Уютные люди. Истории, от которых на душе тепло

Девочка притащилась в магазин, а там как раз старушка покупает хлеб. Крошечный кусочек черного хлеба из целлюлозы, опилок и дуранды. И еще есть старушки, можно любую выбрать, послабее. Они такие хилые, так смотрят бесцветными глазами, прижимают к груди хлебные карточки…

Девочка повернулась и ушла. Никаких угрызений совести она не испытывала, нет. Она просто поняла, что так делать нельзя. Нельзя, и все тут. Лучше умереть, а так делать нельзя. Ушла истощенная девочка, не стала никого грабить и ни у кого вырывать хлеб.

Это было искушение, вот что это было. И девочка его преодолела. Нельзя делать то, что делать нельзя. И точка.

А награда, – спросите вы, – награда-то в чем? Вы же говорили про награду. Может быть, девочка нашла буханку хлеба или ее эвакуировали чудом в хорошее место, где не было бомбежек и голода?

Нет. Ничего такого не случилось. Просто девочка выжила, вот в чем дело. И сама стала старушкой. Прожила жизнь, вышла замуж, детей родила, работала, внуков нянчила. И стала старушкой, а потом рассказала эту историю – для книги. Это и была ее награда.

Иногда для того, чтобы выжить, просто не надо что-то делать. Отказаться, уйти, не вырывать у другого хлеб. И наградой будет жизнь. И эта, и вечная. Я так думаю.

Хотя девочка ни о чем таком не думала. Она просто думала, что нельзя грабить старушку. И все.

Поэт Афанасий Фет писал чудесные стихи;

нежные, восхитительные, полные нездешней музыкой. «Ель рукавом мне тропинку завесила», «шепот, робкое дыханье, трели соловья»… Это жемчужины любовной лирики. Это – поэзия. Истинная поэзия. От которой душа воспаряет ввысь.

Афанасий Фет был глуповат. Так говорили современники. Ни о чем возвышенном не разговаривал. На романтической красавице Марии Лазич не женился, потому что она была бедная. Женился на богатой. Был мировым судьей, помещиком, очень разбогател – он всегда об этом мечтал. 18 лет стихов не писал. Написал статью для одного либерального журнала про крестьян; но статью не приняли. Немного ошалели; лирический поэт писал, что мужиков надо пороть. Они это любят и делаются послушными. А Чехов писал, что Фет плевал в сторону университета. Велит кучеру остановиться; и плюнет. Тьфу! Даже кучер уже и без приказа останавливался.

И выглядел Фет не очень лирично. С бородой и прожилки на носу. Сидит и считает доходы от имения.

А потом возьмет и напишет такое стихотворение, что сердце воспарит и душа заплачет светлыми слезами…

Как же так? Один писатель даже спросил; где, мол, тот златокудрый юноша с лазоревыми глазами, который ангельским голосом поет эти дивные стихи? Где он?

Он внутри. Он внутри вот этого мирового судьи с бородой, который глуповат и разные токсичные методы воспитания крестьян предлагает. Считает деньги, десятины земли, разводит рыбу в прудах и взыскивает недоимку. Внутри Фета – юноша с лазоревыми глазами. С ангельским голосом. Этот юноша и диктует ему стихи.

Не надо слишком идеализировать человека. Мы все – земные люди со своими ошибками, недостатками, морщинками, складочками и неверными идеями. Мы обычные люди. Все, без исключения.

Просто у некоторых внутри есть ангельский юноша или ангельская девушка. Они-то и говорят иногда чудным голосом великие вещи.

Один молодой человек купил хороший телефон —

крутой, замечательный, с массой функций, – за большую сумму. Много работал, копил, потом купил и показал в компании друзьям. Друзья отнеслись равнодушно вроде бы, но на самом деле только о телефоне и говорили. Что цена на него завышена, что можно купить гораздо лучший телефон дешевле, что этот телефон прослужит недолго, что отзывы о нем плохие… Как это глупо – купить такой дорогой и почти бесполезный телефон!

Эти друзья работали мало и плохо; деньги тратили на выпивку и на развлечения. Да и не было денег особо, они же еще кредиты платили. И такого про покупку наговорили, что молодой человек очень расстроился. Телефон стал казаться ему никчемной роскошью, все удовольствие прошло. А потом он заболел простудой и неделю восстанавливал здоровье.

Женщина в новом дорогом платье пришла на работу; ей живо сказали, что в таком платье сумасшедшая соседка по грибы ходит. И еще сказали, что в одном магазине точь-в-точь такие же платья продаются в десять раз дешевле! Реплика, – но никакого отличия. Это говорили две дамы, одетые как артист Милляр в фильме «Морозко». И с такой же внешностью. Женщина краснела, бледнела, пока все высказывались, а потом упала, когда шла с работы, и порвала платье сильно. А потом заболела; желудок дал о себе знать.

И невесту так могут обесценить. И нашу картину или наш текст. Нашу мечту. Вообще все, что нам дорого. За что мы много заплатили или что мы огромным трудом создали. И это влияет на наше здоровье очень сильно; потому что в эту вещь мы вложились. Это – наша личная энергия, наша часть, в некотором роде. Когда хулят, хают, обесценивают то, что нам дорого, наносят удары по нам лично. Так это воспринимает мозг.

Надо подумать: кто хулит и критикует наш дорогой телефон или кубок победителя? Кому так не нравится соболья шуба или «Ягуар»? Или наша картина? Что есть у этих людей и чего добились лично они? Многое станет ясным. Умысел сразу понятен, поэтому мы избавим себя от «двойного послания». И надо сразу дать понять, что мнение этих «друзей» нам неинтересно. Спасибо, конечно, но мне мой телефон нравится. А эту красивую девушку я люблю и не хочу обсуждать.

Не позволяйте бить себя и доводить до болезни хулой и ядовитыми замечаниями. Надо уважать себя, свое решение, свой выбор, свой труд. И не слишком похваляться, конечно; лучше обсудить свой телефон с теми, кто уже пользуется таким же. Или намеревается пользоваться…

Одна девушка сломала ногу

Это ужасно. А случилось это на катке: она пошла с подругой кататься. Девушка, конечно, не так уж молода, ей под сорок. Но она красивая такая. И на коньках отлично катается, с детства занималась фигурным катанием. В личной жизни вот не везло. И подруга ее сманила на каток. «Давай, – говорит, – пойдем кататься на каток. Там стоят на парковке роскошные машины, и мужчины такие симпатичные и обеспеченные катаются. Мы там с кем-нибудь познакомимся!»

Глупость, конечно. Но эта Юля пошла. И так красиво начала делать пируэты и вертеться, – не знаю, как это называется. Фигура у нее точеная, раскраснелась, все смотрят на нее… Звездный час. Тогда подруга хорошенько разбежалась и со скоростью пушечного ядра врезалась в Юлю. Такая крупная подруга. Ровно слон, извините.

Юля упала и сломала ногу. А подруга стояла и говорила, улыбаясь, – мол, чего ты ноешь? Чего хнычешь? Вставай давай, хватит привлекать внимание! Истеричка!

Вот такая сцена на катке. И тут к Юле подъехал прекрасный принц на коньках: вжик-вжик! И оказал ей первую помощь, а потом на руках отнес в машину и увез в травмпункт. Это был один разведенный доктор. Стоматолог, честно сказать. Ну и что? Хороший доктор – он всегда доктор. Даже если зубы не выбиты, а только нога сломана.

И сейчас Юля с этим доктором женятся. Он себя идеально проявил за время ее инвалидности. Ухаживал, помогал, растирал ногу и вообще много внимания уделял ноге. И Юле, конечно.

А подруга даже не позвонила, вот так. Пихнула и улыбалась от удовольствия. И сейчас про эту Юлю всякие гадости рассказывает.

Ну, пусть одна ходит на каток. Лед скоро растает. И начнется весна, когда так хорошо просто гулять с любимым человеком, даже прихрамывая. Это пройдет…

Чтобы не почувствовать себя бедным,

надо выбирать лучшее. Лучшее, но в той ценовой категории, которую вы можете себе позволить.

Если я захочу купить картину Веласкеса, я почувствую себя бедной. Или если решу черной икры купить к ужину, – тоже почувствую себя бедной, конечно. Или даже билет в партер Большого театра захочу купить – и снова будет ощущение бедности. Потому что это дорого для меня. Не просто дорого, а для меня дорого.

Надо покупать лучшее из того, что нам по карману. Разумный человек даже прицениваться не будет, если понимает – эта вещь ему не по карману. Пока не по карману.

Но как часто люди хотят получить то, что не может быть дешевым. По определению не может. И чувствуют себя униженными, обманутыми, оскорбленными в лучших чувствах.

А надо просто адекватно оценивать свои возможности. И покупать самое лучшее из того, что мы можем себе позволить. Не самое лучшее в мире, а именно из того, что мы можем себе позволить.

И это уже вопрос здравого смысла: умение понимать, что мы можем себе позволить, а что – не можем. Пока не можем.

И никто не почувствует себя оскорбленным. Ни мы. Ни тот, кому мы хотели предложить несколько тысяч рублей за картину. Скажем, полторы-две. В рассрочку.

Нет пока денег на соболя – можно пальто купить. Нет пока ресурса для дворца – можно в ипотеку взять студию. А спектакль Большого театра посмотреть по телевизору в хорошем качестве. Чтобы не расстраиваться лишний раз. И других не расстраивать разочарованным видом и претензиями: «Почему так дорого?»…

Если от вас ждут жертвы, говорите прямо и честно

Иначе пройдет время, и ваша жертва обесценится. Она ничего не будет значить, вот и все. «Мне это нетрудно!», «Мне это не нужно, это лишнее, у меня и так много!», «Это пустяки, право слово! Вы меня нисколько не стесните!», – так мы отвечаем, когда ради другого человека чем-то жертвуем. А иногда просто молчим. Молчим и отказываемся от чего-то очень важного ради него.

Иногда тот, кто ждет жертвы, заранее укрепляет свои позиции. Не просит прямо. Так Чехов не прямо попросил сестру Машу отказаться от брака с любимым человеком. А просто грустно посмотрел, вздохнул, что-то жалобное сказал о своем одиночестве и плохом здоровье… Благородная Маша все поняла и прожила свой век старой девой. А Антон Павлович женился тайком на любимой актрисе. И про жертву сестры позабыл.

А иногда говорят: «Если только вам это не трудно!», «Если ты сама так решила!», «Если вас это не обременит!».

И мы послушно повторяем, мол, ах, ну что вы! Я просто мечтаю на верхней полке ездить. И вы меня ничуть не стесните, если поживете у меня всей семьей пару недель. А замуж я и сама не хочу. Хочу в выходные дни работать, мне это по сердцу! И на твой ночной звонок отвечаю, потому что не сплю. Все нормально!

Чтобы было нормально, надо честно говорить цену жертвы. Не требовать ее уплатить, но обозначить словами.

Да, я откажусь ради тебя от любви и от брака. Потому что я люблю тебя. Осознанно откажусь. Мне это очень тяжело и сердце мое разрывается. Но я это делаю ради тебя. Ты готов принять жертву? Да? Тогда просто помни об этом, пожалуйста.

Да, я вас пущу к себе пожить. Это не очень легко. Мне трудно жить в квартире с другими людьми. Но я пойду тебе навстречу, если у тебя нет выхода. Но честно тебе говорю – это непросто.

Да, я отдам тебе деньги. Ты в сложном положении. Я помогу. Но эти деньги были отложены на мой отпуск. Я не смогу поехать в отпуск. Вот, возьми.

О, как нам неудобно это сказать! Обозначить ценность жертвы. Но почему другому удобно, тому, кто эту жертву ждет? И ждет изящной легкости манер. Легкости жертвы.

А потом позабудет напрочь – мы же сами сказали, что нам это легко, нетрудно, просто!

Надо говорить честно, если от нас ждут самопожертвования. Самопожертвование – это когда мы жертвуем самим собой, вот в чем дело. Об этом можно напомнить. Честно, заранее, на берегу. Цену жертвы должны знать обе стороны. Просто знать – и все.

Все вышло из-под контроля и кубарем покатилось под откос;

бывает такой период в жизни. Хаос в мыслях, хаос в событиях; что день грядущий нам готовит – непонятно. Скорее всего, ничего хорошего. Потому что волна следует за волной. И даже план действий невозможно придумать, настолько все непредсказуемо…

Мы не можем повлиять на объективные события, не так ли? А может быть, стоит попробовать? Древние философы полагали, что микрокосм повторяет огромный Космос и связан с ним. Один мужчина в трудных и непредсказуемых обстоятельств не читал философов, но поступал так: каждый день аккуратно брился. Хотя очень плохо себя чувствовал, был слаб и тревожился за будущее. Надевал чистую выглаженную рубашку – у него только одна рубашка тогда была приличная. И аккуратно наливал себе простой суп в тарелку, ужинал ровно в восемь часов. Он один раз только мог поесть, у него денег почти не было. И заправлял каждое утро постель старым одеялом. Но ровно и красиво!

А одна женщина протирала и красиво расставляла стеклянные фигурки на полке. Там были зверушки, птички, цветочки; она устраивала волшебный сад. Все в ее жизни было тогда разгромлено; все рушилось. Она жила на съемной квартире в ужасных, честно сказать, условиях. Но на полке сверкал ее волшебный стеклянный сад, маленький оазис порядка и счастья. Она справилась с неприятностями и жизненными бурями. И теперь у нее есть настоящий сад, в котором царят порядок и гармония.

Если все выходит из-под контроля, если налетела жизненная буря и все сносит на своем пути, нужно поддерживать хотя бы маленький порядок. Носочки в ящике сложите аккуратно, вещи в шкафу разберите. Ничего не разбрасывайте; очень важно в такое время все складывать и прибирать. Помойте посуду тщательно. Постарайтесь обедать и ужинать в одно и то же время. Протирайте пыль тряпочкой… И особое внимание уделите своей одежде; нужно особенно опрятно одеваться и обувь чистить. Поддерживайте свой маленький личный порядок.

Так мы противостоим разрушительному Хаосу. Маленький порядок – это наша маленькая личная борьба с разрушительными силами и влияниями. Хаос – это символ смерти. Порядок – это Космос, это жизнь. Малое влияет на большое; а наведение порядка благотворно влияет на мозг. Мы лучше противостоим стрессу и депрессии, сохраняем силы, планируем действия, даже в непредсказуемой ситуации. Сохраняя порядок, мы сохраняем спокойствие и силы. Метод «маленького порядка» работает. И, возможно, все же влияет на внешние обстоятельства – волны успокаиваются, шторм кончается…

Про серую утицу рассказала

одна пожилая женщина. Уже старушка. Она в молодости даже не подозревала, что некрасива. Не до этого, знаете, было. Послевоенные годы, деревня, где все ходили в плохой одежде; обувь – что найдется, то и носили. Платок на голову и в поле! Немного она была косолапенькая, это от рахита в детстве. Роста маленького – от недоедания. Сложена так себе, – не модель. Но тогда о моделях знать никто не знал. Заплетет жиденькую косицу, лицо сполоснет, – вот и весь туалет.

Она вышла замуж по большой любви за красивого парня Сережу, тот с фронта вернулся. Свезло ему. Вернулся живой, с руками и ногами, хоть и израненный сильно. Вот они полюбили друг друга и поженились. А эта Маруся забеременела сразу. И стала ходить на своих косолапых ножках с большим животом. Ходит и улыбается всем от счастья. Она добрая была.

А потом в магазине она случайно услышала, как девушки и бабы ее обсуждали. Они ее не видели, очень увлеклись. И так Маруся узнала, что зовут ее «серая утица». Мол, такой красавец женился на серой утице! Ха-ха-ха!

Она почему-то не ожидала такого. Молода еще была и наивна. Она заплакала горько и не стала покупать пшено. Заплакала и пошла, переваливаясь, домой. Там поглядела в маленькое зеркало на свое опухшее лицо – точно. Уродка она. Серая утица. Стоит и плачет, с зеркальцем в руке. Другого-то не было, большого, а то бы она еще горше заплакала.

А муж Сережа забежал в избу на минуту, поесть. Увидел Марусю в слезах, спросил, кто обидел? Маруся все ему и рассказала. Честно сказала, что так и так. Он несправедливо на ней женился, люди говорят. Кто он и кто она? Серая утица!

Сережа ее обнял крепко и сказал, что она лучше всех. Навсегда и вовеки веков. Она самая красивая. Никого красивее нет на свете. Он никого не видел лучше и никогда не увидит. Нет никого лучше его Маруси. Серая утица – ишь, что выдумали. Красиво, однако. Моя серая утица!..

Так он говорил и прижимал ее к сердцу. Она запомнила, как сердце билось. От любви.

Много всего было в жизни. И рано не стало израненного на фронте мужа Сережи. И трое детей остались, – она их подняла. Крепкая серая утица оказалась.

И она всегда считала себя красивой. Маленькое зеркало – что в нем увидишь? Правильно. Нос, кусок щеки, глаз. Кусочек. А сердце любящего видит нас целиком. Другие так не увидят никогда. Они вроде осколка зеркала…

Вот и вся история про серую утицу. Про красоту и про любовь. И про зеркало, в которое надо смотреться…

Хорошая медсестра

была у нас в школе. Рыжая такая женщина, вся в веснушках. Спокойная и понимающая. Она сидела в крошечном медицинском кабинете, в белом халате, – как картина Ренуара. Не знаю, сколько ей было лет; все люди старше тридцати казались пожилыми.

На столе перед ней стоял перекидной календарь за давно минувший год. Это был особенный календарь – календарь освобождения. На его листочках она писала красивым почерком: «Освобожден от занятий!» и число.

Когда становилось невмоготу, когда ничего не болело, а просто вот – невмоготу, – можно было прийти к медсестре и получить освобождение. На один день. Только на один. Но это было спасительное освобождение именно в этот день. Когда невмоготу больше учиться, а впереди две химии, алгебра и физкультура на улице. А ты уже не можешь. Не можешь – и все.

Надо было зайти и попросить освобождение. Робко и скромно попросить. Не врать. Не выдумывать симптомы. Просто сказать: дайте, пожалуйста, освобождение. Что-то я плохо себя чувствую!

Рыжая медсестра просила открыть рот и показать горло. Смотрела горло, а потом палочкой мазала – какой-то гадостью. Это был обязательный ритуал. Открыть рот, показать горло, вытерпеть палочку с гадостью.

А потом давалось освобождение на календарном листке. Законное освобождение на один день. На улице, например, был мороз или слякоть, а на листочке – «25 июля». Или еще какой-то летний день. И красивая надпись: «Освобожден!»

Она понимала. Понимала, что иногда человеку просто невмоготу. Не надо заставлять его врать и унижаться. Требовать доказательств и симптомов. Устал человек. И поэтому плохо себя чувствует. А горло – горло мы помажем для профилактики. Это обязательное условие. И еще дадим витаминку. И отпустим домой.

Никто не злоупотреблял. Никогда. Я в хорошей школе училась с хорошими ребятами. За год один-два раза посещали медсестру. Потому календарь так долго не кончался. А может, их много было? С бумагой тогда было нелегко. Дефицит.

Так важно, чтобы можно было хоть изредка пойти и получить законное освобождение. Честное. Пусть даже горло помажут вонючей мазью, это пустяки. И витаминку мы честно съедим.

Всем иногда бывает невмоготу. Даже самым сильным и энергичным. Всем иногда нужен листочек календаря. И рыжая медсестра в белом халате, которая все понимает…

Маленькое предательство —

оно почти незаметное. Даже рассказывать не о чем особо. Вот один мальчик в детстве мыл посуду за всей семьей. Трудолюбиво и вдохновенно мыл. Мама ему говорила, что посуда после его мытья становится особенно чистой. Необычайно чистой. Он просто рожден для мытья посуды! Мальчик и старался. А потом услышал, как мама, смеясь, рассказывала подруге о своем трюке. Доверчивый мальчик отлично моет посуду. Надо теперь сказать, что он и пол подметает особенным образом. Прямо волшебным. Мама смеялась. Это смешно, да.

А одну девочку забыли забрать из садика. Что-то там родители напутали и забыли. Потом спохватились, позвонили и попросили оставить девочку ночевать в группе. Ничего ведь страшного в этом нет? Девочка даже не плакала, она как-то оцепенела от ужаса. И поняла, что оставить могут когда угодно и где угодно. Это нормально. Ни на кого нельзя надеяться.

Или мама с маленькой дочкой ходила к любовнику. Девочка играла в соседней комнате, пока взрослые обнимались, мягко говоря. А потом мама строго-настрого велела девочке папе ничего не говорить. Потому что папа умрет. У него будет инфаркт, если он узнает. И кто будет в этом виноват? Правильно, девочка. Она будет Девочка, Которая Убила Своего Папу. Маленькая убийца.

Много таких маленьких, незаметных предательств переживают иные дети. А на вид все хорошо. И родители учат быть честным, добрым, порядочным. И сами они – вполне приличные люди. Не бьют и не подвергают насилию, так ведь?

Маленькие предательства очень отражаются на судьбе человека. Он или сам становится предателем – усваивает модель поведения родителя. Или его постоянно предают. Потому что бессознательно он тянется к тем, кто способен предать. Ведь он когда-то таких и любил. Среди таких и вырос.

Маленькое предательство – оно маленькое, конечно. Так ведь и человек еще маленький. Крошечный совсем. С маленьким жизненным опытом и маленькими ресурсами для выживания. Маленькое предательство большому-то трудно пережить. А маленькое сердце разбивается тихонько, почти неслышно, беззвучно. И некому рассказать о таком маленьком случае, который произошел с маленьким человечком.

Если в аквариуме не менять воду, она станет затхлой

Рыбки потеряют свой яркий цвет; они превратятся в больных и вялых созданий. Даже если их хорошо кормить, рыбки начнут болеть. Но ведь вода такая же, какую налили когда-то. На самом деле нет. Это плохая вода. Теперь плохая. Стоячая, несвежая, затхлая.

Так и в жизни бывает: все по-прежнему. Та же работа, которая когда-то была интересной и яркой. Тот же круг общения; знакомые все лица! Та же комната с тем же диваном. И отпуск такой же – работа в любимом саду. Даже фильмы те же, хорошие, мы их наизусть знаем. И той же дорогой мы идем. Ничего не меняется. Стабильность.

Стабильность со временем становится затхлостью; стабильная система обречена на саморазрушение, как ни странно. В точности как аквариум с водой, которую не меняют. Хорошее начинает превращаться в плохое и разрушительное, вот такой парадокс. Однообразие губит и лишает сил, выматывает потихоньку. Вроде нет больших затрат энергии, но и свежая энергия не поступает.

Свежие впечатления и новые знакомства жизненно необходимы человеку. Перемены нужны. В привычной комнате надо сделать ремонт и мебель переставить. Обновить пространство вокруг себя. Нужно искать новых партнеров в бизнесе, развивать новые направления. На работе надо начать учиться новому. Или реализовывать новый проект можно вызваться. А иногда можно кардинально сменить работу.

Кроме семьи и старых друзей нужны новые знакомые. «Мы тут истосковались по свежему человеку!», – как говорил один помещик у Чехова; действительно, новый человек в окружении может дать новую информацию и привнести свежую струю. Можно и сотрудников новых нанять; они «вольют энергию» в стареющий бизнес. Это «свежая кровь», она даст силы, ускорит процессы.

Если нет сил и все потеряло краски, стало мутно-серым, может быть, в аквариуме давно не меняли воду. Поездка в новое красивое место, смена имиджа, новые контакты – все это освежит и обновит вашу жизнь. И создаст новые нейронные связи в мозге. Стабильность – это очень важно; но иногда она становится губительной. Выход в обновлении; так обновляется компьютер, закачивая новые программы. В аквариуме надо менять воду периодически. И рыбки будут живы-здоровы…

Доктор Бернард Лоун,

великий кардиохирург, стал разрешать «инфарктникам» садиться. Немножко двигаться. Шевелиться… И пациенты стали быстрее и чаще выздоравливать. Это противоречило правилу: строжайший постельный режим! Но оказалось, что двигаться надо обязательно. Переменять положение тела.

Потом доктор приехал в СССР; его хорошо приняли ученые коллеги. Но когда доктор стал советовать посадить пациентов в кресло и дать им двигаться, ему сказали сурово: вы – капиталисты. Эксплуататоры, уж извините. И вам надо, чтобы человек побыстрее принялся за работу. А у нас – гуманный социализм. И у нас человек будет лежать с судном, спеленутый, как мумия, столько, сколько надо! Пока не выздоровеет. Или не умрет. Но он будет лежать! И мы не позволим тормошить больного человека и заставлять его шевелиться. Потому что для нас главное – правильное лечение гражданина, а не его работоспособность! Имеет право лежать – пусть лежит. Не трогайте его!

Доктор ужасно удивился и даже главу в своей книге посвятил такому гуманизму. Губительному, прямо скажем.

Потому что человека надо немножко тормошить и шевелить. Немножко разрешать ему двигаться. Даже принуждать. Тогда он быстрее поправится.

Жизнь и люди не оставляют нас в покое. Это иногда ужасно злит и раздражает. Мы только прилегли! Только присели, а уже пора вставать, что-то делать, улучшать, исправлять, защищаться…