Пламя грядет

Мы сидели на дереве, чуть вдали от поляны, где меня допрашивали. С него нам открывался отличный обзор. На поляне многое успело поменяться. Всю её устлали листьями. Это были большие странные листья. Похоже, их обработали каким-то хитрым составом и принесли издалека. В наших краях я таких не встречал.

Поверх них расставили множество мисок. Все они были наполнены снедью. Некоторые – ещё горячей. Шанси рассказала мне, что на пиру в честь пробуждения древа Ух’ша всегда едят много. Тогда я ещё удивился, ведь сейчас осень. Но ящерка объяснила, что для него это нормально.

Когда же миски расставили, все ящеры куда-то скрылись. Остался только Улим, ни разу ещё не вставший при мне с трона. Ещё где-то рядом хихикала Шанси, но она не в счет. Ящеры вернулись через пять минут, уже переодетыми. Теперь на них была одежда из листьев. Хитро сплетённая меж собой зелень, кое-где перевязанная лозами, прикрывала тела ящеров. Я и раньше уже начал замечать разницу между мужчинами и женщинами, но теперь её выделила одежда. Первые оделись в какое-то подобие коротких штанов. Они были чуть выше колена. Создавалось впечатление, словно листья сейчас рассыплются. Но, вопреки всему, они держались! И да, торс мужчины оставили открытым.

А вот женщины нарядились скромнее. На них были целые платья! Конечно, не такие вычурные, как у людей, но тем не менее. Мне казалось, что подобные вещи невозможно сделать из листьев. И вот тебе на.

Вдруг кто-то коснулся моего плеча. Я отвлёкся от раздумий и обернулся. Сзади стояла Шанси. Она, как прежде, находилась на соседней ветке, только тоже успела переодеться. Теперь улыбалась, глядя на меня. Уже не помню, когда начал различать их эмоции.

– Ну, как тебе? – кажется, она немного стеснялась.

Я невольно оглядел её. Наряд Шанси чуть отличался от остальных. Все оделись в свежие зелёные листья. Она же – в осенние. Как и у остальных, у неё были открыты плечи, а ещё – довольно откровенный вырез спереди. Раньше я почему-то не воспринимал её как девушку, а теперь, к своему стыду, загляделся.

Несмотря на то, что Шанси принадлежала к другой расе, в ней определено было что-то привлекательное. Вместо кожи у сцинков была чешуя. У каждого с разным узором. Лица их напоминали людские, разве что более вытянутые. Ещё и с выступающими скулами. У некоторых даже встречались на них шипы. Губы сцинков оказались не такими гибкими. Так что улыбались они странно. Ушами. Небольшие, но подвижные ушки задорно наклонялись вперёд, показывая радость хозяина. Если ящер злился, вставали как штык. С остальным я пока не разобрался.

Раздумывая об этом, я изучал Шанси. Мне определённо нравились представители этой расы, а она и тем паче. Уж не знаю, нормально ли это. Хотя гоблины тоже смахивают на ящериц. А легенды гласят, что нас создали из жаб, но я опять отвлёкся…

У Шанси были гладкие скулы, как у многих сцинков, чуть острый подбородок, и пронзительный взгляд. Всё это невероятно сочеталось с чешуйками пепельного цвета с редкими чёрными пятнышками. Но не только лицом она могла похвастать. Тело тоже впечатляло. Ростом Шанси была чуть ниже меня, как и многие другие сцинки. Наверно, потому мне они и казались переодетыми детьми. Её плечи казались очень маленькими и хрупкими. Невольно я подумал, что Тур мог бы сжать оба сразу одной лапой. А ещё я заметил, что платье очень хорошо подчеркнуло грудь девушки и талию. Грудь была не очень-то большой, но определённо радовала глаз. Ниже посмотреть я так и не решился. И всё же был уверен, что где-то там скрывается хвост. Он был у всех сцинков, но они его старательно прятали.

– Что, язык прикусил? – хихикнула Шанси.

Я вздрогнул и вдруг вспомнил, что девушка ждёт моего ответа.

– Э… Нет, просто не думал…

– Не думал что? – уточнила она.

– Что… Что у вас есть такие красивые платья, – нашёлся я.

Шанси засмеялась, видя моё смущение. Насколько мне известно, в подобных ситуациях кожа гоблинов, обычно чуть зеленоватая, светлеет. Смотрится это странно. И сразу бросается в глаза.

– Ну да, это секрет наших мастеров, – сказала Шанси. – Одежду не просто шьют, её создают при помощи специальных обрядов. Хитрых, как и ты!

Она игриво показала мне язык, а потом юрко скользнула вниз, устремляясь на поляну, где всё уже было готово. Мне оставалось лишь последовать за ней.

* * *

И грянул пир. Это оказалось весьма необычное действо. Совсем не такое, как у людей. Они просто собираются, пьют вино, разговаривают о всякой всячине, вроде политики и денег. Нет, на поляне у древа Ух’ша такого не было. Собравшиеся тоже не молчали. Они тихо разговаривали друг с другом и даже с теми, кто сидел от них через всю поляну. Это не вызывало никакого дискомфорта ни у них, ни у меня. Возможно потому, что я не понимал ни слова. Или это была особенность их языка.

– Хочешь знать, о чём они говорят? – шепнула Шанси.

– Ну, если можно. Или ещё проверяешь, не шпион ли я?

– Не говори глупости. Мы уже всё выяснили. Тем более что они не говорят ни о чём важном. Вот, например, те двое, что отчаянно шипят друг на друга – спорят про то, у кого красивее штаны. А группа девчонок рядом с ними, между прочим, обсуждают тебя.

– Во как, – сказал я. – Так может, мне лучше пойти и познакомиться с ними, чем тут сидеть?

Мне показалось, или на секунду глаза Шанси вспыхнули, однако она сразу засмеялась.

– Глупый, тебе с ними ничего не светит. Они как раз обсуждали, какой у тебя уродливый нос.

– Ой, много ли они понимают в гоблинской красоте.

Я фыркнул и отвернулся. Разговоры сцинков потеряли для меня интерес. У меня появился новый объект внимания – еда.

А заинтересоваться было чем. Сцинки, как и многие другие развитые расы, оказались всеядными. При этом они явно не чурались охоты. Дичь не уступала места более хитрым блюдам. Судя по всему, часть угощений были куплены у людей. Я узнал некоторые яства. Они меня не заинтересовали, а вот небольшие шарики разного цвета мне раньше видеть не доводилось. Так что решил уточнить у Шанси.

– Слушай, а вот эти вот шарики. Это что? Выглядит аппетитно.

– О, да ты гурман, – она хихикнула. – Обязательно попробуй. Наш деликатес. Он называется «пхшук».

– У вас такие забавные названия. Как только такое в голову приходит?

– Эй, не забывай, что наша речь сильно отличается от речи других рас. Все эти названия лишь для тебя. На нашем языке это…

И она издала какой-то странный звук. Больше всего он был похож на шипение змеи, которую сначала накачали воздухом, а потом хорошенько стукнули камнем. Не выдержав, я засмеялся. Шанси тут же приняла грозный вид.

– Ну и ладно, не буду тебе больше ничего рассказывать. Ваша речь, между прочим, для нас тоже звучит весьма забавно. Но мы же не смеёмся.

– Прости, прости. Ну не ожидал! – принялся оправдываться я, отправляя в рот пхшук. – Ох, как вкусно! Из чего они?

Вдруг глаза ящерки загорелись. Странно ухмыляясь почти не шевелящимися губами, она начала медленно проговаривать.

– О, это очень старый рецепт. Он передаётся в нашем племени буквально из уст в уста. Суть в том, что это блюдо готовят всей семьёй. Начиная с самого старого её представителя. Он открывает зубами кусок сырого мяса от кости, жуёт пока может, потом выплевывает и передаёт дальше. Так делает каждый член семьи…

Мне стало дурно. Я ощутил, как к горлу поступает ком, а всё, что мне удалось съесть, резко попросилось наружу.

– Ой, ты чего это такой белый стал? Что, впечатлительный сильно? Прости, – Шанси засмеялась. – Это шутка. На самом деле – рецепт прост до безумия. В нём и правда используется сырое мясо. Его мелко режут на кусочки, потом добавляют разные овощи, какие охота, специи и скатывают из всего этого шарики. Их заворачивают в листья Ух’ши и закапывают в землю. Волшебные свойства великого древа защищают мясо от гниения и добавляют ему необычный вкус. Ну, а земля окончательно придаёт форму.

Пока Шанси рассказывала, мне становилось всё легче. Видя, как подрагивают её ушки, я понимал, что она определённо пошутила по поводу первого варианта.

– Ну, расслабься. Мы не варвары, чтобы есть еду друг у друга изо рта! – наконец засмеялась она.

– Уф, поверю на слово, – сказал я. – Но меня всё ещё немного мутит. Можно чего-то попить?

– О, да! Вот, возьми. Это сок древа Ух’ши. Между прочим, пить его – великая честь.

– Ох, безмерно польщён. А у вас вся еда связана с этим деревом?

Я принял чашку из рук ящерки и торопливо отпил. Прозрачная жидкость была приятной на вкус. Как чуть подслащённая мёдом вода. Она немного щипала язык и отдавала чем-то острым. Сделав всего пару глотков, я понял, что немного захмелел.

* * *

Я успел выпить чарки две, когда вдруг зазвучала музыка. Она лилась со всех сторон. И мне потребовалось время, чтобы найти источники. Ими оказались несколько удивительных инструментов. Сквозь туман, что уже возник у меня в голове, я с трудом смог их разобрать. Они напоминали лютни. Только к низу обечайки у них крепились трубки, ведущие в разные стороны. Именно они и рассеивали звук.

Услышав музыку, сцинки бросили всё и вскочили на ноги. Они начали радостно кружиться в танце. Он тоже не напоминал ни один из виденных мной ранее. Кто-то танцевал в паре, кто-то один. Все двигались словно так, как им самим хотелось, но при этом умудрялись попадать в ритм. От наблюдения за ними меня отвлекла чья-то рука, что легла мне на плечо.

– Эй, Гло, не сиди как Паак. Вставай, пошли танцевать!

Это была Шанси. Судя по всему, она тоже успела выпить. Глаза её блестели, а ушки так и подрагивали. Я не смог отказать ей, но, встав, принялся оправдываться:

– Мне раньше не доводилось танцевать. Особенно так, как это делаете вы.

– Не волнуйся, – сказала она. – Тут большого опыта не надо. Даже ребёнок научится!

И мы начали танцевать. Это правда оказалось проще, чем я думал. Сначала пришлось немного напрячься, повторяя движения за Шанси, но потом мне захотелось импровизировать. Судя по восторженным свистам со стороны, вышло очень недурно. Я так увлёкся, что не заметил, как прошло несколько часов.

* * *

Музыка стихла. Ночь вступила в полные права. Тьму рассеивал лишь свет от луны и костра. Все валялись кто где. Похоже, сцинкам не требовалась мягкая поверхность, чтобы спать. Я же сидел на краю поляны спиной к дереву. Шанси покинула меня. Не помню, когда именно. Вроде бы во время танца. Мы начали меняться партнёрами. Я ещё некоторое время следил за ней взглядом, но потом забылся вовсе. И вот остался совершенно один. Наверно, она спала где-то неподалёку, но мне не хотелось её искать. Завтра она всё равно придёт прощаться.

Я вдруг мрачно усмехнулся. Подумать только, успел привязаться к существам, которых впервые вижу. «Эй, разве ты не от такого образа жизни бежал?» – одернул я сам себя. И правда. Традиции сцинков очень напоминали гоблинские. Мы раньше тоже жили в изоляции. Много праздновали, ныряя в веселье с головой. И вообще мало внимания обращали на мир вне нашего общества.

– Может к Когу всё? Оставайся здесь, они тебя примут. Будешь жить, как раньше…

Возможно, по пьяни, или просто от нахлынувших эмоций, я начал говорить сам с собой вслух.

– Не глупи! Ты забыл, почему ты здесь?!

А ведь и правда. Я успел уже забыть, что было вчера. Как мне довелось тут оказаться. Всю ужасную картину тоже. Подумать только!

– Да, да. Им не избежать войны. Даже их она коснётся. Уж поверь.

От диалога с самим собой меня оторвал странный звук. Он напоминал плач. Только какой-то совершенно непривычный. Я решил узнать, что это.

Осторожно встал и пошёл на звук. Мне казалось, что там не может быть ничего опасного. Сцинки бы почувствовали угрозу, – почему-то решил я. Да и если есть угроза, мы не лыком шиты!

Наверно, хмель ещё не до конца покинул мою голову. По пьяни меня часто тянет болтать. И если не с кем – то с самим собой. Да, такое, к счастью, случается редко. Чаще всего, когда другие просто уже не в состоянии говорить.

И вот, развлекаясь монологом, я полез через кусты. Судя по всему, звук доносился откуда-то из дебрей. Скорее всего это какой-то дивный зверёк, – думал я. Оказалось же, что ошибся. Не успел далеко углубиться, как увидел источник. Это была Шанси. Я сразу узнал её, даже на пьяную голову.

Она лежала на том самом дереве, где мы сидели утром. И плакала, обняв толстый сук под собой. Я даже растерялся, увидев такую картину.

– Уходи, – пробормотала она.

Заметила. Ещё бы, так просто пройти сквозь заросли деревьев и не издать ни звука? Это не про меня. Особенно пьяного.

– Ну-ну, давай без этого? В чём дело?

Я решил идти напролом. Из меня конечно плохой помощник, но пьяному и море по колено.

– Я сказала, уйди. Что тебе неясно-то?!

Пока она ругалась на меня, пытаясь прогнать, я успел дойти до дерева и присел у подножья.

– Всё неясно. Зачем уходить? Может, лучше поговорим. Что случилось-то? Тебя кто-то обидел?

– Ты всё равно не поймёшь. Никто не может это осознать! – её голос сорвался в истерику.

– Что именно-то? Хоть расскажи, попробую.

Остатки былого веселья окончательно вылетели у меня из головы. Алкоголь вместе с ними. Меня всегда отрезвляют подобные ситуации. И был ли вообще хмель в том напитке?

– Что-что. Война, вот что! Она наступает, и скоро места на земле живого не будет. Всё сгорит. А что не сгорит, будет разрушено. Люди, эльфы, орки… Думаешь, мы ничего не знаем? Нет. Мы знаем всё. Особенно я. Древо Ух’ши наделяет знаниями. Но лишь немногие, те, что отмечены знаком Наэв, могут узнать истину.

Она замолчала, словно не договорив что-то важное. Я хотел было спросить, о чём она молчит, но Шанси продолжила сама.

– Знаешь, это происходит непроизвольно. Просто в один момент я ощущаю то, что будет. Тот страх, ту боль и все другие эмоции, что вызывает война. Они накатывают на меня. Это случится, я знаю. Наступит война. Она накроет собой весь континент. Даже мы не избежим этого. А они не слышат. Они не верят!

– Зато я верю, – сорвалось с моих губ.

Услышав это, Шанси замолчала. Лишь судорожно вздохнула. Похоже, мне удалось до нее достучаться.

Глава VI

Тяжёлая ноша

Остаток ночи мы провели в тишине. Казалось, будто нам и вовсе не надо говорить. Возможно – это то самое древо постаралось, а может, что-то другое. Лишь под утро, когда ящерка спустилась вниз, наши голоса вновь нарушили тишину.

– Знаешь, ты, наверно, подумал, что был пьян? Что все напились этим вечером и просто веселились. Ведь так? Но нет.

Она чуть дернула ушками, обозначая улыбку, и присела рядом со мной. Между нами всё ещё сохранялось почтительное расстояние в пару метров. Меня это определённо радовало.

– Понимаешь, впервые это чувство очень легко спутать. Но на самом деле всё совершенно иначе. Сок древа Ух’ши это великий дар. И любой, кто испробует его, как я уже говорила, получает знания. Просто по первости они кружат голову. Останься ты у нас на год-другой, начал бы привыкать. Но нельзя.

Я вздохнул. Заставил себя подняться и потянулся, лениво зевая. Шанси посмотрела на меня с очередной своеобразной улыбкой. Честно сказать, после ночи у подножья дерева мне очень хотелось спать. А ещё у меня изрядно затекла филейная часть. Ей определённо не понравилась такая поза.

– Тебе скоро уходить, а ты в таком состоянии, – посочувствовала Шанси. – Идём, я тебе помогу…

Мы вернулись обратно на ту поляну, где был пир. Сцинки ещё спали, валяясь кто где. Даже сам Улим, великий вождь всех людоящеров, дремал на своём троне.

– Так… Где-то тут должен быть. Ага. Вот, ешь давай!

Шанси некоторое время бойко шарила между спящими телами. Потом вытащила что-то из-под одного и протянула мне. Это оказалась какая-то зелень. Похоже, у сцинков она вообще неотъемлемая часть жизни.

– Что это? – я осторожно взял листик, вспоминая, откуда его достала Шанси.

– Ешь, не бойся. Это лист травы Угама. Он содержит большое количество питательных веществ и очень бодрит. Вот, смотри, ничего опасного.

Девушка выудила ещё один листик и сунула в рот, после чего принялась демонстративно жевать. Пришлось её послушаться. Сам не знаю, что на меня нашло. Просто возникло какое-то недоверие.

Спустя пару секунд жевания до меня дошло, что же было не так. Изначально я ощутил лишь вкус обычной травы. Не то чтобы мне часто приходилось её пробовать, но уж это точно ни с чем не спутать. Но чем дольше я жевал, тем отчётливее ощущал какой-то посторонний вкус. Он сначала появился как лёгкий оттенок пряности и начал расти. Уже через пять секунд у меня во рту буквально пожар начался! Жгло так, словно я съел пригоршню самого острого перца и запил чистым спиртом. Мне захотелось выплюнуть листик, но внезапно взыгравшее упрямство помешало это сделать. В одном Шанси была права. Я взбодрился. И заряда бодрости хватило надолго.

– Что за Когово порождение ты мне дала?!

Я не выдержал и выплюнул листик, когда понял, что ещё через несколько секунд мне можно будет записываться в драконью армию.

– Уже ведь сказала, глупый. Ты чем слушал? – делая вид, что всё как всегда, спросила Шанси.

– Да это же яд чистой воды. У меня теперь не рот, а плавильная печь. Уверен, многие кузнецы отдали бы всё своё золото за такой горн.