Повелительница молний [СИ]

— Я так и думала. Все из-за тебя. Ты заняла мое место. Мне не хватило одного балла. Это несправедливо!

Она орала так, что на нас стали оборачиваться остальные студенты.

— Уймись, ненормальная. Прежде, чем обвинять других, лучше бы сначала разобралась в себе, — спокойно ответила я.

Значит, и в этот раз она оказалась в пролете. Но, каждому свое. Многие любят обвинять других в своих неудачах, вместо того, что бы понять и разобраться в себе. Инцидент оставил тяжелый осадок в душе, но и он постепенно исчез.

Наша учеба началась. И если днем ещё мне удавалось не пересекаться с Денисом, так как мы учились на разных факультетах, то по вечерам становилось совсем невыносимо, особенно, когда он рассекал передо мной в одном полотенце после душа. Мне с трудом удавалось прятать свое полыхающее от возбуждения лицо. Приходилось сбегать до того, как он появится в комнате.

Однажды вечером я не успела. Денис, будто намеренно решил подловить меня. Как только я собралась выходить, вошел парень. Он пристально посмотрел мне в глаза и спросил:

— Том, а куда ты каждый вечер ходишь? Взяла бы меня хоть раз с собой, — с долей обиды в голосе произнес он. — Мы ведь, вроде как, друзья.

Слова о дружбе покоробили. Какие, на фиг, друзья?! Мне нужно намного большего. В груди защемило. Комок в горле мешал говорить, пришлось откашляться.

— Я не могу взять тебя, — немного стушевалась я, пытаясь быстро подобрать слова для отказа. Его не должно быть рядом со мной. Ведь согласиться взять его с собой — означало раскрыть свой секрет. И я просто не знала, как он на это отреагирует. Рисковать я не собиралась. — Может быть когда-нибудь, но не сейчас, — уклончиво отмазалась я.

— Ладно, — обиделся он, отворачиваясь и подходя к своей кровати, улегся на нее, демонстративно отвернувшись. А мне ничего не оставалось, как покинуть комнату.

Кто бы знал, как же мне хотелось открыться, рассказать, поделиться своим даром. Но табу, которое ни в коем случае нельзя было нарушать, сдерживало меня. Люди злы. И друг может стать врагом, стоит только посвятить его в то, что неподвластно людскому разуму.

Место для тренировок я нашла на одной из вышек, которые находились как раз за сквером. Место было безлюдное, потому я не волновалась, что меня кто-то сможет увидеть. Мои способности усилились. Теперь я могла удерживать молнию в руках очень долго, превращая ее в жидкий поток, который скользил по моим рукам, обвиваясь вокруг тела, как змея, ласкаясь. Мне нравилось то чувство, которое возникало при этом. Спокойствие, расслабленность, нега. Мне было хорошо, все заботы отходили на второй план. Мысли улетучивались из головы. Были только я и молния.

Чувство власти над стихией пьянило, кружило голову. Зато разум полностью очищался. Такое состояние часто помогало в учебе. Лишнее исчезало, оставалась только нужная информация.

Денис.

Целый месяц я сходил с ума от ревности и злости. Да, я понимал, что между нами ничего не может быть, что я не могу до нее даже дотронуться, при этом пытаясь всеми силами заинтересовать девушку. Зачем я это делал, и сам не знал. Но продолжал каждый вечер пытаться соблазнить Тамару. И ведь я видел по ее глазам, что с каждым днем ей все тяжелее сдерживаться. Но эти вечерние отлучки девушки меня убивали наповал. Неужели она снимала напряжение с кем-то другим? Причем, уходила она в одно и то же время. Как на работу, честное слово.

У меня возникло непреодолимое желание узнать, куда она пропадает. С кем встречается? Лучше увидеть своими глазами, может, это поможет мне забыть Тамару, выбросить ее из головы и из сердца. Χотя, постоянно находясь рядом, сделать это окажется сложно.

Однажды я даже не выдержал, и попросил ее взять меня с собой, но она отказалась. Значит, не хочет показывать мне своего любовника. От этой мысли внутри все перевернулось. Стало как-то неприятно, обидно. И тогда в голове возникла мысль, пусть глупая, пусть эгоистичная, но… Я решил проследить за ней и хоть одним глазом посмотреть на того, кто сумел заинтересовать Тамару. И пусть мне будет больно, но так я буду знать, что мои попытки в ее завоевании тщетны.

Выждав неделю, терзаясь при этом сомнениями, я решился. И вечером, стоило Тамаре уйти, как обычно, я, не теряя времени, быстро оделся, собрался и выскочил следом. Едва не потерял ее из виду. Меня спасло то, что на ней была надета белая футболка, которая даже в темноте была неплохо видна. Потому, заметив исчезающую в сквере спину девушки, бросился следом.

С каждым шагом мне все сложнее было передвигаться. Тяжкий груз осознания скорой встречи с любовником девушки давил на плечи. Выдержит ли мое сердце? Я не знал. Но иначе поступить уже не мог. Решился.

Каково же было мое удивление, когда я увидел, что она полезла на вышку. Тамара рехнулась? В первый момент пролетела мысль: она решила покончить жизнь самоубийством? Хотелось закричать, остановить. Но спазм, сдавивший горло, не давал произнести ни слова.

Я остался стоять внизу и наблюдать. Тут же в голове промелькнула другая мысль. Это что же получается, она назначает свидание под луной? Романтично. Задумавшись, я упустил тот момент, когда раздались вспышки молний. Вот же… еще и дождь намечается, а вроде не передавали. Подняв голову к небу… я испытал шок. Молнии сверкали… в руках у Тамары? Но как такое возможно?

Шок. Радость. Осознание. Затопили с головой. Так вот в чем ее проблема. Вот что погнало девушку из дома. Именно дар сдерживал ее все время от принятия собственных чувств. Она оказалась одной из нас. Девушка с одним из сильнейших даров. Или проклятием?

Сам не понимая, что я делаю, стал на автопилоте подниматься вверх. Меня никто не заметил, так как девушка была настолько поглощена, что ничего вокруг не замечала. И только в тот момент, когда одна из молний устремилась ко мне, она резко обернулась, вскрикнула, от шока распахнув глаза, но не успела ничего предпринять. В ее глазах застыл ужас, боль, отчаяние, когда она смотрела, как молния приближается ко мне. И только Тамара протянула ко мне… или к ней руку, как свои конечности вытянул я. И в ту же секунду молния впиталась в мое тело.

Тишина давила. Мы не отводили друг от друга глаз. В голове билась только одна мысль: «Как такое возможно?» Но озвучивать я ее не спешил. Похоже и Тамара тоже. Но вот она сделала первый нерешительный шаг, затем еще один. А потом еле слышно прошептала:

— Кто ты?

— А ты? — в свою очередь спросил я, разглядывая ещё молнию, обвившую ее тело, как змея, оберегающая свою жертву. Вот только жертвой Тома явно не была, слишком уверенно она себя вела.

— Повелительница молний, — со вздохом созналась девушка, понимая: скрывать очевидное уже нет смысла. А потом вопросительно посмотрел на меня.

— Поглотитель молний, — выдавил я из себя и подумал, что мы, как две половины одного целого, плюс и минус. Дополняем друга. А стоило этой мысли мелькнуть, как на мое лицо сразу же выползла широкая улыбка, а глаза засветились в предвкушении. Судя по — всему, об этом же подумала и Тамара, так как и ее лицо озарила улыбка.

Мы несмело протянули руки друг к другу. Я боялся, очень боялся, что сейчас произойдет неизбежное. Но стоило нашим рукам соприкоснуться, как… ничего не произошло. Только молния, обвивающая тонкий стан девушки, зашипела недовольно, разбрасывая искры, которые впитывались в мою руку, не причиняя вреда.

Так мы и стояли, держась за руки. И в этот момент я понял, что мое умение поглощать молнии является все же даром, а не проклятием.

Права была бабушка. Теперь-то я смог понять причину ее хитрого взгляда. Она прекрасно знала: у каждого есть своя половина. И моей оказалась та, которая давно запала в душу, завоевала сердце и навеки поселилась в нем.

ΓЛАВА 4

В тот момент, когда мы оба поняли, что ничего не происходит, то есть, из Тамары не выходит жизненная энергия, и я могу спокойно касаться ее, меня обуяла такая радость, что в порыве чувств я обнял девушку и прижал к себе. Молния, обвивающая тело Тамары, с шипением, похожим на угрозу змеи, бросилась на меня, но не причинила вреда, а попросту впиталась в мое тело. И теперь мы стояли, наслаждаясь близостью друг друга.

Когда стал накрапывать мелкий дождь, мы решили вернуться в комнату. Так, держась за руки, спустились с вышки и пошли, не обращая никакого внимания на взгляды редких студентов, выползших на улицу полюбоваться луной. Нам было хорошо. Касания. Я могу дотрагиваться, а это просто чудо, именно поэтому я не выпускал руки Томы из своей, боясь того, что если вдруг разомкну наши ладони, то все окажется иллюзией, и снова вернется страх.

Стоило нам войти, как Тамара заметила на своем ноутбуке мигающую лампочку, которая показывала пропущенный звонок по скайпу. Бросившись было к нему, она в ступоре застыла посреди комнаты. Ее взгляд заметался, она смотрела на меня испуганно.

— Ты чего? — удивился я. Она же стояла и продолжала переводить взгляд с меня на ноут. Теперь испугался я. Кто это может звонить, что девушка вдруг так засуетилась? Снова ревность вспыхнула со страшной силой. Я едва ее подавил. Девушка вздохнула, зарылась руками в волосах, ероша прическу, а потом с трудом выдавила из себя:

— Это Кристи… — я никак не мог сообразить, что же ее ввело в ступор. Ну сестра, ну и что? Напротив, радоваться же должна. Ведь они близнецы, связаны между собой. И каждое общение, как я читал, приносит обычно радость. Тогда что же сейчас не так? Я прекрасно видел, как тяжело Тамаре подойти к ноутбуку и нажать кнопку ответа.

— Тамара, что происходит? — еще раз поинтересовался я. — Почему ты не хочешь отвечать сестре?

— А ты правда не понимаешь? — удивилась собеседница, давая мне время попытаться догадаться самому. Но у меня вообще никаких предположений не было.

И тогда, видя мое непонимание, она пояснила:

— Денис, понимаешь, ты ей очень нравишься, так же, как и мне, именно поэтому я все время избегала тебя, что бы не переходить дорогу Кристи. Я же видела, как влюблена в тебя сестра. Потому и решила пожертвовать своими чувствами к тебе, покинуть город и страну. Только возле самолета я узнала, что и ты улетаешь. За все время, что я общалась с Кристиной, я ей ни разу не обмолвилась о тебе, что бы не бередить ее раны. Понимаешь? — повторила вопрос Тамара. Я неуверенно кивнул, до меня и правда стало доходить. — А вот сейчас она звонит, и если увидит тебя, то обвинит меня во всех смертных грехах, — с сожалением закончила девушка, продолжая наблюдать то за экраном ноутбука, то за мной.

— Тома, ты сама понимаешь, что говоришь? — вскипел я. — Это абсурд! У нее есть такие способности, как у тебя? — она мотнула головой. — Вот. Я не могу ни до кого дотрагиваться, не убив, — продолжал распаляться я. — Тем более, я ее сразу предупредил, что между нами ничего не может быть, кроме дружбы, потому что…

И тут я запнулся. Весь мой запал резко закончился, а вот Тома, склонив голову на бок, с интересом посмотрела на меня и спросила:

— Потому что? Почему? — в ее глазах я на мгновение заметил отголосок своей боли, мне пришлось признаться:

— Потому что мне нравился другой человек, который меня всячески избегал, да и я сам боялся подойти, чтобы не причинить ему вред, — все это я произнес с опущенной головой. Если честно, я боялся реакции Тамары. А вдруг я ей не нравлюсь?

— И это все причины? — шепотом поинтересовалась девушка. Я мотнул в ответ головой. Но рассказывать о Наташе, о ее убийстве пока не стал. Я элементарно боялся, что после этого меня возненавидят.

Девушка подошла ближе, взяла меня за подбородок, приподняла голову и, посмотрев прямо в глаза, спросила:

— И кто же та счастливица, которая тебе все это время нравилась? — мне от ее прикосновения стало не по себе. Я почувствовал, как жар заливает мое лицо. А вместо ответа уже я притянул ее ближе к себе и поцеловал. Сперва едва касаясь губ, постепенно углубляя поцелуй. Слегка отстранившись, в ее губы прошептал:

— Догадайся, — после чего слова исчезли, остались только чувства и эмоции.

Мы стояли посреди комнаты и целовались, как в последний раз. Я таял от этого нового, еще неизведанного чувства, пытаясь полностью раствориться в нем. И тут, в тот самый момент, когда мои руки забрались Тамаре под футболку, оглаживая бока, гладя спину, постепенно пытаясь ее раздеть… Черт бы побрал все чудеса техники. В самый неподходящий момент. Мы оба распаленные, возбужденные. Раздался писк ноутбука.

Мы отскочили друг от друга от неожиданности. Не сразу сообразив, что происходит, со все еще затуманенными от страсти и желания глазами, смотрели друг на друга, и только потом Тамара сообразила посмотреть на экран ноутбука.

Нам пришлось приблизиться к столу, Тамара быстро привела себя в порядок, вздохнула, как перед прыжком в воду и только тогда нажала на кнопку принятия вызова. Это действительно оказалась Кристина. Сначала лицо девушки светилось радостью, она начала было сходу что-то рассказывать сестре, захлебываясь эмоциями, махая руками. Но стоило ей увидеть меня… с ней стала происходить метаморфоза. Руки застыли в воздухе. С губ исчезла улыбка, она подозрительно переводила взгляд с меня на Тому, а в следующую минуту из ее глаз потекли слезы.

— Том… вы… ты… — она даже не смогла нормально произнести предложение от еле сдерживаемых рыданий. Тамара склонила голову, ее снедала вина. Как девушка и предполагала, ее близняшка мгновенно накинулась с обвинениями в предательстве. Но, наблюдая за ее самобичеванием, я решил вмешаться. И все пояснить девушке.

— Кристина, послушай… — начал было я, но она меня резко перебила:

— Что послушать? Что все это время ты водил меня за нос? Отделывался общими фразами о дружбе, а сам глаз положил на мою сестру. Сказать об этом нельзя было сразу? — вот это заявление уже вывело из себя меня.

— Что ты несешь? Я разве не говорил, что мы можем быть просто друзьями? Не говорил, что между нами ничего не может быть? Я не знаю, что ты там себе напридумывала, но я всегда вел себя с тобой корректно, ни взглядом, ни намеком не показал, что между нами может быть нечто большее. Это ты сама себе нафантазировала бог весть что и сама же упивалась своими фантазиями. А сейчас обвиняешь во всех грехах сестру, — теперь ей пришлось удрученно кивнуть и опустить виновато голову, а потом едва слышно прошептать:

— Говорил… Но я думала… — ее виноватый вид меня уже не смущал, и я решил высказать все.

— Думала? А меня ты забыла поставить в известность о том, что надумала? Так вот, чтобы ты для себя там не определяла, я могу тебе сказать только то, что твоя сестра мне понравилась с самого начала — это первое, а второе… — тут я умолк, соображая и решая, стоит ли ей говорить о своем даре.

Но, заметив паузу, в разговор вмешалась Тамара. Она посмотрела на Кристину, потом на меня и снова на сестру, после чего начала пояснять:

— Кристи, ты ведь помнишь, какой у меня дар? — та, не понимая к чему клонит близняшка, только кивнула на это, Тамара продолжила: — И какие проблемы он вызывает? — снова кивок. — Так вот, у Дена абсолютно противоположный. Именно он тот, с кем я смогу, наконец, почувствовать себя не прокаженной, мне не придется больше проводить экспериментов, подвергая опасности других, при этом волноваться: получится-не получится. Это не жизнь, а сплошные мучения. И только с Денисом я почувствовала себя счастливой. Он, как мое дополнение, — посмотрев на непонимающую и недоумевающую девушку, Тамара закончила: — Я создаю молнии, а Ден их поглощает. И теперь можно не переживать, что он превратится в обуглившуюся головешку.

После слов девушки меня передернуло. Я вспомнил Наташу — иссохшуюся мумию. Значит, у Тамары тоже был печальный опыт. И она кого-то превратила в обуглившийся труп. Представляю ее потрясение. Интересно, о каких экспериментах она говорила? Неужели пыталась контролировать дар? Надо будет все разузнать подробнее. К тому же нам двоим не мешало бы выговориться, уверен, станет намного легче.

Слова Тамары окончательно дошли до Кристины. Она могла только хлопать ресницами, открывать и закрывать рот, пытаясь выдавить из себя хоть что-то. Но ничего не получалось, кроме мычания. Единственное, что у нее получилось, это только два слова:

— Фига се… — на большее ее не хватило.

Тамара несмело улыбнулась сестре, подмигнула. Потом, стараясь утешить девушку, ласково произнесла:

— Кристина, ты молодая и красивая, обязательно найдешь себе того, с кем будешь счастлива. Поверь, Денис бы тебе в любом случае не подошел. И мой, и его дар слишком опасны для других. А потерять сестру мне бы не хотелось. Надеюсь, это ты сейчас понимаешь?

— Да. Уже поняла, — виновато опустив голову, прошептала сестра моей девушки.

Тамара.

В тот момент, когда одна из молний полетела в сторону того, кто навсегда поселился в моем сердце, меня сковало от шока. Ноги приросли к полу вышки. Зачем? Ну зачем ты сюда притащился? Мне хотелось орать и выть в голос. Но даже этого я не смогла сделать, спазм сковал намертво. С ужасом я наблюдала за полетом моего детища. Все произошло, как в замедленной съемке.

Стоило молнии коснуться парня, как… Ничего не произошло. Более того, она просто впиталась в его тело, не причинив вреда. Это обман зрения? Денис остался жив? Я не могла поверить своим словам. Это же невозможно. Или все-таки возможно? Я запуталась окончательно. На периферии сознания мелькнула радостная мысль: теперь я могу смело прикоснуться к нему? Но все-таки следующая молния, летящая к нему, заставила затаить дыхание.

Сказать, что я была поражена, когда увидела Дениса, поглотившего мои молнии, это ничего не сказать. Я была в ужасе и прострации. И вторая с легким шипением впиталась в его тело. Несмело протянув руку, сделала робкий шаг вперед, к нему. Страх не отпускал. Я волновалась за жизнь дорогого мне человека. Он в ответ протянул мне ладонь. Мы готовы были в любой момент отдернуться, если бы заметили малейшие признаки опасности. Легко коснувшись его руки, я затаила дыхание, ожидая худшего, но… ничего не произошло, его не испепелило на месте, после этого я готова была прямо там отплясывать румбу от радости.

— Идем в общежитие, — улыбаясь, предложил Денис, меня хватило только на кивок.

Так приятно было идти, держась за руки и не опасаться за последствия. Моя душа пела от счастья.

Придя в комнату, накинулись друг на друга, как путники, умирающие в пустыне от жажды. Мы пили друг друга, не имея возможности, да и желания, оторваться один от другого. Денис целовал меня со всей нерастраченной страстью, я отвечала тем же. Грудь заныла, требуя внимания, на лбу выступила испарина. Я откинула голову назад, давая парню больше доступа к моей шее, в которую он впивался, как изголодавшийся вампир. Но мне все нравилось, я прижимала его ближе к себе, не имея возможности хоть на миг оторваться от желанного тела.

Блузка расстегнута, Денис дорвался до груди. Бережно лаская соски, он не сводил с меня затуманенного страстью взгляда. Проводил по ним языком, то втягивая горошину в рот, то просто нежно обводя вокруг легкими касаниями. Я млела и таяла в его руках. Внизу живота начал разворачиваться комок желания, все горело. Хотелось повалить парня на кровать и…

Черт. Как же некстати. По закону подлости, как это всегда бывает, нас прервали. Кристи… Если она сейчас увидит Дениса, то у нее точно начнется истерика. Но ведь рано или поздно она все равно должна узнать обо всем. Быстро приведя себя в порядок, я взъерошила волосы и с тяжелым сердцем ответила на звонок.

Как я и предполагала, сначала была обида, слезы, Денису даже пришлось повысить голос, и мы вынуждены были рассказать сестре о его даре. Кристи зависла. Тогда, для закрепления эффекта примирения, я решила уточнить:

— Ты же понимаешь, что мы с ним две половинки одного целого?

Она все ещё была в шоке и продолжала кивать головой, как китайский болванчик, соглашаясь со мной.

— Надеюсь, что ты понимающая сестра и будешь только рада, что мы нашли друг друга и сможем быть счастливы, — продолжала допытываться я.

Не будь эта девушка моей сестрой, которую я знаю всю свою сознательную жизнь, то подумала бы, что она решила постебаться над нами. Когда услышала следующую фразу:

— Я хочу доказательств и зрелищ, сейчас и немедленно, — Кристи даже прихлопнула в ладоши, ее глаза горели от предвкушения, а мы впали в ступор, соображая как бы не разнести такими зрелищами всю общагу к едрени фени.

— Кристи, ты вообще соображаешь, чего просишь? — осторожно, как с душевнобольной, поинтересовалась я, на что она всего на секунду задумалась и согласно кивнула.

— А что тут такого? — невинно захлопала глазами сестра. Я умилилась. — Мне же и правда интересно увидеть искры. Ваша страсть с фейерверком — что может быть лучше? — Кристина мечтательно закатила глаза.

— Ладно! — мои глаза стали метаться от сестры к парню, сидевшему с приоткрытым ртом от удивления.

Я обернулась к Денису, взял его за подбородок и притянул к себе. Поцелуй, сначала робкий и осторожный, стал перерастать в страстный и неистовый. Мы уже ничего и никого не замечали вокруг. Были только мы. Тело горело, я чувствовала жар, исходящий от Дениса, мне не хватало воздуха. Впиваясь в губы парня, я его пила как путник, дорвавшийся до влаги. Внутри все уже полыхало. Я чувствовала, как мои молнии пытались вырваться на свободу, но… И тут раздался крик сестры:

— Хватит! Достаточно! Остановитесь! — закричала Кристина, махая руками и стараясь привлечь наше внимание. — Прекратите! Сейчас же! Хватит-хватит!

Сначала мы не могли понять, что происходит, с огромным трудом мы оторвались друг от друга и шальными, замутненными страстью глазами посмотрели на девушку.

Та сидела с огромными глазами, в которых застыл ужас. Она только тыкала пальцем куда-то нам за спину. Не понимая, в чем дело, мы оглянулись и заметили слегка обгоревшие стены, обпаленые углы стола и в нескольких местах прожженный ковер.

— Это мы?! — удивилась я, глядя на сестру. Странно, такого раньше не было, молнии появлялись только во время оргазма, а тут… Мы были поражены, так же, как и девушка.

— Твой дар набрал силу, — шепотом заметила она, — это то, что не успело поглотиться Деном.

Значит, если бы он не впитал в себя основную часть, то от нашей комнаты сейчас уже ничего бы и не осталось? Весело. И тут сестра, не став больше напрягать нас, заметив, что нам не до нее, просто отключилась с ехидной усмешкой, сказав, что позвонит позже, но ее слов мы уже не слышали.

Оказавшись на кровати, мы уже ни о чем не думали, кроме одного, мы хотели друг друга так, что становилось больно. А дорвавшись до желанных тел, не могли остановиться и насытиться. Одежда полетела на пол, от меня искрило, и все впитывалось в Дениса. Но на это уже никто не обращал внимания. Его руки коснулись моей разгоряченной кожи, нежно провели по шее, опускаясь на плечо, обвели ключицы, нежно коснулись груди. Меня уже просто трясло. Я жадно разглядывала тело парня, не имея сил оторваться.

Подушечка пальца Дениса обвела круг вокруг соска. Я застонала. Юноша и сам не смог сдержать рыка, резко прикасаясь губами к груди, лаская языком. Я прижала голову парня к себе, терлась о него всем телом. Он не отставал.

— Хватит… Хочу… — выдавила из себя я, быстро повалив Дениса на пол. Мы даже до кровати не смогли дойти. Я оседлала бедра Дениса, резко садясь сверху. Двигаться стала сразу и быстро, Денис схватил меня за бедра, насаживая на себя, попутно впивался губами в мои соски. Я откинула голову назад, тугой комок внизу живота разворачивался, грозя выплеснуться наружу бурным потоком.

Накрыло нас так, что у меня в глазах потемнело, мне даже показалось, что я пару минут отключилась.

Это была эйфория, экстаз от обретения своей половины.