротив стола выстроилось несколько мягких стульев. Левее входной двери на стене висел огромный плазменный телевизор. Чуть поодаль стоял шахматный столик из оникса с бронзовыми фигурами. На правой стене расположилась библиотека, в которой виднелись книги из серии «Мир литературных героев» издательства «Дейч»: Рэя Брэдбери, Курта Воннегута и Станислава Лема. Рядом копии силуэтных миниатюр работы Федора Толстого, двоюродного дяди знаменитого писателя Л. Н. Толстого. На противоположной стене фотографии предков, среди которых был даже польский генерал. А рядом висела старинная картина Великого короля Казимира III, который много сделал для развития польского государства.

Внимание сыщика привлек большой портрет красивой девушки с огненно-рыжими волосами и сияющими изумрудными глазами.

Кирюхин в одно мгновение проанализировал увиденное и пришел к выводу, кто перед ним: умный и расчетливый делец; любящий сын и патриот, почитающий своих предков и берущий пример с Великого короля Казимира III; интеллектуал, разбирающийся в классической литературе и живописи и, судя по портрету девушки, любящий отец.

Хозяин кабинета оглядел пришельца так, как миллионер рассматривает предложение, которое, возможно, будет стоить ему денег.

— Вы и есть Кирюхин? — спросил он.

— Он самый, — буркнул сыщик. — Хотите убедиться в этом и взглянуть на мои документы?

— Вы догадливы, — произнес бизнесмен.

Кирюхин приблизился к столу и протянул паспорт и патент на детективный вид деятельности.

— Присаживайтесь, — предложил хозяин кабинета. Кирюхин опустился на ближайший стул.

Пуришкевич внимательно просмотрел документы и отложил их в сторону.

— Я догадываюсь, чем вы там занимаетесь, однако я слышал об этом из других уст. Расскажите о себе подробней.

— С удовольствием, — сказал сыщик. — Увольняясь из полиции, в которой мне довелось прослужить более двадцати пяти лет, я подумал, что чем богаче становится человек, тем больше у него возникает проблем и зависимости от других людей, а значит, ему нужны определенные конфиденциальные услуги. Тогда я решил предоставить нуждающимся людям такие услуги. В результате год назад появилось агентство с громким названием «Пинкертон». Вы спросите: «Почему именно «Пинкертон»? Ответ прост — это прозвище закрепилось за мной еще в те времена, когда я работал оперуполномоченным, а потом начальником уголовного розыска в аэропорту «Кольцово». Я не питаю иллюзий, что идея создания детективного агентства была замечательной. Вовсе нет. Работая в коммерции, наверное, можно было бы заработать гораздо больше денег, и тем не менее я профессионал в сыскном деле, и это то, что я умею делать по-настоящему качественно. Признаюсь, что эта работа не при несла мне много денег, но зато я получил моральное удовлетворение. Мое агентство возьмется за любое дело по желанию клиента, если это не противоречит закону. Те проблемы, которыми мы занимаемся, люди обычно хотят разрешить в свою пользу, но не могут. Как только мы беремся за работу, проблему решаем. Гонорар за свою работу мы берем крупный, поэтому гарантируем конфиденциальность.

Когда Кирюхин замолк, чтобы перевести дыхание. Пуришкевич, несколько раздраженно заметил:

— Да, я что-то подобное уже слышал. — Потом он нажал на кнопку в столе, и в коридоре прозвенел колокольчик. — Что вы будете пить?

— На работе не пью.

— Может быть, чай, кофе…

Кирюхин кивнул:

— Кофе выпью с удовольствием.

В это время входная дверь отворилась, и на пороге появилась худая женщина.